Интериоризация

Чон Хосок был все тем же симпатичным парнем, на которого малолетний Ким Тэхён запал несколько лет назад. Он все так же откидывал назад спадающие на глаза пряди волос, все так же заразительно смеялся и пил тот же кофе с молоком, и у Тэхёна в груди зрело приятное чувство ностальгии. Он честно не думал о том, как будет чувствовать себя, когда они снова увидятся спустя столько времени. Скорее, Тэхён даже не рассматривал вероятность их возможной встречи; в конце концов, Тэхён и без того чувствовал себя плохо, потому что прервал со старшим все связи, стоило ему уехать учиться в город, и он не хотел причинять Хосоку хоть какое-то неудобство своим существованием. Но, к счастью, тот вырос из глупых подростковых обид, и просто улыбался, слушая истории Тэхёна о том, как он поступал в университет, как устроился на первую работу и как потерял стипендию. Как и все люди, его окружающие, Хосок был уверен в том, что Тэхён еще успеет найти новую работу и желание жить и свершать успехи. Это вызвало у младшего легкий смешок. Они разговаривали долго, кофе сменился зеленым чаем, когда за окном уже начало темнеть, и на пороге маленькой кухни появился заспанный Чонгук. Он выглядел все еще немного болезненно, на его щеке отпечатался след от подушки. Он почесывал под футболкой живот, в недоумении их рассматривая. — Хен, — хрипло произносит он, не до конца понимая, к кому именно обращается. Смотрит на Хосока, мягко ему улыбающегося, и на Тэхёна, который пытается скрыть некоторую нервозность за очередным глотком остывшего чая. — Привет. — Выспался? Тэхён сказал, что накормил тебя и уложил спать. Я же говорил тебе, что еда есть в холодильнике, но ты как всегда меня не слушаешь… Хосок пробубнил себе под нос конец предложения, из-за чего Чонгук хмыкнул, пройдя к холодильнику, и достал оттуда бутылку с холодной водой. Та, впрочем, сразу же оказалась изъята из его рук под строгим взглядом старшего брата. — Ну хе-е-ен, жарко же! Чонгук, ноющий и клянчащий у брата хотя бы глоток живительной жидкости, был милым и заставлял Тэхёна улыбаться. Тот протягивает младшему чашку, из которой минуту назад пил, и кивком предлагает выпить. Чонгук принимает ее с настороженным видом, но все же делает глоток, блаженно прикрывая глаза. — Сплетничаете тут про меня? — Конечно, — поддакивает Тэхён, переглядываясь с Хосоком игривыми взглядами, — говорили о том, как ты докатился до такой жизни. — И как я, по-вашему, до нее докатился? — младший уточнил, облокотившись о спинку тэхёнова стула, заставляя того вздрогнуть. Тэхён только надеялся на то, что ему показалось, что он уловил заинтересованный взгляд старшего Чона, направленный на него. Чонгук все еще с чашкой в руке наклонился чуть ближе и прищурился: — Колитесь, я слушаю. — Чонгук, веди себя прилично, — мягко пожурил его старший брат и одернул на нем слегка задранную футболку. — Тэхён наш гость, не будь грубым засранцем, каким всегда являешься. — Ага-а-а… Хосок прочищает горло, бросая извиняющийся взгляд в сторону Тэхёна. Он, конечно, был не в курсе, что Тэхён за те недели, что провел в тесном общении с этим ребенком, был привыкшим к его непослушному поведению и даже в какой-то степени находил его интригующим. Было что-то в том огоньке, который каждый раз загорался в глазах Чонгука, когда он снова начинал его дразнить по поводу и без. — Мы с Тэхёном обсудили, что после твоего выздоровления он начнет заниматься с тобой математикой и попытается подтянуть тебя для вступительных экзаменов. Как ты понимаешь, твой отказ не будет рассмотрен. Хосок был категоричен, но младшего это только посмешило. — Я не против, но вряд ли он с этим справится. Ты же знаешь, насколько я бестолковый. Старший цокнул языком и обратился к Тэхёну: — Не обращай на него внимание. Я верю в твои силы. Остаток вечера они провели за разговорами обо всем и ни о чем. Чонгук под конец снова начал клевать носом, из-за чего его голова постоянно находилась в непростительной близости к тэхёнову плечу. Тот только делал вид, что не замечает это, однако сам незаметно для Хосока подсел немного ближе, чтобы Чонгук все же смог нормально улечься на его плечо. Хосок задумчиво улыбался.

___

Первое занятие после воскрешения Чон Чонгука они решили провести у того дома. Тэхён притащил все тетради со школьной программой, которые только смог отрыть у себя в доме, и сразу же поставил младшего перед фактом, что он будет самым строгим учителем в его жизни. На ответный недоверчивый взгляд он благоразумно промолчал. Чонгук и правда был ужасным математиком. Он всеми силами пытался сконцентрироваться на информации, которую доносил до него старший, но в конечном итоге падал лицом в сложенные на столе ладони и сообщал, что больше не может это терпеть. Тэхён поджимает губы на очередной такой выпад и бьет ручкой по столу рядом с чужой башкой: — А ну-ка соберись, тряпка. Нам осталось решить несколько примеров и мы закончим на сегодня. — В чем смысл? — Чонгук звучал приглушенно, все еще утыкаясь в свои ладони. — У меня закончилась мотивация заниматься этой хренью еще полчаса назад. Неужели ты не понимаешь, что я бессилен? Задумчиво пожевав губу, Тэхён тяжело вздыхает и снова постукивает кончиком ручки по столу. — Я тебя услышал. Давай найдем тебе другую мотивацию. Услышав предложение, Чонгук выглянул из своего укрытия одним глазом. В таком положении он выглядел, словно школьник, нашкодивший и пытающийся спрятать улики: Тэхён почувствовал умиление над этим ребенком, но не показал виду, состроив строгое лицо. — Есть предложения? Что-то в голосе Чонгука очень сильно ему не понравилось. — Хочешь что-то вкусное съесть? Попить? Так уж и быть, раскошелюсь ради тебя и твоего успешного поступления. Чонгук смотрел на него из своего укрытия еще несколько секунд, затем поднялся и подвинул тетрадь с неумело решенными задачами к себе ближе. Прочистил горло и невинно посмотрел Тэхёну в глаза: — Продолжим? — Не понял. Ты чего там удумал? — Узнаешь, если правильно решу пример. Вперед, учитель Ким, помогите мне решить дифференциалы. Этот ребенок явно задумал что-то неприятное, но у Тэхёна не было выбора. Поэтому он собирается с мыслями и начинает объяснять младшему, как решается задача, всеми силами пытаясь не сорваться и не накричать, когда Чонгук в очередной раз тупит и не понимает, что старший от него хочет. Спустя еще полчаса, Чонгук старательно вписывает в графу «Ответ» правильное число, с опаской посматривая на своего временного репетитора, и подвигает к нему тетрадь. Тэхён тратит на проверку около пяти минут, и довольно кивает. — Можешь, когда хочешь. Потом просмотришь еще раз это решение и запомнишь, как решаются подобные задания, понял? — Ага. Тэхён поднимает на младшего взгляд. Тот смотрит на него внимательно и почему-то улыбается. Эта картина приводит Тэхёна в замешательство, и он прищуривает глаза: — Ага. Чего ты там от меня хотел? У меня не так много карманных денег, пацан. На чужой смешок он не реагировал до тех пор, пока Чонгук не придвинулся к нему ближе и не заглянул прямо в глаза. В этот момент внутренности Тэхёна совершили кульбит, потому что следующим шагом младший перекинул через него одну свою ногу и уселся сверху. Для полноты картины и, видимо, чтобы не дать Тэхёну обдумать происходящее, он тут же наклонился к нему с поцелуем, в котором старший почувствовал улыбку. Чонгук был жадным ребенком. Даже будучи подростком он всегда пытался отобрать у Тэхёна как можно больше совместного времени, по-детски манипулируя и заставляя оставаться на лишние десять минут, чтобы вместе поиграть в приставку после учебы. Он был жадным не только в этом: его сильные руки притянули Тэхёна к себе с такой силой, что у того не оставалось выбора, кроме как положить свои ладони на чужую спину и издать волнительный вздох прямо Чонгуку в губы. Мелкий засранец явно наслаждался тем, что застигнул Тэхёна врасплох, но мягко поглаживал его шею и царапал лопатки сквозь футболку. Тэхён был немного шокирован. Неужели, младшему настолько нравилось с ним целоваться, что он был готов из кожи вон лезть, чтобы правильно решить сложный пример? Неужели, именно Тэхён мог служить для него мотивацией заниматься учебой в такую жару? Неужели… Мозг Тэхёна отключился, когда Чонгук слегка качнулся на нем, выдохнув в рот так горячо, что все мысли тут же покинули его тупую башку. Еще чуть-чуть и у Тэхёна окончательно сорвет крышу, ведь он тоже был не железным; хотя Чонгук и умело помогал ему справиться с нарастающим сексуальным напряжением из-за долгого отсутствия партнера, Тэхён чувствовал, что скоро ему станет мало обычных поцелуев. Чонгук кусает его за нижнюю губу, сразу же ее зализывая, и Тэхён прерывает эту мысль. Поцелуи, однако, были явно не обычные…

___

Оставалось меньше месяца до его возвращения в цивилизацию, и проект, с которым Тэхён помогал Юнги, был почти закончен. Работа над ним приносила неопределенное удовольствие, ведь Тэхён почти успел забыть чувство самоудовлетворения от решения сложной технической задачи, загнавшись в процессе поиска лучшей жизни. Тэхён вносил последние правки в итоговый документ, допивая арбузный лимонад и страдая от жары под кондиционером в кофейне. Сегодня Чонгук валялся дома, хотя обещал старшему решить все примеры из «домашнего задания». Тэхён улыбается, закрывая ноутбук, когда в мыслях появляется лицо ненавидящего математику Чон Чонгука, прощается с Йерим и выходит под палящее солнце. Сегодня ему не нужно было идти к Чонгуку домой, чтобы позаниматься, но ноги сами повели его в ту сторону. С ноутбуком подмышкой, он пытался начеркать младшему сообщение, чтобы тот успел подготовиться к его приходу, поэтому не заметил никого вокруг и чуть не выронил телефон из рук, услышав: — Приветики, сенсей. Хосок улыбался, смотрев на него с другой стороны дома. Видимо, он только возвращался с работы с пакетами из продуктового на перевес. Тэхён переводит дыхание, успокаивая напуганное сердце, и недовольно отвечает: — Хен, нельзя же так людей пугать. Если бы мой ноутбук оказался на земле, я бы тебе обязательно вмазал. Возможно, на нем мой единственный серьезный проект за всю пока неначатую карьеру. — Прости, Тэхён-и. Ты к нам собирался? Тэхён хоть и общался с ним так, будто все, что их объединяло — общая молодость, но в глубине душе ему все равно было неловко. Хосок был ярким, взрослым и обаятельным, а Тэхён до сих пор мог вспомнить, какие на вкус были их неопытные подростковые поцелуи, хотя и прошло очень много времени. Он кивнул, слабо улыбнувшись и сделав пару шагов навстречу старшему. — Нужно проверить домашку. У Чонгука есть невероятная способность ошибаться там, где никто больше не умеет. Озвучив это вслух, Тэхён смутился от того, что осознал, как глупо это звучит; он пришел сюда вовсе не по этой причине, а потому что, возможно, только возможно, соскучился по маленькому засранцу. Его небольшое замешательство оказалось слишком заметным, потому что в следующую секунду он услышал от старшего: — Не хочешь прогуляться? Сегодня день открытых дверей в нашей школе. — У тебя ностальгия по школьным денькам? — Возможно, — у Хосока была мягкая интонация и светящиеся глаза. — Только продукты домой занесу. Не хочешь оставить вещи у нас?

___

Школа сильно изменилась с выпуска Тэхёна, и он ходил по территории с полуоткрытым ртом, как дурачок, постоянно тыкая пальцем с удивлением. Вокруг было полно людей, в основном подростков с родителями, но их экскурсоводом сегодня работал заспанный Чонгук в спортивках и свободной футболке, лениво рассказывающий об изменениях, произошедших со школой за последние несколько лет. Как Тэхён и думал, к домашке он даже не приступал, из-за чего получил подзатыльник и лекцию о нравственности. — Зато, футбольное поле не поменялось. Все такое же грязно-зеленое и с раздолбанными сидениями для болельщиков, — замечает Хосок, обращаясь к восторженному Тэхёну. — Помнишь, как мячик на нем пинали? — Когда тебе в глаз прилетело от какого-то старшеклассника? Такое не забудешь. Ты тогда всю дорогу до дома ревел, как ребенок. — Не было такого! Тэхён улыбается, рассматривая чужое лицо. Улыбка Хосока заставляла людей вокруг него чувствовать спокойствие и умиротворение, и Тэхён помнил, с каким восторгом каждый раз ловил эту улыбку на его лице, иногда крадя короткие поцелуи в темных школьных коридорах. — А еще у тебя постоянно рубашка грязная была, хен. У вас это, походу, семейное. — Мелкий, он нас обижает, — со смешком говорит Хосок, оборачиваясь, и тут же хмурится. — И куда он пропал? Тэхён чувствует что-то в груди, когда не видит за собой младшего, но отмахивается: — Не потеряется же он. Найдем его потом. Хен, пойдем на спортивный зал посмотрим! Они обходят территорию школы вдоль и поперек, выслушивают кучу приглашений от школьных клубов: Хосок посмеивается с гордостью, потому что его засчитали за старшеклассника. Вспоминают каждый уголок, где прятались погрызть снеки, сбегая с уроков, останавливаясь, наконец, около спортзала. Тэхён все с тем же щенячьи восторгом тянется рукой к двери, но его тянут назад за футболку. Он в удивлении смотрит на Хосока. — Тэхён. — Да? Интонация Хосока пугала его; он был серьезным, но в то же время осторожным, будто боясь сказать что-то не то. Внутренности Тэхёна совершили пару кульбитов, пока он разворачивался к нему лицом и готовился услышать что-то странное. — Прости меня, что я повел себя как мудак в то время. Но Тэхён точно не был готов услышать именно это. Хосок разочарованно вздыхает, отпуская его футболку и упираясь взглядом в землю. — Я очень рад встретить тебя снова, но в глубине души понимаю, что сделал тебе очень больно. Ты поддержал меня, нас, в трудную минуту, а я так сильно ранил тебя. Ты ведь мне душу нараспашку открыл… — Хен, — мягко прерывает его Тэхён, чувствуя сердцебиение в горле, — все в порядке. Я уже не мальчик-подросток, я пережил наше расставание. Конечно, мне было больно, но ты ни в чем не виноват. Человек не может полюбить кого-то насильно. — Но я любил тебя… — Как брата, — он улыбается, рассматривая грустное лицо старшего. — Это нормально. Мимо них проносится небольшая компания школьников, с криками и смехом залетающая в спортзал. — Тем более, ты помог мне осознать, что мне могут нравиться не только девочки. А себе… Только девочки? Хосок смеется немного растерянно: — Точно. Получается, мы оба оказались в плюсе. — Ага… Старший притягивает его ближе к себе, говоря уже тише: — Присмотри за Чонгуком. — А? — Я уже понял, что ты взял на себя мою роль. У Чонгука гормоны и принятие себя, я все вижу, но ничего не говорю. Одного взгляда на вас двоих достаточно, чтобы увидеть наэлектризованный воздух. Но ты хотя бы не на стадии экспериментов со своей ориентацией, в отличие от меня. Тэхён почувствовал, как быстро покраснело его лицо. Вот черт, даже Хосок заметил, что между ними что-то происходит… — Хен… Он меня с ума сведет. От кого он понабрался этих прикольчиков? — Чонгук всегда был сложным ребенком… Они оба посмеиваются с облегчением. Тэхён считает удары своего сердца, когда думает о младшем, о его лице, руках, губах и о том, как он смотрит на Тэхёна своими большими глазами с галактикой внутри. И приходит к выводу, что их количество и частота слишком огромные для рационального оценивания своих ощущений. Тэхён прерывисто вздыхает, прежде чем заглянуть Хосоку в глаза и сказать: — Он мне нравится, хен. Чонгук, он мне нравится… Не понимаю, как попал в эту ситуацию, но, видимо, придется находить для нее решение. Хосок ерошит волосы ему на макушке: — Ты его обязательно найдешь. Но для начала найдешь Чон Чонгука. Куда делся этот ребенок?

___

Тэхён сразу понял, что что-то было не так. Закончив работу в гараже, Чонгук сразу попрощался с родителями, отказавшись от ужина, чем сильно удивил матушку. Она после этого недоразумения сразу пристала к Тэхёну с вопросами, не случилось ли у Чонгука какой беды и не поругались ли они с ним, пока она была на смене. Тэхён, впрочем, и сам проводил Чонгука удивленным и непонимающим взглядом до самой двери. Они не виделись со дня прогулки по школе, и Чонгук очень странно отвечал на его сообщения. У Тэхёна было ощущение, что младший резко закрылся в свой панцирь, но не мог провести параллели между событиями, поэтому не находил причины этому. А внутри у Тэхёна уже было объявлено штурмовое предупреждение. Он очень давно не признавался самому себе в чувствах к кому-то, из-за чего сильно нервничал и скорее хотел излить младшему душу. Он даже был готов к отказу: понимая, что у них осталось не так много времени для совместного провождения, Тэхёну хотелось расставить все по своим местам, и он морально подготовил себя к тому, что его серьезные чувства Чонгуку не нужны. Но он не мог разрешить эту сложную проблему, потому что Чон Чонгук избегал его. У Тэхёна сильно болела голова от обилия мыслей. Даже в кофейне, куда Тэхён пришел для обсуждения проекта с Юнги, Чонгук на него не смотрел. Не подставлял к его локтю чашку со свежим кофе. Не подсматривал к нему в ноутбук… У Тэхёна был последний козырь в рукаве. — Когда приедете, обязательно уберите мясо в морозилку и кимчи в холодильник. Напомните ей, что через две недели у нее осмотр у стоматолога в городе… — Ма-а-а-ам, — ноет Тэхён, обмахиваясь футболкой на жаре. Была середина дня, и солнце пекло с такой силой, что из Тэхёна будто вышла вся жидкость. — Мы ничего не забудем. Ты же написала мне целую инструкцию к этой поездке. Матушка вздыхает, поглаживая его по голове и посматривая на молчаливого Чонгука, разогревающего двигатель в машине. — Я просто беспокоюсь. Еще и Чонгук-и ведет себя странно, а вдруг вы поругаетесь в дороге? — Мы можем поругаться только в том случае, если будем разговаривать. А как ты могла заметить, я нахожусь в полном игноре последнюю неделю. И почему я чувстую себя так, будто пытаюсь выйти из абьюзивных отношений? Получив мягкий подзатыльник, Тэхён залазит в отцовскую машину, косясь на младшего. Тот в полном спокойствии кивает тэхёновой матери и трогается с места в сторону бабушкиной деревни. Тэхён знал, что будет тяжко. Он был готов к тому, что Чонгук даже не посмотрит в его сторону, но ему жизненно необходимо было понять, что он такого сделал, после чего заслужил тотальное игнорирование и молчание длиной в целую неделю. Поэтому, он выкручивает тумблер с музыкой до минимума, и садится полубоком в сторону младшего, прожигая его взглядом. — Ты достал, — наконец, говорит он спустя минуту. Младший приподнимает бровь, не отрывая взгляда от дороги. — Я всю неделю ломаю себе голову, чем я мог тебя обидеть. Я сказал что-то не то? Ты обиделся из-за домашки, с которой я на тебя насел? Чонгук, поговори со мной, черт возьми! — Все хорошо, хен. Не думай слишком много. Голос у Чонгука был ледяной, но Тэхён все равно почувствовал в нем нотки грусти. Он бы решительно настроен добиться разрешения конфликта сегодня же. — Как я могу не думать? Знаешь ли, ты занял слишком много места в моей памяти, чтобы о тебе не думать… — Тогда вычеркни меня из нее, — Чонгук начинал злиться. — Уверен, у тебя есть человек, кем ты сможешь занять освободившееся пространство. — Чего? Ты дурак? — Не обзывайся. Тэхён был в бешенстве. Он закатывает глаза, отворачиваясь в сторону дороги и продолжая злиться: — Как ты можешь говорить мне это? Ты думаешь, я так просто могу вычеркнуть тебя из своей жизни после всего… После- — Можешь. И должен это сделать. — Да что с тобой не так?! — Я не обижусь. В любом случае, не рассчитывал, что ты серьезно воспримешь все, что между нами происходило. Я был готов к тому, что ты забудешь обо мне, стоит лету закончиться. Не отвлекай меня от дороги, хен. — Останови машину. — Отвали. — Останови машину! Чонгук резко притормаживает на обочине и оборачивается на него со злым лицом: — Что не так? — Все не так! Ты резко перестал со мной разговаривать и ведешь себя, как последний говнюк! Видимо, я правильно думал, что ты предпочтешь забыть наш курортный романчик и будешь вспоминать о нем, как о чем-то, что заняло твое лето перед поступлением в универ. И что тебе абсолютно плевать на мои чувства, идиот. Младший проводит ладонями по лицу: — Хен, прекрати. Ты же не серьезно. Тем более, после того, как вы с братом снова встретились- — Что? — Что опять для тебя непонятно?.. Тэхён медленно моргает, начиная понимать, что происходит. — Чонгук, ты знал про нас с Хосоком? — Трудно было это не знать… Смех подбирается откуда-то изнутри и разрывает Тэхёну рот. Он смеется так громко и долго, что Чонгук начинает смотреть на него с опаской. Какое же Чонгук все-таки чудо… — Чонгук, — сквозь смех обращается старший, хватая его за руки: — ты просто волшебный идиот. Кто тебе сказал, что мне все еще нравится Хосок? Прошло уже несколько лет! — Почувствовал атмосферу… — У Хосока есть девушка! А я на протяжении нескольких недель засовывал свой язык тебе в рот, Чонгук. У тебя и правда все херово с математикой! Чонгук смотрит на него долго и, кажется, пытается не покраснеть от стыда всеми силами. Тэхён качает головой и опускает его руки на руль. — Давай доедем до деревни и закончим разговор. Я не отпущу тебя, пока не выскажу все, что думаю. — Это пугает… — И должно. Тэхён отворачивается к окну, пряча улыбку в кулак.