Отпусти меня, Мин Юнги, или добро пожаловать ад.

Очнулся Пак на кушетке в медпункте с перебинтованной ногой. — Доброе утро, спящая красавица, — добродушно улыбнулся парень в медицинском халате. Доктор был чуть старше Пака. С русым цветом волос и довольно подтянутой фигурой, которую можно было увидеть через полупрозрачный халат. — Дам тебе совет, веди себя спокойнее, а то еще одна пуля, поврежденные мышцы и станешь инва… Но не успел закончить свою мысль доктор, как Чимин заплакал. — Эй, ты чего? Не надо плакать, — сел рядом с Паком парень. — Меня зовут Ким Сокджин. Можешь называть просто Джин, но это только между нами, — подмигнул парень, слегка улыбнувшись, — а ты Пак Чимин, верно? — Да, — ответил дрожащим голосом Пак. — Можешь, пожалуйста, объяснить, что это за место и что «ему» от меня нужно? — Ох, Чим, я бы, с радостью, но… — не успел договорить Джин, как перед ним на колени упал Пак. — Тише, тише, сядь обратно, а то шов разойдется, — посадил обратно на кушетку Чимина Ким. — Хорошо, я расскажу на свой страх и риск, только больше не делай так, договорились? — Договорились, — ответил Пак, вытерев слезы. — Это место для подготовки игрушек для сбыта в элитные клубы или, проще говоря, частный ад Мин Юнги. — А кто такой Мин Юнги? — вопросительно посмотрел Чимин на Джина. — Оу, зайка, ты даже этого не знаешь. Тогда тебе придется во многом разобраться.

*30 лет назад*

Уже более 27 лет полиция пытается поймать банду, похищающую людей и, в последствие, сбывающая их органы на черные рынки. Она не уловима, и все благодаря ее гениальному лидеру — Мин Сиюну. Самой главной его целью, по мимо проворачивания подобных афер, было обзавестись достойным наследником, который в будущем должен занять его место.

*25 лет назад*

Тихий, темный, летний вечер в одном из переулков Тэджона. Где-то вдалеке слышен стук каблуков. Это девушка спешит скорее вернуться домой, сильно задержавшись из-за начальства на работе. Она решила сократить путь и пошла по одному из не самых хороших районов города, где как раз и ошивалась банда Сиюна. Послышался свист, который привлек внимание и так немного напуганной и растерянной девушки. Когда она повернулась, чтобы быстрее уйти из этого места, ее окружили люди Мина. — Так, так, так, кто это к нам пожаловал, — проговорил Сиюн, выходя из темноты, — что же тебе красавица не сиделось дома? Разве не знаешь, что в такое время и в подобном месте лучше одной не ходить? — Я…я… — начала заикаться девушка от накатывающего кома в горле и страха, — я шла домой, сейчас меня здесь не будет, — договорил девушка, пытаясь пройти, на что получила жесткий отказ в виде удара в плечо, от которого она упала на то место, где ранее стояла. — Дорогая, тебе никто не разрешал уходить, — улыбнулся Мин, — и вряд ли ты уйдешь отсюда живой, — резкий и громкий смех пронзил слух девушки, от которого она закрыла уши и начала плакать. — Поднимите ее и отведите ко мне в кабинет, — быстро скомандовал Сиюн и удалился обратно в темноту.

***

Кабинет Мина был довольно просторным и походил скорее на квартиру-студию: стояли двуспальная кровать, столы: письменный и журнальный, пара стульев и кресел. На одном из них сидела та девушка, вся в синяках и ссадинах, продолжая беззвучно плакать и прикрывать лицо руками. — Ну, чего ты трясешься вся? Я тебе не нравлюсь? — проговорил Мин подходя, к девушке, беря ее подбородок своей рукой и заглядывая прямо в глаза, — ничего сейчас мы это исправим, — сказал, усмехнувшись, Сиюн, одновременно командуя закрыть дверь и всем выйти. — Не…не…не трогайте меня, п…пожалуйста, — начиная еще сильнее плакать, проговорила девушка. Мину было, мягко говоря, плевать на ее слова, поэтому он молча схватил ее за руку и швырнул, как ненужную вещь, на кровать. — Обратного пути нет, — сказал Сиюн, облизывая ее лицо, — а ты сладкая, даже как-то жалко тебя, — усмехнулся Мин, — хотя, нет, показалось, — договорил парень, разрывая платье девушки, оставляя на ней только нижнее белье. — Всё оставшееся нам тоже не понадобится для этого дела, — проговорил Сиюн, расстегивая бюстгалтер и снимая трусики. — Скажу сразу, — начал говорить Мин, привязывая девушку, чтобы она не рыпалась, — мне нужен только наследник, в сексуальном плане, кроме этой причины, ты меня не интересуешь, но не жди, что я буду нежен с тобой, — улыбнувшись, договорил Сиюн. Он быстро расстегнул ширинку брюк и кинул их в сторону, следом за ними последовали боксеры. Мин взял в руки член и быстрым резким движением всадил его в девушку. От чего та закричала. Сиюну это не понравилось, и он ударил ее по лицу, после чего взял заранее приготовленный кляп, так как понимал, что такое произойдет, и запихнул ей в рот. После чего вернулся к начатому. Продолжая входить в девушку все глубже и набирая скорость, от чего белоснежная простынь постепенно становилась алого цвета. Мин все сильнее вдалбливал девушку в кровать, желая поскорее закончить все это, хотя ему очень хотелось поиздеваться над этим хрупким телом, но понимал, что ему нужен здоровый наследник. Через некоторое время Сиюн кончил как можно глубже в девушку. — Вот и все, — проговорил Мин, одеваясь и попутно доставая кляп и развязывая пленницу и, по совместительству, будущую мать его сына. Сейчас тебе дадут одежду и отправят в другое помещение. Приведи себя в порядок, — сказал Сиюн, уходя из кабинета. Позже к девушке завалился один из людей Мина и проводил ее в отдельную комнату с душем. Ее состояние можно было описать одной фразой: «суицид — выход». Она приняла душ и решила сразу лечь спать. На протяжение 9 месяцев, а точнее 8 месяцев и 27 дней, за ней внимательно следила вся банда Сиюна, чтобы с девушкой ничего не произошло, и она не причинила себе вред. Из-за многочисленных побоев и недоедания мать Юнги умерла во время родов. На удивление, Мин младший родился довольно здоровым и крепким малышом. Поэтому Сиюн с пеленок воспитывал сына в спартанских условиях. Отбивал любое желание проявить жалость и сострадание. Уже с 5 лет Юнги умело обращался с ножом, а в 10 стрелял ровно по цели. Сиюн надеялся, что его сын продолжит их семейное дело. Когда Мина старшего не стало, Юнги исполнилось только 16. Но он решил немного поменять род деятельности и цели его умершего отца. Мин все также похищал людей, но не убивал, а обучал и делал товаром для утех богатым и состоятельным людям. В следствие чего открыл свой клуб, где и продавал своих «учеников». Купив одного из них, богатенький папочка мог сделать с ним все, что хочет. Вплоть до убийства, если «товар» не оправдал его ожиданий и прихотей.

*настоящее время*

— Поэтому, Чим, теперь ты один и «учеников» Мин Юнги и должен соблюдать все 7 правил, иначе закончишь, как Тэхен. Хороший был парень, — договорил Джин, еле сдерживая слезы. — Подожди, ты сказал Тэхен? Ким Тэхен? — подскочил Пак услышав, такое знакомое и родное имя. — Да, ты его знал? — с удивлением, спросил Джин. — Он был моим другом, — после этих слов Чимин не выдержал и заплакал. — Эй, зайка, не плачь, это запрещено, — пытался, как мог, успокоить старший младшего. — И что же еще нельзя делать в этом чертовом месте? — чуть не переходя на крик, спросил Чимин Кима, который поглаживал его плечо. — Всего есть 7 правил. Одно из них нельзя проявлять эмоции, — сказал, Джин, став более серьезным в лице. — А другие? — всхлипывая, спросил Пак. — Как же мне тебя жаль… — проговорил Джин, опустив голову.