About Last Night

Сознание вернулось мгновенно, словно по щелчку. Гермиона резко подорвалась с постели, сразу пожалев об этом из-за ужасного головокружения. Затуманенность и дезориентация были её спутниками на протяжении пары минут после пробуждения. А тошнота преследовала чуть дольше. Волшебница прищурилась от резкого дневного света, льющегося через большие окна спальни, и осмотрела незнакомую комнату. Грейнджер понятия не имела, где находится, но, по крайней мере, была в помещении одна, что успокаивало. Она чувствовала, что голова вот-вот взорвётся, и не была уверена, были ли это бешено заменяющие друг друга мысли или боль от похмелья, но в одном девушка не сомневалась. Больше никакого Огневиски. Никогда. Огромная спальня. Доминирующие в основном тёмные тона, изысканная деревянная мебель, большая кровать и мягкое постельное белье. Где она находилась? Гермиона взглянула на тёмно-серые простыни. Затем под них, на себя. Ну, по крайней мере, она была одета. Движение было задачей, которую Гермиона выполняла медленно, обдумывая каждую деталь. Она откинула одеяло и вылезла из постели. Затем сделала важный первый шаг, почти потерпев неудачу, когда попыталась подняться на шатающихся ногах. Её конечности казались налитыми свинцом, от неё пахло не лучшим образом, когда Гермиона посмотрела в зеркало, волна сожаления затопила её разум. Мятая одежда. Вьющиеся волосы. Размытый макияж. Она выглядела словно катастрофа. Промокнув лицо полотенцем, слишком мягким, стоящим наверняка непристойно дорого, она собрала волосы и попыталась разгладить складки на своей одежде. Девушка пыталась отыскать свои туфли и палочку, но не нашла ни того, ни другого, что побудило её наконец покинуть спальню. Но не раньше, чем попробовать собрать любую возможную информацию о том, в чьей постели она оказалась накануне вечером. Сама комната была воплощением богатства: лепнина, богатая деревянная отделка и претенциозные произведения искусства. Чистота создавала ощущение стерильности, отчего ей стало холодно. Было слишком много вариантов личности её потенциального спутника, но в то же время было сложно выделить кого-то одного. Гермиона получила ответы, когда проходила по длинному коридору мимо закрытых дверей и вошла в просторную большую комнату. Панорамные окна, пропускающие большое количество света, заставили её ненавидеть это утро ещё больше. Окружающее пространство было будто вырезано из журнала с чистыми линиями и нейтральными тонами. Всё, на что падал её взгляд, было в лучшем случае безликим. Стойки были такими отполированными, что сверкали на солнце, а раковина выглядела так, будто ею никогда не пользовались. Гостиная была не намного лучше, с искусно расставленными предметами, расположенными на разных поверхностях без какой-либо чёткой упорядоченности. Кому нужна стеклянная статуя птицы на журнальном столике? На самом деле никому. Чувства Гермионы всё ещё были затуманены, пока из-за угла не появился человек. Не просто человек. Драко Малфой. Они оба замерли. Парень стоял без рубашки, в спортивных штанах, низко сидящих на бёдрах. Мгновенно сожалея о своем решении задержать взгляд на остром разрезе его бёдер, она фыркнула и подняла глаза вверх, пока взгляд не скользнул по его протянутой руке. Он держал… банное полотенце? Драко осмотрел её с ног до головы, и она постаралась не извиваться под тяжестью его оценивающих глаз. Она только что делала то же самое, так что это было вполне справедливо. Основное отличие заключалось в том, что он выглядел так, будто только сошёл с фотосессии, а она, в свою очередь, будто её сбил грузовик. Неоднократно. Затем он ухмыльнулся, и её раздражение ожило. — Я вижу, ты проснулась. Гермионе же было не до светской беседы. — Верни мне мои туфли и палочку, пожалуйста, чтобы я могла уйти и забыть, как страшный сон, то, что здесь когда-либо происходило. — Скажи мне, Грейнджер, что такого случилось? Честно говоря, она понятия не имела. — Я не совсем понимаю, как это касается тебя. Он склонил голову набок, и ей захотелось ударить по его глупо-красивому лицу. — Ты вообще помнишь прошлую ночь? — Да. Нет. Битва пристальных взглядов раздражала, но Грейнджер не отступала. Драко взглянул на неё немного пристальнее, прежде чем издать глубокий рокот, тихо посмеиваясь над ней. Затем он протянул полотенце, и у неё не оставалось другого выбора, кроме как принять вещь. — Ничего страшного. А пока тебе стоит пойти в ванную и принять душ. Я встречу тебя там после того, как ты закончишь все утренние процедуры. — Что? — Гермиона повысила голос. — Ты не сделаешь ничего подобного! — Но разве не об этом ты просила вчера вечером? — он действительно имел наглость смеяться. — Ты хотела, чтобы я… Боги, Грейнджер, видела бы ты своё лицо в этот момент. В этом не было необходимости, она чувствовала, как бешеный румянец обжигает её щёки. Неужели она это говорила? Нет. Ни за что. Подобные мысли жили в её голове, и их нельзя было высказывать вслух. Она бы никогда этого не сделала. Или всё-таки… Вся предыдущая ночь была словно в тумане. Гермиона не могла вспомнить, как появилась на праздничном собрании, а тем более уходила. Гарри настаивал на том, что её присутствие было обязательным, и она хмурилась всю дорогу, требуя от него выпивку раньше, чем прибудут все остальные. Это помогло ей оставаться навеселе до приезда почётного гостя. Но потом девушка заказала ещё бокал, ничем не закусив, и быстро опьянела. Они праздновали недавнее предложение Драко о работе, которое при любых обычных обстоятельствах для любого из её друзей было бы поводом для празднования. Но не для него. Не та должность. Гермиона тоже стремилась заполучить её, но в день, когда объявили кандидата, предложение о работе уже было отправлено, а её почтовый ящик оставался пустым. Гермиона решила покинуть Министерство раньше и открыла бутылку вина, как только вернулась домой. Очевидно, смешивание вина с огневиски было судьбой хуже смерти, если в словах Драко была хоть доля правды. — Мои туфли и палочка, пожалуйста. — Ей нужно было убираться оттуда как можно скорее. — Не так быстро. Думаю, нам уже давно пора немного поболтать. — Мы разговариваем каждый день, Малфой. — Она действительно пыталась скрыть резкость в своём тоне, но это было бесполезно – раздражение всё ещё кипело внутри неё. — К счастью, это скоро закончится, ведь ты перейдёшь в другой отдел, став аналитиком древних символов. — Хм. — Блеск в глазах Драко казался опасным. — Что-то подсказывает мне, что ты не помнишь события прошедшей ночи. — Я... — Это восхитительные новости, Грейнджер. Правда. Она не могла понять, что он под этим подразумевал. — Что ж, позволь мне заполнить хотя бы один пробел в твоей памяти. Мне предлагали должность, но я отказался. — Что? — Ты правильно услышала меня. — Но почему? Тебе всегда было интересно присоединиться к вспомогательному штабу министра. Как и ей, но в основном это было лишь ступенью в её длинной карьерной политической лестнице. Ещё один шаг к её конечной цели. Драко, помимо прочего, являлся препятствием с того момента, как был оправдан, не восполняя ничего, кроме возмещённого ущерба и общественных работ, – всё это он выполнил чуть более чем за шесть месяцев. За это время он заинтересовался Магическим Законом и набрал достаточно авторитета и доверия общественности, а также руководящих лиц, чтобы поступить на работу в отдел. Примерно в то же время Гермиона оставила свою должность в отделе по регулированию законов магических существ после того, как помогла реформировать Закон о домашних эльфах и повысила свою планку. В этом отношении Драко был столь же амбициозен. Стажировка его не остановила, и он стал её подчинённым в Департаменте международного права всего через год, а затем её коллегой после ещё двух лет, снискав всеобщее уважение своим удивительно замечательным трудолюбием. Но это не поменяло её отношение к нему. Этот человек всё ещё был болваном. Не то чтобы она ожидала чего-то другого. У них были равные успехи, но различия в методологии. В то время как Гермиона проводила в офисе долгие дни и ночи, не считая рабочих часов, Драко, казалось, проводил больше времени вдали от Министерства. Но его подробные отчёты, талант и трудолюбие были неоспоримы. Очевидно, она слишком долго молчала, потому что Драко откашлялся, привлекая её внимание. — Как бы невероятно это ни звучало, но моя карьерная цель не ограничивается рамками Министерства. Достаточно разумно, но что-то казалось неправильным либо в его ответе, либо в том, как он его произнёс. Она просто не знала, что именно. — Думаю, мне следовало ожидать, что ты добивался этого лишь для того, чтобы отказаться и бросить эту должность кому-то в лицо, доказывая свою напыщенность. Держу пари, ты… — Я считаю, что на сегодняшний день достаточно политических игр и покушений. — Челюсть Драко дёрнулась, прежде чем он приблизился, врываясь в её личное пространство. — Ты не настолько убедительна, как я уверен, тебе бы хотелось. Особенно после того, что ты сказала мне вчера вечером. Стоит ли мне напомнить тебе… — Нет, — Гермиона пожелала, чтобы её голос оставался ровным. — Нет, я не думаю, что это необходимо. — А что, если я всё-таки сделаю это? Волшебница попыталась взглянуть на него, вздёрнув подбородок и поджав губы, но веселье в его глазах отвлекало, чертовски отвлекало. Что она могла ответить? Прошлой ночью Гермиона была в довольно плохом настроении, но даже в ярости её самообладание было хорошо отточено, ведь прошли годы после того, как она пробиралась сквозь политические воды в Министерстве Магии. Гермиона умела искажать повествование для достижения желаемого результата, ускользая из разговоров, которые она не хотела вести, и подталкивала к тем, которые были полезны. Но сегодня её мозг был расплывчатым и запутанным. Возможно, с зельем от похмелья она вспомнила бы больше о прошлой ночи, но пока решила применить навыки стратегического выхода. — Я здесь не для того, чтобы играть в твои игры, Малфой. Я ухожу. Покажи мне, где находится камин. — Без обуви и палочки? Гермиона смело взглянула на него, пристально всматриваясь и пытаясь невербально призвать палочку, но… Это не сработало. Драко скрестил руки на груди. — Не получилось? — Ненавижу тебя. — Это совсем не то, что ты сказала мне вчера вечером. — Эм… — По правде говоря, — в его поведении произошёл сдвиг, и его приподнятые уголки губ превратились в полноценную ухмылку. Это не должно было выглядеть хоть наполовину так привлекательно, — ты назвала меня красивым. Он наклонился к ней, и она отступила. — Сказала, что тебе нравится мой запах. Он сделал ещё шаг. — Моя походка. Она отступила ещё на шаг. — И то, как я выгляжу. Когда Гермиона снова отступила при его приближении, поняла, что спиной прижата к стене. Буквально. — Я ничего подобного не говорила. — Хм. Думаю, я, должно быть, вообразил, что ты злилась и требовала, чтобы я отвёз тебя домой, а вскоре уснула у меня на руках. Драко полез в карман и достал пузырёк. — Избавит от головной боли, — он призвал полотенце, которое ранее положил на столик в гостиной, дал ей и кивнул в сторону коридора. — В ванной найдёшь запасную одежду и зубную щётку. Сделай всё необходимое, возвращайся, и мы поговорим. — Или я могу просто уйти. — Ты можешь, — Драко пожал плечами. — Хотя, помимо твоих пьяных признаний, я думаю, тебя могут заинтересовать несколько… личных причин, из-за которых я отклонил эту должность. Гермиона застыла и прищурилась. — Каких? — Сначала душ, потом разговор. Не в первый раз любопытство вывело её из комнаты.

***

Душ казался безопасным местом для божественного очищения тела и разума. Гермиона не хотела выходить отчасти потому, что горячая вода, обжигающая её кожу, казалась ей такой приятной, но и отчасти потому, что она не была готова снова встретиться с Драко. Почистив зубы и выпив отрезвляющее зелье, она почувствовала себя так, словно очистилась от ночи, наполненной лишь огневиски. Только когда девушка вытирала волосы, поняла, что не удосужилась взглянуть на то, во что Драко дал ей возможность переодеться. Чёрный шёлковый халат, который казался ей слишком большим. Его. Одежда, которую она сбросила, исчезла. Нижнего белья также не наблюдалось. Не имея другого выхода, Гермиона надела халат, туго обвязала вокруг талии пояс и нахмурилась. Её хорошее настроение исчезло вместе с паром. — Этот ублюдок… Стоял за дверью и ждал. — Ты снова говоришь обо мне, Грейнджер? Она скрестила руки и фыркнула. — Где моя одежда? — Мой домовой эльф забрал её, чтобы почистить. — Я не просила тебя об этом. — Я в курсе, но я не думал, что ты захочешь пойти домой в пропахшей алкоголем одежде. — Он, чёрт возьми, не ошибался. — У нас как раз есть время. Достаточно, чтобы мы могли поговорить. — О том, почему ты не принял эту должность? — И не только. Обернувшись, Драко пошёл по коридору, не оставив ей другого выбора, кроме как последовать за ним.

***

Гермиона допила чай, который он приготовил для неё. Взгляд её был полон молчаливого вызова, который, в свою очередь, маскировал унижение. В одном лишь шёлковом халате она чувствовала себя подавленной и недостаточно одетой для разговора, который они собирались вести. — Всё в порядке? Он приподнял бровь и взглянул на неё из-за края чашки. — Хм? — Не прикидывайся дураком, Малфой. Тебе это не к лицу. — Да, а ведь это звучит очень похоже на комплимент. Спасибо, Грейнджер. — Я этого не подразумевала. — Намерения – забавные вещи, не так ли? — О чём ты сейчас? — О намерениях. Он поставил свою чашку на стол, откинулся на спинку дивана, согнув руку в локте, нежно касаясь кожи плеч кончиками пальцев, плавно нарушая её личное пространство. Гермиона подумала о том, чтобы отодвинуться, дабы увеличить расстояние между тем местом, где его бедро прижималось к её, но она этого не сделала. Вместо этого ей удалось лишь закатить глаза, после чего волшебница поставила свою чашку рядом с его. — Я наслушалась твоих разговоров на самые разные темы на всю жизнь вперёд. Так что говори прямо. — Неужели? — его пальцы пощекотали ей плечо. — У меня создалось впечатление, что ты меня находишь довольно… как ты сказала? Ах, да. Очаровательным. — Я не... — Твои слова, не мои. — Драко… — Хочешь узнать, что же ещё ты мне сказала? — Даже не... — Что хочешь меня. — Я... — Это была чистая правда. Не в силах выдержать его взгляд, она взглянула на свои колени и поиграла подолом, пока её щёки горели адским пламенем. Материал скользил между пальцев, будто был жидким, и повторяющиеся движения помогли ей перефокусироваться. Она сказала это? Нет… Может быть? — Я здесь не для того, чтобы обсуждать обоснованность твоих собственных слов, но зная то, что мне известно сейчас, я просто хотел прояснить некоторые вещи. Малфой лениво повёл большим пальцем по голой коже на плече, не прикрытой халатом. Шёлк был настолько тонким, что казалось, что его вообще не было, и Гермионе пришлось бороться с ответной дрожью, пробегающей по спине. Секунды текли в тишине, отмеченной ничем иным, как биением её сердца. Она начала считать, желая, чтобы он сказал всё, что у него на уме. Один. Два. Десять. Тридцать. Прошло больше минуты, прежде чем она снова подняла глаза и обнаружила, что он смотрит на неё так пристально, что у неё перехватило дыхание. — Как я уже сказал ранее, я не согласился на эту должность, но, вероятно, не по тем причинам, которые могли посетить твою голову. Последние несколько лет научили меня, что мои карьерные цели не совпадают с медленным подъёмом по служебной лестнице Министерства. И что это было ошибкой, которую я не осознавал, пока не получил предложение напрямую. Чем больше я думал о бедном старом болване, решившем стать аналитиком древних символов, тем больше я понимал, что это не подходит мне. Я хочу большего. — Чего-то большего, чем подъём по карьерной лестнице? — Большего, чем предписанный путь к успеху, подкреплённый устаревшими взглядами Министерства. Настоящие перемены происходят не в конференц-залах или из-за межведомственных посланий. Есть как плюсы, так и минусы в работе в твоём отделе. Думаю, я слишком много времени на это потратил. — Он не переставал гладить кончиком большого пальца по шёлку, покрывающему её плечо. — Но стоит заметить, что я буду скучать по твоим завуалированным выпадам в мою сторону. — Я думала, ты сказал, что не примешь эту работу. — Я не согласился на должность, нет. Однако я решил выкупить старый бутик на Косой аллее и получил положительный ответ менее суток назад. Мысли Гермионы кружились, и боль чего-то неизвестного пронзила её грудь при мысли о том, что больше не будет видеть его изо дня в день на работе. У них выработался своего рода распорядок, и Гермиона могла признаться хотя бы самой себе, что будет скучать по нему. — Так… значит, ты всё же уходишь? — Да. Всегда такая наблюдательная. Она пыталась ответить – правда, пыталась – но не смогла выговорить ни слова. — Я повременю со строительством пару недель, а пока подготовлю здание и немного переделаю его. Мне бы хотелось превратить его в аптеку и, прежде чем ты что-то скажешь, да, я знаю, что она уже есть в Косом переулке. Мой магазин будет отличаться от остальных заведений подобного типа. Хотя это было далеко от её предположений, на следующие полчаса Грейнджер погрузилась в объяснения Драко о своих целях по разработке зелий только из лучших и редких ингредиентов. Он хотел вырастить что-то своё и создать собственное производство, продавая ингредиенты и зелья в лучшие клиники по всему миру, где требовалось лишь высочайшее качество продукта. Он перечислил достаточно контактных лиц, заставляя её восхититься его упорством. Гермиона слушала, затаив дыхание. — Ты много об этом думал и всё решил давно, не так ли? — Не делай вид, что удивлена, Грейнджер. — Я ничего не могу с собой поделать, — что-то давило на грудную клетку, и было довольно сложно игнорировать это чувство. — Итак, всё… подошло к концу? — В самом деле. У меня есть и другие идеи, куда лучше вложить время и деньги, что подводит меня к следующему пункту. Тебе следует рассмотреть и другие возможности. Мы оба знаем, что они предложат это тебе в следующий раз, и я умоляю тебя отказаться. — Что? — из всех вариаций их разговора, этого определенно не было в её списке. — Я не могу. — Не можешь? Или не хочешь? На самом деле, понемногу того и другого, но ему не нужно было этого знать. — Всё, что я имею в виду, – это цель выше. — Выше? — Я знаю, что ты достаточно заинтересована, дабы понять эту концепцию. Продолжай в том же духе. В будущем ты ведь хочешь стать министром магии, я прав? Она кивнула. — Ну, я слышал, что Кингсли уходит в отставку через пять лет. Она тоже слышала слухи, но напрямую у Бруствера не спрашивала. — Пять лет – ужасно долгий срок. — Никогда не рано начать добиваться своих целей, Грейнджер. Он не ошибался, и должность аналитика древних символов и рун также не была прямым путём к возможности стать министром, но это был шаг на пути к успеху. На пути к самосовершенствованию. — Я уверен, что мы сможем это сделать. — Мы? — Да, мы. Я уверен, ты не забыла, насколько привлекательным и очаровательным ты меня находишь. И этот дурень бросил ей в лицо её же слова, которые Грейнджер даже не помнила, как произносила. Румянец вновь окрасил её лицо. — Такие вещи, как ассоциации, пользуются политической поддержкой. Теперь я вижу: министр Грейнджер и её очаровательный муж, мистер Малфой. У неё вырвался недоверчивый смешок, такой сильный, что она не могла не запрокинуть голову. Всё ещё забавляясь, Гермиона провела ладонями по своим ещё влажным волосам, которые, без сомнения, вот-вот начнут завиваться. — Муж? — Это именно то, что я сказал. — Выражение лица Драко не менялось и не сотрясалось от веселья. — Судя по тому, что ты сказала мне вчера вечером, ты уже давно влюблена в меня. И если это так, я уже на протяжении продолжительного времени должен был сказать, что это чувство взаимно. — Взаимно или нет, но… В тот же миг мозг Гермионы опередил её голос, и она захлопнула рот. Моргнув один, два раза, она обрабатывала его слова и каждую строку подтекста между его предложениями. — Вот оно, — ухмылка Драко была опасным оружием, и он слишком хорошо умел ею владеть. Его пальцы коснулись изгиба её шеи, когда он наклонился слишком близко. — В течение многих месяцев я думал, что эти чувства были односторонними, но твоё признание вчера вечером просветило меня. И если есть что-то, чего я безудержно хочу, я всегда в этом преуспеваю. Сначала их губы сошлись в мягком прикосновении. — Давай начнём сегодня. — Ещё один поцелуй, лишь пробный контакт, призванный проверить её решимость. — Сейчас. — Тихий и нежный шепот прямо в губы. Сдержанность Гермионы рассыпалась, как древняя керамика, и, к её собственному шоку, она была этому рада. Девушка наклонилась ближе в ответ на его прикосновения, позволяя себе признать, что хотела, хотела его со всеми его намерениями. Она месяцами пыталась избавиться от влечения, преследующего её, проделывая в сердце дыры в надежде, что влюблённость утонет в глубинах её разума. Но этого не произошло. А теперь, когда она знала точное давление его губ, была уверена, что этого никогда не случится. Пальцы запутались в кудряшках на затылке, и он притянул её ближе, углубляя поцелуй. Это было легко. Слишком легко. Его язык так идеально сплетался с её собственным, что наводило на мысли о том, что они делали это тысячу раз раньше. Это чувствовалось правильным. Легко забыть, что этого не было. Её стон был непроизвольным, но в следующий миг Драко сдвинул её колено так, чтобы она смогла оседлать его бёдра, устроившись на его коленях. Она бы солгала, если бы сказала, что никогда раньше не думала об этом, но даже её самые яркие мечты меркли по сравнению с реальностью. Грейнджер не могла не толкнуться к нему, особенно когда почувствовала, как его член с интенсивностью топорщит ткань спортивных штанов. — Не так, ещё нет, — Драко прикусил её нижнюю губу и оттянул ровно настолько, чтобы её бёдра сомкнулись вокруг него. — Я планировал пригласить тебя на ужин, сделать это правильно, но блять… — Пожалуйста, — Гермионе было всё равно, о чём она просила, её тело умоляло о внимании. — Пожалуйста, Драко, я… — Это то, чего ты хочешь? — крепкие пальцы впились в её бёдра, делая мощный толчок, заставивший её всхлипнуть. — Скажи мне, Грейнджер, ты думала о том, каково было бы трахнуть меня? Она скулила ему в шею и впивалась ногтями в плечи. Ткань его джоггеров тянулась к её обнажённому центру. Халат был лишь хлипким предлогом для укрытия, и когда он стянул пояс и сбросил халат с её плеч, даже прохладный воздух не смог погасить жар, разливающийся по её венам от его прикосновений. Когда он поцеловал её в шейный позвонок, она закрыла глаза и прерывисто вздохнула. Его пальцы нашли складки, но она потянулась, чтобы убрать его руку. — В следующий раз. — Это обещание она намеревалась сдержать. — Прямо сейчас мне нужен ты. Вцепившись ей в шею, его зубы царапали её кожу посланиями. Малфой опустил руку, оттягивая штаны вниз по бёдрам. Но она не позволила ему снять их до того, как развернула бёдра вперёд, наслаждаясь гладким скольжением его длины по её ноющей вагине. Как только она начала опускаться, не смогла остановиться. — Блять… Было ясно, что Драко пытался её замедлить, когда схватил её за задницу, наверняка оставляя синяк, но Гермиона не смутилась, приподнявшись ровно настолько, чтобы протянуть руку и наставить член у её входа. Он так восхитительно растягивал стенки её влагалища, скользя внутрь, пока её бёдра не оказались на одном уровне с его. Так хорошо. Интенсивно. Гермионе было трудно дышать из-за боли наполнения, она не могла двигаться в течение нескольких ударов сердца, пока приспосабливалась к его плоти внутри. В далёком прошлом он был одарённым от природы и вечно находился в пределах фантазий девушек, если трепетания её стенок что-то значили. Первый удар о бёдра заставил его зашипеть, а затем она стала неподвижной, и он усилил хватку, настроив толчки на частоту, приносящую им обоим эйфорию. Бормотание и похвалы смешались с проклятиями во время слияния их тел. Гермиона схватилась за спинку дивана и прижалась лбом к его плечу, тяжело дыша и стоная в знак одобрения. Напряжение в её центре не заставило себя долго ждать. Жар разливался по её венам. — Ты чертовски идеальна, — тупые зубы впились ей в ключицу, и Гермиона вскрикнула от лёгкой боли. — Сможешь кончить для меня? Она простонала в знак согласия. — Ты так хороша, идеальна для меня. Отзывчива. — Он трахал её, как будто его жизнь зависела от её удовольствия, и в тот момент казалось, что здравомыслие покидает её. — Мне нужно, чтобы ты кончила. Позволь мне наполнить тебя. Гермиона вскрикнула, как только его большой палец коснулся её клитора. Изогнув спину, она крепче сжала диван, надеясь, что он поможет сфокусироваться, но кульминация выбросила её сознание в космос. Лишь смутно осознавая его яростные проклятия, она прислонилась к его груди и купалась в ощущении покалывания, скользящего по её голой коже. Драко толкнулся в неё ещё один, два, три раза, а затем замер, прижимая бёдра Гермионы к своим. В таком положении волшебница не совсем осознавала, где начинается он и где заканчивается она. Когда они оба кончили, воздух наполнился их тяжёлым дыханием. Мягким поцелуем он коснулся её виска, и девушка не смогла сдержать удовлетворённую улыбку. — В следующий раз, когда мы сделаем это, я хочу, чтобы ты была в моей постели. Снова, — добавил он со смешком, ухмылка вновь украшала его уставшие черты лица. На самом деле это звучало довольно мило. — Ну, и чего же ты ждёшь?

***

— Насчёт того, что ты хочешь стать Министром Магии… — Драко провёл пальцами по изгибу позвоночника Гермионы, растянувшись на скрученных простынях. — Что думаешь? Веришь в меня? — Я имел в виду то, что сказал. Думаю, ты справишься. Гермиона прижалась щекой к его обнажённой груди, закрыв глаза. Мысли плыли плавно, распространяя блаженство по всему телу от произнесённых им слов. — Ну, не знаю, я думаю, что ты забегаешь вперёд. — Вовсе нет. Я буду поддерживать тебя на протяжении всего процесса, каким бы тернистым ни был твой путь. — Ты понятия не имеешь, что нас ждёт в будущем. Тебе не следует давать такие обещания. — Я и не даю, но это является моим намерением. Конец