Операция по спасению

Утро мы встретили всей компанией. — Ринки, тебе надо поспать, ты столько пережила… Поехали домой? — Кен смотрел на меня с любовью, которую чувствовала только я. — Вы уже живёте вместе?! — воскликнула Хина. Злюка и Улыбашка отреагировали на этот вопрос и уставились на нас. — Да. Я не могу видеть братьев, поэтому пока не нашла жильё, мы живём вместе… — я улыбнулась Хине и перевела взгляд на Злюку. Он был грустный, но всё ещё пытался держать маску. — А… Вот оно как… Ну, вам же… По 15? — спросила она. — Да. — Ну, тогда понятно! — воскликнула Хина и прошептала мне на ухо, — вы же не?.. Я помахала головой в знак отрицания. Она с облегчением вздохнула. — Ладно, ребят, ещё увидимся! Всем пока! — я помахала парням, обняла Хину и ушла вместе с Доракеном домой. — Спасибо, Кен… — сказала я, как только мы пересекли порог его комнаты. — За что? — он повернулся ко мне. — За всё, Кен, за всё… — Ты хочешь покушать? — Я хочу спать и тебя. Всё. — Что?.. — Спать, Дракончик, спать. Я начала раздеваться, он отвернулся. — Расслабься. В этом же нет ничего такого. Всё равно все уже думают, что ты трахаемся, — я сняла верх. — Какое мне дело до того, что думают все? Я уважаю тебя, и не хочу так поступать с тобой, — он стоял, закрыв глаза в стене. Как это?.. Он не хочет смотреть на меня? Я ему не нравлюсь… Почему он не посмотрит? — Кен, скажи мне честно, — я подошла к нему почти вплотную. — Ринки, ты одета? — Кен, сначала ответь мне. — Что? — Я тебе не нравлюсь, да? — Почему? — Это я тут вопросы задаю, Кен Рюгуджи, — сказала я властным тоном. — Не неси чепухи! Я уже сказал тебе это! — Да или нет? — Да, — сказал он тихо и раздражённо. — Тогда, почему ты не смотришь? — Я уважаю тебя… — Нет! Я сама попросила посмотреть! — перебила его я. — Ринки, я и так уже много…- я опять перебила его. — Посмотри на меня, Кен, — я кончиками пальцев коснулась его спины. — Ринки… — Почему? — Я не могу. — Ты меня не любишь, — отрезала я и отстранилась от него. — Нет! — Всё. Я спать, — я бухнулась на кровать в одном нижнем белье. — Ты одета? Я промолчала в ответ. — Ринки? -… — Не зли меня! -… — Так, всё, мне это не нравится! — резко повернулся и накрыл меня одеялом. — Зачем тебе это, Ринки? -… — Ты меня слышишь? -… — Не игнорируй меня! — он повернул меня к себе лицом. Красные глаза посмотрели на него. Пальцы парня начали вытирать мои слёзы. — Ты так распереживалась из-за этого? — он улыбнулся. — Ты ещё и смеёшься?! — Ну ты и дурочка… Я просто не хотел ранить тебя тем, что я как мужчина хочу тебя, а ты вот так это восприняла… — он чмокнул меня в лоб. — Ты такой со всеми? -… Нет… — Спасибо… Но… Посмотри на меня… Пожалуйста… — Ты так этого просишь… — Да! Вокруг тебя ежедневно крутятся куча полуголых женщин! А ты на меня не хочешь посмотреть! Он опять посмеялся так тихо и мужественно. — Что смешного? — Они меня не возбуждают! — Они такие красивые… Значит, я точно не понравлюсь… — Дурочка… Давай, показывай себя красавицу, — он отодвинулся, и я смогла встать. Покрутившись перед ним, я плюхнулась на колени к парню и залилась смехом. Кен смотрел на меня как на дурочку, но мягко улыбнулся. — Давай поспим. По-моему, у тебя истерика… — он нежно положил меня на кровать и обнял. Я продолжала смеяться. Изнутри всё разрывало. Было ощущение, что рёбра треснут от напряжения в лёгких. Меня всю трясло от нахлынувшей истерики. Кен крепко прижимал меня к себе и гладил по спине. Постепенно смех превратился в плач. Я начала рыдать в объятьях Кена. Он продолжал гладить меня, шептал что-то тихо на ухо. Внутри меня продолжало трясти, но постепенно я начала успокаиваться. Почему всё происходит? Почему брат это сделал?.. Что с ними сейчас?.. О чём они думают прямо сейчас? Что делают? Почему я вообще думаю о них? Почему так больно? Почему меня это так волнует? Почему от тепла Доракена мне становиться так спокойно и хорошо? Я не понимаю… Всё так внезапно… — Дракончик? — спросила я, хлюпая носом. — Что, Ринки? — он немного отодвинулся от меня, чтобы видеть лицо. — Ты будешь со мной всегда? — Конечно. Мы со всем справимся вместе. Я уже никуда тебя не отпущу. — А я тебя, Дракончик… — Хорошо. Договорились. Давай, спи. — И ты спи. Я поцеловала его в подбородок и закрыла глаза. *** Открыла глаза. Доракен лежал рядом и мирно сопел. Надо съездить на работу. Стоит ли ждать, пока он проснётся? Да, наверное. Надо что-то приготовить. Хочу есть. Он, наверное, тоже захочет. Я осмотрела холодильник Доракена. Не густо. Из этого можно попробовать сварить лапшу. Ладно, надо просто брать и делать. Пока я всё резала, варила и смешивала, слушала музыку в наушниках, пританцовывая. Что сейчас ему снится? Может, я?.. Даже стыдно думать об этом… Почему мне так хочется, чтобы он думал обо мне? Наверное, он мне просто нравится… Как это приятно. Сердце выпрыгивает изнутри. Хочется вечно быть с ним. Целовать, обнимать, любить, просто смотреть и разговаривать… Я хочу его любить. Вот бы всё так и было дальше… Музыка прекратилась. Телефон завибрировал. Руки задрожали. А, если, это братья?.. Я повернулась к Доракену. Он всё ещё спал. Я отошла в ванну, чтобы проверить кто звонит. «Старший💕» высвечивается на экране. Ран… Я просто смотрю на вибрирующий телефон и считаю удары сердца. Через какое-то количество ударов, он сбросил вызов. Несколько долгих секунд я ждала. Ничего. Выдохнула. Ж-ж-ж-ж-ж… Я вздрогнула. «Старший💕». Хватит. Хватит. Хватит. Хватит. ХВАТИТ. Прекрати. Я взяла трубку. Молчание. Обоюдное молчание. — Знаю, ты слышишь. Малыш… Он потерял память. Просто, хочу, чтобы ты знала. Я не знал об этом. Малыш, я надеюсь, что ты спала не на улице. Надеюсь, ты сейчас с Доракеном или кем-то хорошим. Если сможешь его простить, прости. Если нет, я не буду заставлять. Сейчас он ничего не помнит и спрашивает про тебя. Я пытался выяснить что-то… Он вообще ничего не помнит. Малыш. Я вышлю адрес больницы. Если хочешь… Можешь приехать. Я буду ждать тебя тут… Ринки-винки, я надеюсь, мы ещё встретимся… Я молчала. Слов не было. Слёзы. Слёзы. Слёзы. Он бросил трубку. Песня опять запела. Я сидела. Плакала. Дрожала. Пришло СМС. Я вздрогнула. Амнезия?.. Что это вообще значит? Слишком легко. Слишком. Он так легко избавился от этих мыслей и воспоминаний? Мне это так точно не удастся. Доракен открыл дверь ванной. Я сидела на полу и уставилась в стену. — Всё хорошо?.. — Ран позвонил. — И что сказал? — Что Риндо потерял память… — Легко отделался… Сучонок… — Кен… Это мой брат. Он молча смотрел на меня. — Ты еду приготовила? — Да… — Пошли кушать. Вставай. Он подал мне руку. Я перевела на него красные глаза. Он помог мне встать. — Мне нравится. Ты это всё в холодильнике нашла? — Да… — Слушай, а я даже не знал, что так можно… Ты такая молодец. — Мне нужно сегодня на работу. — А школа? — Я на домашнем переведена. Просто, могу посещать, а могу не посещать. — А почему? — А я инвалид по документам. — В смысле? — А вот так. Просто, у меня есть отклонения в психике, поэтому у меня стоит диагноз. — Что с тобой? Это опасно для тебя? — Нет. Я… Короче. Я, типо, будущее вижу, понимаешь? — Что? — Я вижу будущее. Так я спасла Кейске, Тайджу, и много чего до нашего знакомства. Он замолчал. — А ты когда в школу? — Сегодня. — Хорошо. Я одна съезжу на работу. — Ринки, напомни-ка мне, кем ты работаешь? — Кен, разве я тебе это рассказывала? — Ринки. — Я держу свой бордель… — Что? — Я сутенер… — Ты сейчас серьёзно? В 15 лет? — Да… — Ринки, это же глупость какая-то… — Ну, бывает вот так. Ты думаешь, на какие деньги мы живём? — Ну… Я думал это братья… — Давай поговорим об этом потом? Мне надо уладить все дела. Отвезёшь меня? — Да. Давай. Куда тебе? Я сказала адрес. Его глаза округлились. — То есть, хозяин самого популярного салона-это ты? — Это я. — Так, ладно. Давай, пошли. Отвезу тебя, а после школы заберу, хорошо? Дождись меня. — Хорошо, Дракончик, — я обняла его и мы вышли. *** — Ну, что, Ду-ду, как дела у вас тут? Чем поделишься? — я смотрела на своего зама. Он играл роль хозяина заведения, чтобы мою личность не раскрыли. — О, Ринки, сколько лет. Как ты? — огромный мужчина расставил руки, чтобы обнять меня. Я вдохнула запах дорогого одеколона и сигарет. — С переменным успехом. Мы можем поговорить наедине? — Конечно, пуговка, пошли в кабинет. Я взяла его под руку и мы дошли до кабинета, попутно здороваясь с девочками и мальчиками. — Рассказывай, — он закрыл дверь, когда я уселась в своё кресло. — А что собственно? Эти твои друзья разобрались с финансами и предложили новую систему. В общем, слушай… Он долго рассказывал мне денежные схемы и ещё много очень скучной, но очень нужной информации. — Это всё понятно, но у меня немного другой разговор к тебе есть. Я могу тебе доверять? — Конечно, почему ты вдруг спросила об этом? — Риндо пытался меня убить, — я серьёзно посмотрела в глаза старому товарищу. — Давай дальше, — он напрягся. — Он потерял память. Я не знаю что мне сейчас делать. Ран сказал, что Риндо не помнит НИЧЕГО про убийство. Прямо НИЧЕГО. Я теперь и выяснить не смогу ничего и обижаться становится странно… Дусик отхлебнул что-то из стакана. И молча смотрел мне в глаза. Его взгляд был по-отцовски тёплым. — Был бы тут ваш отец… Он бы разобрался… — Наверное… Слушай, Дусик. А папа… Он какой был? — Он был очень умный. Хитрый. Жестокий и холодный. Тебе же 2 года было, когда он помер? — Он не умер, а пропал, Ду-ду. — Ну, да. Знаешь, мне всегда казалось, что он будто уже жил в будущем. Я вспоминаю все его слова… Он будто знал, что случится. — Дусик, у вас есть фото папы до нашего рождения?.. — Ну, да, свадебное. — Покажите-ка мне его. — Ты думаешь, я везде таскаю фотку твоего отца? — А где оно? — Твой счастливый день. Я храню альбомы тут. — Ду-ду, это странно. Почему ты хранишь их не дома? — Не задавай лишних вопросов. Дусик достал старый альбом из ящика стола. — Должно быть тут. — Дусик, а как вы с папой познакомились? Мы раньше не говорили об этом… — У нас была своя банда. Он пришёл ко мне с предложением. С его помощью мы поднялись и стали самой лучшей бандой во всей Японии. А потом начали преступную деятельность, а твой папа родил вас. Они с твоей мамой не очень ладили… Он говорил, что не может забыть свою первую любовь, а потом и вовсе пропал, а мама твоя… Ты уже знаешь. — Дусик, это папа? — я ткнула в мужчину в очках. — Да. Я вгляделась в фото. — Он красил волосы? — Да, он раньше был светлый. Смотри как смешно одевался. А сейчас так много кто ходит. — Да, он был необыкновенным… — Это правильное слово. Именно необыкновенным. Во всём. — Сколько ему было, в день вашего знакомства? — Вроде, двадцать, а что? — Да, нет, просто… Интересно, а я могу найти его более молодые фото? — Так, он же детдомовский, где ты их найдёшь? Фотоаппаратов тогда не было так много. И дорого это было. — Ду-ду, давай, лучше о братьях. Что мне делать? Ран и Риндо зовут меня в больницу… — Я что ты сама хочешь? — Я хочу отдохнуть. Ничего не делать, не думать и быть только с Доракеном и всё… — У нашей Пуговки появился мальчик! — Да. Появился. Но это не решает моих проблем. — Ринки, а где ты сейчас живёшь?.. Неужели, с ними? — Нет, я сбежала из дома и живу в безопасности. Сегодня буду искать жильё на съём. Кстати, о деньгах. Как тебе работа Коконоя? — Он очень хорошо разбирается в финансах. Я был крайне удивлён, что он придумает настолько… Необычную систему распределения. Вы детки, все что-ли сейчас такие умные? — Типо того. Я думаю, нанять его на постоянную основу… — Можно. Он башковитый парень. — Но он же гопник… И я не знаю, смогу ли доверять ему также как тебе или себе. — Ты уже ему доверилась, разве нет? — Ну, да… Слушай, Ду-ду, ты не голоден? — А что ты предлагаешь? — Давай еду закажем? Кто у нас сейчас свободен? Денег дадим и пусть сбегает? — Давай. За едой, Дусик вспомнил много интересных рассказов и случаев, произошедших тут в моё отсутствие. Ненормальные клиенты, недовольные моим отсутствием работники, подосланные шпионы, недоверие к Коко и их знакомство. Эмоции бурлили во мне. Я и забыла про брата и Доракена. Хотелось бы, чтобы это длилось вечно. Дусик, как вы уже поняли, старый друг моего отца. Когда родителей не стало, он воспитывал нас, помогал. Сейчас он продолжает быть рядом со мной, но и с мальчиками тоже периодически видится. Он работает тут и живёт одновременно. Наш разговор прервал телефонный звонок. «Второй» высветилось на экране. — Кто это? — Дусик посмотрел в мой экран. — А ты отгадай. Риндо. — Возьмёшь? — А можно, ты возьмёшь? Нет. Они поймут, что я тут. Ответь, Ринки, ответь. Он всё забыл. Не разговаривай с ним. Просто выслушай. — Ринки… В общем. Это я. Риндо, — он говорил медленно, не как обычно, — приезжай. Ран рассказал мне что случилось, но… Я ничего не помню. Пожалуйста, Ринки. Приедь. Мы так сможем понять всё. Возможно… Ринки ты нам нужна. Просто приедь. Одна. Лучше одна. Не хочу чтобы кто-то видел меня таким… Приедешь?.. Не молчи… Ринки… Я бросила трубку. Надо ехать. Но точно не одной. — Чё ему надо было? — Просит приехать… Одной… — Не едь одна. Это опасно. — Знаю… Ду-ду, а вы сможете съездить со мной? У вас большой опыт, может, вы что-то увидите или поймёте, чего не могу понять я… — Только вдвоём тоже ехать не стоит… — Вы думаете?.. — Он уже попытался убить тебя. Где гарантия, что… — Я вас поняла. Позову ещё Доракена, Коко и Инуи. Заодно работу им предложим. Хорошо? — Да. Надеюсь, всё пройдёт хорошо. — Ладно, сейчас позвоню им. — Алло, Коко, ты с Инуи? — Да, привет, Ринки. Мы вместе. — Проедите со мной в больницу к брату? — А что, собственно?.. — Потом расскажу. Мне нужно поговорить с вами и… На всякий случай приготовьтесь к защите, хорошо? — Ты меня пугаешь, Принцесса. Ладно, мы приедем. Вышли время и место. — Спасибо большое, Коко. — Всегда пожалуйста. Он повесил трубку. — Замечательно, а Доракен должен согласиться. Я написала Коко, а потом оповестила Доракена в СМС. — А где он у тебя? — В школе. Он не ходил много, поэтому сейчас отрабатывает. — Да, уж. А ты-то как… — я перебила его. — Не будем об уроках. Давай, лучше собираться. Зайдём в оружейный? Надо кунаи купить. — Куда ты их только деёшь? — Ду-ду, вы с этими странными словами… По дороге расскажу куда я их подевала. Я ему в красках рассказала о всех событиях в церкви и после неё. Дусик внимательно меня слушал и не перебивал. — Я горжусь тобой, Пуговка. — Правда? Чему тут гордиться? — Ты такая сильная. И физически, и духом. Это дорогого стоит… Прямо, как отец твой. Мы быстро купили всё нужное и вышли из оружейного, как мне позвонил Доракен. — Да, я тут в оружейном. Сейчас подойдём к выходу… Нет, я не одна… Сейчас увидишь… Давай, сейчас придём. — Дусик, я с Доракеном поеду на мотоцикле, а вы на машине езжайте, хорошо? — Конечно, Пуговка. Мы вышли из-за угла. Доракен стоял со своим мотоциклом. Ветер трепал его белые волосы. Чёткий подбородок особенно подчёркивался углом падения света. Он был один. Коко и Инуи сами приедут в больницу. Пока мы приближались, я не спускала глаз с Доракена. — Это твой? — спросил Ду-ду шепотом. — Мой… — Ишь какого отхватила! Молодец! — он сказал это громко и Кен обернулся на голоса. Реакция на нас с Дусиком была неоднозначной. — Кен, это Дусик. Он друг моего папы и мой заместитель. Дусик, это мой парень Доракен. Они поприветствовались. — Всё, я с Доракеном, а ты сам, Ду-ду. Хорошей дороги. Он кивнул мне и пошёл к парковке. — Ду-ду? — спросил Доракен когда мужчина скрылся. — Да. Ду-ду, Дусик, я его так зову. — Ринки, ты когда-нибудь слышала слово «уважение»? Я сделала непонимающее лицо. — Ладно, поехали. Он же вдвое старше тебя! — Поехали уже. Перед глазами заплясали картинки. Кисаки, Ханма? Они-то что в больнице забудут? Буду готова к этому.