Актёр и гримёр

      Юнги старался искоренять из себя свои старые привычки. Для айдола неприемлемо быть грубым с персоналом, с коллегами, с поклонниками, с начальством, да с кем угодно. Он должен излучать позитив и милость. Делать эгьё, смущенно улыбаться на комплименты и быть примером хорошего поведения. Но выходило это у него из рук вон плохо. Его раздражают вокруг практически все, кто его окружает. Камеры частенько ловят его недовольный взгляд, когда он не успевает сориентироваться. К его удивлению, его поклонникам нравится вылавливать эти моменты и множить их в сети. Мол он такой единственный и настоящий, поэтому теперь он сделал свою природную резкость частью своего имиджа. Дерзкий, красивый, талантливый, сексуальный, все это можно спокойно сказать о Юнги и не соврать. Конечно он не грубит никому специально и все же старается быть вежливым, просто не всегда это выходит.       Особенно когда кто-то наплевательски относится к своим обязанностям и имеет наглость опаздывать в первый же рабочий день. Правда если этот кто-то оказывается симпатичным парнем, Юнги может спустить на тормозах, когда Чимин, так вроде зовут этого парня, опаздывает, врывается в гримерку и даже не здоровается, а просто смотрит на него немигающим, слегка испуганным взглядом. Мину льстит это очевидное внимание со стороны человека своего пола, но показать этого он естественно не может, поэтому просто молчит пока гример порхает над его лицом и делает из него «короля». Но все же не удержавшись, Юнги пару раз выхватывает моменты, когда парень отворачивается к своему чемодану с косметикой, и разглядывает его получше. Особенно привлекает его внимание задница этого Чимина.       «Интересно, он нарочно эти обтягивающие джинсы надел сегодня?» думает Юнги, когда гример наклоняется чтобы поднять карандаш, «или это у парня просто стиль такой». Впрочем, заинтересованность Юнги вскоре заменяется раздражением, когда этот же пацан со своим телефоном портит ему сцену и сбивает с нужного настроя. Тогда его уже бесят и эти джинсы и эта точеная фигура и эти неестественно пухлые губы. Но потом Чимин шутит про щекотку и опять возвращает внимание к себе. «Что же ты за фрукт такой. Вроде смущаешься и кланяешься, но одет как блядь, и в карман за словом не лезешь» размышляет Мин, поглядывая на парня, который расслабленно оперевшись на стену спиной что-то рассказывает Тэхену, а тот ржет так, что у него кофе носом идет. А потом Чимин делает противозаконную вещь. Он смеется вместе с Кимом, а Юнги кажется, что он слепнет от нереальной красоты этой улыбки и глаз полумесяцев. — Ты в нем дырку прожжешь. — Говорит вовремя подошедший менеджер и Юнги словно ото сна отходит, быстро промаргивается и кряхтит слова похожие на «да я так... Просто». — Будь осмотрительней, Юн. Не хватало еще чтобы слухи пошли... — Да знаю я, Нам. — Пыхтит актер. — Ты по делу или как? Я тут сценарий вообще-то читаю. — Он на роже того парня напечатан что ли? — Веселится Намджун, но потом натыкается на взгляд Мина. — Ладно не бесись, я просто подошел напомнить про осторожность. Мало ли кто тут сасэном* оказаться может. — Спасибо. — Отвечает Юнги и действительно начинает вчитываться в сценарий. Он искренне благодарен своему менеджеру, который всегда рядом и следит за ситуацией.       Нелегкая жизнь айдола-актера накладывает свой отпечаток на характере и поведении человека. Юнги уже привык всегда себя контролировать и показывать только то, что он считает нужным. Постоянный контроль своих действий. Ни зевнуть, ни почесаться, ни попялиться на кого-нибудь. Но иногда он забывается, как в данном случае и залипает на малознакомого парня. В такие моменты Намджун оказывается на подхвате. Где надо прикроет или отдернет своим многозначительным «птц».       Личная жизнь айдола, лакомый кусочек для папарацци и поклонников. А если это жизнь Мин Юнги, то она круглосуточно находится под прицелом. Иногда ему кажется, что мир объединился для одной цели, узнать с кем спит Мин Юнги. Для актера привычным делом стало встречать на своем пути, плохо маскирующихся людей. Возле дома, возле офиса, в ресторанах, на парковках, везде он замечает неуклюже прикрытый телефон снимающий его. Он научился с этим жить и даже адаптировался. За всю историю его преследований, актера удавалось подловить в компании друзей мужского пола и крайне редко там появлялись жены его друзей.       Все знают, что Мин Юнги в прекрасных отношениях со своим менеджером и часто их можно видеть в ресторане за ужином, в кино или на баскетбольных матчах. Актер любит детей и в сети легко можно найти фотографии и видео, где Юнги играет с сыном и дочкой своего менеджера. У фанатов от этого голову сносит. От того, что такой с виду холодный и скрытный Мин Юнги сюсюкается с детворой и двумя огромными лабрадорами того же менеджера. Но когда речь идет про девушек, то общественность натыкается на ледяную стену. Сначала актер просто отшучивался на все вопросы журналистов, но в какой-то момент ему надоело быть вежливым. После нескольких грубых ответов, эту тему все старательно обходили. Но всегда найдутся те, кто захочет через эту стену перелезть или сломать. Вот тогда и появляются замыленные фото Юнги и какой-нибудь актрисы, выходящих из дома актера, например, или на подземной парковке в автомобиле. — Пусть лучше с ней, — смеется Намджун, рассматривая очередной шедевр папарацци, — чем тебя с Феликсом запалят. Ее агентство опровергло слухи и все прекрасно. Но не дай бог ты бы Фела так подвозил ночью до дома, ни один стиральный порошок потом не отмыл бы вас от позора. — А что позорного в том, что я отвожу друга домой? — И целуешь в ушко? Юнги, скажи что ты осмотрителен, пожалуйста. Успокой меня. Иногда я так переживать за тебя дурака начинаю, что спать не могу. — С тревогой в голосе говорит Намджун. — Я всегда предельно осторожен, ты же знаешь. — Знаю, но все равно подсыкаю. Свидания у тебя, а бессонные ночи у меня. — Мне не пять лет, Нам. Успокойся и спи нормально. — Начинает медленно раздражаться Юнги. — Тебе нет, а ему да. Он же дитя несмышленое еще. Запостит фото неосторожное и накроется твоя карьера медным тазом. — Его тоже накроется, так что не запостит. Он мелкий, но не тупой. — Юнги отвечает с такой уверенностью, что Намджуну больше возразить нечего.       Они едут на съемки в автомобиле предоставленном агентством, поэтому говорят шепотом, чтобы незнакомый им водитель их не услышал. Немного помолчав Намджун вдруг говорит: — И кстати, раз зашла речь об этом. Следи за своими эмоциями когда на гримера своего смотришь. — А с ним то что не так? — А то ты не знаешь. Парень в твоем вкусе. — С чего ты взял? — Спрашивает Юнги со слабой попыткой спрятать улыбку. — Я тебя сто лет знаю, к тому же у тебя на лице твоем довольном написано. — Так хорошо по лицам читаешь? Прочти это. — Говорит Юнги и вонзает свой взгляд в Намджуна. — Сам иди. — Смеется тот. — Вообще-то я сказал «Я тебя люблю». — И я тебя, котёнок. — Смахивая несуществующую слезу говорит Намджун. — А вот теперь точно иди. — Отворачиваясь к окну отвечает Юнги. ***       После своего первого провального рабочего дня, Чимин наученный горьким опытом решил вставать еще на час раньше и приходить на съемочную площадку одним из первых. Декораторы подготавливали локации, светооператоры настраивали освещение, уборщицы сновали со швабрами, надраивая до блеска пол и к удивлению Чимина, одинокий Ким Тэхен, попивая кофе читал сценарий. — А тебе чего не спится? — Удивленно спрашивает актер у Чимина, когда тот налив себе стакан воды, подошел поздороваться. — После моего опоздания в первый день, я теперь всегда буду приходить пораньше. На всякий случай. Чтобы не нервировать Юнги-щи лишний раз. — А. — Понимающе кивает Тэхён. — Он тот еще зверь с теми кто ему не нравится.       Чимин понуро опускает глаза. Это уж точно. Два следующих дня актер относился к Чимину как к мебели и только иногда раздраженно цокал, когда тот имел неосторожность мешкаться. Правда пару раз Чимин чувствовал на себе взгляд Мина, но когда он поворачивался в его сторону, тот как ни в чем не бывало общался со своим менеджером или штудировал текст. — Но ты не расстраивайся. При всем своем грозном виде он не такой уж и злой. Чтобы попасть к нему в немилость, нужно что посерьезней сотворить. Простого опоздания мало. — Пытается успокоить его Тэхён. Чимин кивает и надеется, что это правда. Странно, но при всем своем бойком характере на Чимина словно ступор нападает когда он находится рядом с Мином. За эти два рабочих дня он успел со всеми найти общий язык и пообщаться. Даже режиссер не остался равнодушен перед обаянием парня и активно взаимодействовал с ним в перерывах. То кофе угостит, то спросит как добрался, то вдруг хлопнет по его карману и напомнит поставить телефон на беззвучном, при этом заливаясь смехом.       Единственный, при ком у Чимина язык к нёбу прирастает, это Мин. Он бы и рад заговорить с ним, но вся его разговорчивость и остроумие вмиг улетучивается, стоит актеру оказаться рядом. Чимин злится на себя, ругается но расслабиться и начать очаровывать не может. Зато, похоже Ким Тэхён прикипел к Чимину душой и теперь постоянно зовет его с собой есть и трещит без умолку. Им нравится читать одни и те же книги, смотреть одни и те же фильмы и даже музыку они слушают одинаковую. Они оказались одногодки и убрав все формальности стали обращаться друг к другу на «ты». Чимин обрадовался, что у него в друзьях неожиданно появился айдол и решил, раз уж у него с Мином общение пока не складывается, то можно его наладить с Тэхеном. Они обменялись номерами и договорились в свободный вечер вместе выпить.       Постепенно на площадку стала подтягиваться остальная съемочная группа. Мин Юнги пришел одним из последних и Чимин тут же убежал с ним в гримерку, перевоплощать актера в короля. — Ты уже два дня не опаздываешь. — Замечает Юнги. Он сидит в кресле лохматый и сонный, с неизменным стаканом американо и наблюдает, как Чимин выдавливает лосьон на ладонь. — Исправляюсь. Все ради вас. — Отвечает Чимин. — Какая честь. — Прикрывает веки Юнги, чтобы Чимин смог нанести тени и заодно закатить глаза. — Ты сейчас глаза закатил? — Шепчет Мин. Гример растерянно смотрит на актера. — У вас что «третий глаз»? — Спрашивает он и проводит кистью между бровей, словно проверяя. — Веришь в эзотерическую чушь? — Фыркает актер. — Не верю. — Также фыркает Чимин, только возмущенно. Юнги ухмыльнулся с реакции парня. — А во что веришь? — Юнги стало интересно поближе узнать Чимина и понять почему все на съемочной площадке уже знают его имя и рвутся пообщаться. Неужели он такая интересная личность, что даже по уши погрязший в серьезных отношениях Чон Хосок с ним любезничает и проявляет знаки внимания. Юнги лично видел и ухмылялся, как тот лучезарно улыбается гримеру и норовит потрогать хоть за что-нибудь. «Тоже мне кобель на привязи». — Ну, во всякое. — Отвечает Чимин и смешно складывает губы в задумчивости. — В себя верю, в любовь, в науку, ну и иногда в Санта-Клауса.       Юнги не хотел улыбаться, но улыбка сама натянулась на его лицо. Чимин в этот момент склонился над ним, аккуратно растушевывая тени. Он завороженно уставился на актера и его губы. В душе Чимина эта легкая улыбка отозвалась ураганом, сносящим двери с петель. Юнги ему улыбается. По-настоящему. Без презрения или чего-то еще постороннего, а так, просто, по-человечески. На его глупую шутку. Куда бежать? Куда кричать? — Ты завис. — Возвращает его в реальность актер. Чимин встрепенулся и тут же захлопотал над своей косметикой, выискивая правильную кисть, но руки от волнения чуть дрогнули и его карандаши разлетелись по полу. Чимин залез под стол и в этот момент вошел Намджун.       Перед его глазами предстала интригующая картина. Юнги расслабленно сидит чуть расставив ноги, а Чимина за ним почти не видно. Только оттопыренная задница торчит из-под стола. Мин видит Намджуна, соображает долю секунды, а затем слегка стонет прикрыв глаза. — Боже. Прям как в дешевых комедиях. Будь я потупее поверил бы. — Скучающим голосом говорит Намджун, усаживаясь на соседний стул. — Актер из тебя в принципе нормальный. — Всего-то нормальный? В твоих интересах, чтобы я был отличным актером. — Отзывается Юнги, наблюдая за Чимином. Тот вылез из-под стола и теперь старается не показывать своего смущения, сосредоточенно набирая пудру на кисть. Но легкий румянец все же расцвел на щеках гримера, что не оставило Юнги равнодушным. И когда Чимин стал наносить пудру на его лицо, он смотрел прямо в глаза парню, томно моргая от нежного прикосновения пушистой кисти к коже. Следит за кадыком который дергается, когда гример нервно сглатывает и еще раз легонько улыбается одним краем рта. Намджун спасает Чимина от обморока, громогласно цокнув и пихнув Мина в плечо. — Может расписание обсудим? — Не обращая внимания на шипение актера говорит менеджер. — Ну давай. Сколько часов сна ты мне выделил на этой неделе? — Спрашивает Мин. — Вот не начинай. Я тебе нормально времени выделяю, ты его сам всираешь на гулянки и игры. Мог бы как нормальный айдол спать свои положенные три часа в сутки и бед не знать. — Флегматично отвечает менеджер. А Мин переводит взгляд на Чимина, который из последних сил сдерживает рвущийся наружу смех. — Глянь. Он надо мной еще смеется. Совсем страх потерял? — Возмущается актер. — Простите. Я смеюсь не над вами, а вместе с вами, — набрав тени на кисть успокаивающе отвечает гример, — закройте глаза, пожалуйста. Юнги послушно закрывает, а Чимин подводит ему веко еле заметными серыми тенями. — Не вижу особой разницы. — Приглушенно говорит Мин. — Ну... У вас же глаза закрыты. — Также тихо отвечает ему гример. С соседнего стула доносится смешок. — А ты забавный. Чимин, верно? — Спрашивает Намджун. — Да, Намджун-щи. — Гример легонько кланяется и продолжает свое дело.       Ну наконец-то он смог что-то более менее внятное сказать «мужчине всей своей жизни» и даже не запнуться. «Молодец, Чимини» хвалит сам себя парень, замечая как Юнги опять смотрит ему в глаза. Но Чимин уже смог справиться со своим волнением и поэтому отвечает мимолетной улыбкой, когда подушечкой пальца наносит светло-розовую помаду на приоткрытые губы напротив. И не замечает за собой, как сосредоточенно утыкается кончиком языка в уголок губ. — Ох, нелегко тебе тут придется, Юн. — Смеется Намджун, глядя как Юнги откровенно пялится на это зрелище. Он уже собирается отдернуть актера, но у того вовремя звонит телефон и Юнги отмирает, спешно нажимая на кнопку. Правда он не успевает сказать «алло». В тихой комнате, низкий, мужской голос из динамика прекрасно слышно. — Хён, моя задница нещадно ноет после нашей сегодняшней ночи... — Продолжение фразы тонет в громком, наигранном восхищении Намджуна. — Господи, Чимин, у тебя такая красивая кисточка! Она в комплекте шла или ты ее отдельно покупал? Наверное кучу денег за нее отвалил, — тараторит не замолкая ни на секунду менеджер и кидает пронизывающие, злые взгляды на Мина, который спешно соскочил с кресла и вышел из комнаты. Намджун вдруг замолкает и обреченно вздыхает: — Бля... — глядит на пылающие уши Чимина и его отвернутое лицо. Он опять садится в кресло, с которого секунду назад подрывался как ужаленный и потирает лоб со вселенской усталостью в глазах. — Чимин, как у тебя вообще дела? Как жизнь? Зарплата достойная? Устраивает? — Говорит Намджун, подбирая слова. — Более чем. — Отвечает Чимин с легкой настороженностью на лице. Его мозг бешено соображает и понимает, к чему клонит менеджер. Мысли о том, что Мин Юнги по всей вероятности гей, он затолкал на время в дальний угол и поорет по этому поводу чуть позже. Сейчас же его забавляет картина мнущегося Ким Намджуна, который не знает как бы так ненавязчиво подкупить или запугать его, пока не очень понятно куда маятник качнется. — Чимин, Чимин... — Нервно стучит пальцами по столу мужчина. Естественно он понял, что гример все слышал. Фраза звучала вполне однозначно, поэтому придумывать за уши притянутые истории про ночные тренировки Мина и какого-то парня в спортзале, значит выставлять себя и Чимина идиотами. — Скажи. Ты же наверное усердно трудился, чтобы получить такую престижную работу. И скорее всего очень дорожишь ей, не правда ли? — Спрашивает вкрадчиво Намджун, не ожидая ответа. От нервозности след простыл и он прибивает своим тяжелым взглядом гримера. — Будет грустно, если ты потеряешь теплое рабочее местечко в индустрии развлечений из-за такой мелочи. Как считаешь? «Все-таки запугивает», думает Чимин. — А вы опасный человек. — Стойко выдерживая гнетущую ауру мужчины, замечает гример. Так-то у него отец генерал-лейтенант наземных войск, а он гей — визажист, увлекающийся танцами. То есть опыта общения с сильными мужиками, желающими ему мгновенной смерти у него с избытком. — Но не волнуйтесь, я не сплетник, так что Юнги-щи может спать спокойно. «С парнями» мысленно дополняет он. Намджун долго смотрит ему в глаза, а затем медленно кивает.       От дальнейшего разговора их избавили стилистки, которые стайкой ворвались в гримерку, буквально таща за собой Юнги. Тот с виноватым, опущенным взглядом послушно стал переодеваться. Чимин при виде оголившейся спины актера, ни то икнул, ни то пискнул и поспешил смотаться подальше. Не хватало ещё ему выдать свой интерес к айдолу. Достаточно им на сегодня каминг-аутов.       Сделав вид, что не заметил, он промчался мимо что-то говорящего ему Тэхена, прямиком в туалет. А залетев в кабинку и закрыв за собой дверь, он наконец позволил сногсшибательной новости обрушиться на него. «Мин Юнги — гей»!