*
26 октября 2021 г., 15:09
В Токио жарко —
исходишь на соль и нервы,
весь вздыблен, настороже́н,
обреченно вздыхаешь, —
таешь,
в ее глазах таешь,
натянутый, как струна.
Безнадежный парень,
уходишь в рейды,
одинок, как рыбак,
как смертник,
слабак и трус.
Все, что было тобой,
мелькает калейдоскопом:
ружейный дым и листы тетрадей,
поступь роботов, ярость горячих точек,
шум повседневный класса,
холод стали и фанера парты —
две неравные части;
чаша моря и чаша неба
над тобой
смыкают свои края.
Твоих битв и твоих метаний
свинцовая гладь,
язык кинжала,
входящий по самую рукоять, —
чтобы навечно болела память,
пронзительна и сквозна
как дула
твоих орудий.
А в ее глазах —
яркость,
радость,
сила,
и сердце ухает,
как в колодец;
нежелезный же,
нежелезный,
бестолковый, усталый,
ты полон стальной тревоги,
она — молний и грозовой воды;
ты многое в этом мире видел,
но не знаешь теперь: как жить,
если у тебя ее отберут?
