I ain't the One

– Один тут отдыхаешь? Минхо обернулся и увидел перед собой Чана — того самого, которого он мысленно называл петухом. За эти две недели, что копирайтер работал в издательстве, он не оставлял попыток поболтать с Минхо. Парень их пресекал, хоть и сам толком не знал, почему. Кристофер казался ему неискренним: будто бы тот просто привык быть любимчиком публики и хотел понравиться каждому человеку в коллективе. Но других причин грубить Чану у него не было: парень был с ним вежлив и добр. Впрочем, после двух или трёх бокалов шампанского Минхо было уже всё равно искренен "петушок" с ним или нет. Его душа желала общения. Благодаря корпоративу и шампанскому, сегодня он, наконец, преодолел свой дискомфорт и свободно поболтал с парой-тройкой человек, и даже рассказал им немного о себе. – Как видишь, один, – хмыкнул Минхо. – А ты чё, заскучал что-ли? – Можно и так сказать, – улыбнулся Чан в ответ. – Просто хотел поболтать. Мне показалось, или я тебя чем-то обидел? – Можно и так сказать, – огрызнулся парень. – Просто хотел узнать, схуяли тебе от меня всё время что-то нужно? – Ну, знаешь, ты новенький, я новенький. Мы в одной лодке. – Мне казалось, у тебя нет проблем с тем, чтобы влиться в коллектив. – Ну, – Чан усмехнулся, – вообще-то мне тоже немного неловко на новой работе. Но, просто... надо же как-то общаться, сближаться. – Понятно, – на самом деле Минхо ничего не было понятно. – Мне показалось, тебе как-то трудно влиться в компанию. Я подумал, может, если я тебя поддержу, тебе станет более комфортно. "Ну ничего себе ты мать Тереза", – подумал Минхо, однако озвучивать это он не стал. Он был немного удивлен таким открытым и милым ответом Кристофера, однако, всё ещё относился к нему с недоверием. У парня в принципе были проблемы с тем, чтобы доверять людям. – Мне не трудно. Просто как-то не было настроения со всеми трещать без умолку в курилке. – Но теперь настроение появилось? – Чан вздёрнул брови и ухмыльнулся. Минхо возмутился: Крис подловил его, ведь парень и правда начал ходить курить со всеми на перерыве, с тех пор как копирайтер отвёл его туда. Хитрая ухмылочка Чана его раздражала, но возразить ему было нечего. – Не льсти себе, я просто пытался бросить, – нет, не пытался. – Это просто совпадение, и ты тут не при чём. – Ну ладно. Выпьем за знакомство? Минхо молча окинул Кристофера взглядом. Про себя он отметил, что парень сегодня выглядел исключительно хорошо. Облегающие джинсы и рубашка, верхняя пуговица которой была расстёгнута, прекрасно подчёркивали его красивую фигуру. Минхо обратил внимание на губы Чана: они были пухлыми и ужасно соблазнительными. "Да уж, этот чёрт, конечно, хорош, – подумал он, – слаще некуда" – Выпьем. Алкоголь уже понемногу действовал, и между парнями завязалась беседа. К тому времени, Минхо уже было всё равно, с кем болтать, поэтому они просто пили и обсуждали разные мелочи. – Кстати, хотел спросить, – обратился он к Чану, – почему на самом деле ты ушёл с прошлой работы? – А ты проницательный, – хихикнул Крис. – Да по тебе видно, когда ты врешь. Ты как полиграф. – Ну, на самом деле ничего ужасного не произошло. В то место меня порекомендовали преподаватели из моего ВУЗа, и поначалу всё шло нормально. Работа была нормальная, и коллектив хороший. – Но потом..? – Но потом у нас поменялось руководство. Я тогда в журнале работал. Новый главред слишком много на себя брал. Считал, что ему можно хамить подчинённым, ставить невыполнимые дедлайны. И, кроме того, иногда позволял себе непозволительное. – Что именно? – В редакции у меня была приятельница... "Спал с ней, сто процентов", – додумал про себя Минхо. Парень вообще привык думать о людях в негативном ключе и делать разные выводы заочно. Тем временем, Кристофер продолжал рассказ: – Так вот, главред приставал к ней. Ну, то есть, домогался. Отпускал сальные шуточки в её сторону, пытался незаметно потрогать. В конечном итоге, он начал напрямую ей намекать на секс. Все в редакции знали об этом, но боялись что-то предпринять, боялись, вдруг он кого-то уволит, он и так был неадекватный. Ну, я заступился сам. Правда, я не особо понимал, к кому можно обратиться с этой проблемой, и, к тому же, мною руководили эмоции, так что я просто... – Кристофер закатил глаза и издал нервный смешок, – просто набил ему ебало. – Ты псих? Её же этот тип, наверное, смешал с помоями после этого. – Да ничего он не сделал, мы заранее подали заявки на увольнение. Он, конечно, сокрушался и не хотел её отпускать из редакции, начал ещё активнее к ней лезть. А я в последний день работы забрал деньги, которые мне выплатили, пошёл и врезал гандону пару раз. Слава богу, уёбок был додиком и не смог дать сдачи, хоть и пытался. Больше мы там не появлялись. – Ну, ты прям Робин Гуд, – саркастически сказал Минхо. – А что я должен был ещё сделать? Мужик получил по заслугам. Поступать так, как поступал он — низко. К тому же, мы заранее написали заявления об уходе, и у него не было шансов оставить про нас дерьмовые рекомендации. Бояться мне было нечего. Ну, разве что, если бы он решил нанять каких-нибудь братков, чтобы они отпиздили меня в ответ, но он был не настолько влиятелен. – А если бы в суд подал? – Тогда бы началось разбирательство, в ходе которого выяснилось бы, что этот додик домогался к своей подчинённой. Ему это не нужно было. – Ну понятно, – Минхо осушил свой бокал. – Так а почему ты соврал ребятам тогда, когда они спрашивали о причинах твоего ухода с прошлой работы? – Не хотел, чтобы они подумали, будто я выпендриваюсь перед всеми, типа, смотрите, какой я классный. Хотя, по сути, хвастаться тут нечем — отпиздил главного редактора, тоже мне, герой столетия. – Я думал ты только и хочешь, чтобы все думали, какой ты классный. – Чего? О чём ты? – Ну, ты такой милый со всеми. Складывается впечатление, будто ты просто очень хочешь, чтобы тебя все любили. А мне кажется, ты лукавишь. – Ну спасибо, – раздражённо фыркнул Чан, – А с хера ли мне тут всем грубить на пустом месте? Эти люди не сделали мне ничего плохого. – Люди — те ещё пидарасы. Я бы был с ними осторожнее. – А я бы не использовал слово "пидарасы" в негативном ключе. В геях нет ничего плохого. Минхо на секунду завис. И этот сын маминой подруги будет ещё его упрекать в ненависти к ЛГБТ? Он раздражённо посмотрел на Чана: – Я ничего не имею против геев. Между ребятами ненадолго повисло неловкое молчание. Однако атмосфера вечеринки не располагала к негативным эмоциям. Неподалеку от них выступали музыканты, люди вокруг болтали и смеялись, алкоголь немного кружил голову. Поэтому вскоре беседа у парней полилась вновь. Они рассказывали друг о друге и делились впечатлениями о работе. Минхо рассказал о своей учебе в университете, а Кристофер поведал о том, как оказался в Корее. – Что ж, господин Ли Минхо, я рад, что мы наконец-то узнали друг друга лучше, – Чан поднял бокал. – Выпьем за это. – Кстати, а твоё полное имя..? – Кристофер Бан. Но если тебе будет проще, можешь называть меня Чаном. Это — моё корейское имя, и здесь я обычно представляюсь так. Минхо издал смешок и уставился на своего собеседника. – Ты серьезно? Бан Чан? Твои родители — стендаперы? Чан рассмеялся. – Да ладно тебе, нормально звучит. Но вообще, знаешь, мою младшую сестру зовут Ханна, а её корейское имя Хена, ну то есть, это звучит как... – Как "восход солнца". – Ага. Небольшой каламбур, в общем. Это была папина идея. Так что да, в какой-то степени, мои родители те ещё приколисты. Минхо рассмеялся. -------------------------------------------------------------------- Мероприятие прошло хорошо и оставило Минхо приятное послевкусие. Даже болтовня с Чаном ему понравилась. Парень всё ещё сомневался в искренности копирайтера, но, понемногу, у него складывалось впечатление, что тот и вправду действовал из лучших побуждений, даже если его поступки иногда и бывали спорными. Врезать главному редактору за домогательства к сотруднице — ну куда это годится? Рассудительный и прагматичный Минхо понимал, что на месте Кристофера куда лучшим вариантом было бы собрать улики и подать на руководителя в суд, вместо того, чтобы просто уволиться и напоследок всыпать уроду. Однако он уже догадывался, что трезвый ум не всегда был верным спутником Чана. Общение с коллективом наконец-то начало налаживаться, и общее состояние Минхо уже не было таким безнадёжно подавленным.