Соулмейт

Самое страшное, что может быть в этой жизни — это видеть, как умирает самый дорогой тебе человек. Видеть, как жизнь просто покидает его тело, и ты ничего не можешь сделать. Абсолютно. Лишь смотреть на всё это… — Зачем?! — закричала ты. Но Игорь ничего не ответил. Лишь в шоке смотрел на тебя. Но это ему не помешало всё так же крепко держать Разумовского, чтобы тот не сбежал. Птице уже не хватало воздуха дышать. — Пусти. — прохрипел тот. — Я сейчас… Гром отвёл от тебя взгляд и посмотрел на парня, который чуть ли не терял сознание от нехватки кислорода. Майор решил чуть ослабить хватку, но Птица, тут же, не раздумывая, снова ударил Игоря. — Стой! Стой! Он успел схватить Сергея. — Думал, я вновь совершу ошибку? Гром начал быстро осматривать комнату и, увидев свои выпавшие наручники, поднял их. — Ну и что ты собираешься делать? — спросил Птица. — Сейчас увидишь. Игорь повёл парня к столу и прикрепил его руки к ножке мебели. — Вот и всё. Птица лишь усмехнулся и посмотрел на него уничтожающим взглядом. — Ну и чего ты добился, Игорь? Убил ни в чём невиновного человека… Сквозь пелену слёз ты глянула на своего соулмейта и увидела в его глазах боль. Ты закрыла глаза. — Т/И — сказал кто-то очень тихо. Ты открыла глаза и слегка дёрнулась — ведь перед тобой лежал Олег, только живой. — Не может быть… Братик аккуратно взял тебя за руку и тихонько улыбнулся. — Подожди, ты… ты же… — От меня не так просто избавиться. — так же тихо ответил Волков. — Пока вы не видели, я надел жилет от… — Твою мать, Волков! Вторая копия Разумовского. — Олег недоуменно на тебя посмотрел, но ты лишь отмахнулась, мол, потом расскажешь. — Вот доживём, я тебя собственными руками придушу. А Волков всё так же улыбался. — Советую тебе сказать Серёже о том, что я жив. — посоветовал Олег. — А то на нём лица нет. Ты снова посмотрела на Разумовского. Теперь его глаза горели огнём. — Серёж! — как можно тихо позвала его ты. Он глянул на тебя. Ты одними губами сказала, что Олег жив. — Ну слава Богу… Тут в помещение зашли Юля с Димой. — Игорь! Юля кинулась к своему соулмейту и крепко того обняла. А Дима в это время быстро оглядел весь кабинет и взглядом наткнулся на тебя и Олега. — Что здесь произошло?! — Оох, много чего! — вмешался в разговор Птица. — Да, Игорь? Игорь проигнорировал эти слова и медленно подошёл к тебе. — Прости, что всё так получилось. Я не хотел его убивать… — начал оправдываться Гром, но Сергей его перебил. — Ты на самом деле думаешь, что она простит тебе смерть своего брата? — Брата? — удивилась Юля. Ты посмотрела на Пчёлкину. — «Интересно, что будет, когда они узнают, что он жив?» — Я… Я про него никому не говорила, — включив свою актерскую игру, сказала ты. Тут ты краем глаза заметила, как Птица держит какую-то жёлтую штуку. Он кинул её вам под ноги и крикнул: — Олег! Т/И! Бегите! За секунду Олег встал и отпрыгнул от того места, куда была закинута бомба. Он не успел взять тебя за руку и… Раздался громкий взрыв, от которого все стёкла разбились в дребезки. Все — даже Юля, Дима и Игорь — успели отпрыгнуть от туда. Кроме тебя. — Нет! Т/И! В ушах звенело. Ты лежала рядом с осколками от окна, вся в ожогах. Тебе было очень трудно дышать. Но из-за шока боли ты не чувствовала. — Нет… — тихо произнёс Олег. — Нет! Нет! НЕТ! Только не она, пожалуйста! — истерично кричал Разумовский и упал рядом с тобой. Несколько больших осколков впились в его руки, но тому было абсолютно всё равно. А в это время трое друзей стояли и не понимали, что происходит. Первая оценила ситуацию Юля. — Отойдите! Она быстро подошла к вам и очень аккуратно начала осматривать твои раны. — Ей нужно в больницу. — подытожила журналистка. — И как можно скорее! — Отпустите нас… — прошептал Разумовский. — Она не должна умереть из-за моей глупости. Все посмотрели на Игоря. Он нервно сглотнул и кивнул головой. — Спасибо… — В машину её, быстрее! — крикнул Дима. Птица аккуратно взял тебя на руки и быстро вынес на улицу. Ты взяла его за руку и легонько сжала. — Всё будет хорошо… Обещаю… И вот после этих слов ты теряешь сознание.

***

Очнулась ты уже в больнице. Всё тело ломило и жгло. — Т/И! Ты посмотрела на того, кто это сказал, и увидела Серёжу. Тот быстро подошёл к тебе и взял твои руки. — Что произошло? — спросила ты. Глаза парня загорелись жёлтым. — Я пытался нас спасти с помощью бомбы, но… — он запнулся. — Ты не успела отбежать и… Ему было очень сложно об этом говорить и ты всё это видела. Ты крепче сжала его руки и ободряюще улыбнулась ему. — Главное, что всё обошлось. — Не совсем… — Всмысле? Только парень хотел ответить, как в комнату зашли Олег, Юля и Дима. — Т/И! Дима с Юлей подошли к тебе и крепко обняли. — Я рад, что ты жива. — сдержанно сказал Олег и улыбнулся. — Ой, а ты как обычно. Иди сюда! Ты растянула руки для объятий. Он подошёл и осторожно тебя обнял. — Кстати, а где Игорь? После этого вопроса все в один миг помрачнели. — Что-то не так? Олег потёр переносицу, но всё же ответил: — Видишь ли, — аккуратно начал брат. — Если тебя не перевезти в другую больницу, которая находится за границей, то ты умрёшь… Твои глаза округлились. Ты посмотрела на Серёжу, но тот лишь смотрел в одну точку на полу. Как раз в это время дверь снова открылась и показалась голова Игоря. — Привет, Т/И. Он аккуратно подошёл к тебе, не замечая никого, и сел рядом с тобой на кровати. — Как я понимаю, тебе уже сказали, что с тобой. Ты кивнула и опустила глаза. — И ты понимаешь, что просто так отпустить вас я не могу. Снова кивок. — Но если вы кое-что сделаете, точнее, если Сергей сделает, то я вас отпущу. — Что нужно сделать? — оживился Разумовский. — Ты должен записать признание о том, что это ты — Чумной Доктор. — Ты серьёзно? — поинтересовалась ты. Игорь пожал плечами. — Всё равно вас искать никто не будет. — Ты вопросительно на него уставилась.— Считайте, что вы втроем погибли там… Он не стал договаривать, где именно, ведь всё и так было понятно. Ты посмотрела на Сергея. Тот утвердительно кивнул. — Дим, Юль? Друзья посмотрели на тебя. — Хоть у нас и были, так сказать, разногласия, но… Обещайте, что будете писать… — О чём ты говоришь? Конечно! — воскликнула Юля. Вы опять обнялись, как в старые добрые времена. — Вот и всё, душа моя. Мы свободны. — Да… Вот и всё…