Will you be my model?

— Ооо, — знатно пробасил Джей разглядывая его и как-то даже слишком подозрительно при этом косясь на рядом насторожившегося Чонвона. Он ободряюще хлопнул его по плечу, мол «нет, тебя мне жалко» и тут же вновь хищно заблестал глазами в сонову сторону. — Не думал, что тебе так пойдёт. Чёрт, ты и впрямь шикарен. Но а теперь, пожалуй, начнём то самое, ради чего я изначально сюда припёрся вместе с Воном! Джейк, давай! — Чтобы вы понимали, именно с этих слов начались все дальнейшие мучения Сону. Он стоял совершенно обескураженный возле входа в их университет, апрельский ветер трепал его светлые волосы, в ушах адским пламенем горели два только что сделанных в тату-мастерской прокола с разных сторон, а бёдра невыносимо плотно обтягивали кожаные штаны. Чёртовы, чтобы его, Джея, кожаные штаны. Чёрные. То и дело переливающиеся отблесками материала на весенних лучах яркого солнца. Одно дело было так щеголять перед друзьями на вечеринке, и совсем другое явиться так на учёбу. В приличный, чёрт возьми, государственный университет. Дак ещё и где учится на бюджетной основе. В общем рискованный Ким Сону парень, как недавно выяснилось. Вам, стало быть, интересно, а как же тот до этого докатился? Ооо, это несомненно увлекательная история… Последствий одного замечательного квеста. Не по мнению самого же Кима, конечно. Что же, а начиналось всё в общем-то весьма и весьма прозаично… В тот погожий апрельский денёк они должны были праздновать день рождение Чонсона. Да-да, того самого папы-дизайнера всей их честной компании, и отличника – считай почти выпускника –Пак Чонсона. В их компании так же известного как Джей, или избранник сатаны (что, о последнем вы не слышали? Так это Сону недавно выдумал, после очередного спора, о котором, впрочем, ниже.) Не по плану однако всё пошло с самого начала. Вы удивлены? Не стоит, с ними такое постоянно. Было хуже если бы всё наоборот шло строго по списку идей одного садиста, а так… Четверокурсник в общем-то уже привык. Но не сказать, что от этого тот был в шоке меньше, нет. Но хуже всего было даже не это. Нет. Гораздо страшнее было то, что только предстояло сделать. Но обо всём по порядку, да. *** Во-первых. Теперь уже четверокурсник Сону знатно накосячил с последней сессией, и за это отдувался по полной. Кто же знал, что его концепция в стиле стимпанк* вызовет настолько оглушающий успехом ажиотаж вокруг его скромной по всем меркам персоне? Вот и он не ожидал такой отдачи по всем фронтам. Что стало его первым просчетом в вроде бы заранее продуманном идеальном плане по сдаче показа мод – читать как курсовой – за третий год обучения на дизайнера. Однако, всё было не так плохо, ограничься тот только этим пролётом, но нет… Беда,как всем известно, никогда одна не приходит. У неё куча подруг в числе которых и недостача моделей на примерку. За одним успешно сдатым показом маячил на горизонте другой — у студентов с театрального намечалось крупномасштабное представление, – своего рода тоже экзамен, где облажаться вполне могло равняться как пересдачей, так и отчислением из сия славного храма знаний. Вы должно быть задались вопросом а причём тут собственно Ким? А это всё те же самые последствия курсовой, чёрт бы её побрал. Без его же ведома и согласия, куратор, презамечательнейшая конечно женщина, со всей любовью к её энтузиазму отмечает Сону, его как одного из лучших по оценкам исходящим из личного проекта определила на продумку и пробный отшив костюмов в театральную труппу. Правда ему об этом сказать удосужилась лишь на второй день после закрытия курсовой. Но это уже так, мелочи никому не важные, да. Интересней было то, что ко всему этому многоуважаемая Сон Хара пообещала ещё впридачу прислать и студентов, которые так же совершили круговорот оваций на показах. Казалось, четверокурсник просто ещё не совсем понимал, с чем, и главное с кем ему предстояло работать, потому и не оспорил своё столь опрометчивое участие в чëм-то настолько непредсказуемом. Пожалуй стоит также отметить, что он действительно всё ещё не знал, на что тогда согласился. И во что всё это могло вытечь после и не догадывался. Но, опять же, всё, что нас не убивает… Хотя нет, этот пример Киму не нравится. Уж лучше, «повторение…» и так далее по накатанной. Стало ведь гораздо оптимистичней, правда? Но это всё ещё была его первая ошибка. Во-вторых. Закончивший третий курс в конце февраля этого года, потом весь месяц усердно корпевший над своей коллекцией, а в первых числах апреля и прошедший сам показ, Ким Сону совсем забыл о предстоящей вечеринке в честь дня рождения Чонсона. Его же в последний раз он видел перед самым концом второго семестра, то есть как раз в конце учебного года, перед тем как они оба пропали на подготовке к курсовым. На самом показе встретиться им не удалось из-за разных курсов, но вероятно всё же чтобы вам было понятней о чем дальше пойдёт речь, Сону уточнит, что их извечный спор о моделях, так и остался незакрытым почти вплоть до самых крайних сроков. Чонвон, как непосредственно человек из-за которого всё это и началось, искренне недоумевал, что было не так. Но Ким определённо был первым, кто его занял, и уступать не планировал. Ян, Нишимура, и Ли как и было обговорено ещё в самом конце второго года обучения, были заняты Кимом. И пускай по университетским коридорам ходила неутихающая молва об успехе студента-пятикурсника на показе и его сногшибательной коллекции в стиле цирковых монстров, почему-то сам брюнет был уверен, что сотворивший подобное дизайнер доволен этим до конца не был. Сонхун, на правах лучшего друга Джея, предостерёг возлюбленного, что хоть тот и сдал всё на высший из всех возможных баллов, старший всё равно планировал отыграться на своём дне рождении. А теперь и сам Ким Сону, находящийся в пустом кабинете на третьем этаже их университета, в ожидании знакомства с новыми лицами тех студентов, с которыми ему предстояло трудиться над костюмами, резко вспомнил об этой незначительной, казалось бы, детали. Двадцатого апреля у Пак Чонсона должен был быть двадцать третий день рождения. Уже утром сегодняшнего дня брюнет в своей квартире перевернул лист календаря на четырнадцатое. У него есть ровным счётом едва ли не неделя на подготовку самого лучшего от себя подарка на празднество хёну, который он только сможет придумать. А в голове почему-то всеми красками играет тишь пустыни и одинокое перекати поле. М-да. Здесь точно не обойдётся без помощи одного четверокурсника с изобразительного, окончательно всё обдумав решил для себя дизайнер, и утвердительно качнул головой. Но не успел Сону толком нарадоваться на себя такого сообразительгого, как дверь в помещение с тихим щелчком ручки отворилась и в тихий кабинет ввалилось по меньшей мере ещё плюс трое человек сверху. Оглядывая каждого вошедшего, про себя Ким уже завопил от безнадёжности разворачивающихся перед ним перспектив, как не прикрытая до конца дверь и порог этого злосчастного кабинета переступила ещё одна пара ног, и вот именно здесь четверокурсник натурально в голос икнул от неожиданности, тем самым обращая на себя внимание всех здесь теперь находящихся. — Извините, опоздал, — прозвучало басом от последнего зашедшего, и снова воцарилась ничем не прерываемая более тишина. Наверняка вы бы посчитали, что наступило умиротворение, но вот у Сону было диаметрально противоположное мнение на этот счёт. Это что же получается, – с всё более нарастающим неверием задохнулся от негодования и возмущения тот, – ему предстоит работать именно с вот этим вот коллективом? С чёртовыми гребанными моделями пятого курса дизайна, и гениальным новичком четвёртого? Ким Сону отказывался верить в это и предпочитал мысленно орать в себя и бороться с волнами накатывающим шоком. Чтобы хоть на немного прояснить его реакцию, пожалуй стоило бы уточнить, что образовалась, впрочем-то весьма и весьма неоднозначная компания. Из неё даже выделить кого-то одного,как единственно важную персону, при всем своём умении студент бы не смог. А это означало, что работы становилось в разы больше, но не потому, что старшекурсники были неумёхами или раздолбаями, а потому что таковым себя внезапно стал ощущать сам парень. На фоне ежегодных коллекций их гордости университета — Чхве Ёнджуна собственной персоной — Сону подумал, что его недавняя могла бы и трети своих баллов не набрать, если бы была поставленна в противовес нарядам розоволосого. Главную модель и мокрую мечту едва ли не каждого студента с дизайнерского — Хван Хёнджина — тот вживую видел впервые так близко. И рассматривая точёную фигуру и карамелью переливающиеся волосы, Ким отчётливо стал понимать почему тот так востребован. С переведённым только в этом году из Австралии студентом, четверокурсник ранее чести познакомиться удосужен не был, но Ли Феликс создавал впечатление человека точно знающего чего и как он хочет. Один только его вид чего стоил, – какой-то странно решительный на подвиги... Выдохнуть чёрновласый смог только встретившмсь глазами с уже знакомыми серовато-голубыми линзами Джисона. Тот, как и он сам, выглядел не в пример потрясенным создавшейся компанией, и хоть являлся несколько опоздавшим, в глубокий ступор впал почти ли не одновременно с одногруппником. — Ну, ребята, — выдохнул через несколько минут царящей неловкости светловласый, и потирая ладони, чуть разминая и при этом хрустя длинными пальцами своих рук, сложил их позади себя на парту. — Будем знакомиться. В этом году выпускник дизайнерского Чхве Ёнджун, был направлен в коллектив по отшиву пробных партий костюмов для ребят из театрального, всё верно? Дождавшись медленных и неуверенных кивков от всё тех же молчаливых Хана и Кима, и заинтересованно блестящих взоров от Хвана и Ли, тот продолжил: — Для вас всех просто Ёнджун-хён, и, надеюсь, что мы с вами подружимся! — и как в доказательство своих слов улыбнулся. У Ким Сону случился инфаркт. У Хан Джисона же инсульт. Они вновь переглянулись, и не сговариваясь упали едва не мимо стульев стоящих около центрального стола в кабинете. — Ладненько! — хлопнув в ладоши выдал следующий по старшинству, и будто почуяв самых слабых в эмоциональных потрясениях в их рядах, повернулся к младшим, каждому отдельно заглядывая в глаза с непередаваемым озорством и хитро мерцающим блеском на дне тало-шоколадных глаз. — Хван Хёнджин, можно Джин-хён. Не кусаюсь, потому можете смело обращаться! И эти двое хёнов, чтоб их, Джисон с Сону вам клянутся, будто сговорившись вместе одобрительно хмыкнули. Против воли взгляды всех направились к единственному иностранцу в их компании. Австралиец чуть зажато почесал затылок, не привыкший находиться под прямым вниманием стольких персон, и чуть нервно выдохнул. Всё же он тоже нервничал, отметил про себя Ким, и неожиданно остро обрадовался больше именно этому, чем доброжелательности нововыявленных сегодня хёнов. Хотя бы потому, что Ли был его возраста, или приближенным к нему, потому что сам являлся четверокурсником, а не признанным алмазом всея учебного заведения или сверх меры одарённым талантом и внешностью красавцем. — Ли Феликс, в этом году перевёлся из АНУ*, студент четвёртого курса. Просто Феликс, если хотите, то Ёнбок. — вдруг откровенно низким голосом, явно не сочетающимся с его миловидной внешностью, проговорил блондин, и собрал свои узловатые пальцы в замок, облокотившись о край передней парты левого ряда. Казалось, что треск от накаливания ламп в помещении стал самым громким звуком на тот момент. А потом Джисон неожиданно заулыбался и совсем прямолинейно и восхищённо заявил, что голос Феликса настоящий рай для ушей. Сону хоть настолько откровенно высказаться не мог из-за всё ещё шокированных низостью тембра ушей и отказываюшегося собирать звуки в понятные и воспринимаемые слова языка всё равно кивнул в подтверждение правоты однокурсника. А потом его друг по несчастью представил и их ожидающим ответа парням. Медленно, но верно завязался разговор. Таким образом к концу четырнадцатого апреля у Сону в списке проблем добавилось на ещё один пункт больше. Однако отшив и примерка хоть и являлись той ещё головной болью, нисколько собой затмить главную его ошибку не могли. У Джей-хёна приближалось день рождения, и к концу этого дня Ким Сону всё ещё не знал, что тому дарить. А меж этим, время-то шло. Час расплаты приближался. ****************************************** Сноски/ Стимпа́нк или паропа́нк (от англ. steampunk: steam — «пар» и punk — «панк»), — направление научной фантастики, включающее технологию и декоративно-прикладное искусство, вдохновлённое паровой энергией конца XIX века. Возникшее первоначально в 1980-х годах как литературное течение в противовес киберпанку постепенно выросло в стиль искусства, культурное движение и субкультуру. Считается самой известной производной киберпанка. АНУ— Австрали́йский национа́льный университе́т (англ. The Australian National University, ANU) — государственный университет, расположенный в Канберре (Австралия).