Потерянная улыбка

- Ох, Айеро, как же ты меня раздражаешь! Неужели ты думал, что это все всерьез?! Да это просто игра! Это ничего не значит! Я тебя не люблю! - выплюнул Джи с таким безразличием и холодом, что я невольно поежился. Он вышел, захлопнув за собой дверь моей квартиры. Его слова стучали о стенки черепа и прокатывались по горлу, застревая между ребер, будто разламывая их. Значит, я был ему не нужен. Я был игрушкой, которую он забыл мгновенно, как маленький ребенок. К горлу подкатил ком из боли и обиды. Слезы уже собирались вырваться наружу. Меня разрывало на части изнутри. Хотелось кричать, бить кулаками о землю. Но вместо этого я сполз вниз по стене, притянул колени к груди, уткнулся в них и заплакал. Прошло несколько минут, и я уже не сдерживал себя. Я захлебывался слезами . Я кричал, кричал в голос, надеясь, что кто-то услышит. Соседи, конечно, услышали, но они не помогут. Я выл от боли. От боли в душе, которая рвала меня на части не оставляя живого места. Не знаю, сколько я так рыдал, но постепенно слезы прекратились, и я всхлипывал все реже. Теперь я просто сидел и раскачивался в разные стороны, сверля глазами дверь, за которой скрылся Джи. Я готов признать, что если бы это что-то изменило, я бы приполз к нему на коленях, я бы молил. Я бы сделал все, что угодно, лишь бы он сказал, что это была неудачная шутка. Но это не шутка и уже ничего не вернешь. Несколько жалких слов, набор звуков опустошил меня! От меня остался ходячий труп. Не знаю, сколько я так бездумно раскачивался, но я уснул. Проснулся я, когда на улице уже было светло. В окна барабанил дождь. Каждый удар капли о стекло отдавался в голове невыносимой болью. Но я был рад, что не светит солнце, это было бы уже форменное издевательство. Собрав всю волю в кулак, я поднялся, опираясь на стену. Я был пуст. Я ничего не чувствовал, кроме боли. И боли не физической, а душевной. Она проедала меня насквозь. Я все еще не верил, что он так поступил. "Это просто игра. Просто игра - раздавалось эхом в голове. Я прохожу на кухню, где все еще пахнет одеколоном Джерарда. На столе, небрежно укрытым скатертью, валяется пачка, забытых Джи, сигарет. Я повертел в руках пачку "Marlboro" и засунул ее себе в карман. Кухня была залита серым светом, пробивающимся сквозь ткань штор. На плите стояла турка с холодным кофе. Я быстро согрел его, перелил в кружку и залпом выпил. Чувствую как кофе, растекается теплом, согревая кровь. Чиркаю зажигалкой, и в следующее мгновение нос щекочет терпкий запах табака. Такой знакомый запах. Так всегда пах Джерард. Когда целовал его, я ощущал вкус табака и кофе. Казалось, Джи был пропитан им. Кофе, сигареты и дорогой одеколон. Этот запах одурманивал, сводил меня с ума. Затяжка. Легкие наполняются дымом. Я вдыхаю глубже, чтобы пропитаться этим запахом, быть им. Чтобы иметь частичку Джи рядом с собой всегда. Мне нравится в нем все. Его походка, то, как смешно он морщит нос, как зажимает карандаш в руке, как смеется. Вечный бардак на его голове, его голос, его улыбка. Весь он, полностью. С минусами и плюсами. Помню, как мы гуляли, бегали от журналистов и фанатов. Джерард заливисто смеялся, и мы бежали дальше, держась за руки. Только теперь нет никаких "нас" и "мы", остались только руины, обломки и воспоминания. Он сломал меня. Сломал словно прутик. Я искренне не понимал, что не так. Что не так, мать вашу?! Зачем он так? Я поднимаюсь со стула и выхожу из комнаты. Надеваю кеды и мельком смотрю на себя в зеркало и ничего хорошего там не вижу. Красные глаза, наполненные слезами, неестественно бледное лицо, растрепанные волосы. Приглаживаю волосы, обреченно шмыгаю носом и выхожу из дома, хлопнув дверью. Я оглядываюсь по сторонам, на улицах никого нет. Раннее утро воскресенья. Только такой псих как я, может выйти на улицу, да еще и в такую погоду, когда свинцовые тучи нависают над городом, грозя, превратится в ливень. Я шаркаю в сторону парка, пиная жестяные банки, и камешки. В парке тихо. В воздухе стоит запах прелых листьев, который удушает меня. Тихо падают листья. Сентябрь. Ненавижу этот месяц. Лето постепенно теряет свои краски, уступая меланхоличной осени, которая убивает яркость. Своеобразная битва, в которой заранее ясен победитель. Я подпинываю грязно-рыжие листья, и они с шорохом ложатся обратно. В конце аллеи парка, слышится стук бутылок, и мелькает чей-то силуэт. Должно быть очередной бродяга. Я рад, что немного отвлекся от Джерарда, но Уэй обратно возвращается в мои мысли. Он совсем не похож на Майки. На милого, доброго Майки, который, словно Мать Тереза, поможет, успокоит и так далее. Уэи - полная противоположность друг другу. Как огонь и вода. Взрывной Джерард, человек-праздник. И тихий Майки, с вечным покер фэйсом. Снова мою голову заполонили Джи. Ох, Джерард, если бы ты знал! Я готов отдать все на свете, включая свою жизнь, лишь бы вернуть все. Слезы уже скопились в уголках глаз, и я поспешил покинуть парк. Я бежал без оглядки, бежал, куда глаза глядят. Я хотел спрятаться, удрать от всего произошедшего, но от себя не убежишь. Я бежал, а все вокруг было как в тумане. Очнулся я на окраине города. Эти места я знал хорошо. Я вырос в этих подворотнях и грязных переулках. Здесь же я впервые встретил Джи. На ватных ногах я добрёл до пустыря. И уселся там почти в центре. Воспоминания накрыли меня, принося невыносимую боль. "Мрачное осеннее утро. Я как всегда иду в этот злосчастный колледж. Перехожу перекресток и закрываю глаза в надежде, что со мной, что-нибудь случиться. Но мне не везет даже в смерти, дорогу я перехожу успешно и направлюсь к странному зданию колледжа, украшенному редкой изящной лепниной и множеством витых решеток. Я захожу в здание и тут же иду к расписанию. Там я натыкаюсь на объявление. "Начинающая панк - рок группа MCR ищет ритм гитариста. Фронтмен группы, Джерард Артур Уэй, ждет сегодня всех желающих в кафе Дракон после шести часов".- Гласило объявление. Только в девять я направился к тому самому кофе. Я открыл дверь и осмотрелся, за одним из столиков сидел молодой парень лет 24, может, и моложе он что-то усердно чиркал в своем блокноте. Когда дверь захлопнулась за мной, он поднял голову, и я застыл. У парня были необыкновенно красивые зеленые глаза, тонкие женственные губы и аккуратный немного вздернутый нос. Черные как смоль волосы немного не доставали плеч, пальцы на руках были тонкие и длинные как у девушки. Челка упала ему на глаза, и он женственным жестом заправил ее за ухо. Еще немного помявшись, я подошел к нему и спросил: - Эм, привет. Это ведь ты Джерард? Парень улыбнулся и кивнул " После нашей первой встречи? Друзья и знакомые хором твердили, что я стал счастливее, что на моем лице снова появилась та детская улыбка, которую я потерял. А сейчас я потерял ее вновь. Он забрал ее и забрал мое сердце, душу. Я стал трупом. Я вновь заплакал. Я сидел и тихо плакал, совершенно не следя за временем. Я все же успокоился, когда уже стемнело. Для меня не было проблемой вернуться домой без приключений, я знал в этом районе каждый угол и знал, куда соваться не стоит. Уже через час я открывал дверь своей квартиры.