kill me, please

Его тёплые ладони на моих щеках согревали и тело и душу, голубые глаза подобно синеве всматривались в сознание. Добродушный и открытый взгляд человека. Давно ли я видела его таким? Пожалуй никогда. Все что делали его нежные и горячие ладони, это жестоко убивали. Уничтожали людей. А его глубокий взгляд пронизал душу не неся хорошего помысла. Он убийца, я жертва которая случайно попалась ему под руку. Только эти мысли крутили в голове пока алая кровь таяла на руках, медленно стекая ручьём вниз на белоснежный кафель. Кимико никогда бы не стала обвинять санзу, она находила оправдания всем, но ни как не признавала виновность харучие в содеянном над Акиямой. «Мне просто не повезло оказаться рядом с ним…»

***

Вода все больше переполняла крои ванны и изливалась наружу смешиваясь с кровью. Задрав голову к потолку, в глазах девушки застыла печаль. Не грусть ни боль, печаль… Человека легко сломить, а особенно зная его слабости. И последняя надежда Акиямы потухла как фонарь на улице в поздний вечер. Страшно жить когда все кругом ненавидят тебя, когда единственный родной человек отворачивается от тебя. Человек ослабевает перед обществом. Именно этого и хотел Санзу? Санзу хотел что бы Акияма, вот так просто покончила с собой? Нелепая смерть девушки подростка далеко не то что хотел Харучие, однако ситуация все равно не вышла из-под его контроля. —Мама… прости меня. Я старалась, правда старалась изо всех сил. Но даже этого…—Девушка захлебывалась собственными слезами —…оказалось недостаточно. Холодное лезвие проскальзывало по коже отдавая глухой болью. Одно нажатие за другим, ещё один порез за следующим, новые толчки колющий боли отдавались волной по всему телу. Белый и худощавые руки покрывалась глубокими порезами каждую секунду. Даже ужасная боль, что сковывала разум, заставляя, кричать во все горло от боли не останавливало девушку от нанесения травм. Запястья были изувеченный порезами нанесёнными в хаотичном порядке. Кровь сочилась пачкая холодную воду и звонко капая на пол.

***

—и именно тогда это случилось. 16-го октября, моя первая попытка покончить с собой случилась тогда, когда погиб мой ещё не родившийся брат. — проговорила девушка. Светлое помещение отделяло крепкое стекло. На одной стороне от стекла располагалась комната, совсем маленьких размеров. Стул и сидящий на нем человек. Девушка лет 20-25 с коротко постриженными волосами и наручниками на руках, всматривалась в человека сидящего напротив. Брюнет с голубыми глазами слегка замешкался от такого зрительного контакта, однако поспешил задать следующий вопрос. — Кимико, из-за чего погиб… твой брат? Прости за то что заставляю тебя вспоминать это… — Такимичи, ты слишком мягок с ней. Она убийца! Пусть и твоя прошлая подруга, но она убила человека. — громко высказался смазливый мужчина заходя в комнату опросов. — твои вопросы никак не помогу продвижению дела. — а-а, наото! Так называемый наото не обратил на ханагаки никакого внимания. Он лишь ближе подошел стеклу за которым сидела заключенная и повторил вопрос, но совсем в других тонах. — кто был причастен к убийству Мори? Ты не могла убить её одна. Говори! — Кимико, прости! Но нам правда нужна вся информация про … — Про санзу? — перебила его брюнетка. Эта ситуация, кажется, никак не смущала девушку в белом одеяние и повязанных руках. Она лишь слега склонила голову давая взъерошенным смолистым волосам свалится на лицо. В её эмоциях можно было прочитать лишь усмешку. Её веселило то, что происходит. — Ты сильно изменилась. — серьёзно проговорил наото с некой доли жалости. — Пожалуй… 5 лет в тюремной психушке сделали свое дело…— произнесла Девушка своим прежним тихим и соблазнительным голос и расплылась в улыбке. — я хочу помочь. Кими, если ты все расскажешь то я смогу спасти тебя! — ты… спасти меня? Какие наивные слова. Я и так уже рассказала все что знаю. — уже серьёзно сказала кимико выпрямившись в осанке и не сводя взгляд с собеседника. —ты не могла убить собственную подругу просто так! У этого есть какая-то причина! Твоя пропажа после того как майки покинул тосву и… твоё убийство. Кто тебя пытался убить?! Тогда, когда я спас тебя, ты была на волосок от смерти! Кто то застрелил тебя! Это был санзу?! Скажи! — не выдержал было такимичи и ударил по столу двумя руками. — зачем тебе это? Капаться в моей ничтожной жизни ищя способы спасения, не кажется ли тебе это бесполезным? — нам нужна вся информация о харучие санзу как о члене бонтента. — в таком случае вам ни ко мне… я это человека знать не знаю.  — тогда кто пытался тебя убить? — не унимался смазливый парень. — а мне то откуда знать? — ты знаешь правду! Не ври, кими.! Я знаю кто ты за человек, ты не могла решиться на такое! — Нечего ты не знаешь, Такимичи—промычала брюнетка после чего тихо захихикала. — достаточно, такимичи. Дело не продвигается. Пошли отсюда. — Нечего не услышав в ответ, наото поднялся и вышел из комнаты. Через секунду, не поднимая взгляд с пола, ханагаки молча пошёл к выходу. — Такимичи. — окликнула Кимико Ханагаки. — советую тебе не лезть в это дело. — Что? Кими, постой! — но голубоглазый не успел, Акияму уже увели.      Длинная доска с множеством изображений на ней притягивала взгляд мужчин. — и что мы… будем делать дальше? Кими молчит… — будем опрашивать её дальше. — глотнув горький кофе, наото ответил на вопрос своего друга. — она единственная кто был знаком с Харучиё. Она может стать ключам к открытию личности санзу. Такимичи опустил обречённый взгляд в пол. Словив нотки печали в своём собеседнике, наото добавил. — другого выбора у нас нет. Из всех возможных, только Акияма была близко знакома с Харучие. Но по неизвестным причинам молчит. Прикрывает его? — смазливый парень задумался облокачивая голову на кулак.    

***

Свет из окон настойчиво проникал в больничную палату. Такой тёплый день в конце октября редкость. Тишина стояла по всему помещению. В такой тишине иногда даже казалось, что солнце издаёт какой-то звук. Но нет. Посередине комнаты, томно закрыв глаза, расположилась молодая девушка. Кимико. Забинтованные руки по плечи и отходящая трубка к капельнице. Жива ли она? Заметить как поднимается её грудь от вдохов нельзя, однако розоватые губы слегка были приоткрыты. Она дышала, однозначно. Такое спокойствие продлилось недолго. Тишину нарушил треск открывающегося окна. Оконная рама поднялась впуская в комнату человека. Розовые волосы блеснули в ярком дневном свете, а голубые глаза сверкали. Забравшись в комнату, парень было застыл. Остановившись посередине комнаты почти над кроватью, Санзу стал рассматривать брюнетку. Его взгляд скользил по телу, по лицу спящий, пока не остановился на израненных руках. Белые бинты будто слились с молочным цветом кожи девушки, но бледные алые пятна заметные иногда на руках портили картину. Не говоря ни слова, он сделал несколько шагов вперёд. Встав рядом с телом, он замолчал. Небесными глазами он всматривался в лицо девушки. Длинные чёрные ресницы иногда вздрагивали, а пухлые губы в такт глазам то открывались делая глубокий вздох то прикрывались. Харучие медленно протянул руку к лицу девушки, касаясь нежной кожи на щеки, он провел тыльной стороной ладони до подбородка. Глаза спящий тут же открылись, поднимая взгляд на парня. — Санзу…— капельки слез начали скапливаться в уголках девушки. Лучи солнца блеснули отражаясь в мокрых глазах Кимико. Харучие, по-прежнему не испытывая никаких эмоций, скрывая пол лица под маской, сел на край кровати поднимая расколеченную руку девушки. Не спешащими движениями, парень снимал бинты с руки Акиямы. Холодок прошёлся по чувствительной коже когда бинты полностью спали с запястий. Мужчина долго всматривался в израненную конечность, поглаживал раны медленным движениями, что отдавали тубоном мурашек и колющей болью, пока наконец не стянул маску с лица и не опустился к запястью нежно касаясь губами кожи. — Ты прекрасна. — мягким и слегка хриплым голосом произнес харучие. В ответ, Кимико подняла руку с постели касаясь лица санзу, выглаживая шрамы на его губах. Не единой мышцы ни дрогнуло на её лице когда санзу начал подтягиваться ближе к лицу брюнетки, даже наоборот, девушка потягивала рукой парня все ближе и ближе к лицу, пока наконец их глаза не оказались друг напротив друга. Дыхание предательски сбывалось, когда харучие потянулся к губам девушки. Нежной и миллисекундное касание его губ осталось навсегда в памяти. Отодвинувшись на секунду назад, ожидая реакции девушки, он потянулся обратно впиваясь в губы Акиямы уже долгим и колючим поцелуем. Наверно, именно в тот день, я поняла что это конец. Конец моим сопротивлениям. Санзу… он полностью смог завладеть моим разумом. Из ненавистного мной человека, он превратился в зависимость без которой я не могла существовать.