Семья

В первый раз Рэйзор заметил мальчишку в лесу. Они пришли большой шумной толпой. Взрослые мужчины, глаза острые и неприятные, лица скрыты под платками, в руках ножи и тяжелые дубинки. Срубили два дерева, развели огонь, охотились, потом ели, смеялись и под конец — громко ругались. Рэйзор следил за ними, но не приближался. Скалил зубы по-волчьи, сжимал в руках тяжелый меч, переминался с ноги на ногу. Если подойдут совсем близко — нападет, свой дом он готов защищать. Они не подходили. И с ними был мальчишка, совсем на них не похожий. Никакой озлобленности в глазах его Рэйзор не сумел разглядеть, пару раз он смеялся, но больше — извинялся и обещал помогать. Такой же, как они? Раз с ними — значит, тоже враг. Но почему же так не похож? Рэйзор ощущал себя сбитым с толку, словно учуянный след вдруг резко закончился там, где не должен был. — Давайте не жечь тут костер? — донеслись до него слова мальчишки. — Тут столько сухих деревьев, опасно же! Рэйзор затаился, прислушавшись. Жечь в лесу костер можно, но небольшой. Так часто делают путники, которым надо греться. Они осторожные. А эти накидали слишком много веток, срубили два дерева, подливали в огонь горючую воду, которую принесли во флягах и которая имела острый неприятный запах. Рэйзор ни на миг не мог отойти, отвернуться, борясь с желанием атаковать их прямо сейчас. Но пока — нельзя. Их много, и с ними этот мальчик. За ним хотелось понаблюдать. У Рэйзора возникли подозрения, что — а вдруг! — он с этими мужчинами не по своей воле. Прогнать их надо, но пока они не сделали ничего страшного. — Да что ты несешь! — рассмеялся один из его компаньонов — высокий, коренастый, с бородой и тяжелой булавой в руках. — Не хочешь согреться, что ли? Мальчишка улыбнулся, замахал руками. — Хочу, конечно! Но если случится пожар… — И как ты собрался с нами путешествовать, если такой трусливый? Эй, Ханс, оставишь его без ужина сегодня. Не давай ни крошки! Мы еду на костре готовили, а он, поглядите-ка, против! Двое мужчин засмеялись, а один таки попытался вступиться: — Да чего ты, пацан о тебе же волнуется! И так поработал сегодня хорошо, а ты его хочешь лишить еды! — И что? Пусть молча работает и радуется, что мы его подобрали. От этого оболтуса одни неприятности. Так что кормить его два раза в день — жирно будет. Раз в два дня и ни крошки больше, пока не придумает, как быть еще полезным! Эти слова все восприняли с одобрением, кто-то захлопал в ладоши, а кто-то даже еще ливанул в костер горючей воды, и яркие сполохи поднялись в самое небо. Рэйзор отступил на несколько шагов в лес, снова оскалил зубы. А мальчишка в тот момент посмотрел прямехонько в его сторону. Не мог бы увидеть, не мог разглядеть в темноте, Рэйзор умеет оставаться незаметным в родном лесу, умеет скрываться от людских глаз. Да и шаги точно не расслышал — мужчины эти так шумели, а костер громко потрескивал. Но лицо мальчишки, озаренное тревожными алыми всполохами, хорошо впечаталось в его память. Не похож на врага. Не похож на них. Но почему-то с ними. Но его даже не кормят. Не друзья? А кто тогда? — Эй, Беннет, ты чего застыл там? Иди, помогай собирать хворост! Мальчишка от окрика даже чуть пригнулся, насупился, плечи его поникли. Но он поправил на себе одежду, пригладил волосы, вытрусил из них засохшую листву и повернулся к мужчинам, широко улыбаясь. — Конечно! Рэйзор хмурился. Руку с меча не убирал, но атаковать пока не думал. Беннет — так звали мальчика. И с ним, кажется, что-то не так. *** Эти ребята, конечно, не его «папы», но все равно взяли же на себя опеку о нем. Беннет хмурился, опускал голову, скрывая собственную обиду. Да и не обида это совсем, так, зацепило немного. Не первый год он в банде похитителей сокровищ. Просто прошлая его компания была куда лучше. Добрее, разумнее, осторожнее. Да, тоже часто нападали на путников, но никого не убивали, только грабили. Учили Беннета, поясняли, как выжить в лесу, как приготовить еду как управляться с мечом, луком, как охотиться. Любили приключения, любили путешествовать, любили испытывать судьбу. Родителей своих не знал никогда, а вот эти ребята стали ему настоящими «отцами». Весь отряд погиб прошлой весной во время неудачного облога. Беннет и сам выжил каким-то чудом, его просто не заметили, только чуть ранили в бедро и руку. Шрамы остались, болезненная пустота внутри — тоже, но он выживал, как мог. В банду его принял Сэм, вроде бы знакомый одного из «отцов». Большой, сильный, хорошо махал дубинкой, много чего знал и умел. Но сам он был совсем другим. Жестокий, не гнушался убивать, отбирал у путников все, даже одежду, лишь бы поглумиться. Говорил злые, страшные вещи. Его боялись в отряде, на него смотрели с неодобрением и ужасом, но все равно подчинялись. Это так не похоже на то, к чему Беннет привык. Его они все равно держали при себе, кормили и обучали. И терпели неудачи, которые он им приносил. И говорили очевидное — а куда без них вообще денется? Сегодня Беннет тоже проглотил обиду и, голодный, прикорнул у дерева, пока ребята распивали сидр и вино с разграбленной повозки. От голода скрутило живот, ему и утром еды почти не перепало, только кусочек сухого хлеба и горсть ягод, которые сам и собрал. «А что, если… если… нет, уйти от них — еще глупее, — думал он, вглядываясь невидящими глазами куда-то в черноту леса, — я один, никого нет, ни близких, ни друзей, только они. И мое проклятье… кто еще будет терпеть его?» Но Беннет не желал тосковать, тряхнул головой, приободрил себя и пообещал мысленно, что обязательно осмотрится в следующем городе, где они остановятся под видом путников. И вообще, нужно же и правда быть благодарным. Обида — глупости. Его «отцы» — уже немолодые похитители сокровищ, любили приключения. Любили долгие путешествия и яростные сражения. Тренировались постоянно, ночевали в пещерах, обустраивали лагерь под открытым небом в самых неожиданных закоулках. Рассказывали истории, смеялись, ерошили Беннету волосы. Их любовь к приключениях передалась и ему. Любознательность и неусидчивость его они легко покрывали. Но бессмысленную жестокость он не мог одобрять. Этому его никогда не учили, блюдя своего рода бандитскую честь. — Эй. Беннет удивленно открыл глаза. Засыпать уже начал, глаза слипались давно. Приснилось? Или кто-то звал? Он обернулся назад — костер почти затух, только теплились несколько угольков, вся банда заснула, даже Ханс, оставшийся на стреме. Значит, звали не они? — Эй. Иди сюда. Беннет резко обернулся, вздрогнув. Голос мужской. Ну, то есть… мальчишечий. Откуда-то… из леса? Подскочив на ноги, снова обернулся назад. По-хорошему, ему полагалось вернуться и рассказать, что тут кто-то есть. Вдруг кто напасть хочет? Но голос не звучал враждебно. Потому Беннет нахмурился и шагнул совсем не к лагерю — любопытство взяло верх. Темно слишком, ничего не разглядеть, но полная луна осветила длинные светлые волосы — спутанные ужасно! И плечи в старой одежде. Блестящие глаза. Мальчишка, примерно того же возраста, что и сам Беннет. — Кто ты? — шепотом спросил он. И приложил палец к губам, кивая в сторону лагеря — дескать, не шуми, проснутся же. Мальчик не ответил. Вместо этого шагнул ближе, вложил в руку Беннета освежеванную кроличью тушку и два сочных диких яблока. — Еда. Хорошая. Нужно есть. У Беннета и челюсть отвисла. Сам же и забыл об осторожности, подошел ближе, в темноту леса. — Это мне? Ты мне принес? Зачем? Я тебя не знаю. — Нужно есть, — повторил странный мальчик, снова отступив на шаг и не позволяя поймать себя за руку. — и от нехороших людей нужно сторониться. Сказав это, он растворился в темноте. Так тихо, вообще бесшумно! Беннет восхищенно смотрел ему вслед. Как он так? Кто такой? Почему вообще помог? Просто пришел и вручил еду, ничего взамен не попросил! Беннет оторопело уставился на кроличью тушку в руках. Так удивился, но при том и обрадовался. Неизвестный мальчик пришел из леса и решил ему помочь! Разве это не прекрасно? Появилась мысль поделиться едой с товарищами. Он осмотрел лагерь и вздохнул — все напились и крепко спали, костер едва горел. Тихо-тихо Беннет подкинул туда веток, насадил мясо на ветку и принялся жарить. От аппетитного запаха заурчало в животе, да и вообще, мысль об ужине его радовала, но куда больше эмоций вызвала неожиданная встреча. «А может, это какой-нибудь дух леса? Он же так тихо ушел! Вот бы мы с ним еще разок встретились…» *** Вечер этот был бы совершенно обычным — прогулка по окрестностям, вести о разбойниках в лесу, надо бы разобраться, счета, которые можно передать Эльзеру. Необычным был гость, который захотел личную встречу сразу же, и обеспокоенные горничные, дождавшись утвердительного «можно», привели мальчишку к хозяину. Не так уж часто Рэйзор приходил на винокурню самостоятельно. Чаще приходилось его приманивать — вкусным обедом, просьбой помочь, справедливыми словами о его же пользе. Рэйзор недоверчивый, но любопытный, помощь чужую принимает и к людям враждебно не относится. Только к тем, кто вредит ему и его стае. Но в этот день он был… странным? Говорил сбивчиво, но твердо. Позволил провести себя в кабинет, но от обеда отказался. Не сразу Дилюк понял, чего он от него хочет. А когда осознал, удивленно приподнял брови. — У тебя появился друг? Они сидели за большим рабочим столом в кабинете Дилюка. Одна из горничных принесла виноградный сок, но Рэйзор к нему не притрагивался. Он и сидел на своем стуле так, словно готов был в любой момент сорваться и убежать. — Не друг. Просто мальчик. Беннет.  — Беннет, — повторил его имя Дилюк, — расскажи о нем. Как вы познакомились? Он из Мондштадта? — Не знаю. Он с похитителями сокровищ. Но он не плохой. А они плохие. Мысль о том, что Рэйзор заведет себе друга, показалась Дилюку крайне удачной. Мальчишке давно нужен был кто-то его возраста, кто-то, с кем ему будет интересно и о ком он сам, быть может, пожелает позаботиться. Рэйзор отлично видит людей с дурными намерениями. Он недоверчив, судит как-то так, как научился от волков, и что-то подсказывало, что если бы у самого Дилюка были дурные намерения в его отношении, то разгадал бы их вмиг. Рэйзор неглуп, но подружиться решил почему-то с мальчишкой из числа разбойников. — Расскажи мне о нем, — снова попросил Дилюк. — Чем он тебе понравился? Как вы встретились? Рэйзор коротко кивнул. Рассказ его не был длинным, но весьма озадачил Дилюка. В лесу появилась шайка похитителей сокровищ. Они грабили путников, в основном — торговцев. Они жгли костры на границе с Вольфендомом, где так много легковоспламеняемого сухостоя. Они же, похоже, и ограбили одну из тележек, принадлежащих винокурне «Рассвет». — С ними мальчик. Беннет, — говорил Рэйзор, и голос выдавал в нем беспокойство, — он с ними, но не такой, как они. Они не кормят его и наказывают. — Наказывают? — уточнил Дилюк. Рэйзор кивнул и продолжил рассказ. О том, как увидел их в лесу, как они отругали Беннета за опасения по поводу огня в лесу. О том, как Рэйзор решил принести ему мясо, так как мальчишку оставили без ужина. И о том, что случилось потом. — Они связали его утром. Ударили, потом ругали и еще ударили. Сказали, что украл их припасы и съел. Это неправда. Они оставили его в лагере одного связанного, а сами ушли до вечера. Я помог. Его рассказ здорово удивил. Нечасто Рэйзор вмешивался в чужие жизни по собственной инициативе, но если уж это произошло, то, значит, мальчишка и впрямь его зацепил. И его стремление помочь и не судить по первому впечатлению все-таки порадовало. Глупым Рэйзор никогда не был, да и наивным тоже, хоть и вырос вдали от людей и считал себя волком. Невольно Дилюк отметил про себя, что доверяет его выбору. Быть может, потому, что тот никогда не совершал серьезных ошибок. Даже когда разбил несколько бутылок коллекционного вина, забредя в подвал. Даже когда удирал от Дилюка по грядкам, не желая принимать ванную и увязать в пугающем его мыле. Даже когда отказывался есть сложное блюдо, потому что не понимал, какие там ингредиенты. — Ты ему помог? — уточнил Дилюк. Рэйзор кивнул. — Я освободил. Мы долго говорили. Беннет не плохой. Любит, когда весело. Но он один и боится уходить сам. Ему нужно помочь. Давно в голосе его не звучала такая уверенность, а взгляд не пылал такой решимостью. Всегда почти серьезный, но сейчас — с лицом взрослого. И ни разу Рэйзор еще не просил о помощи. Для себя. Любопытно. — Ты хочешь, чтобы я оставил его жить на винокурне? — прямо спросил Дилюк. Рэйзор спокойно кивнул. — Здесь много места, есть кровать и еда. Беннету будет хорошо. Это вызвало усмешку — что поделаешь, прямота Рэйзора иногда все еще поражала. Позволить мальчишке-похитителю сокровищ остаться на винокурне, пусть и временно? Глупости. Он и для Рэйзора сделал исключение. Просто потому что сам желал ему помочь. Никогда Дилюк не считал себя благодетелем, это была лишь личная прихоть. Но незнакомый мальчишка — совсем другое дело. — Ты хочешь подружиться с ним? — спросил Дилюк. И Рэйзор замолчал на несколько секунд. Поза его на стуле сделалась несколько напряженной, он сложил на груди руки, нахмурил брови. — Подружиться? — Да. По твоим словам, виделись вы всего два раза. Но ты хочешь ему помочь и уверен, что ему не нравится оставаться вместе с его бандой. Хочешь ли ты сам с ним сблизиться? Ответ последовал сразу же, Рэйзор даже не размышлял. — Ему не должно быть плохо. Те, кто рядом, не должны его ненавидеть, бить и связывать. — И ты будешь с ним рядом? Рэйзор решительно кивнул. — Буду. — Почему? — Он хороший. Заботится о других. Любит мясо. Любит лес. Любит путешествовать. Не любит делать другим больно. Хорошо пахнет. Это снова вызвало улыбку. Дилюк вздохнул и откинулся на спинку своего кресла. Самому уже делалось любопытно. — Хорошо. Приведи его на винокурню. Придумаем, как сделать ему лучше. *** Рэйзор — так звали мальчишку. Не лесной бог, не видение, не призрак, самый настоящий, живой, только вот какой-то дикий, что ли? Беннет до сих пор не мог понять, что думать о своем новом знакомом. Может быть, потому, что знакомств этих у него не так уж и много было. Как-то все сторонились чаще, боялись — потому что с бандой, потому что в поношенной одежде и с оружием, потому что говорили всякое. Иногда Беннет и сам предупреждал о своих неудачах. — Не неудача, — качал головой Рэйзор тогда, утром, когда развязал и угостил еще одним яблоком, — если в сундуке нет сокровищ — значит, он был пустой. Случается. На такое даже не ответишь ничего. Беннет молча ел яблоко, думая, а что бы еще возразить. Но ведь и возражать не хотелось. Прямота Рэйзора ему нравилась. Они провели вместе несколько часов. Поохотились, поели, посидели у ручья, опустив в воду ноги. А когда пошел дождь, Рэйзор снова отказался верить, что к этому причастен Беннет. Не оправдывал, не придумывал отговорки. Просто говорил, что думал. А думал как-то совсем не так, как привык Беннет. Странно с ним. И очень интересно. И радостно немного. Друг? Можно ли сказать, что Беннет нашел себе друга? А потом все изменилось. Вечер близился, Рэйзор ушел. У него тоже свои дела, он говорил о волках, о стае, о лесе — интересно так! Столько всего важного, и такого необычного, как он живет? Удобно ему? Когда ребята пришли и увидели, что Беннет сумел развязать веревки, они снова его ударили. На щеке остался след, до сих пор больно. И плечо болело. И синяк на ноге. — Кто тебе помог?! — кричал Сэм, угрожая ему ножом. Беннет зажмурился и молчал. Лучше не видеть, а ответить все равно нечего. Да и не поверят, даже если рассказать. А рассказывать и не хотелось. — Ах ты паразит! Я убью и его, и тебя! — Я… сам. Сам освободился, — ответил он наконец. Лучше не стало. И вот теперь они отправили его одного на совершенно тухлое дело. — Справишься — примем в команду обратно, — заявил Сэм. А с чем справляться? Они хотели, чтобы он один зачистил целое подземелье. Но оно большое, в такие даже вдвоем, втроем соваться нельзя. Там всегда много монстров. Они сильные, на целую команду. — А пока — проваливай. Беннет смотрел на тропку, по которой ему нужно было идти, и невольно шмыгал носом. Меч на бедре показался вдруг таким крохотным. Да и сам он… вот были бы рядом его «отцы»! Да вообще, друзья хоть какие-нибудь… они бы вместе покорили целое подземелье. Они бы все смогли. А вот один… — Ничего! — приободрил себя Беннет. — Я же не слабый! У меня даже лейкопластыри есть! И немного лечебных зелий! И яблоко одно осталось, будет чем перекусить! Идти стало легче. Тропинка под ногами привела его через лес к огромному каменному строению. То самое подземелье! Высоченные колонны, заваленный камнями вход, ворота, за которыми что-то зловеще чернело… страшно, наверное, должно быть, но Беннет так и не испугался. Неизвестность и приключения всегда его манили, а то, что один… ну, ничего, зато никто не будет его толкать, ругать и говорить грубости. Нужно быть самостоятельным! Однако случилось нечто непредвиденное, такое, на что он и не рассчитывал. Стоило налечь на тяжелую дверь каменных врат, пытаясь ее отворить, как его негромко окликнули. Беннет узнал голос, и сердце его радостно заколотилось. Он обернулся, уже зная, кого обнаружит у себя за спиной. — Рэйзор! Серьезное лицо, огромный двуручный меч за спиной, бесшумные шаги. Ему так легко удалось подкрасться, а ведь Беннет считал себя внимательным! — Туда нельзя одному. Опасно. Он приблизился, прошел мимо, толкнул ворота, распахивая их шире, Потянул воздух носом, к чему-то принюхиваясь. — Ты… ты со мной пойдешь? — неверяще уточнил Беннет. Рэйзор обернулся, молча кивнул и исчез в темном проеме. Он… как настоящий друг, получается? Как кто-то близкий, кому не все равно? Ему правда хотелось сделать это вместе? Сражаться, значит, умеет… хотя он ведь говорил, что защищает свою стаю, и Глаз Бога у него есть! В груди сделалось так тепло, что на губах засияла улыбка. Беннет воодушевленно сжал кулаки и радостно метнулся в подземелье за ним следом. В лицо пахнуло сыростью, затхлой каменной влажностью, такой знакомый запах приключений в подземельях. — Подожди меня! *** Подземелья Рэйзор не очень любил. Тут темно, узкие коридоры, коварные ловушки, пахнет землей и кровью. Монстры озлобленные, голодные, нападают исподтишка, и сам в такое место он вряд ли отправился бы просто так. Но это нужно было Беннету. Вдвоем и проще, и быстрее намного. Хорошего воина в нем Рэйзор уже признал. С мечом обращается верно, и Глаз Бога умеет использовать, и вовремя уклоняется, ловкий, сильный. Как-то очень легко удалось с ним сработаться, Беннет умел и отражаться удары, и нападать сам, и спину прикрывать тоже. И электро, соединенное с пиро, било куда мощнее и резче. С ним в одном отряде сражаться — отличное дело. — Сокровища! — обрадовался его спутник, когда после очередного боя Рэйзор растолкал ссохшиеся на земле старые щиты хиличурлов, и под ними заблестел долгожданный металл. Сразу два сундука, оба большие, со сломанными замками. В одном — давным-давно сгнившие овощи, в другом — только горсть земли и кости. Беннет разочарованно чесал макушку, осматривая их. — Я думал, хотя бы артефакты будут в таких… ребята говорили, что тут их должно быть много. — Дальше еще попадутся сундуки, — отозвался Рэйзор. Так оно и было — попадались. В следующем зале, потом еще в одном, и в самом последнем, где пришлось долго сражаться, и в числе противников оказался особенно сильный враг — маг Бездны. Пару раз Рэйзор успел испугаться за Беннета, которого пытались раззадорить и разозлить, лишить контроля. Но в бою Беннет все еще был удивительно хорош, помогал Рэйзору и даже успел быстро вылечить по неосторожности полученную рану на боку, при том в бою, не отвлекаясь! Однако и тут не получилось добыть желаемую награду. Сундуков в этом зале вообще не оказалось, никаких, даже с землей или овощами. А все остальные, найденные в других залах, тоже не принесли желаемую награду. Беннет расстроился. Все еще тяжело дыша после боя, опустился на деревянную бочку, взъерошил себе волосы пятерней. — Ни одного сундука с сокровищами… — Такое случается, — тут же ответил Рэйзор. — Да, но… я думал, в таком подземелье они уж точно будут. Да и Сэм сказал принести сокровища отсюда, а их тут нет вообще… не знаю, что мне теперь и принести ему! Захотелось ему помочь, сделать что-то приятное, хорошее. Беннет же переживал, старался, а не получил того, что хотел. Волчицы в стае в такие моменты обычно вылизывают своих волчат, и тем становится лучше. Беннет — не волчонок, но все же… Рэйзор молча подошел ближе и устроил руку на макушке Беннета. Погладил легонько, потом еще, и еще. Волосы у него непослушные, но мягкие-мягкие, как у совсем крохотных щенков на животе. Моргнул спокойно, когда Беннет поднял на него глаза. Щеки у него чуть покраснели, наверное, понравилось? — Рэйзор, ты чего? — Не нужно расстраиваться. Вот теперь Беннет улыбнулся. Ему так идет — лицо сразу светлое, доброе, смотреть приятно. Гладить хочется еще, пусть улыбается, а не грустит. — Ты такой хороший, Рэйзор! — голос зазвучал воодушевленно, тепло, кажется, действительно обрадовался. — Давай еще как-нибудь вместе сходим в подземелье? Или не обязательно в подземелье. Можно просто погулять по лесу. Ты не против? Рэйзор кивнул, а затем посмотрел в сторону выхода. — Идем. Тут больше нечего делать. Беннет подскочил на ноги и принялся собираться. Убрал в ножны меч, закрыл сумку, откуда доставал лечебные зелья, внимательно осмотрел Рэйзора, но не нашел на нем ран. — Ты хорошо сражаешься! — даже похвалил. — Ты тоже, — отозвался Рэйзор, а затем протянул ему руку, — ты очень хороший. Ты не должен оставаться с плохими людьми. Это неправильно. Пойдем со мной! Беннет моргнул, потом еще раз, словно не понял, о чем вообще речь. Улыбнулся, как-то растерянно, в лицо заглянул. — Пойти с тобой? Куда? — К Дилюку. Он обещал помочь. — Дилюк? А кто это? — Он взрослый. Сильный. У него большой дом — Беннету хватит места. — Дом?.. — Там хорошо. Там есть еда, мягкая кровать. Дилюк сказал, Беннет может приходить. Лицо его сделалось настороженным, а затем снова смягчилось. — А-а-а! — Беннет снова почесал свою макушку. — Я понял. Дилюк — твоя семья? Вот тут Рэйзор замолчал и задумался. Дилюк — сильный, надежный, друг, помогает. Как и стая — лупикал. Просто другой. Учит другому, но тоже полезному, важному. И согласился помогать Беннету. — Да, — Рэйзор кивнул, — семья. После этого Беннет немного расслабился. — Я бы очень хотел, но ребята… — Они тебя бьют. Связывают. Не дают еду. Это неправильно. Беннет должен уйти от них. Что-то такое в его глазах заставило крепко сжать его плечо, оказывая тем самым поддержку — как мог, как считал сам правильным. От семьи уходить сложно, связи разрывать тяжело. Но Беннет должен быть с теми, кто о нем заботится, а не заставляет делать то, чего он не желает. — Ты хочешь с ними оставаться? Не отвечал Беннет долго. Ему сложно, это понятно, можно и подождать. Рэйзор молчал, только смотрел в лицо, уже зная, каким будет ответ. — Не хочу. Я хочу уйти с тобой. Рэйзор понимающе кивнул. — Уйдем. — Спасибо тебе, Рэйзор, — он улыбнулся снова, а потом потянулся, обнял, крепко так, непривычно, странно. Теплый, довольный наконец. И пахнет все еще приятно. Как семья. Можно было сказать, что будет еще много таких походов — куда угодно, можно и в подземелья, можно и по лесу, и в город, если захочет. Но оба уже это и так знали. *** Бой был коротким и легким. Ладони в перчатках привычно покалывало от жара пиро-стихии, и Дилюк давным-давно отработанным движением отправил остывший меч за спину. Осмотрелся, но взгляд его остался равнодушным. Лагерь небольшой, всего 12 человек. Кто-то успел в ужасе сбежать — ну и пусть, нет смысла добивать трусов. Кто-то был ранен и успел откатиться к озеру, надеясь скрыться. Дилюк глянул в ту сторону, но так ничего и не предпринял. Логово уничтожено, змея обезглавлена, а нехитрые пожитки бандитов сожжены. Дело сделано, остальное его не особенно волновало. Там, возможно, где-то были и вещи того мальчишки, за которого просил Рэйзор, но не страшно, Дилюк принесет ему новые, пока не придумает, куда его определить. Умеет сражаться? Отлично, быть может, станет искателем приключений в Мондштадте. В любом случае, у молодого мальчишки перед ногами — сотни путей, найти свой и достойный — не проблема. Главное — причина и мотивация. Но они-то у него, кажется, уже есть? А что до банды похитителей сокровищ — ну, что поделать. Им не посчастливилось ограбить повозку с товарами из винкурни. Можно сказать, они сами подписали себе приговор. Рэйзора нужно будет поблагодарить за наводку. И мальчишку тоже, быть может.