постельные разговоры

чонгук лениво ёрзает по липкой простыни, пытаясь принять для себя более удобную позу, и мягко вжимает подрагивающие и всё ещё немного напряжённые после оргазма бёдра в чужие бока. тихо урчащий тэхён тут же крепко вцепляется в них обеими руками, собирая кончиками пальцев остаточную послеоргазменную дрожь, и подтягивается выше, чтобы улечься младшему омеге на мокрый живот. чонгук устало, но не менее довольно вздыхает от приятной тяжести на своём теле и успокаивающих сладких феромонов старшего, и с удовольствием запускает татуированные пальцы в его спутанные и влажные от пота чёрные кудри, начиная заботливо массировать кожу головы и вырывать из тэхёна разнеженные одобрительные рыки. знает ведь, как тот любит ластиться и подлизываться к нему после секса, выпрашивая у него, такого разомлевшего, затраханного и безотказного свою порцию ласки. страсть окончательно уступает место нежности, даже несмотря на то, что в воздухе по-прежнему стоит острый запах их общего возбуждения и естественных выделений и что течка у младшего омеги в самом разгаре. тэхён снова принимается тихонько трещать и блаженно жмурить глаза. он расслабляет ноющие и саднящие от царапин мышцы спины, когда полностью разваливается на чонгуке и продолжает сжимать пальцы на его скользких и мясистых бёдрах. — нам бы простыни на чистые поменять, пока у меня есть на это силы. — и прибраться заодно перед тем, как тебя опять накроет, — согласно урчит старший омега и утыкается носом в глубокую ложбинку между крепкими грудными мышцами, которые соблазнительно напрягаются и перекатываются стоит только тэхёну приподнять голову, подтянуться на локтях и игриво мазнуть языком в том месте, где мелкие капли пота начинают стекать ко впадинке чужого проколотого пупка. он жадно вдыхает запах сладких ягод и сливок, исходящий от расслабленного чонгука, что поглядывает на него сквозь ресницы и перебирает волосы на загривке, и укладывает подбородок чуть ниже лоснящейся от пота и его слюны ложбины. — кажется, я не очень хорошо завязал последний презерватив. младший омега вяло кривится и чувствует, как из его растянутой и всё ещё раскрытой дырки толчками вытекает густая смазка. ягодицы и копчик при этом неприятно холодит и стягивает, и чонгук съёживается, передёргивая широкими плечами и сильнее обхватывая ногами горячее тело своего парня. — а мог кончить в меня. — прости, ягодка, но у меня нет узла на члене, который запер бы в тебе всю мою сперму на добрых полчаса. — да, но ты мог сделать это своим болтливым ртом, хён, — младший омега нагловато скалится, обнажая небольшие острые клыки, и сжимает пальцы в чужих волосах, когда видит, как взгляд тэхёна темнеет с каждым сказанным словом. — а вылизать ты себя потом дашь? — раскосые глаза лукаво щурятся, а пухлые губы замирают в ожидании ответа в опасной близости от искусанного и измученного ласками покрасневшего соска. чонгук тяжело сглатывает, чувствуя, как снова начинает обильно намокать и подбирается весь, когда тёплые ладони старшего перемещаются на его дрогнувший от прикосновения живот. — тогда, может, сразу шестьдесят девять? — блять, ягодка… — тэхён коротко стонет и страдальчески заламывает брови, прижимаясь распухшим зацелованным ртом к чужой вздымающейся груди. — будь моя воля, то ты бы с моего лица просто не слезал. ответить младший омега не успевает. он громко ахает, когда проворная уверенная ладонь вновь оказывается между его широко расставленных ног, и крупно вздрагивает, невольно сжимаясь на сразу трёх пальцах, грубо вмятых в раздвинутые ягодицы до упора. давясь, то стоном, то протяжным шипением, чонгук увлечённо приподнимает бёдра, чтобы убыстрившиеся хлюпающие проникновения попадали прямо по растревоженной простате, а тэхён в это время голодно присасывается к его яростно пульсирующей жилке на шее, в несколько ритмичных чавкающих движений заканчивая в мокром горячем нутре то, что так внезапно начал. — давай мы всё-таки немного уберёмся, — задыхаясь, бормочет старший омега в чужую ключицу, большим пальцем медленно обводя по кругу трепещущий гладкий сфинктер, из которого не прекращает вытекать вязкая маслянистая влага. тэхён растирает её по сморщенной коже и аккуратному шовчику на поджатой мошонке, и вопросительно мычит, чувствуя на своей макушке ласковую ладонь. чонгук рассеянно перебирает его спутанные волосы, слегка дёргая за упругие мокрые прядки, и вяло сжимается вокруг пустоты, снова ощущая настойчивую и сильную потребность быть заполненным по самые яйца. — честно говоря, мне снова захотелось трахаться, — скромно выдаёт младший омега, мягко отлепляя зад от влажной простыни и смещаясь немного влево. — может, ещё по одному разу? что скажешь? — скажу, что мой член очень рад это слышать.