Убийство - не помеха романтике

С тех пор, как Анна узнала, что отец изменил матери, прошла неделя. Острая боль от предательства и непонимания притупилась. Девушка вновь с головой погрузилась в работу; казалось, что с каждым днём за помощью врача обращается все больше людей… Но даже такой благородный труд не в силах был заставить Аню не думать о господине судебном следователе, ведь, если все те пять лет одиночества его образ был с ней, то сейчас, когда Штольман вернулся в Затонскъ, девушка и подавно не могла выкинуть его из головы. Вот и сейчас, прописав Ивану Дмитриевичу, который мучался бессонницей от нервной работы прокурора, хорошее снотворное, Анна, в ожидании очередного пациента, наводила порядок на полках с травами и лечебными смесями и думала о Якове Платоновиче. В тот вечер, неделю назад, Штольман старался успокоить ее: обнимал за плечи крепкими руками, смотрел с нежностью в голубые глаза, смахивал текущие по щекам слёзы и говорил этим тихим, прекрасным, хрипловатым голосом…Тогда Аня поняла, насколько сильно она по нему скучала эти годы… - Как же Вы смогли заиметь такую власть надо мной? - шептала девушка, меняя местами порошок медного купороса и раствор камфоры. В этот момент в дверь вежливо постучали, и Аня сразу же, прогнав навязчивый образ, пригласила пациента войти, продолжая разбирать склянки. Дверь открылась и тут же закрылась. - Доброе утро, Анна Викторовна! Девушка моментально покрылась румянцем и повернулась к вошедшему с улыбкой, которой могла одарить только Его. - Здравствуйте, Яков Платонович! Полицейский как всегда выглядел безукоризненно: белая рубашка, галстук, сюртук, чёрные брюки и пальто, идеально начищенные туфли, шляпа и, разумеется, трость. Штольман подошёл к Анне, аккуратно подхватил изящную кисть и поцеловал ее, задержав губы дольше, чем требует обычное приветствие. Не вынимая ее руки из своей, Яков с нежной улыбкой посмотрел на девушку. - Прошу меня простить, но не могли бы Вы уделить мне пару минут? Аня в свою очередь слегка сжала руку мужчины, тоже смотря ему в глаза. - Разумеется! Прошу, присаживайтесь! - Благодарю. Заняв место пациента, Штольман снял шляпу, вложил в неё перчатки и вновь посмотрел на Анну, которая в это время села на место врача и была готова выслушать утреннего гостя. - Как поживает Мария Тимофеевна? Надеюсь, она здорова? - говоря это, полицейский слегка поддался вперёд и вновь взял девушку за руку, на этот раз сжав ее крепче. Сердце Ани, казалось, замерло на мгновение. - Благодарю Вас, она в порядке. Нашла утешение в компании Ребушинского. Они смотрели друг другу в глаза, и Аня смогла понять, что эта новость слегка удивила мужчину. Но к комментариям по этому поводу тот не прибегнул и продолжал молчать, сжимать руку девушки и с восхищением смотреть в ее сторону. - Если это все, что Вы хотели мне сказать, то прошу меня простить, за дверью ожидают пациенты. Она нехотя высвободила руку из нежной хватки. Яков понял, что забылся. - Нет, Анна Викторовна, не все. Дело в том, что сегодня ночью произошло убийство: в доме купца Чернышевского обнаружили труп его сына, Никиты, - Штольман встал и подошёл к окну. - Ни следов борьбы, ни вещей, которые мог оставить убийца, ничего…только перерезанное горло и чёрный лоскут на груди. Но я уверен, что молодой человек не покончил с собой. Выслушав следователя, Аня тоже подошла к окну, но встала к нему чуть ближе, так, что Яков оказался за ее спиной. - Вы хотите попросить меня о помощи? Девушка почувствовала, как Штольман подошёл к ней вплотную; его дыхание опалило ее шею, не защищённую волосами, собранными на затылке. Мужчина осторожно, боясь спугнуть момент, приобнял Анну за талию. - Да, Анна Викторовна, я прошу Вас, помогите следствию, - последние два слова Яков почти шептал ей на ухо. Аня медленно теряла связь с реальностью: Он был так близко, так нежно касался ее… Она не спеша развернулась к Штольману и накрыла его грудь ладонями. И опять этот взгляд глаза-в-глаза. Мужчина потянулся к ее губам, но тут в дверь постучали. Яков с разочарованием отступил от девушки. - Входите! - голос подвёл Анну. В кабинет вошёл доктор Миллц. - Яков Платонович! Приветствую Вас! Мужчины обменялись улыбками и рукопожатиями. - Прошу прощения, я отвлёк Анну Викторовну, но уже ухожу. И за результатами вскрытия зайду позже. Штольман уже был во всеоружии: в шляпе и с тростью. Напоследок он вновь с жаром поцеловал руку девушки. - До встречи, Анна Викторовна! - последний нежный взгляд. - Всего наилучшего, доктор! - и следователь скрылся за дверью.