Я же просил, не нужно!

«Всё как в тумане... Ничего не вижу... Слышны только крики и имя... Юри... Юри!... Кто-то кричит... Но что случилось, где я?» К Юри подбежал Виктор, он сел на коленки и прижал холодное тело к себе: — Юри, что случилось?! Тебе плохо?! Где болит? — тренер шептал своему фигуристу, буквально сходя с ума от беспокойства и от того, что в ответ получает лишь тишину. К парням подбежали врачи, зрители стояли ничего не понимая, как и судья. Папарацци ослепляли, но их увела охрана, спасибо ей. *** 6 часов назад Виктор плюхнулся на кровать, рядом со спящим фигуристом. — Юрии, пора вставать... Сегодня тебя ждёт победа, — шепча на ухо нежности, Витя разбудил японца, тот лишь сладко улыбнулся. — Я сделаю всё для этого, — парень привстал на локтях и прикрыл глаза, всё ещё пытаясь вырваться из плен сна. — Тогда пора вставать, — Виктор встал с кровати, подошёл к окну и распахнул шторы, что бы лучики солнца осветили комнату. Лучи осветили не только всю комнату, но и лицо Юри, который стал жмуриться и прикрывать глаза от солнца. Русского фигуриста рассмешило это выражение на лице Кацуки. Юри бы отдал всё на свете лишь бы каждый день слышать этот смех, видеть чудесную улыбку и чувствовать объятья Вити. *** Они позавтракали и поехали на каток, на котором сегодня будет проходить Гран-при. Они приехали за 4 часа до начала соревнований. Гран-при проходил в Нью-Йорке. Виктор, как обычно, одет в пиджак, а сверху было накинуто пальто. На Юри был шикарный костюм: одна сторона была чёрная, другая красная, а сверху мастерка, выдающиеся каждому фигуристу. На Плисецком костюм бы выглядел замечательно, но сейчас в нём выступает Юри и он ему тоже к лицу. *** Юри репетировал произвольную программу, а тренер внимательно смотрел. Когда время для тренировки на льду закончилось, они ушли вместо для ожидания. Соревнования начались и у Юри начала поступать паника. Руки невольно задрожали, мысли стали путаться. Виктор заметив состояние своего фигуриста, взял Юри за локоть отвёл в коридор. В нём было пусто и тихо. — Юри, ты очень талантливый и ты возьмёшь эту золотую медаль, я уверенн,— Никифоров взял в руки лицо фигуриста, повторяя одну и туже фразу: «Ты возьмёшь золотую медаль». — Но Вить... — Виктор заткнул Кацуки, прижимая его к себе. Они простояли в объятьях до того момента как перед Юри осталось 2 фигуриста, — Пойдём Юри, скоро твоя очередь, — Никифоров отпустил Кацуки и они оба отправились в зону ожидания. Слышно «Приглашаем Юри Кацуки» У них было ровно пять минут. Почему-то Юри сразу же отъехал от бортика, разминаясь, он так и не подъехал к Вите. Выступление началось. — Юри Кацуки, для фигуриста это 3 Ган-при! Тренер - Виктор Никифоров. Композитор - The weeknd, Музыка - The hills, — проговорили на английском языке, пока сам фигурист вставал в начальную позу. Заиграла музыка, коньки скользили об лёд. Тело плавно двигалось под музыку. Первый прыжок... И... 4 тулуп! Прыжок был выполнен идеально, все встали от восторга. «Юри, мы же договаривались что пока не каких 4-ых прыжков!» — Виктор нахмурился своим мыслям, пытаясь угадать что придумает его подопечный в этот раз. Выступление продолжалось, Кацуки с каждой минутой усложнял выступление. Никифорову это явно не нравилось. Но зрители хлопали и кричали от удивления, никто не мог оторвать взгляда. Выступление закончилось. Зрители хлопали, а Юри просто стоял. Через минуту, все задались вопросом: «Почему он просто стоит?». Ноги у фигуриста резко подкашиваются и он падает, падает под крики публики. Виктор чуть ли не выломал дверку, которая открывала вход на каток. Он подбежал к Кацуки, сел на коленки и прижал холодное тело к себе. — Юри, что случилось?! Тебе плохо?! Где болит? — тренер шептал своему фигуристу, буквально сходя с ума от беспокойства и от того, что в ответ получает лишь тишину. К парням подбежали врачи, зрители стояли ничего не понимая, как и судья. Папарацци ослепляли, но их увела охрана, спасибо ей. Врачи пощупали пульс и фигуриста положили на носилки. Виктор бежал за врачами, на глазах наворачивались слезы, но он всеми силами скрыл их. Они поехали в больницу. *** Юри отвезли в кабинет, а Вите сказали ждать. Никифоров сходил с ума, каждая минута была для него бесконечной. Медсестры не могли просто смотреть на такое состояние и пару раз предлагали ему успокоительное. Он согласился принять таблетку только после 5 предложения. Прошло пол часа, из кабинета вышел врач. Тренер вскочил, глазами моля что бы врач сказал что с его Юри всё хорошо. — Здравствуйте, вы к Юри Кацуки? —Виктор быстро кивнул, ждав новостей, — У него сильное переутомление, упал в обморок. Ему нужен покой... — Витя утомительно выдохнул, опуская взгляд вниз. — Молю вас, я должен с ним увидеться, — Врач увидев состояние русского, лишь коротко кивнул, после чего Витя влетел в комнату, закрыл дверь как можно тише и подошёл к кровати. На кровати тихо посапывал Кацуки, Никифоров сел на стул, стоящий рядом, взял руку японца и положил на неё лоб, шёпотом говоря: — Я же говорил, не нужно, не нужно, не нужно, я же говорил... *** Наступило утро. Ночью в кабинет заходил врач и медсестра, хотев выгнать Виктора, но увидев что он спит рядом с Юри, решили их оставить в покое. Виктор проснулся от поглаживаний по голове. Он резко вскочил смотря на Кацуки, тот лежал приоткрыв глаза, одна его рука лежала у него на животе, а та которая была на волосах Вити упала на кровать.