Не забывай нас, даже если мы потеряем себя...

Солнце поднималось выше на небо, бросая яркие лучи на Ли Юэ, освещая китайский город и слепя людям, которые рано проснулись и вышли из дома. Высокий, красивый мужчина шёл по улице, размышляя. Ему сказали, что он Моракс, но он не помнит. Он обошёл весь город, ища что-то, что сам не знал. Подтверждение? Правду? Ответы на все вопросы? Наверное..... Он вышел на пристань у побережья моря, в гавань заплывал торговый корабль, грузчики переносили коробки, разгружая корабли, что пришли за пару минут/часов до этого. Он шёл вдоль берега, ища ответы на вопросы. «Почему я потерял память? Почему мне ничего такого не рассказал Тарталья? Он мне врал?.. Его чувства были правдой? Кто тогда может мне сказать правду, настоящую правду?» Он не заметил как уже вернулся в противоположную сторону города к скалам, недалеко стоит здание Цисин. Он шёл мимо высокого китайского здания, в котором кто-то шумел. Чжун Ли медленно вышел в лес куда его будто манили, будто его там кто-то ждёт. Словно тоненькая ниточка тягула его вглубь, пока он не осознавал, что происходит. Он вышел на поляну с озером, где находились небольшие обрамлённые камнем яруса луж с кристально чистой водой, которая, переполняя ямки, стекала на нижний ярус. Мужчина прошёл вдоль воды, пытаясь не намочить дорогие сапоги. «Где я могу получить помощь в войне? Где я могу найти помощь? Я не могу просто прийти к людям и сказать, что я Моракс, они примут меня за умалишённого. Нужен кто-то кто меня знал как Моракса. Или я и правда сошёлс ума?» Он не смотрел на дорогу, поэтому, когда случайно врезался в спину низкого парнишки, он ахнул. — Прошу прощени… — Чжун Ли? — удивлённый вскрик и зажатый себе руками рот. «Чжун Ли? Чжун Ли?!» — Ты знаешь меня?! — мужчина схватил низкого парня за плечо, сжав тонкими, грациозными пальцами. Низкий парень с тёмными волосами, зелёно-бирюзовыми прядями волос, с необычной татуировкой на правом плече и копьём за спиной недоверчиво смотрел на нервного знакомого. — Д-да. Вы же спасли меня. — Я не помню, мне сказали, что я потерял память… — высокий мужчина с длинным, низким хвостом выжидающе смотрел, наклонив голову вниз, на хмурого человека, черты которого туманно казались знакомыми, будто он был ему дорог, кто он? Бирюзововолосый шокированно распахнул глаза, обнажая красивые, чистые, словно кристалл, радужки. — Я так и знал. Предполагал, то же случилось и с другими Архонтами, кроме Барбатоса… — Я Архон?! «Н-но к-как… Правда что ли? Она не соврала! Хорошо». Но брови хмуро сдвиеулись, бридавая недобрую ноту выражению лица. «Тогда соврал… нет, он не мог соврать! Н-но, получается, соврал..... Чайлд». Хотелось сесть на траву и задуматься, а что ещё было ложью? Плакать не хотелось, он никогда не плакал, он сильный. Но было обидно… да, просто обидно. Он пустил руку в волосы, растрепав причёску, создав милое творение на голове. — Я Сяо… Алатус. Единственный выживший защитник Якса. — Сяо пристально наблюдал за спасшим его Архонтом, ему было жаль его. Он сдерживал улыбку от растрёпанных волос, что никогда не допускал Моракс. Но печальное выражение лица заставило Сяо думать, что у того на уме. — А я Моракс? — короткий кивок и напряжённая тишина. — Мне Аякс не говорил, что я Архонт… — И что? Он рассказал вам о прошлом? — кивок. — Не верьте ему! Вы не знаете, что он сделал! — выражение лица Яксы могло напугать любого, даже Архонт слегка поёжился. — Почему?.. — Он самолично забрал у вас Сердце Бога, из-за которого вы потеряли память. Он Одиннадцатый Предвестник Фатуи, не верьте ничему, что он сказал. Послышался странный вздох. Голова закружилась, заболела, Моракс пошатнулся и упал бы, если бы его не схватил за руку Сяо. «Зря я так резко и прямо». Чжун Ли всё-таки сел на траву, намочил кончики пальцев водой, проведя ими по водной глади. Повсюду разносился приятный аромат цветов, свежего воздуха природы и свежести воды. — Садись. Ты должен рассказать мне всё и про Чайлда, стороннее мнение о моей… привязанности. — Я не. — но его прервали громкие шорохи от похлопывания ладонью по траве. Сяо по приглашению сел на траву рядом, но не слишком быстро и сразу вспомнил стихотворение, которое сочинил сам. Он не поэт и был недоволен результатом, но хотелось прочитать своё «творение». «Ты сдвинул горы, вынул моря. Воздвиг страну, не зная себя. Узрел, что такое преданость, Принял оковы ответственности… Сяо сочинил его в то время, когда узнал историю потерявшего память Моракса. Прошли года, прошли века. Страна стоит, но уже без тебя, А ты один ходишь по свету, Не зная как же найти себя… Он потерял память и стал человеком, что беспристанно шатался по свету. Он был один, никто не знал где он и что с ним. Ты нашёл свою любовь, Но он враг всех людей. Он на тебя не похож, Но ты влюблён до потери сознания… Да, он нашёл Тарталью, влюбился. Но он не знал, что тот из Фатуи, что он враг людей, а как оказалось и его враг. Вы ходите по городам, Он тоже любит твой взгляд, Мечтает жизнь с тобою прожить. Но он умрёт раньше тебя… Они любили друг друга. Но Тарталья смертен, он человек и мог умереть в любой момент, в любой день, в любую секунду. Но Чжун Ли Архонт, хоть и без Сердца Бога. Ты хочешь время остановить, Чтобы так всю жизнь свою прожить, Смотря на его счастливый взгляд, И вместе уйти в закат… Счастье часто застилает пеленой глаза, не давая видеть всю картину, видеть правду, которую скрывал Аякс. Но так не будет и ты это знаешь, Но он этого не понимает. Клянётся с тобою пасть. Вот только падёт он один… А ведь однажды он правда клялся, что будет с Чжун Ли до самой смерти, что он его любит и не может без него. И в итоге он правда умер один, был убит… А ты будешь дальше горы двигать, Будешь дальше выживать. И может быть наступит день, Когда тебя благославят… Да, жизнь Моракса не должна была измениться после смерти Тартальи, она бы и не изменилась, если бы он не узнал правду. Наступит день, когда и ты уйдёшь, Уйдёшь в закат к любимому. Тогда, всё будет как в мечтах: Ты с ним, а он с тобой, как и мечтал…» Не известно умрёт ли когда-то Архонт, может и умрёт. Но известно точно только одно. Аякс честно признался в любви. Он, на самом деле, правда любил Моракса… Последовала и вся история Моракса, как он стал Архонтом, где жил, что делал, как встретил Сяо, что сделал для людей и много много веков жизни были описаны за несколько часов рассказа. Сяо порядком устал, да и Чжун Ли тоже, они сидели тихо ещё какое-то время. — Я тебе верю, надеюсь, не пожалею… Алатус пожал плечами, продолжая смотреть за горизонт, ожидая дальнейших слов, ведь Моракс напрягся, будто хотел что-то сказать, но не мог собраться с мыслями. — Я должен собрать людей на войну с Каэнри’ах, меня попросили… — Кто? — Люмин… *** — Госпожа Кэ Цин, Гань Юй, Нин Гуан, мы должны обратиться к народу, собрать желающих воевать с Каэнри’ах, — Чжун Ли второй час стоял в кабинете Цисин, пытаясь объяснить, что он Моракс, что Каэнри’ах — зло и что с ними нужно сражаться, но по непонятным причинам Цисин отказывались от слов странного мужчины. — Поймите, я не понимаю, почему вы считаете себя Архонтом, он вообще умер, — Нин Гуан искренне удивлялась, казалось, что мужчина просто выпил лишнего, но он был так уверен в своей правоте. — Мы должны сдаться Каэнри’ах, так Ли Юэ выживет, в ином случае нас убьют, — добавила Кэ Цин, смотря в окно. Моракс в очередной раз закатил глаза. — Я не умер, я исциниировал свою смерть, чтобы уйти в отставку. Но сейчас, чтобы спасити свой народ, я вернулся. Я уверен, что мы должны собрать армию как и другие, объединиться и отвоевать право на жинь! — То есть ваш план заключается в том, чтобы собрать армию и уничтожить Каэнри’ах? — послышался весёлый смех Гань Юй, — Это странно и глупо. — А вы хотите сдаться, чтобы вас заставляли убивать других и над вами издевались как над ничтожествами? — Моракс нахмурился, потирая разболевшиеся от спора виски. Кэ Цин утомлённо смотрела на мужчину, её достал этот разговор. — Тогда, я без вашей помощи соберу людей, а если помешаете, не оставлю это просто так. Разговор привёл ни к чему, только к испорченному настроению. «Что же мне тогда делать?» Он вышел из здания Цисин, на улице его уже ждал Сяо, он вопросительно смотрел на старшего. Моракс покачал головой, говоря о безуспешности беседы. — Тогда сами разберёмся, — Адепт угрюмо побрёл в город, предлагая идеи о том как собрать людей, не привлекая внимания к странным движениям массы. — Можно обойти Ли Юэ и поговорить с каждым. — Долго. — Можно собрать всех на площади и объяснить ситуацию. — Привлечём внимание. — Можно разослать письма в каждый дом. — Долго, но быстрее, чем первый вариант, да и не привлечём внимание. Так и поступим, — согласовав план, Моракс и Сяо отправились в книжную лавку одолжить бумагу, перья, чернила. Уже темнело, солнце бросало одни из последних лучей на город, небо было чистым, позволяя увидеть красивый закат с красными, жёлтыми оттенками. Где-то вдалеке пролетел орёл, шуршали деревья, слышался звук бьющихся о камни волн. — Добрый вечер, Син Цю. Прошу одолжи нам всё для написания писем. Писатель удивлённо посмотрел на двух мужчин, которых видел пару раз — Что будете писать? Заминка. — Мы не можем сказать, — отрезал Сяо. Син Цю пожал плечами и принёс письменные принадлежности, указав на столик в углу, и ушёл. Чжун Ли задумался. «Нужно написать понятно, так, чтобы люди реально пошли на такой риск». «Я должен вернуться, как бы не хотел уйти, предоставив вам свободу выбора. Людям дозволенно совершать ошибки, но ошибка, которую может сейчас совершить каждый, может быть непростительна. Каэнри’ах хотят уничтожить наш дом, цивиллизацию, надеюсь вы это понимаете. Все люди должны исправить угрозу существования реального мира. Мы должны пойти с войной на Каэнри’ах, но для этого нужна армия. Каждый, каждый, кто считает, что всё происходящее — неправильно, должен вступить в эту армию и сразить угрожаюший всем народ. Я свяжусь с теми, кто согласен. Если вы решитесь на это, носите письмо с собой или оставьте дома, не согласны — порвите его. Ваш Гео Архонт Моракс» — Звучит странно… — Сойдёт, — ответил Сяо, потянувшись. Ладно написать письмо, но сотню таких, несколько сотен — это уже сложно. Вдвоём они переписывали текст до поздней ночи, почти до утра. Они осознали, что поздно, когда уже снова начало восходить солнце, бросая первые лучи на Ли Юэ. Письма были готовы, чернила исписаны, спины болели. Оба встали, потянувшись, позвонки хрустнули, вставая на своё место. — Осталось разнести, желательно до утра. Оба отправились на улицу, бросая в каждый почтовый ящик конверты, оставляя на лавочках, у домой, везде, где видно, но не очень. К утру в каждом доме читались послания, рвались конверты, прятались в тайный корман, в глухие углы квартир. И никто не знал, кто что сделал с письмом, кроме Моракса. Спектакль начинается....