Радужный свитер

Думаю что здесь стоит добавить пару листьев и пейзаж будет готов. -Эй, радужный, чё рисуешь? — Антон явно не знал как начать разговор. -Привет, да так… ничего особенного. -Дай посмотрю. Шастун выхватил из рук Попова скетчбук и начал листать страницы, тем временем забираясь на парту. -Ха, ребят смотрите что у нас тут пидрила рисует, мальчики всякие, деревья. -Смотри-ка, тут все мальчики на тебя похожи, он в тебя втюрился походу, глянь, кудрявые, с зелёными глазами, у одного даже толстовка как у тебя. — Начал рассуждать Позов. -Ебать, не повезло. — Серёжа уже обдумывал что можно сделать с Арсением, как его наказать, и где продать. Серьёзно, если бы гомофобия измерялась каплями, то Матвиенко был бы морем. -Слыш, пидор, после школы, за гаражами, чтобы был как штык, иначе я тебя очком на арматуру насажу, усёк? — Шаст закусил нижнюю губу. -Да. — совсем тихий шёпот издался со стороны Арсения. -Я не услышал, повтори. Молчание. Жутко раздражающее Антона молчание. Шастун спрыгнул с парты и в два шага оказался возле Арса. Пропустил сквозь пальцы его угольные волосы и резко потянул вверх. -Я. Не. Услышал. — отчеканивая каждое слово произнёс Антон. -Да. — с щеки Арсения скатилась слеза. -Мальчики не плачут. — шёпотом сказал Шаст.

***

-Так и что это всё значит? — Антон продолжал пролистывать страницы скетчбука. -Это просто рисунки, которые с тобой никак не связаны. -Ага, ты мне ещё скажи, что ты мною просто вдохновился. Все рисунки Арсения поцеловали грязь после того как Антон кинул их на землю за ненадобностью, направляясь в сторону голубо (глазо)го. -Ну раз ты этого хочешь, ты этого получишь, на колени. — приказал Шастун. Я может и хотел этого. Но не так грубо. Не за гаражами после школы. Не в 16. Попов молча встал на колени. -Так ты ещё и покорная шлюха, ну вот и возьми в рот, сучара. -Лучше не сучара, а сучка. — Как же зря расслабился Арсений, ведь сразу после фразы в его рот бесцеремонно вошёл член Антона. Больно. Слишком глубоко. Ужасно грубо. Без любви. -Раз ты посмел влюбиться в меня, то будь другом, отсоси молча. Будь другом. А может это и есть любовь. А я думал это что-то иное. Более приятное. Мне казалось что делать минет будет приятно. Антон протолжает толкаться в рот Арсения, с трудом кончая, без особого удовольствия, ведь голубоглазый постоянно давился и кашлял. -Блять. Это был самый ужасный минет в моей жизни. Арс, тебе с такими навыками только в гроб. Ужасный? Не первый его минет. Я думаю он просто не понял. Удар. Арсений получает пинки со всех сторон, кажется рядом уже далеко не один Антон. По голосам слышно что рядом Дима, Эд, Серёжа. Возможно кто-то ещё. -Антон, ты так натурально его начал в рот трахать, я в один момент подумал что ты из этих. — Дима бьёт сзади, по спине, ботинками с шипами на носках, не зря купил. Главное не заплакать. Антон же сказал тебе «мальчики не плачут». Болит всё затылок, спина живот. Единственный выход просто терпеть. Как после такого его любить? Но. Он ведь поменяется? Да, да, точно, он полюбит, поменяется. Главное молчать.

***

Удары стихают. Арсений открывает глаза и видит недалеко пачку сигарет, протягивает руку сквозь боль. Всего пять штук, ничего, хватит. Ноги не держат, но идти до дома не далеко, правда мама волноваться будет, спрашивать будет кто меня так. Попов вышел на своём этаже, но решил подняться на балкон и покурить. С высоты 8 этажа прекрасно видно частные дома вдалеке, пошарпанные пятиэтажки. -Мама и папа, простите, я странный. А снизу Антон прекрасно видел как этот милый парень перевалился через перила. Перила балкона.