Рена и Ведьмочка

Слышен тихий плач над тёмными лесами. Кап-кап. Кап-кап. Это плачет юная ведьма. Она летит над колючими елями, высокими соснами, столетними дубами, утирает чёрным рукавом платья мокрое лицо, смотрит вверх и поправляет остроконечную шляпу. В больших глазах отражается огромная ядовито зелёная луна. А с неё на ведьму как будто глядит этот белобрысый дурак! «Надо было выучить одно заклинание и сразу на него порчу наслать», — всхлипывает ведьма и пикирует вниз, спрыгивая на ходу. Хватает метлу и бежит к речке, садится на холодную бетонную плиту, поджимает ноги и кладёт голову на колени. А затем громко-громко рыдает. Слёзы заглушает лишь труба, из которой быстро течёт вода: рядом с речкой недавно построили новый завод. Но ведьма как будто вступает с трубой в соревнование: кто будет сильнее шуметь. Она завывает так, что к ней сбегаются звери леса: лисицы, зайцы, ежи, пытающиеся расспросить, в чём дело. Только ведьма не отвечает, лишь гладит рыжую шкурку лисы. Лицо ведьмы становится ярко-красным, опухает. После чего ведьма поднимает голову и видит — на её плач пришли не только животные. Из воды выглядывают два аметистовых глаза и голубоватая макушка. Ведьма вздрагивает, а затем в речке показывается целое лицо. — Эй, ведьма! Чего ревёшь? Ты нам всю рыбу распугала! — П-простите, пожалуйста. Я действительно не хотела никому помешать. Если надо, я могу улететь прямо сейчас, — ведьма грустно склоняет голову. — Ага, улетишь и будешь в другом месте кому-то мешать! Ещё чего захотела. Какой глупый народ вы, ведьмы. Похуже людей иногда будете, — сирена облокачивается на бетонную плиту и выбирается на сушу. — Ладно, давай рассказывай, что у тебя случилось. Может, помогу тебе чем, рёва-корова. Ведьма надувает губы и скрещивает руки на груди. Её сначала обозвали, а теперь помощь предлагают! Ну и ладно… Ведьма вздыхает, бросает взгляд на зайца, которому треплет уши, и начинает рассказ. Всё равно выговориться некому! Ведьма шла по тропинке с корзинкой в руках, кружилась от счастья, ведь наконец нашла нужный ингредиент для зелья! Но этому счастью было суждено продлиться недолго. Впереди показался родной домик, и только ведьма открыла дверь, как тут же выронила корзину. Карие глаза стали больше, чем были, а челюсть едва не отвалилась и не упала в корзину! За столом сидела рыжеволосая ведьма и целовалась со светловолосым пареньком. Рыжая краем глаза заметила это и захлопала пареньку по плечу. Парочка вмиг отстранилась друг от друга. — Убирайтесь! Убирайтесь, кому говорю! — Котёночек, послушай, я и тебя тоже сильно люблю. Ты ведь не будешь против, если я буду ещё и с… Паренёк убрал небольшой флакон за пояс, заползал на коленях, скрепив руки в замочек. — Слушать ничего не желаю! Ты клялся, что будешь любить только меня. Так что будь добр, забери свою подружку и даже не думай подступать к моему дому ни на шаг! Ведьма схватилась за кухонное полотенце. Как следует ведьма била им бывшего ухажёра и его новую девицу. Несчастные любовнички бежали через весь лес, сверкая пятками. Затем ведьма вернулась домой, взяла любимую метлу и взмыла в воздух. — И вот теперь я тут! Ах… — Да уж! Говорила мне матушка: с людьми водиться нельзя. Поэтому мы их и едим, — облизывается сирена и потирает живот, противно хихикает, продолжая: — А чего ты их просто полотенцем побила? Ты же ведьма! Могла бы там порчу навести. Или сглаз какой-нибудь. — Да если бы я умела! Я ведь совсем недавно стала учиться колдовать, а у каждой ведьмы должен быть ментор. Меня брать к себе ни один уважающий себя колдун не стал! Все учеников получше разобрали, тех, кто быстрее учится. Поэтому матушка с батюшкой поселили меня здесь, на опушке, сказали: или учись сама, или ищи себе нового ментора! Но самой учиться тру-у-удно, — воет ведьма, поднимая голову. — Голова твоя садовая! Мальчика ты себе нашла, а ментора не потрудилась, — сирена поправляет необычную причёску: одна часть волос у неё чуть ниже уха, вторая — доходит до ягодиц. — Неудивительно, что этот человечишка променял такую дурёху на другую. Вот теперь будешь знать, как с людьми водиться. Ведьма заливается ещё большими слезами и добавляет: — Так я ведь его сама приворожила! Подлила в суп самое простое зелье, а его действие, видимо, кончилось. — Ох, так ты совсем дура-дурой! Ещё и приворожила. Может, ты и мозги на зелья променяла? — сирена стучит по чёрной макушке ведьмы. — Я тут сижу, сопли ей вытираю, а она мне врёт и не краснеет. Ведьма утыкается сирене в плечо и плачет минут пятнадцать уж точно. Сирена прикладывает пальцы к подбородку и хмыкает. — Эй, ведьма, ну хватит реветь! Помнишь, ты говорила, что заметила, как этот человечишка за пояс флакон заткнул. Ты бы хотя бы проверила, на месте ли этот флакон, чем вот так психовать. А то вдруг что ещё пропало. Если ты мне, конечно, и про это не соврала. — Ой, и правда! Спасибо. Надо посмотреть. Только я не знаю, как теперь отсюда домой добраться — летела куда глаза глядят. Сирена фыркает: «Ну что за ведьма! Даже дорогу не запоминает». Но машет рукой и прыгает в воду со словами: — Сиди тут, сейчас у отца спрошу, как до твоей опушки добраться. Он у меня всю сушу и дно знает! Сирена скрывается в воде, а ведьма теребит пальцы, грызёт ногти и ждёт. Минут семь ждёт, не меньше. А вдруг сирена её обманывает? Может быть, сейчас плывёт домой, чтоб больше не иметь дела с плаксивой колдуньей? Как тогда попасть домой? Ведьма хватается за голову и трясётся, тяжело дышит. Но всё же проходит ещё минуты три, и сирена выглядывает из воды. — Всё! Мне папа всё рассказал! Садись на свою метлу, сейчас покажу, куда лететь. Кстати, тебя как зовут? — Так и зовут — Ведьмочка. Просто другого имени не придумали… А тебя? — Рена. Потому что я си-рена. Понимаешь? Хи-хи. И Ведьмочка с Реной отправляются каждая своим путём: по воздуху и вплавь. Ведьмочка летит рядом с речкой, чтобы слушать указания Рены. Та подгоняет подругу, ибо плывёт гораздо быстрее! — Что ты такая медлительная? Я слышала, что ведьмы гоняют на своих мётлах так, что воро́ны в обморок падают, — улыбается Рена и оскаливает острые клыки. — А я слышала, что сирены могут петь так, что дорога будет казаться гораздо короче! — Ведьмочка вздымает нос и ускоряется. — Вот же язва! Но спеть я и без этого могу. Рена затягивает песню на родном языке. Сиренья песня протяжная, долгая, тягучая и плавная. Уходит то верх, то вниз так, что едва ли кто-то другой мог бы повторить такое! Ведьмочка качает головой туда-сюда, тихонько мычит, постукивает по древку в такт. И так подруги поднимаются вверх по течению, оказываются на опушке леса. — А всё же не врут: мы и правда добрались быстро, — Ведьмочка смеётся и спрыгивает с метлы. — Пойдём, угощу тебя чаем. — Хе-хе, но было бы лучше, если бы у тебя нашлась человечинка. Я ужасно проголодалась! Ведьмочка закатывает глаза и входит в дом. Сразу мчится к баночкам, что-то ищет на полках, параллельно, по щелчку пальцев, ставит чайник. Рена округляет глаза и открывает рот, но садится за стол. — А ты говорила, что колдовать не шибко умеешь! — Чай заваривать любой дурачок умеет. А вот сглаз или порчу навести — довольно сложно. Пей давай, — Ведьмочка щёлкает пальцем вновь, и чайник сам по себе наливает кипяток. Рена отпивает из чашки, а на фоне слышится: дзинь-дзинь, дзинь-дзинь. Ведьмочка шипит и проклинает себя на чём свет стоит. Рена усмехается и смотрит по сторонам. В банке на кухне плавает толстоногий тритон. Рена устремляется к нему и прижимается к банке синими губами, обхватывает её руками. В ту же секунду возвращается Ведьмочка. — Гадёныш! Украл у меня флакончик с приворотным. Наверняка напоил эту рыжую уродину, не иначе. Рена, что ты делаешь? — А разве после приворотного не влюбляешься в того, кто варил? — Рена не отрывается от банки, но после поворачивает голову и спрашивает: — Ты зачем тритончика в банку засадила? — Если это более сложное зелье, то да. Простенькое кто налил, в того жертва и влюбилась. Я новый отвар собиралась учиться из него варить. А что? — А то! Ты наших собратьев для своих отрав не трожь. Ещё чего она захотела, я его с собой забираю, — Рена прижимает банку к груди. Ведьмочка грустно опускает голову. Рена хлопает её по плечу. — Ну ладно, ладно! Не распускай ты нюни опять. Но если хочешь отомстить этому человечишке, то тритончик нам может помочь. А я заодно убью своего первого человека, вот мне все завидовать будут! Ведьмочка вскидывает бровь. Рена что-то шепчет на ухо Ведьмочке, хватает её голубой ладошкой и бежит к речке, выпускает тритона, сама прыгает в воду. — Тритоны хорошие ищейки! Он же видел твоего человека? Во-о-от! Надо только имя сказать, и тритон приведёт нас к нему. Ведьмочка говорит имя и садится на метлу. — Кстати, Рена, а почему ты не такая, как другие сирены? Ну… Вы обычно все бледные, как из мрамора сделаны, а ты слегка синяя, что ли… — Это потому, что я ещё сама людей не убивала! Вот съем твоего человека и стану такой как все. Это что-то вроде обряда инициации. У ведьм есть такое? Ведьмочка кивает, а тритон начинает пищать: — Человек здесь, человек здесь! На горизонте показывается лодка, в которой сидят белобрысый паренёк и рыжая ведьма. — Ну вот, наконец-то я отведаю человечинки, — Рена потирает ладошки и ныряет под воду. Ведьмочка отлетает к крутому берегу, прячась в кустах. Тем временем Рена потихоньку подбирается к лодке. Длинную часть волос колышет мотор, но Рену это не волнует. Сейчас ей интересно только одно — как бы съесть человека! Она подплывает ближе, как в ту же секунду винт цепляется за волосы. Рена взвизгивает, пытаясь выпутаться. Рыжая ведьма и белобрысый подскакивают, смотрят за борт. Ведьмочка выбирается из кустов и мчится к воде. — Рена! — Ведьмочка хватает подругу за торчащую руку. Тянет и тянет, а Рена переходит на истошный визг. Волосы путаются ещё больше. Ведьмочка смотрит на рыжую ведьму и орёт: — Помоги! Как режущее заклятие колдовать знаешь? Рыжая ведьма трясёт головой. Слова Ведьмочки отрезвляют её от действия зелья! — Да, конечно, — рыжая ведьма щёлкает пальцами. Голубые волосы отрезает как ножницами. Ведьмочка отпускает Рену. — Тупые людишки! Понапридумывали всякой ерунды, — Рена ударяет хвостом по воде, брызгает на парочку и уплывает. Ведьмочка летит за подругой. Отплыв на несколько метров, Рена выглядывает из воды, заливается горючими слезами и хлещет по глади руками. — Чтобы его тупая лодка перевернулась! Чтобы он… — Рена, тише! — Да что Рена? Я не съела человека, а ты не отомстила за зелье! — В мире есть ещё куча людей. А таких зелий я могу сварить хоть десять, хоть двадцать! — А может, я именно этого человека съесть хотела? И вообще! Теперь у меня есть ещё больше причин отомстить людям. Ты посмотри, во что превратились мои волосы! Рена трогает обновлённую стрижку и вытирает нос. Ведьмочка еле шевелит губами: — Они ещё отрастут, вот увидишь! Затем она наклоняется и обнимает Рену. Та неохотно отвечает, подмигивает со словами: — До встречи, подружка! И, шлёпнув хвостом, скрывается в глубине, а Ведьмочка машет рукой вслед рукой и отправляется домой. А ведь правду говорят… Дружба может объединить даже самую разношёрстную нечисть на свете!