S-Files [Shrink Files]

— Слушай, ты уверена, что правильно всё намешала и — вообще — то, что надо? В отношениях малышки Паймон и Путешественницы не было и дня, чтобы фея не переживала за подругу: за её физическое, психологическое состояние и за жизнь в целом. Зельеварение представляло из себя науку в большей степени, чем искусство. Второе позволяло некоторые вольности создателю, а первое — ни на йоту. Лепестком травы-светяшки больше, лепестком меньше — в обоих случаях итоговый эффект будет сильно различаться. — Не волнуйся, я уже порядком набила руку на создании магических смесей, — ободряюще заверила летающую спутницу девушка. — Вероятность, что я в чём-то просчиталась, крайне мала. Сегодня был день рождения её друга-адепта, Сяо. Последний оставшийся в живых — Защитник Якса — он обладал удивительной силой, что черпал из собственной жизненной энергии. Единственным своим изъяном — или, говоря иначе, комплексом — охотник на демонов считал собственный рост, раздражённость которым он всячески пытался скрыть на публике. Выходило довольно плохо — по крайней мере, на взгляд девушки. — Я не то чтобы ставлю под сомнение твоё мастерство... — следуя за Люмин по пути к постоялому двору Ваншу, взволнованно протянула Паймон: с концентратами, что так или иначе деформировали тело его употреблявшего они обе ещё ни разу не сталкивались. — Просто пойми, что если ты хоть на полграмма ошиблась с пропорциями растёртых трав, слизи слайма и тычинок разумных растений-переростков, последствия употребления твоего снадобья могут быть непредсказуемы. Излишнее беспокойство подруги звучало одновременно и понятно, и раздражающе для девушки. — Хм, хорошо, давай так. — Люмин остановилась и повернулась к Паймон. — Если что-то пойдёт не так и у Сяо, условно, вырастает третья рука или... что-то ещё... — Фантазия юной путешественницы случайно сорвалась с хозяйского поводка: та слишком много времени уделяла изучению литературы эротического толка, — разрешаю выписать мне щелбан. Для феи подобное являлось недостаточной расплатой за все подколы разной степени обидности со стороны девушки. Но отказываться от возможности звонко щёлкнуть по лбу своей подруги исключительно за её оплошность — такую возможность Паймон не могла упустить в любом случае. — По рукам! — воскликнула она и даёт пять выставленной ладони подруги. Несмотря на свою преданность и преобладание искренности (наравне с несколько обидными шутками) в их отношениях, в глубине души фея хотела, чтобы что-то не критично, но прошло не так...

***

— Сяо, поздравляю с днём рождения! Радостно закричавшая, заключившая его в крепкие объятья посреди зелёной поляны, Люмин относилась к разряду тех, с кем Защитник Якса (и, по совместительству, своего личного пространства) в свою знаменательную дату хотел столкнуться меньше всего на открытом пространстве. Каким бы тёплым, расходившимся от груди по всему телу чувством не отдавалась в нём близость с этой девушкой. В глубине души адепт хотел, чтобы оная продлилась как можно дольше, уже и не помня, кто последний пробуждал в нём такое желание. — Почему ты не предупредила меня о своём визите? — набрав моральные силы для отстранения девушки от себя, мрачно спросил он. — Мне казалось, ты успела заметить мою неприязнь к неожиданностям любого рода. Люмин с нарочитой обидой поджала губы. Конечно, она была в курсе закрытой натуры Сяо и его нелюбви к физическим контактам любого рода, но по отношению к себе она ожидала совсем другой реакции. — А вот захотелось мне сделать тебе сюрприз, — с поднятым подбородком демонстративно хмыкнула девушка, скрестив руки. — Что, отправишь меня теперь куда подальше? Манипулятор со стажем, Люмин удалось надавить на чувственную натуру адепта. — Н-нет, конечно, нет! — отрицательно замотал он головой, махая руками. — Просто... в следующий раз сообщай, что хочешь увидеться. Каким это образом? — Люмин задумчиво нахмурила брови, слабо представляя, как в мире без телефонной связи и Интернета (куда её только с братом не заносила воля случая) можно было проинформировать своего «бро» о желании «замутить с ним сходку тет-а-тет». — А, ну хотя... — Поняла, — кивнула она и со взглядом а-ля «Сикстина Фибель с чашкой чая» повернула голову к спутнице, — впредь буду отправлять тебе Паймон с письмом. Что для девушки ни стёб, то для феи — оскорбление. — Э-эй! — раздражённо задёргала ножками она, уткнув кулаки в пояс. — Я тебе что, голубь какой-то?! По правде говоря, от голубя будет чуть больше практической пользы,— всерьёз лишь наполовину размышляла Люмин, естественно, не планируя озвучивать данные мысли, чтобы не уйти в — чистой воды — гнобление подруги. — В общем, я к тебе не с пустыми руками, — перешла она наконец к делу. — Не сочти за грубую шутку или за попытку задеть, но... вот, держи. Протянув и выставив перед Сяо ладонь, девушка материализовала пузырёк разбавленного концентрата с ярко-зелёным оттенком. — И что это такое? — Адепт неодобрительно покосился на тару с содержимым странного цвета. — Зелье роста. Сама сделала, — гордо улыбнулась Люмин, будто приготовила не сто грамм подозрительного снадобья, а пирожков на целый противень. — Работает по принципу создания вокруг тебя магической оболочки: ты увеличиваешься в размерах вместе со своей одеждой. Описание действия зелья вполне соответствовало его виду: подозрительно и с претензией на странные фетиши у изготовителя, чьи руки подрагивали, ноги подкашивались, а лицом овладело томительное ожидание... размерных преобразований испытуемого. — Я, конечно, благодарен, что ты выразила желание избавить меня от одного недостатка моего тела... — Адепт всем своим видом демонстрировал раздражённость очередным упоминанием его относительно небольшого роста. — Но откуда у тебя рецепт магической смеси, о существовании которой я вообще впервые слышу? От Одиннадцатого, чтоб хилличурлы обглодали его до костей, Предвестника Фатуи. Девушку вполне можно было упрекнуть за слепое доверие десятки раз побеждённому на арене Золотой Палаты Чайльду. Преподнесённый в качестве награды за многократное превосходство Люмин над лейтенантом Фатуи в честном бою, рецепт зелья был описан им как «действенный способ устранения её единственного физического недостатка». Девушка приняла подарок от парня, предварительно окропив листок с инструкцией по приготовлению кровью из носа «зарвавшегося наглеца». — У знакомого алхимика из Ли Юэ. Он зельеварщик в третьем поколении — в его знаниях я вполне уверена. — Хотелось бы и мне в них поверить... — с явным сомнением пробормотал Сяо, принимая пузырёк зелёной жидкости из рук Путешественницы. Если она доверяла своему человеку — значит, и адепт мог довериться ему. Если же магическая смесь подействует не в соответствии со своим названием, парень мог быть уверен, что она не убьёт — благодаря своей энергии, Сяо обладал иммунитетом к ядам разного происхождения. Спустя несколько мгновений с опустошения стограммовой колбы наполовину адепта окружила кислотно-зелёная аура, подстать цвету зелья, с образованием которой он ощутил странное, доселе неведомое ему ощущение безболезненного сжатия всего внутри. И вот, в ожидании возвыситься над своими знакомыми, он заметил, что процесс сразу же пошёл немного не так. Если точнее — совсем не так. — Хм, если это зелье роста, почему увеличивается всё кроме меня... — задался он вопросом, что отпал в тот же момент, когда он обнаружил свой взгляд на уровне коленей девушки. Которая для Сяо становилась неким подобием живой высокой статуи. Очень высокой статуи. — Стоп, я что — уменьшаюсь?! Люмин, что это чёрт побери такое?! Постепенно увеличивавшиеся фигуры знакомых на подсознательном уровне пугать парня, поэтому он предпочёл опустить глаза в землю. Что становилась всё ближе к нему. — Ой-ой, кажется, кто-то всё-таки не учёл возможных подвохов... — с невинным взглядом заключила Паймон, наблюдая, как фигура адепта поневоле опускалась в траву. Новый рост Сяо можно было спрогнозировать до однозначной — в плане количества цифр в числе — сантиметровой отметки. — Сяо, прошу, прости, ради всех Архонтов! — зажмурившись и наклонив голову, в жесте извинения сложила руки ладони. — Чёртов Чайльд... Я тебя когда-нибудь разыщу и точно прикончу! — Я... я здесь полностью виновата! Закончив с извинениями, девушка на некоторое время потеряла Сяо из виду. На небольшой поляне адепт явно не проглядывался — так что говорить приходилось о его росте, максимум, в пять сантиметров. Наклонившись над растительностью, что для заметно потерявшего в своих размерах Защитника Якса наверняка была настоящими болотными зарослями, Люмин относительно быстро заметила его — активно выпрыгивающего из-за ростков травы и махающего руками для привлечения её внимания. — Ура, нашла! — Она учтиво положила ладонь на землю перед Сяо, не в силах сдержать улыбки перед тем, как мило смотрелся её знакомый в размерах гипотетической, ожившей фигурки в честь самого себя. — Залезай. Я готова услышать все оскорбления в свой адрес. Это... её рука? Адепт не мог поверить своим глазам. Девичья ладонь, что буквально полторы минуты назад была сопоставима с размерами его, в данный момент представляла для парня причудливую подъёмную платформу. В то время как сама обладательница руки казалась ему ранее неизвестным истории Тейвата Восьмым Архонтом в своей истинной форме. — Ты... ты дура, Люмин! — первое, что выкрикнул он, едва забрался по её пальцам. — Абсолютно наивная дура! Не особо ставя себя в положение Сяо, Люмин быстро подняла руку с мини-парнем на уровень своей головы, чем сбила с ног потерявшего равновесие адепта. — Ой, прости, забыла, — виновато улыбнулась она, внутренне ликуя теперешнему раскладу вещей: объект её воздыхания стоял у неё на ладошке. — Прости, но, кажется, я плохо тебя слышу даже на таком расстоянии. Позволь... Девушка аккуратно поднесла руку с адептом к своему уху — человеческий лифт для Сяо поднял его на новый уровень живого здания. — Давай ещё раз. Только сейчас, когда голосовые волны не шли в его сторону, Защитник Якса заметил, насколько громогласным стал некогда совершенно спокойный в плане восприятия девичий голосок Путешественницы. — Дура, я говорю! — Даже вблизи ушного тоннеля, реплики Сяо напоминали ей по громкости мышиный писк. В данном случае — мышиный крик. — Как твой профи-алхимик мог так напутать с составом, что вместо того, чтобы быть ростом лавачурла, я сейчас даже в сравнении с Паймон смотрюсь жителем древесного пня?! У тебя есть какой-то антидот или «нормальный», разбирающийся в зельях знакомый, который поможет вернуть меня в норму? А может... не будем так спешить? — пронеслось в голове девушки, задействовавшей сейчас не только здравый смысл, но и свои потайные грязные фантазии. — Что он говорит, Люмин? — вернула напарницу на грешную — в меньшей степени, чем воображение той — землю Паймон, прозвучав подозрительно равнодушно. Ей либо был не особо интересен ответ, либо... она уже его знала. — Говорит, что даже ты для него — та ещё громадина, — ответила ей девушка. По сути — вполне корректно, но по подаче — чересчур прямолинейно. Спутницей, понятное дело, охватило раздражение. — «Даже я»? — Та состроила недоброжелательное выражение лица. Конечно, Паймон была осведомлена незначительностью своего роста по сравнению с обычными (не как теперешний Сяо) людьми. Но ей совсем не нравилось, когда данный факт постоянно припоминался её более одарённой параметрами роста подругой. — И как мне на это реагировать? Данный вопрос Путешественница предпочла проигнорировать (эщкере). Чем только ускорила пробуждение «тёмной стороны» напарницы. — Сяо, повторюсь — я очень сильно извиняюсь. Я хотела бы... как-то загладить свою вину. На щеках Люмин выступил румянец. Несколько секунд пятисантиметровый адепт завороженно наблюдал за покрасневшим лицом колоссальной знакомой, но, довольно быстро придя в чувства, продолжил гнуть свою линию. — Как именно, чёрт побери?! Что девушка высотой в десятки, если не сотни метров, может для меня сделать?! Да что со мной, чёрт побери, такое? — мысленно выругался Сяо, когда осознал, что вид Путешественницы в несколькократных размерах относительно него всё-таки вызывал в нём совершенно лишние мысли. — Что это за сдавливающее ощущение в груди? Которые нашли определённый отклик в словах девушки. — Позволь мне... удовлетворить тебя. [Ну-с, дамы и господа, мы начинаем наше шоу. Мозги — на минимум, (million dollar) хорнинесс — на максимум.] На момент между троицей повисла тишина. Нижние челюсти феи и адепта отпали, в то время как в нижней половине тельца второго появилось стремительно нараставшее напряжение. Из той же физиологической области, что и фраза Люмин. — Ась? — только и смогла произнести Паймон. — ЧЕГО?! Защитник Якса, тем временем, оказался более эмоциональным. Из-за неожиданности предложения, или совпадения того с его «губительными» мыслями — возможно, и то, и другое сразу. — Понимаю, звучит дико странно, но... — Девушка принялась разъяснять «джедаю» свою «ситховскую» позицию. — Послушай, Сяо, при всей своей силе адепта ты, в первую очередь, мужчина. Миниатюрный, свободно умещающийся в моей ладони... мужчина. — Подлив гормонального топлива ненадолго выбросил Люмин на небеса, после чего та быстренько перевела стрелки на Сяо. — Только не говори, что мои многократно превышающие твои размеры размеры только пугают тебя и не вызывают... ничего кроме. Хоть адепт и не собирался особо возражать, Путешественница уже успела разглядеть предательский бугорок в штанах парня. — Я-я... н-ну, хорошо, признаю — с настолько большой представительницей противоположного пола я сталкиваюсь впервые... — деликатно подтвердил слова девушки адепт, смущённо прикрывая пах. — Н-но... у нас нет времени на всякого рода извращённые эксперименты. Мне это не нужно... Мне это не нужно... Мне это не нужно! — убеждал себя парень, стараясь делать акцент на нынешних размерах своего тела, а не одного лишь полового органа, что снабжался потоками крови. — Он прав, Люмин, — Паймон наконец ввязалась в их интимную беседу. — Давай лучше начнём искать способы возвращения Сяо прежнего роста, а не будем отвлекаться на твои... — ... долбанутые фетиши. — ... фантазии с маленькими людьми. [Ну или так.] — Паймон, помолчи, пожалуйста. — Возбуждённая Люмин приняла у своей здравомыслящей предшественницы эстафету вида «ни во что не ставлю слова летающей консервы». — То, что из трёх участников разговора, ты впервые не на последнем месте по физическим параметрам, не даёт тебе права указывать своей более крупной напарнице, что делать. — Только бы не сглазить... — Хорошо, Сяо, думаю, несмотря на твои слова, в плане испорченности мы всё-таки близкие души, — Мужская эрекция — штука подставляющая. — Хоть для её пробуждения мне придётся тебя к ней подтолкнуть. Пальчик девушки, размером с внушительное копьё, направился в сторону миниатюрного адепта. — Люмин, что ты задум... Ай! Лёгким движением указательного сбив с ног Сяо, девушка стала им же прижимать крошечные руки парня, в то время как ногтем среднего принялась стаскивать с него брюки с нижним бельём. — Люмин, прекрати! — завопи-ща-л он. Страх и возбуждение смешались внутри него в едином «чувствовороте». — Мы не должны тратить время на подобную бессмыслицу! Но девушку-псевдобогиню было уже не остановить. Чувство власти над маленьким другом, маленького друга которого она — либо из оставшихся частиц треснувших приличий, либо из-за желания растянуть предвкушение — пока не обнажала полностью, накрыло её с головой. — Прости, Сяо. — Остановившись в своих макро-домогательствах на оголённом, покрытом незначительным волосяным покровом лобке парня, уже смирившегося, что его набухший половой орган сейчас выйдет в свет, Люмин решила немного объясниться. — Ты давно привлекал меня в романтическом плане, но я до сих пор никак не решалась продемонстрировать тебе это каким-либо образом. — Что «романтического» было в её рьяном стремлении установить односторонний зрительный контакт с членом Защитника Якса, девушка не уточнила. — И вот теперь, когда у меня выдался такой шанс... Я не могу его упустить. Стянутые ближе к запястью штаны Сяо, отпружинивший от них к низу живота его крохотный пенис с прозрачной смазкой на верху спрятанной крайней плотью головки и покрасневшее лицо самого парня, не видевшего смысла в попытках прикрыться от пустившей тонкую слюнную нить женщины-титана (на которую пока не нашлось своего Эрена Йегера) — картина маслом за авторством человека, не менее озабоченного, чем нынешняя Люмин. [Самоотсылка, чёрт побери. Одна из наиболее нейтральных вещей среди всех «само-».] — Ой, а кто это у нас возбудился от домогательств гигантской женщины, мальчик-с-пальчик Сяо? — засверкав золотыми радужками глаз, состроила девушка «Gasai face». — Надеялся, что я не замечу твой маленький член? [Не, ну шутки про размер МПО(Х) — это уже слишком мелко. Либо увеличьте и дайте прочувствовать их нутром, либо подставьте их под микроскоп, чтобы разглядеть в них саму шутку.] — У-у тебя всё равно не получится взять его в рот, озабоченная великанша! — дрожащим голосом пискнул адепт с собственными фантазиями в голове. — Сомневаюсь, что ты вообще прочувствуешь его губами! Нынешние размеры пениса Сяо едва превышали пол сантиметра. Мысленно примерив оные на свои уста [ох, какие уместные заместительные], Люмин лишь шире развела те в извращённой ухмылке. — А давай проверим. Прижав пальцем одной ладони Защитника Якса к поверхности другой, девушка поднесла маленькое тело парня к себе на расстояние достаточное, чтобы до сих пор скрытая за кожицей головка члена касалась её нижней губы. Собственно, первое, что намеревалась сделать героиня — обнажить ртом эту чувствительную мужскую часть. [Как дела с погодкой, народ? Снег, метель в лицо — теперь еле до работы добираюсь. По крайней мере, так было, когда я составил первоначальный вариант данной вставки.] К счастью или к сожалению, миллиметровый ствол Сяо вполне успешно накрыли массивные девичьи губы, обнажившие покрасневшую головку пениса со сдвигом с неё кожицы — тепло полости рта девушки адепт почувствовал всеми нервными окончаниями чувствительной части. От подобных ощущений у парня вполне могли начать подкашиваться ноги, происходи такое в обычных условиях. Но текущая ситуация являлась необычной — поэтому пятисантиметровому Сяо приходилось находить точку опоры для ног в нижней губе Путешественницы, с которой адепт, тем не менее, соскальзывал. Как из-за приятного покалывания в ногах, так и по причине движений губ Люмин, сомкнувшихся на органе Защитника Якса будто спаренные слаймы. [Если вы вдруг вспомнили о кроликах — у меня для вас пулемётная очередь из паронимов.] — Л-Люмин, осторожно, кажется, я сейчас... [«В смысле? Уже?» — давайте не будем забывать о мужском воздержании. Особенно, когда его продолжительность — пару сотен лет. По крайней мере, если мы всё знаем о Сяо.] — Поняла тебя, мой малыш. Девушка, продолжая прижимать адепта к своей ладони, перевела его в горизонтальное положение и позволила его едва уловимому обычным человеческим зрением эякуляту выскочить из уретры, приземлившись на её запястье, чуть дальше штанов с трусами. [Блин, Окси, серьёзно — микстейп? Я в ожидании альбома весь «Горгород» переслушал, а ты... А, подожди — всё-таки выпустил? Красавчик, что сказать.] — Фу, как мерзко... — Летающая девочка озвучила явно не только своё мнение. [Ага, типа слом четвёртой стены. Заезженный до стёртых о дорогу повествования шин.] — Ну как тебе, мой пятисантиметровый мальчик? — растерев микрограммы спермы пальцем о кожу, ласково поинтересовалась у парня Люмин. У того не осталось сил для достаточно громкого ответа на таком расстоянии. Но, к счастью, девушка уловила этот момент и вновь поднесла ладонь с телом адепта к своему уху. — Очень... необычно, — отрезюмировал он, инициировав волну дрожи по шее девушки, разум которой — ввиду только нараставшего возбуждения — начали заполнять не самые рациональные мысли. — Рада за тебя. Честно говоря, я и сама была бы не прочь пройти через тоже самое, что и ты... — Стоп. — Постойте-ка... — У меня же ещё осталось пол пузырька уменьшающего зелья. — Паймон, мы ведь с тобой лучшие подруги? Адресованный фее и подразумевавшийся как риторический, он заставил напарницу героини задуматься. — Ну вроде того, — неуверенно вскинула плечами она прежде, чем её осенило намерениями «наверно-лучшей-подруги». — Подожди, ты что — тоже хочешь уменьшиться? Одно дело — совершать стандартные по сути и нестандартные в контексте действия сексуального характера над миниатюрным парнем, и совсем другое — провернуть с ним чистую «классику» в абсолютно не классических условиях. — До размеров Сяо, да. Это же такая необычная атмосфера для романтики — среди травы, что для тебя будто тонкие деревья. — Опустив тяжёлого дышавшего адепта на траву вместе с одеждой, Люмин потянулась за наполовину наполненным пузырьком, одни мысли об эффекте которого вызывали у девушки учащённое сердцебиение. — Я иду к тебе, мой милый, в твой мир. Только попробуй атаковать нас — мы сможем дать тебе отпор и вынудим тебя доставить нас до Чайльда с антидотом. Зачем, в принципе, подвергать себя такой опасности ради собственного удовлетворения? — с малой долей понимания действий спутницы подумала девочка, широко раскрыв глаза с осознанием как минимум одного нюанса. — Подожди, Люмин, ты намерена выпить ВЕСЬ оставшийся раствор? Данный вопрос остался исключительно в мыслях феи — к тому моменту Путешественница уже приложилась к горлышку пузырька и запрокинула голову. — Подожди, Люмин! — воскликнула Паймон только тогда, когда её подруга полностью опустошила тару с зельем. — По-моему, ты немного переборщила... — В смысле? — заметно и невероятно быстро напряглась девушка. Подобная интонация — вкупе со слабой сочувствующей улыбкой — напарницы не сулило ничего хорошего. — Ты забыла, что на дне ёмкостей с разбавленными жидкостями оседает наибольшая их концентрация? — Для создания более нагнетающей атмосферы и подрыва эмоционального состояния Люмин Паймон подключила математику. — В тебе сейчас, как минимум, тройная доза Сяо, которого сжало до нескольких сантиметров. Люмин не была сильна в сиюминутных расчётах. Зато была сильна в скорости понимания своего «счёта с про-», который, судя по всему, будет стоить ей банальной видимости себя невооружённым человеческим глазом. Что? Нет, нет-нет-нет... Я уменьшусь даже больше, чем Сяо?! Чёрт побери, нет! Я не хочу уменьшаться настолько! В хаотично нараставшей тревоге девушка, обхватив себя за плечи в момент первых ощущений энергетических потоков в своём теле, успела обратить внимание на подозрительную несвоевременность предупреждения феи. — Подожди, Паймон... Ты специально напомнила мне об этом только в тот момент, когда убедилась, что я уже всё выпила? Насмешки над относительной миниатюрностью своей спутницы высшие силы Селестии будто бы обернули против самой героини угрозой миниатюрности её самой. Абсолютной и бесспорной. — Эм-м... Не-е-ет, ты что? — как никогда фальшиво отрицала Паймон, словно невербально подтверждая догадки Путешественницы о своём двуличии. — Как ты вообще могла о таком подумать? Врёшь, консерва! Надеюсь, когда-нибудь закину тебя на минуту в кипящий котёл за такое наглое предательство! Ровно как и с адептом, зелёная аура окутала Люмин, стремительно увеличивая окружение вокруг неё. Пока девушка могла, она стремительно подбежала к парню в траве, что грозилась стать для неё не просто зарослями — зелёными высотками. Как и для кукольного по объективным меркам парня — той, что будет помещаться в его руку. Девочка, на границе видимости под обычным микроскопом на стекольной платформе. — Люмин! — окликнул её Сяо, едва та достигла двух его размеров и могла прекрасно видеть и слышать адепта. — Сяо, — пять сантиметров (абсолютно равная адепту по росту), — кажется, я, — четыре и три (на уровне его ключиц и живота), — конкретно, — два и один (пояс и ниже коленей), — облажалась... Полсантиметра... Четыре десятых... Три десятых... Две... Кажется, всё. О Боги Селестии, насколько же сильно я уменьшилась?! — предельной паникой запульсировала мысль в голове Люмин, жмурившей глаза что есть силы уже на стадии менее одного сантиметра. Два миллиметра. Теперь она — героиня трёх государств Тейвата — была ростом всего лишь в пару миллиметров. Любые микроорганизмы могли мешаться у неё под ногами. Местные насекомые — её теперешние кошмары и стопроцентная погибель. Она не успела добежать до Сяо. Адепт наверняка был где-то неподалёку. Но Люмин боялась. Боялась распахнуть веки, поднять взгляд и увидеть, какой пылинкой она стала. — Ой-ё-ёй, Люмин. Неужели это и вправду ты? К большому несчастью для девушки, её летающая напарница — буквально минуту назад причисляемая Путешественницей к существам со скромными размерами — имела прекрасное зрение для разглядывания таких крошечных существ, каковым сейчас являлась она. — О Моракс, Паймон! Архонтами прошу, не так громко! Девушка крепко прижала ладони к ушам: голос феи был невыносимо громким — громогласным до самого предела, будто с небес, с самой — уже не раз упомянутой — Селестии. Тем не менее, теперешняя разница в размерах её и феи пугала девушку ещё больше вероятности стать глухой. Люмин банально боялась повернуться к девочке, чтобы убедиться в собственной абсолютной беспомощности. — Ой, прости, я не нарочно, — шёпотом ответила она. — Просто видеть тебя в настолько «неприметном» виде так... необычно. — Стоп, ты что, слышишь меня... — Девушка рефлекторно развернулась к подруге, чем вызвала нагрузку на свои сердечно-сосудистую и нервную системы. — О Боги!! Дрожь охватила тельце Люмин до самых пят. Паймон была в её глазах не просто гигантом — она казалась девушке натуральным небесным телом из космоса, даже на самый мелкий спутник которого та со своими миллиметровыми размерами не могла претендовать. Насколько у феи было хорошее зрение, что та вообще могла её видеть, для героини являлось загадкой. Собственно, как и способ отката к своему изначальному состоянию — из своего максимально неудобного положения «младшей сестры муравьёв» и «принцессы бактерий». — Паймон... — Девушка продолжала пребывать в состоянии непередаваемого страха. Она и предположить не могла, что её напарница была способна хоть когда-то вселить в неё ужас такой степени. Одна ответная звуковая волна на относительно близком расстоянии — и Люмин могла отбросить с двумя сальто назад. — Прошу тебя... Скажи, что я сплю... Если для возвращения хотя бы нескольких сантиметров ей необходимо было всего-то упасть на колени перед феей-планетой, поклявшись благословлять её комплиментами и вкусняшками три раза в день, Люмин без раздумий пошла бы на это — однако реальность была жестока. Как и девочка-колосс, приблизившаяся к пониманию сути фетиша подруги. [Да, здесь все извращенцы. Со мной в качестве зачинщика этого балагана.] — Хочешь поспать, «кроха Люмин»? — Сдавленный смешок феи ожидаемо отдался в ушах девушки эхом, сравнимым со сходом лавины с горы вдали. — Вот, залезай на мой пальчик. Он как раз тебе по размеру. Указательный Паймон приземлился возле Путешественницы цилиндрической величественной колонной, сбивая девушку с ног и окатывая её цунами из песчинок, размерами с детские игровые мячи. — Ой, прости, Люмин, ты в порядке? — издевательски поинтересовалась у Путешественницы фея, игравшаяся с ней как с беззащитной букашкой. Девушка не спешила вставать. Смотря в ясное небо, загороженное «десятками метров» травы, ей хотелось раздрыдаться не медля — из-за совершённого на почве безрассудства поступка. — Чёрт побери, Паймон, я же попросила — не так громко! — собрав волю в кулак, яростно прокричала ей поднимавшаяся на ноги Люмин. — Твой голос может полопать мои барабанные перепонки! И она совершенно не преувеличивала: малейшее воздушное дуновение в её сторону ныне приравнивалось ей самой к резкому потоку, что подхватывал её, сбивая с ног и прокручивая как минимум один раз вокруг себя. — Ой, точно, тогда — ещё больше «прости». — Люмин и подумать не могла, что её надоедливая спутница могла вмещать в себя столько злорадства. — Слу-у-ушай, а что ты там говорила про «щелбан» в случае своей неудачи с зельем? Не хочешь превратить его в боевое испытание для себя? Большой и средний пальцы феи сложились в одну массивную катапульту, если смотреть с «крошечного колокольчика» её подруги. [Это я перефразировал выражение «смотреть со своей колокольни». Да, оно употребляется в переносном значении как характеристика примитивного мышления, потому — вообще неуместно в смысле «точка наблюдения», но что вы мне сделаете — я на противоположном берегу Сети.] — Совсем спятила, Паймон?! — В попытке отбежать от потенциального орудия убийства Путешественница споткнулась и налетела на песчинки-шары. — Твой щелбан переломает мне все кости в теле! — Люмин! Взволнованный крик подбегавшего к Люмин Сяо был громким — но не настолько, чтобы оглушить её до потери слуха. Девушка повернула голову, подняв на адепта свой испуганный взгляд. Теперь даже он — несколько минут назад ублажённый на её ладони — возвышался над ней богоподобной фигурой. Её единственной надеждой на спасение из микроскопического ада. — Сяо! — Люмин плюхнулись к нему на ладонь, притираясь щекой к его коже будто муха лапками. — О Архонты Тейвата, как же я рада тебя видеть! Несмотря на всю серьёзность ситуации, парень не мог — так же, как и девушка в случае с ним ранее — не умилиться её крохотному, беспомощному виду на своей руке. — Да уж, — с выдавленной ухмылкой безрадостно заключил он. — Быть меньше себя в разы не так уж и интересно, согласись? — Вот да, блин! — Вернув себе какой-никакой эмоциональный баланс, девушка приняла вертикальное положение. — Так давай, поскорее оседлаем Паймон и полетим исправлять мою серию промахов. — Я тебя отлично слышу, «миллиметровочка», — едко напомнила о себе самое крупное существо из троицы на данный момент. — Не думай, что на ладошке Сяо ты вся такая в безопасности. Люмин охватил приступ гнева, побудивший её без какого-либо намёка на страх вступить в полемику с «громадной консервой». — Чёрт побери, Паймон! Я считала, мы подруги! Да, я нередко плохо обращалась с тобой, — продолжила она молча, — но я бы никогда не стала так с тобой обращаться, окажись ты на моём месте. Тем не менее, девушка, зная свой задиристый характер, тут же усомнилась в собственных мысленных утверждениях. — Забавно это слышать от той, что при каждом удобном случае гаденько смеялась надо мной, — подчёркивая обиду, скрестила руки у груди Паймон. — Это было по-доброму, дурында! — уже с большим уклоном в обиду свою, нежели в злобу, парировала героиня. На что фея тут же развела (недавно сложенными) руками. — Так и я вполне по-доброму с тобой играюсь. Просто при твоём росте всё воспринимается хуже. Естественно, чёрт тебя дери, хуже! — Люмин сжала зубы. — Я в сраном мире десятко-, сотни- и тысячеметрового ВСЕГО! — Могла бы учесть этого, прежде чем валить меня на землю своим здоровенным пальцем! — В условиях подступавших кома к горлу и слёз злость девушки не отступала. — Или ты специально забиваешь на тот факт, что я теперь... блоха? Блоха, стоящая на ладони пятисантиметрового парня... Настолько маленькая, что могу пристроить себе на плечо бактерию... Настолько маленькая, что язык Сяо может покрыть моё жалкое крошечное тельце слюной с ног до головы... [Так-с, это её мысли — не мои.] — О чём задумалась? — поинтересовался у Путешественницы адепт, забыв понизить «громкость» голоса. Барабанные перепонки Люмин вновь подверглись чрезмерному, но относительно терпимому, воздействию. — Сяо... — томно произносит она, беря во внимание, что сейчас её отлично слышала лишь «чёрт-его-знает-сколько-сотметровая» Паймон. — Если хочешь отыграться на мне за прошлые выходки... — Девушка развязывает свой шарф, перебрасывает широкие удерживающие на теле лямки платья через шею, полностью обнажая район ключиц. — Я готова всецело понести наказание... Звёздное белоснежное платье спало с её миллиметрового тела к ногам, на ладонь Сяо. Его щёки в несколько секунд налились краской, пока он продолжал завороженно наблюдать за обнажавшей свои руки и ноги миниатюрной девушкой. — Ой, снова пошлости! — воскликнула Паймон, отлетев подальше с целью менее травмирующего действия звуковых волн и прикрыв глаза руками. — П-постой, Люмин, зачем ты это делаешь? — Адепт стеснительно отвёл взгляд, ощущая, как его половой орган вновь наливался кровью. — Мне казалось, ты сейчас не в лучшем расположении духа из-за... ну, ты поняла. — Не строй из себя святошу, адепт! — крикнула она с достаточной громкостью, чтобы слух Защитника Акса уловил её вербальный упрёк. — И называй меня букашкой столько, сколько будет угодно твоей душе... — Эту фразу он, естественно, не услышал. — Бука-а-ашка! — с насмешкой заорала вполне услышавшая Паймон, отлетев от парочки «лилипут и крупинка» на пару метров вверх. — Пошла ты, астероид Паймон! — Обнажившаяся Люмин развернулась к фее, грозно подняв на неё палец. Загораживающая солнце, она воспринималась девушкой натуральной Луной. — Баал клянусь, верну себе свои прежние размеры — приготовлю пузырёк «зелья роста» лично для тебя. — Ну так верни их, а не занимайся непристойностями, будучи размерами с зародыша клопа! — искренне пыталась вразумить временами вредную, но всё же свою первую и лучшую подругу фея. — Ты в курсе, что являешься целью номер «один» даже для сантиметровых паразитов? Но, вместо того чтобы «вразумиться», девушка впала лишь в больший испуг. Как, находясь на земле, она не вступила в конфронтацию ни с одним мелким беспозвоночным — героиня списала это на невероятную удачу. [Или на «сюжетную броню».] — Паймон права, Люмин, — встал Сяо на сторону девочки в вопросе её текущей крошечности. — Оставаться в таком положении — чрезвычайно опасно для жизни. — Заткнитесь, гиганты! — Девушка раздражённо топнула ногой по ладошке адепта. — Я прекрасно понимаю, что я не жилец в долгосрочной перспективе! Дайте мне, чёрт побери, немного расслабиться в краткосрочной! — В натуральной мольбе она подняла глаза на парня и прошептала: — Сяо... Прошу, оближи меня... [Вот интересно: я снова выпендриваюсь знанием русского или у меня получилось положить на оный болт? Ну на смысл — понятно, что да, вместе с самим фетишем, но что насчёт простоты текстовой структуры? Не, скорее всего, я снова её перегрузил. Собственно, из-за этого и умерли последние крупицы смысла в этой истории.] — Эм-м, что? Прости, не услышал тебя. Кричать Люмин более была не в силах — слишком большая нагрузка на связки за такой короткий промежуток времени. Пришлось рассчитывать на посредничество Паймон, в котором та не подвела. — Она говорит, чтобы ты «облизал её», — с пренебрежением процитировала микро-подружку фея. — Как я понимаю — целиком, с ног до головы. Чтобы она вся была... покрыта твоей слюной. — Спасибо, Паймон, — искренне поблагодарила напарницу Люмин, нахмурившись в следующий момент. — И не криви свою рожу диаметром в десятки метров. Каждое разумное существо по-своему испорчено. — Агась, понимаю, — равнодушно согласилась она. — Вот только ты, скорее всего, единственное разумное существо в своём теперешнем размерном диапазоне. Моракс меня с едой проглатывал, да перестань ты уже нагнетать обстановку, дура! — снова молча разошлась Путешественница. — Дай мне расслабиться с любимым человеком! — Т-так, мне начинать? — неуверенно спросил парень. — Д-да, — согласно кивнула девушка, чтобы Сяо понял её хотя бы по жесту, и расставила руки в стороны, выпятив грудь. — Не тяни резину, блин. Люмин понимала, что потеряет равновесие при первом же прикосновении невероятной в масштабе ротовой мышцы адепта к её голому телу. Что и произошло, когда Сяо, окатив её горячим дыханием словно пустынным ветром без песка, прильнул языком к нижней части миллиметровой Путешественницы. С первыми впечатлениями напрашивалось банальное (уже известное по её губам) сравнение со слаймами — с тем отличием, что жидкостная субстанция Защитника Якса, покрывшая весь её перед, провоцировала в ней волну возбуждения, а не ярости. Не вставая с ладони, она перевернулась на живот, пригласительно заболтав ножками для «отвечавшего за неё — беспомощную девочку — адепта-колосса». Ожидать, когда сосочки того прильнут к её ягодицам и спине, долго не пришлось — на какой-то момент парень буквально прижал Люмин к своей ладони, принуждая её выгнуться до позвоночного хруста, пока крайняя часть языка быстро подходила к её золотистым локонам. — Н-ну как? — поинтересовался адепт, явно посчитав, что немного переборщил с давлением на героиню ввиду недооценки её нынешней хрупкости. Девушке очень хотелось продолжения и не особо хотелось принимать во внимание возможные последствия подобных облизываний для целостности своего скелета. — Немного грубовато, но вполне! — с бóльшим акцентом на плюсах их практики снова перешла на крик она и заметила, как что-то без её участия поднимало её за руки. — Э-эй, Сяо, что ты!.. Оторвавшись от поверхности ладони, Люмин удивлённо посмотрела на невероятно красивое и крупное лицо Защитника Якса, пытаясь понять, почему он так беспардонно схватил её подобно маленькой стрекозке. — Извини, что вот так без разрешения хватаю тебя... — Героиня уже и забыла, что возбуждение Сяо могло заслонять и его разум тоже. О том, каких размеров относительно неё был мужской индикатор оного у адепта, она старалась не думать. — Но тебе должно понравиться. Закинув голову под прямым углом, он широко раскрыл рот и выставил наружу язык, кончик которого старался сузить как можно больше специально для девушки. Точнее, для определённой части её тела. — Серьезно... — Не обделённая сообразительностью в интимном плане, девушка-крупинка находилась в состоянии ошеломлённости и предвкушения одновременно (плюс — банально боялась выскользнуть влажными руками из мужских пальцев и упасть в рот, приходившийся для Люмин натуральной бездонной пропастью): парень хотел удовлетворить её, приложившись краем языка к её микроскопической промежности. — А как мне, чёрт возьми, «насадиться»? Ладно, давай попробуем так... Несмотря на заострённый кончик, даже если бы девушка умела делать шпагат, она бы ни за что не смогла разместить ноги так, чтобы язык Сяо смог коснуться её — уже влажных от смазки, выделившейся по результатам двух актов облизываний её тельца парнем — половых губ. Она приняла решение пристроиться к ротовой мышце боком, намекнув адепту на это дёрганием ног в левую сторону. Тому долго приглядываться и думать не пришлось: он аккуратно взял правую руку девушки, высвобождая её из пальцевой хватки, просто ослабить которую он не рискнул — для двухмиллиметровой героини это могло быть сравни обрыву одного из тросов канатной дороги. [Не то чтобы я лазал по заброшкам со съёмочной группой в поисках сверхъестественного, но тем не менее — здесь кто-нибудь (ещё) есть?] Точкой для удержания Люмин выбрала ноготь адепта: достаточно крепкий и не настолько скользкий, как его кожа со следами его же слюней на её теле. Девушка повернула голову в сторону титана Сяо и утвердительно кивнула, мол «начинай». Она почувствовала, как при её опускании на свой мокрый кончик парень крепче сжал удерживаемую пальцем левую руку — ощущение, как будто она застряла ей между каменными плитами, но относительно терпимое в рамках желания оседлать ротовую мышцу адепта. Я выпила концентрат уменьшающей жидкости и, сжавшись до размеров микроба-переростка, с раздвинутыми ногами пристраиваюсь на край языка давнего объекта своего вожделения, а мой брат — принц Бездны... Итэр, до чего мы с тобой докатились? [Мор-рская черепаш-шка по имени Наташ-шка, с очками из Кита-ая, такая вот крута-а-ая!] Полностью осознать нынешнее положение вещей крохотная девушка не успела. Едва вся её промежность приникла к верхушке языка Сяо, тот начал едва заметное движение мышцей рта влево-вправо, рассчитывая, что хотя бы самой незначительной частью оной ему удастся пройтись по клитору девушки, едва ли превышавшим размерную отметку в одну-две десятые миллиметра. — Сяо... Б-ближе... Притирайся ближе, прошу! [Эх, хотел же стать нормальным фикрайтером. Проработанные персонажи, ангст и драма до стекольного хруста в зубах, крепкая мужская дружба, перерастающая в любовь — что ещё нужно для качественной любительской литературы?] Даже без успешного непосредственного воздействия на орган возбуждения девушки, одних трений половых губ о верхушку языка вполне хватило, чтобы Люмин, чувствуя химический выброс блаженства, на сбитом дыхании закричала: — Сяо... Опусти меня... Н-на ладонь... Ско... рее! Несмотря на все старания адепта удержать девушку для спокойного переноса её тела на плоскость ладони, та всё равно выскользнула у него из пальцев на относительно небольшой высоте от поверхности, приземлившись ровно в момент начала сладостного оргазма. Сказать, что Защитник Якса был пленён видом крохотной Путешественницы, испускавшей последние стоны-писки и истекавшей секрецией ему на руку, — ещё ничего не сказать. — Тебе понравилось? Картина вышла схожей со сценой «завершения» Сяо на запястье Люмин: колосс-актив с довольной улыбкой и тяжело дышавший, распластавшийся на конечности первого крошка-пассив. Сяо, ты просто... истинный «адепт» удовлетворения микро-женщин. — Мелкота, вы там уже заканчиваете со своими фетишами? — [Фу-у-ух, блин, ну лично я, пожалуй, да]. — Готовы последовать предложению «большой» Паймон? [Так, стоп, куда делась одежда Люмин? На землю попадала что ли? Хм-м... Ну выходит, так.] — Если «большая» Паймон соблаговолит подбросить свою «гадкую» бывшую подругу и её нового парня на своей здоровенной головушке, — с выходом на привычный дыхательный ритм заявила девушка, вставая на ноги, — с превеликим удовольствием. Адепт вполне ожидаемо удивился своей новой роли. — П-подожди, я теперь твой парень?.. Люмин — тоже вполне ожидаемо, учитывая её граничащее с ненормальным психическое состояние — заметно рассердилась в ответ на отсутствие сообразительности (либо на наличие чрезмерной скромности) у Сяо, что уже неоднократно был упомянут в качестве её возлюбленного. — Нет, блин, послушный зверёк для самоудовлетворения! — Девушка надеялась на понимание адептом того, что это был сарказм, а не обращение к нему. — Я тебе, считай, призналась в своих чувствах, когда ещё была... нормальной. Твою мать... Голос Люмин сорвался в пропасть предслёзной дрожи, в глазах начала скапливаться горькая влага. Заметить её даже со своим зрением Паймон не могла — могла лишь попытаться посочувствовать. — Люмин, слушай... — Не надо меня утешать, гигантская консерва! Уже успела «офигенно» с этим справиться! Подбирай нас и полетели разбираться с Чайльдом. [Фух, ладненько, куда я дел свой галоперидол?]