Смерть времени

– Эй! Стой, вор! Вернись или, клянусь, я убью тебя! – кричал малень-кий, полненький, плюгавенький продавец круглосуточного магазина «Мо-мент», бессмысленно перебирая короткими ножками преследуя высокого и подтянутого грабителя. Но Маджун и не думал останавливаться. Товар, добытый им сегодня, должен был помочь в осуществлении задуманного. Ритмичные движения и ровное дыхание не давали никаких шансов торговцу угнаться за Мад-жуном. Поэтому он быстро скрылся в темных, замусоренных переулках мегаполиса Urbs Memortu… Страшно подумать: еще лет двадцать назад, обсуждая этот город тя-жело было употребить слова «темный» и «замусоренный». Один самых современных и чистых городов земного шара. В правительстве охотно приняли новую концепцию, представленную некими Отомо Гибсоном и Уильямом Кацухиро, которые появились внезапно и из ниоткуда с дипло-мами из Эм Ай Ти и гениальными идеями. Человечество даже моргнуть не успело, как громадная пирамида, окруженная тремя кольцами мегабашен, возникла на западном побережье США. Толпы переселенцев тут же кину-лись осваивать удивительные бетонные постройки, каждая из которых вмещала в себя небольшой город. Самые большие мегабашни могли вме-стить в себя до пятидесяти тысяч человек. При этом, внутри башен распо-лагались все необходимые человеку организации: магазины, школы, пар-ки, рестораны, клубы и многое другое. Людям не было надобности поки-дать территорию башни, это было просто ни к чему. Но если такая по-требность, все же, возникала, то сеть аэротруб, проходящая через все три кольца, всегда могла доставить всех желающих к месту назначения. В течение первых лет пяти после официального открытия города от-зывы как горожан, так и различных урбанистов и проверяющих инстан-ций были сугубо положительными. Все буквально боготворили Уильяма и Отомо, ставили им памятники, снимали документальные фильмы о станов-лении гениальных визионеров. Брандмауэры и баннеры по всему Urbs Memortu все повторяли и повторяли: «Помните, кто придумал и сформи-ровал для вас это небо». Ведущие многочисленных ток-шоу жаждали уви-деть в кресле перед собой эту двоицу. Пять лет все было как во сне. Пять лет… Маджун продвигался через узкие проходы сорок второго этажа мега-башни C-0137. До дома оставалось совсем немного. Неоновые вывески мягко и призывно освещали кожу Маджуна. Ночные клубы, заполненные молодыми торчками, оружейные магазины, ломящиеся от запасов воро-ванного оперативного снаряжения, и другие злачные места мегабашни третьего кольца. Но не это нужно было вору. У него оставалось слишком мало времени перед тем, как… А потом, внезапно, ни с того ни с сего, люди начали просыпаться. У жителей Urbs Memortu и не только начали обнаруживать неизвестное че-ловечеству заболевание: полную неспособность запоминать новую инфор-мацию. Просто представьте себе: на важных переговорах кто-то заявил, что компания несет рекордные убытки и необходимо принять меры. Ти-пичная фраза, которая звучит в каждом втором голливудском фильме. Тут в зал совещаний влетает сотрудник, месяц назад устроившийся на долж-ность младшего разносчика туалетной бумаги, и кричит: «Шеф, я знаю, что нам делать!». Дальше, он обстоятельно и четко объясняет план дей-ствий. Действительно стоящий, имеющий все шансы на успех. Дирекция уже готова принять эту стратегию, но никто не в состоянии вспомнить ее суть. А уже через пару минут никто даже предложившего не узнает. Или другой пример: грабитель заходит в помещение круглосуточного магазина, и обносит кассу, бесследно скрывшись в переулках. Хозяин ма-газинчика и рад бы описать злоумышленника, но уже не помнит того фак-та, что его ограбили. Конечно, болезнь не сразу завладела человечеством. В первые месяцы ученые изучали болезнь, были уверены, что она не затронет большую часть населения Земли. Выдвигались предположения, что это временный эффект, что это – генетическое заболевание, проявляющееся лишь у неко-торого небольшого процента. Однако, шло время. Все больше людей те-ряли возможность запоминать недавние события. Хуже того, болезнь про-грессировала. Человечество стало забывать и то, что лежало в их головах задолго до вспышки: добрых друзей, любимых, родственников. Мир по-грузился в хаос. Тогда Уильям и Отомо представили миру лекарство. Мазь на основе полимерных материалов – Glemor. Она буквально приклеивала воспоми-нания человека к нему. Это стало революцией в борьбе с болезнью. Все правительства мира завалили ученых деньгами, требуя поставок нового лекарства. Кацухиро и Гибсон стали налаживать производство и поставки препарата с двумя условиями. Первое, только они могут производить Glemor. При попытке воспроизвести рецептуру лекарства все поставки не-медленно прекращаются. И второе – правительства стран, получающих Glemor, дают им право на строительство своих городов на территории государства. Конечно, в самом начале многие отказались от подобных условий. Кто-то попытался выкрасть образцы вещества. У кого-то это да-же получилось. Однако, все попытки повторить рецептуру оказались не-удачными. Все копии препарата действовали абсолютно противополож-ным образом, стирая личность человека. Спустя какое-то время весь мир осознал, что аналогов Glemor не су-ществует и никогда не ничего подобного создать не получится. Именно то-гда все главы мировых правительств единогласно приняли условия Уиль-яма и Отомо. До перехода семьдесят седьмой этаж оставалось совсем немного. Об-разы в голове Маджуна становятся тусклее. Если слова того химика – правда, то еще есть шанс вернуть их. Маджун снова увидит Агапию и…и…Антигона… Проблема, связанная с неспособностью запоминания стала сходить на нет, при условии того, что человек регулярно покупал Glemor. Однако старые воспоминания продолжали исчезать. Для борьбы с этим недугом дуэт выпустил устройства, считывающие необходимые воспоминания, и записывающие их на носители информации, снабжая их всеми необходи-мыми метаданными. Пользователь мог считать воспоминание с носителя, а затем зафиксировать его с помощью Glemor. По всему миру стали появляться гигантские пирамиды, окруженные кольцами мегабашен. Власть пары простых ученых расширилась до нево-образимых пределов. Они могли делать что угодно, не спрашивая чьего-либо разрешения. В пирамидах городов были организованы центры про-изводства Glemor. Миллионы рабочих трудились на производственных линиях, получая гроши, которых не хватало даже на небольшие порции лекарства. Резко возрос уровень преступности. Правоохранительные ор-ганы городов не справлялись. Поэтому было принято решение всех небла-гонадежных граждан выселять в третье кольцо мегабашен. В таком темпе прошло тринадцать лет… Хотя центры по продаже Glemor располагались практически на каж-дом этаже мегабашен, у большинства жителей третьего кольца все равно не хватало денег на его покупку. Множество жителей пытались ограбить их, однако система защиты превращала всех недоброжелателей в кровавое месиво. Конечно, можно найти Glemor в небольших круглосуточных мага-зинах, но там его немного. Маджун, как раз успел вовремя. Запасы лекар-ства еще не успели разобрать, а на маленькой полочке в углу магазина пылился маленький носитель памяти… Из-за угла показалась массивная конструкция, тянущаяся по всей длине башни C-0137. Рядом было пусто. Необычно для этого времени су-ток. Маджун влетел в старый металлический короб подъемника. Опустился на ржавые, неровные листы, вздохнул. Из кармана просторных спортив-ных штанов появился тот самый маленький носитель информации. Мад-жун вытащил устройство из коробки и проверил заряд: двадцать процен-тов. Ему повезло. Он вытащил заглушку из порта в затылке, вставил носи-тель. В голове пронеслось необходимое воспоминание. Устройство настроилось на него и, через минуту постоянного гудения, отчиталось об успешной записи воспоминания. Лифт прибыл на семьдесят седьмой этаж. Маджун вышел, подозри-тельно огляделся, никого не увидел и направился в сторону своей комор-ки. Путь занял не больше пяти минут, но это время было мучительно для вора: нужные воспоминания медленно стирались. Ощущение, словно мозг трут ластиком. Скрипуче щелкнув дверным замком, Маджун вошел в темное и сырое помещение, завешенное вымокшими фотографиями, на которых можно было увидеть одни и те же лица: молодая девушка и мальчик лет трина-дцати. В газетных вырезках, стопками валявшихся на полу, все еще можно было разглядеть слова: «сын…смерть личности…первобытное безу-мие…нападение произошло…безутешный муж». Закрыв дверь, на щекол-ду, Маджун вывалил на старый кухонный стол все добытое в Моменте: две коробки Glemor, носитель, бананы, пейот, древесный спирт. Потребова-лось некоторое время, чтобы вспомнить рецепт. Он очистил бананы, с внутренней стороны кожуры снял все вещество и кинул его в установку, которая ускоряет процесс варки в три раза. После этого Маджун обратил-ся к пейоту. Кактус он растер в кашицу и добавил в древесный спирт, оставил вымачиваться. Пока эти два процесса, подготовил Glemor: открыл упаковки, мазь выложил в испаритель. Оставил на час. Все то время, пока ингредиенты варились, замачивались, испарялись, Маджун беспокойно ходил по комнате, пытаясь не забыть. Прошло необходимое время. Все ингредиенты были готовы и извле-чены из своих емкостей. Оставалось только смешать все. В момент, когда Маджун практически закончил приготовление пре-парата, в дверь постучали. Он ускорился. Стук в дверь стал усиливаться. Уже через несколько секунд послышались грузные удары. Маджун резко вогнал носитель памяти в порт. Старое дерево взорвалось хрустом. Он вдохнул испарения смеси… Перед ним предстали двое: человекоподобное существо верхом на крокодиле и молодой парень, восседающий на крылатом коне. Глаза су-щества все время меняли цвет, переходя от темно-серого до зеленого. На ладони его сидел черный ворон, пристально глядящий на Маджуна. Голос возник из ниоткуда и раздавался, будто бы, в голове вора: – О СМЕРТНЫЙ, ЧТО ПРИШЕЛ К НАМ. ПРЕД ТОБОЙ ВАССАГО И СЕЕРА, ВЛАСТНЫЕ НАД ВРЕМЕНЕМ. ЧТО ХОЧЕШЬ ТЫ ПРОСИТЬ У НАС? Закрыв глаза, собравшись с мыслями, Маджун ответил: – Я хочу снова увидеть семью! Сына, Антигона и жену – Агапию. Прошу вас! – О СМЕРТНЫЙ, МЫ ИСПОЛНИМ ТВОЮ ПРОСЬБУ. НО ЗНАЕШЬ ЛИ ТЫ, ЧТО У ВСЕГО ЕСТЬ СВОЯ ПЛАТА. – Какая? – спросил Маджун. – МЫ НЕ СКАЖЕМ ТЕБЕ, СМЕРТНЫЙ. ГОТОВ ЛИ ТЫ ПРИНЯТЬ СУДЬБУ, КАКОЙ БЫ ОНА НЕ БЫЛА? Маджун смутился лишь на долю секунды лишь чтобы ответить: – Да! Ничего не ответили Вассаго и Сеера. Но он снова очутился рядом с семьей. В тот самый день, который запомнил сильнее всего… – Лейтенант, что это с ним? Он сидел, как в прострации. – произнес молодой полицейский после того, как они вышли из квартиры Маджуна. – Мы не успели. Надышался этой дряни, как ее прозвали белые хала-ты, Гоэтии. Мы теперь никогда и ни о чем с ним не поболтаем. Он навсегда зациклился на одном единственном воспоминании. Оно будет крутиться в его голове вечно. – А что это за воспоминание? – с детским любопытством спросил сержант. – Кто знает. Не думаю, что выбрал что-то плохое…