Операция по спасению

Уже дома, меня захлестнули эмоции. Я спасла человека, помогла Казуторе, встретила красавца Доракена и разозлила Риндо настолько, что он полчаса отчитывал меня за поведение. — Ты меня поняла?! Мне не нравится, что ты начала общаться с этими недомерками! — Риндо не кричал. Он говорил спокойно, но громко. — Я тебя услышала. — И ты же не будешь встречаться с ними? — Нет. — В каком смысле, нет?! Что значит «нет»?! — То и значит. Я тебя не контролирую, и ты меня не трогай. — Ринки! Какого хера?! Я твой старший брат, ты должна меня слушать! — Ран в доме главный, а не ты. Тем более, деньги основные приношу я. С чего ты взял, что ТЫ можешь мне указывать? Риндо распсиховался и ушел в свою комнату. Внутри эмоции бурлили. Я побила стены в гостиной и, громко топая, поднялась к себе в комнату. Какой козел, а?! Ещё и тыкает мне! Пф. Невозможно. В руке завибрировал телефон. Это был Такемучи. Я взяла трубку, но ничего не сказала. Сначала, на том конце была тишина. — Э… Ринки? — он неуверенно спросил в трубку. — Я. — Ты… Когда будешь одна дома? — Так, мне не нравяться такие вопросы. Зачем тебе это? — Мы же партнёры, могла бы просто довериться мне. — А мы с тобой настолько друзья? — Ну… Нет… Но… Ты же просила помочь тебе… А мне нужна эта информация. Я подумала. Ему не выгодно меня убивать, если действительно хочет спасти друзей. На вряд ли он мне врет. Он слишком похож на простачка, чтобы так искусстно врать мне. С другой стороны, может он темная лошадка Свастонов. — Ты тут? — спросил он. Я слишком долго думала. — Я перезвоню тебе. Когда нужна эта информация? — К завтрашнему дню. — Хорошо. Я бросила трубку. Надо понять, когда дома не будет братьев, но буду я. В следующие выходные, я буду дома, но где будут парни? Надо спросить у Рана. Пока я шла к нему в комнату, думала зачем мне вообще может понадобиться эта информация. Друзей у меня особо не было. Я слишком занята работой и школой для друзей. Проект? Они знают, что в дом я никого не буду звать, это наша крепость, и никого лишнего мы сюда не водим. Я постучала в дверь. Через минуту, Ран сам открыл её. — Что случилось? — Ран, слушай, на следующий выходных вы где будете? — Что случилось? — Ран, где вы будете? — Что случилось? — Ну, что ты начинаешь? — Ринки, что случилось? — его тон был серьёзен, как никогда. — Я хотела побыть одна. — Сиди в своей комнате и будешь одна. — Ну, блин, прибраться я хотела! Уже полгода ничего не мыли по-человечески. Так, только, тряпочкой фыр-фыр и всё. А ты прекрасно знаешь, что я ненавижу, прибираться, когда кто-то дома есть. — Ну, да, дома действительно, уже неприятно становиться. Мы собирались уехать на двое суток, как раз в выходные. У нас намечается мероприятие. — Вы едите на тусу без меня?! — Риндо не хочет тебя брать. Сегодня ты его действительно разозлила. — Лаааадно. Если у меня что-то случиться, тебе звонить? — Только, если это серьёзно. — Я тебя поняла. Я приобняла брата. — Почему Риндо ко мне так строг? — не отрываясь от его татуированной груди, спросила я. — Риндо такой, какой он есть. Не обращай на это внимания, малыш. Ран чмокнул меня в лоб. — Ладно, спасибо. Я ещё раз посмотрела на него и пошла обратно к себе. Зайдя в комнату, набрала номер Такемучи. Он ответил сразу же. — Привет, ты узнала? — На следующих выходных они едут на тусовку. — Супер! А ты же будешь дома? — Да, не могу же я просто так оставить дом без присмотра, если ты знаешь, что братьев не будет. — Хорошо. Спасибо. — Всё? Больше ничего не надо? — Да, спасибо большое, Рин… Он не успел договорить. Я бросила трубку. У него такой странный голос, аж слушать долго не могу. Неделя пролетела быстро. Ничего интересного не происходило. Каждый день я думала о том, зачем же Такемучи эта информация. И вот, настал заветный день. — Давай, малыш, мы поехали, — Ран поцеловал меня в щеку и вышел. — Рин-рин, аккуратнее, ладно? — Ладно, — он сурово посмотрел на меня, — и ты тоже. Звони, если что-то серьёзное будет. — И вы, — я чмокнула Риндо в щеку. Он скривил недовольное лицо, но поцелуй не вытер. Может, мы ещё можем наладить братские отношения? Как только моторы мальчиков отдалились настолько, что стали еле слышны, я действительно начала прибираться на кухне. Запах моющих средств пытался втереться в руки через перчатки. Пот начал смешиваться с антисептическими средствами. Пора мыться. Я прибрала все моющие средства на места, и пошла в ванную комнату на втором этаже. Под музыку и запах пены для ванной я полностью расслабилась. Про Такемучи я и думать забыла. Реальность начала теряться, я засыпала. Сквозь бессознательное состояние я услышала щелчок. Он не относился к музыке, поэтому я не поняла, показалось ли мне или звук действительно был. Я выключила музыку и начала вслушиваться. Всё было тихо. Всё органы чувств напряглись. Тишина. Я вылезла из ванной и потянулась к полотенцу, чтобы завернуться. Только я завела его за спину, как дверь распахнулась. Я не успела запахнуться, и вошедший, всё увидел. С опозданием, полотенце было на мне, а человек закрыл глаза. Это был тот высокий красавец с татуировкой и косичкой. — Какого хрена?! Ты меня напугал! Если хотел посмотреть на меня в ванной, мог просто попросить! — Извини… Я не знал… — Что ты тут вообще делаешь? Да, открой ты глаза, я уже запахнулась, — я оторвала его руку от лица. — Я… Всё объясню. — Ну, что с тобой делать. Пошли в комнату. Я взяла его за руку одной рукой, а другой придерживала полотенце. Дверь открыл длинный. — Садись на кровать и рассказывай. Как тебя зовут и что ты тут делаешь? — я встала к шкафу за его спиной, доставая одежду. — Я Кен Рюгуджи, но меня зовут Доракен. — Забавно. — Я… Я должен был проникнуть к вам в дом. Такемучи сказал, что никого тут не будет, поэтому я мог спокойно собрать нужную информацию. Он был серьёзен и спокоен. — И почему ты мне это говоришь? — спросила я, надевая трусики. — Потому что я совершил преступление, и ты это знаешь, зачем мне лишний раз врать тебе? — Действительно. А что ты, собственно, тут хотел найти? И зачем? — я так и стояла в одних трусах, подбирая всё остальное. Доракен не смотрел на меня. — Одного из наших побили шестерки Хайтановские, поэтому мы решили объявить им войну. Я прыгнула на кровать, грудь ударила его по спине. Доракен вздрогнул. Я приблизилась к самому его уху. — А с чего ты взял, что вы сможете одержать победу? — прошептала я холодным серьезным тоном. Он прозвучал так, словно нож на точильном камне, перед началом долгих пыток. — Ринки, ты всё ещё без одежды? — Частично. Так, что? С чего ты это вообще взял? — Поэтому мне и нужно было собрать информацию. Такемучи сказал, что тут могут быть подсказки. — И ты сразу побежал вскрывать дом двух глав в одной из сильнейших банд в городе? — Нет. — Ну, ладно, в конце-концов, ты пытался. Вы, хоть, знаете как дерутся братья? — я отползла от него и продолжила выбирать одежду. — Нет. Поэтому я и пошел на это. — Тоесть, подытожим. Такемучи сказал, что возможно ты что-то найдешь у нас дома, при этом, вы даже не додумались проследить за самими братьями, чтобы вообще понять их стиль боя и всё такое, а сразу ринулись на преступление, при чем не самое легкое с точки зрения законодательства и наказания. Я правильно тебя поняла? Он молчал, но потом всё же выдал. — Ну, да. В принципе, да, так всё и есть. — Вы проиграете. Вы слишком мало знаете, а братья уже наблюдали за вашими стычками. Тем более, сколько тебе лет? — 15. — И мне 15, а братьям по 16-18, они старше, ты думаешь, это не показатель что ли? — я оделась и села на стул напротив него. — Что сейчас мы будем делать? Ты позвонишь братьям и меня накажут? — Нет. Я не буду им звонить. Они действительно уехали и попросили звонить в крайних случаях. А с тобой я вполне справлюсь сама. — Ты думаешь? — он как-то странно посмотрел на меня. — Знаю, Доракен, я знаю. Ну всё, я оделась, мы можем идти. — Куда? — Как куда? К тебе домой. У меня уже посидели, теперь пошли к тебе. — С чего ты взяла, что я вообще пущу тебя к себе? — Ну, ты же без приглашения пришёл, я вообще-то никого сюда не приглашала. Ты первый гость. — Ладно. Он встал с кровати. Доракен был подчеркнуто холоден. Мы молча спустились на первый этаж. — Ты хочешь узнать от меня что-то про братьев? — Если ты сама расскажешь. — Нет. Ты мне очень нравишься, но братья-есть братья. Он промолчал. Мы шли несколько кварталов до его байка. — Ты прямо так сильно решил подстраховаться? — Конечно. — У меня нет с собой шлема. — Я дам тебе свой, не переживай. — Ты уже начал заботиться обо мне. Спасибо. Мне приятно, — улыбнулась я, а он опять промолчал. — Держись, главное, крепко, чтобы не свалилась, — Доракен расставил руки в стороны, чтобы я могла его обхватить. Его твёрдое тело и холодная куртка как камень зимой обожгли меня. — Я бы хотела узнать тебя поближе. Давай дружить? — Ты чего как маленькая? — Ну, а как я еще должна предложить тебе дружбу? От смерти спасти? Это слишком по взрослому. — Я не горю желания вести дружбу с Хайтани. — Ну сколько можно? Хайтани это, Хайтани то. Очень странно оценивать человека по его родственникам. — Поехали уже. Он завёл мотор, и байк с рёвом двинулся вперёд. Когда мы уходим из квартиры, то незаметно для всех, включаем устройство сигнализации, поэтому за дом я не переживала. Тем более, все деньги у меня на карте, а документы у Риндо где-то спрятаны. Он очень умный, как и все мы. Мы выехали из частных домов, направляясь в центр Токио. Он что, такой богатый? Огромное по высоте здание давило на меня своим масштабом. Я знала, что тут располагается один из самых популярных домов терпимости, и по совместительству, мои прямые конкуренты. Я отбросила от себя эти мысли и с лёгкой улыбкой наивной дуры слезла с мотоцикла. — Ого, оно такое высокое! Ты действительно тут живёшь? — Ага, — буркнул Кен себе под нос. — Вау. Это так круто! Но мне всё же нравится больше частный дом. Это очень уединённо и приятно. В таком доме должно быть слишком много соседей или вообще картонные стены. Да? — Ну, стены тут хорошие, но от соседей иногда, действительно, нет покоя. — Как я могу тебя называть? — А как ты хочешь? — Спасибо, что спросил. Если честно, хочу, чтобы тебе было всё равно на то, что иногда я могу говорить не слишком уважительно. Тем более, что нам обоим по пятнадцать лет. — Ну, ладно, называй как хочешь, но при всех обращайся уважительно. — Хорошо, Кен~и. — Начались первые проблемы… — Да, ладно тебе. Знал бы ты как я называю иногда братьев. Мы зашли в здание. — Кстати, а у этого Такемучи действительно есть девушка? — Да. — А у тебя? — Нет. — Занятненько-понятненько. Он впустил меня первую в лифт и сам нажал на кнопку. — Доракен, а ты… — я не успела спросить как двери лифта открылись, и я оказалась в самом центре мира конкурента. — Ты живёшь тут? — Да. Пошли уже, — он потянул меня за руку. Девушки глазели на нас. Видно, что они хотят расспросить Доракена обо мне, но пока стесняются. Мы только здоровались со всеми. Наконец-то, круговорот полуголых тел закончился и мы очутились в его комнате. Я прямо сейчас нахожусь во втором по популярности месте весёлого времяпровождения в Токио. Я. Человек, имеющий такой же бизнес, но более успешный, если судить по популярности. Голова шла кругом. Видимо, лицо у меня было озадаченное, потому что Доракен подтолкнул меня к кровати, чтобы я присела. — Напугалась? Вот тут я живу. Ты сама нас сюда потащила. — Ты хочешь мне объяснить всё это? — Ну, объяснять нечего. Я тут живу, меня, можно сказать, приютили. Что ещё? — Ты не владеешь этим местом? — Нет, конечно. Я просто иногда делаю девочкам массаж, и этим зарабатываю небольшие деньги. — А это, что, фотографии твоих друзей? — я опять сделала вид, будто всё уже нормально. Нужно будет это обдумать дома. — Да. — Они тебе настолько дороги… — я рассматривала все фото, — о, а этих я помирила на прошлой вашей битве, да? — Да, кстати об этом. Спасибо. Наверное, Казутора убил бы Баджи. — Обязательно бы убил. Ну, пырнул бы точно. — Как ты так быстро отреагировала? — Я злюсь когда ты это говоришь, но знаешь, это все потому что я Хайтани. — Ну, вот видишь, а ты говорила. — Я обязательно тоже буду висеть на этой стене. — С чего ты это взяла? — Потому что я хочу быть для тебя самым дорогим человеком. Он замолчал. Я стояла, рассматривала фото, а он сверлил взглядом мою спину. Когда, я повернулась к нему, он без стеснения продолжил рассматривать меня. — Тем более, ты меня уже даже голой видел. — Не напоминай, пожалуйста. — Тебе не понравилось? — я скорчила грустное лицо. — Понравилось… В смысле… Я не ожидал и…не хотел… — Всё, я тебя поняла, можешь не говорить так. Я люблю когда ты весь такой холодный и твёрдый. Побудь таким ещё. — Ты такая забавная. — Почему это? — Ну, просто, ты так говоришь… Своеобразно как-то. — А чем ты любишь заниматься в свободное время? — Иногда, ремонтирую байки, но в основном, я занимаюсь делами Свастонов. — А если мы начнём встречаться, как часто будем видеться? Он нахмурил брови. — Ой, всё, опять ты хмурый. Ничего тебе нельзя сказать. — Я бы уделял тебе достаточно времени, — через паузу сказал он. Теперь замолчала уже я. Телефон завибрировал. Это был Риндо. Что случилось? — Ринки, твою мать, ты где вообще?! — заорал брат в трубку.