Плохое предчувствие

      Около костра Джейка ждали все, не зная, что он ещё жив. Времени прошло много, даже Дэвид, который явился позже остальных успел оправится, но при всем при этом продолжал чувствовать себя хреново. — Вот дьявол. Это одно из худших испытаний, которое я вообще помню. — Да, Тень был практически везде, — Юи подкинула ветку в костёр, она выглядела так же недовольно. — А где Парк? — Кейт только недавно подошла и услышала лишь последние фразы. — Ещё не вернулся, — громила даже не повернулся в сторону девушки, продолжая вглядываться в изредка пестрящий искрами огонь. — Волнуешься за него? Вдалеке послышался шорох, шаги, а затем на свет вышла долгожданная фигура. Джейк поразился таким большим количеством людей, ожидающих его. Обычно все расходились на восстановление сил и отдых. Эта популярность начинала тревожить… — Всё в порядке, я успел открыть ворота, спасибо, Дэвид… И прости… — все заметили, как выживший, словно отчитавшись, поспешил уходить, да и взгляд, с которым он посмотрел на свою команду выдавал, что тот явно решил избежать какого-либо обсуждения. В словах о победе не слышалось ни грамма радости. — Джейк, постой, — тот нахмурился и обернулся. — Ладно, поговорим по дороге, — Кинг махнул ребятам на прощание, уходя подальше от выживших вместе с Джейком, который, если бы пошёл на контакт, то точно не на «публике». — Чёрт возьми, что случилось?! Тебе так неприятна наша компания или ты чего-то недоговариваешь? Джейк внутренне в жуткой панике. Дэвид защитник только на испытаниях, принимающий на себя любые удары, но стоит оказаться наедине где-то в лагере, его авторитетное поведение вызывает желание обороняться. К тому же на этот раз появились веские для этого причины… Чувство мерзкого предательства скользило где-то в кишках, не давая нормально, спокойно дышать. Словно Парк вот-вот узнает, что каким-то образом на издыхании его союзник успел что-то увидеть. То, как млел в кровавых руках парень, как впивался в маску и двухметровое тело, боясь снова стать просто жертвой для того, кто убивал всех его друзей нечислимое количество раз.       Там, в стенах проклятой скотобойни, губы касались резиновой поверхности сначала мягко, ощущая неприятную влажность от капли крови, что растёрлась, когда Джейк чуть грубее подмял маску Маерса, в надежде, что тот ощутит это и поймёт, что вытворяет выживший с его «ртом». Парк, сжавший одежду убийцы, продолжал дарить мягкие поцелуи, пока не почувствовал прикосновение значительно ниже поясницы. Сердце пропустило удар, а кровь прилила к лицу и по телу ни то от дикого страха, что его действительно приняли или даже какое-то время принимали за сексуальный объект, ни то от собственного смущения и ненормального наслаждения происходящим. Джейк словно употребил нечто тяжелое, запрещённое, совершенно не отдавая отчёта своим действиям, облизывая быстро пересохшие губы, запачканные кровью кого-то из умерших союзников. Как же аморально… На вкус как резина, железо и песчинки грязи. Но, чёрт возьми, физические ощущения не шли ни в какое сравнение с душевной бурей и наступившим фактом возбуждения.       Осознав происходящее, в мыслях выживший обозвал себя «чёртов извращенец». Майкл, всё ещё одной рукой, прижал к себе сильнее, до гудящей боли на мягких тканях кожи под одеждой, где появятся тёмные синие разводы. Тела при таком усердии стали плотно касаться, вызывая чувство стыда за откровенность. Парку становилось неприятно, лицо, теперь почти такое же испачконное в подсыхающей крови, как и «лицо» убийцы, парень уткнул куда-то в большое плечо, губы давно соскользнули с маски и теперь просто до неё не дотягивались. Хотя этого бы не произошло, если бы Майкл наклонился, но ровность его спины оказалась каменной даже при таких обстоятельствах. Убийца понимает, что нож в руке и маска на голове для нормальных людей — весьма значительная преграда для ласк? Может, поэтому они и должны всё закончить.       Джейк решает воспользоваться одним из сдерживающих факторов — нахождением на испытании. Это было жизненно необходимо.       Ощущения внутри не отпустили и выживший всё ещё чувствовал, словно с ним это происходит до сих пор, а побег через ворота исчез из памяти, как будто это воспоминание лишь миллисекунда между «там» и «здесь». — Я устал, Дэвид, — голос чуть ли не дрогнул, слишком большое моральное напряжение скопилось за столь короткий промежуток времени, и как назло Парку не достается возможность побыть наедине с собой и восстановиться. — А, то есть «отъебись, Дэвид»? — тон мужского голоса стал повышаться, но ответ последовал незамедлительно, Кинг подбил слабое звено в цепи и парень чуть не сорвался. — Скажи честно, ты решил просто докопаться? — Джейк остановился, выдыхая через рот подавленные эмоции, слишком долгое время сдерживаемые, обернулся и с хмурым прищуром наклонил голову вбок. — О да, конечно, решил последить за мной, я же салага, который будет бояться боли и ждать люка! — к речи подключились жесты, взмахи рукой, то в сторону, то на себя. — Смотри, вот! Я снова сбежал, и знаешь… Я не хотел, чтобы ты жертвовал собой, даже если это был мой лёгкий билет до сюда. — Одно дело, когда это было мое решение, другое — когда ты сам жертвуешь нами. Твоя проблема в том, что ты любишь засовывать язык в задницу и ничего нам не рассказываешь, только если не заставить. Ты хоть понимаешь, что любая информация может стоить жизни?! Что ты узнал о Маерсе, если вы встречались? Почему на этот раз у нас даже шанса не было против него? — Господи, я беспонятия, чего ты от меня хочешь, но я не знаю ничего, что помогло бы вам выжить! — Джейк осекся. Стоило сказать по-другому, но он действительно кое-что теперь знал наверняка, был уверен — убийца обладает сознанием. Он с каждой встречей раскрывался для выжившего как… Личность. С лицом. Голосом. Девиантным для его роли поведением. У него абсолютно точно есть сознание, что казалось невозможным при полной уверенности в том, что маньяки — лишь машины для убийств. И эта мысль — одно из самых больших открытий Парка, что с ног на голову переворачивает восприятие испытаний. Пусть и только с Майклом… — Джейк, почему я и все в лагере хотят тебе помочь, а ты не можешь сделать того же?! — Нам не о чем говорить, — парень поспешил вновь уйти. — Ты неблагодарный сучёныш, Джейк! — крик вслед. Кто-то успел подойти на повышенные тона и что-то подслушать, среди этих пары человек была Денсон, которая подошла к мужчине со спины и положила маленькие ладони на плечо. — Джейк, конечно, всегда был нелюдимым, но чтобы настолько… По крайней мере, никогда не ссорился с нами, — Дэвид молча лишь смотрел в удаляющуюся спину, а затем потёр лоб, прикрыв рукой половину лица, словно от этого разговора у него разболелась голова. — Нужно было с ним просто пообщаться, теперь мы точно потеряем его из виду и не услышим долгое время… — Спасибо, капитан очевидность! — Кинг ещё не совсем успокоился и не мог перестать грубить, но понимал, что не стоит по отношению к девушке, даже можно сказать подруге, которая и послужила головой во всей этой «операции».

***

      В отшельничестве Парк гораздо счастливее, нежели среди людей, и сейчас понимал, что это не было связано даже с социальной прослойкой. Что в сливках общества, что здесь — всё одно. Люди. Шаги тяжелые, походка быстрая, кулаки сжаты. Он направился глубоко в лагерный лес, даже не обернувшись на своё любимое место около одного дерева, где раньше часто проводил время. Раньше поход далеко вглубь не приносил никаких результатов, но сейчас внутри зародилась уверенность, что покинуть лагерь — возможно. И Парк это делал, осталось только понять — как?