I ain't the One

С трудом подбирая слова, Минхо как мог объяснял Чону подробности своей интрижки с Кристофером. Его рассказ не занял много времени: в отличие от своего собеседника, парень не вдавался в детали и не перескакивал с темы на тему. Когда он дошёл до момента, где Чан предложил ему встречаться, Чону перебил его: – Вау, значит, ты больше не свободен? – Пришёл бы я сюда один, если бы у меня появился парень? – Минхо вскинул бровь. – А, так вы не замутили? – Нет. Я был в ахуе от его предложения. Я думал, мы оба хотим, чтобы между нами не было ничего серьёзного. – Хм, то есть он тоже свободен? А что, он миленький? Дашь номерок? К груди Минхо внезапно прилил жар. Почему-то эти слова Чону ужасно возмутили его. – Ещё чего. У тебя своих хахалей полно. – Не хочешь делиться? Значит, всё-таки запал на него? – парень хитро улыбнулся. Минхо вздохнул. Видимо, его эмоции отразились на его лице. – Немного. Но я не хочу с ним ничего. Вообще ни с кем ничего не хочу. – Я понял, – Чону снова не стал задавать лишних вопросов. – И ты теперь не знаешь, как его забыть? – Ну, "забыть" — это громко сказано. Он не так уж сильно запал мне в душу. Просто не знаю, как отпустить эту ситуацию, а ещё мне неловко пересекаться с ним на работе. Чону задумчиво посмотрел в сторону. – Чтобы отпустить, тебе нужно просто... Забить хуй! – Чел, именно это я и пытаюсь сделать. – Я знаю. Пойдём танцевать? Тебе нужно расслабиться и забыть обо всём хотя бы на вечер. Минхо посмотрел в сторону танцпола: там уже собрались люди. Музыка гремела громко, и опьяневшие гости клуба уже выходили танцевать. – Давай, – ответил он. Быстро допив свои коктейли, ребята покинули барную стойку и переместились в центр зала. Танцевать Минхо любил. Годы занятий танцами давали о себе знать: парень двигался легко и грациозно, хорошо чувствовал ритм и знал парочку движений, которые заставляли окружающих смотреть только на него. Сегодня он не слишком много усилий уделял своему танцу — просто расслабленно двигался в такт музыке — но всё равно не мог отделаться от взглядов присутствующих. Чону тоже не оставался без внимания. Высокий и стройный, в этом клубе он всегда притягивал взгляды посетителей. Кто-то то и дело пытался его подцепить, и сегодняшний вечер не был исключением. Какие-то десять минут на танцполе, и Чону уже вовсю строил глазки очередному красавчику. Спустя ещё минут десять незнакомец, на которого Чону положил глаз, подошёл к нему и произнёс: – Мои приятели собираются уходить, – он махнул рукой в сторону парочки, сидящей за столиком неподалёку, – не хочешь составить мне компанию? – Хочу, только я здесь не один, – тот невинно улыбнулся и кивнул в сторону Минхо. – Это твой парень? – Бывший, – хихикнул Чону. – Но мы не вместе. Просто пришли развеяться. Я свободен, если что, и он тоже. – Зови и его тогда, – сказал незнакомец и вернулся к столику, чтобы попрощаться со своими спутниками. Вскоре к нему подсели Минхо и Чону. Парни заказали ещё выпить и постепенно разговорились. Чону продолжал флиртовать с этим красавчиком, а тот, в свою очередь, отвечал ему взаимностью. Минхо было немного неловко — он чувствовал себя третьим лишним. Чтобы избавиться от дискомфорта, он налегал на алкоголь. Ребята болтали о всякой ерунде, и Минхо даже не улавливал сути разговора. Крепкие напитки кружили ему голову, и парень даже не старался вникнуть в беседу. Зато Чону и его новый знакомый, похоже, были искренне увлечены разговором. – Я видел тебя здесь раньше, – произнёс Чону. – Я тебя тоже. В прошлую субботу. Хотел познакомиться с тобой, но ты так отчаянно кадрил какого-то паренька, что я решил воздержаться. Парень рассмеялся: – Помню такое. Ну, он был таким горячим. Китаец, кстати. – Что-то имеешь против китайцев? – Нет, абсолютно ничего! Говорят, они хорошие мужья. – Ну, этого мы проверить не сможем, потому что ни здесь, ни в Китае гей браки не разрешены. – Просто пиздец... – растерянно произнёс Чону. Реакция парня рассмешила его нового знакомого; они оба смеялись и переглядывались. "Нихуя они быстро поладили", – промелькнуло в голове Минхо. Ребята сидели, разговаривали и пили — как долго, Минхо не знал. Он перестал следить за временем. Парень то и дело встревал в беседу; градус алкоголя в его крови был уже достаточно высок для того, чтобы наплевать на чувство неловкости. Однако Чону и этот красавчик явно больше были увлечены друг другом. Время от времени Минхо отходил потанцевать вместе с ними, и пока он просто расслаблялся и отдавался музыке, парни практически тёрлись друг от друга. – Вы ещё пососитесь тут, – беззлобно пошутил Минхо, обращаясь к своим спутникам. – Пососёмся, но не тут, – смеясь, ответил его новый знакомый. Кажется, Минхо до сих пор не знал его имени; правда, в тот момент его это мало волновало. Постепенно мир вокруг него начал смешиваться в одно большое яркое пятно. В какой-то момент Минхо обнаружил себя сидящим за столиком; он уже не мог вспомнить, что делал пять минут назад. Его голова кружилась слишком быстро, а силы словно покинули его. Минхо клонило в сон и слегка подташнивало. Он подпирал голову рукой и молча слушал болтовню Чону и парня, которого тот клеил. Музыка в заведении стала играть чуть тише, а людей поубавилось — очевидно, ночь подходила к концу. – Хо, мы пойдём в туалет. Ты с нами? – внезапно обратился к нему Чону. Минхо посмотрел на него сквозь полуприкрытые веки и отрицательно покачал головой. Ребята удалились в уборную, а Минхо тем временем положил руки на стол и уткнулся в них лицом, закрыв глаза. Он чувствовал, как сильно кружится его голова, и понимал, что перебрал с алкоголем. Тошнота всё усиливалась, и парню просто хотелось лечь в уютную постель и уснуть. Он почти задремал, когда его вернул в реальность голос Чону: – Прости, а можно я у тебя зажигалочку стрельну? Минхо с трудом поднял голову и произнёс: – Слушай, мне хуёво. Можешь меня отправить домой? Чону изменился в лице: – Хуёво?! Что такое, что-то случилось, или ты просто перепил? – Последнее, – оказалось, что Минхо было трудно даже говорить. Он еле сдерживал подступающую тошноту. Лицо Чону выражало крайнюю обеспокоенность. Каким бы ветреным и странным он ни был, в трудной ситуации он никогда не оставлял Минхо без помощи. – Так, не волнуйся, я вызвал такси, – мгновение спустя парень уже заказывал машину. – Жди здесь, я сейчас попрощаюсь кое с кем, вернусь, и мы уедем отсюда. Минхо молча кивнул и снова уткнулся головой в стол, закрыв глаза. Как они добрались к Чону домой, парень уже не помнил. Утро далось ему нелегко. Первое, что он ощутил, когда приподнялся с постели — резкая головная боль. Второе — приступ тошноты. С трудом сдерживая содержимое своего желудка, Минхо оглянулся по сторонам и обнаружил небольшой тазик, заботливо оставленный хозяином дома возле кровати. Парня стошнило, и он тут же почувствовал облегчение; впрочем, его голова продолжала раскалываться. Осознав, что встать с кровати у него пока не выйдет, Минхо снова лёг на подушки. Он лежал и смотрел в потолок, в надежде, что головная боль станет меньше, но она, как назло, лишь усиливалась. К счастью, спустя какое-то время в комнату вошёл Чону. – Ну как ты? – заботливо спросил он. Минхо посмотрел в его сторону и вполголоса ответил: – Я немного проблевался. Спасибо, что оставил здесь тазик. – Ах, не за что, дорогой, – вздохнул Чону. – Я так и знал, что он пригодится. Ты что-то вчера перебрал. – Есть такое... Сам не знаю, как так вышло. – Ничего страшного, бывает, – парень ласково улыбнулся. – Тебе что-то нужно? – Голова раскалывается просто пиздец, – промычал Минхо. – Сейчас принесу таблетки. Спустя пять минут Чону вернулся со стаканом воды и таблетками от боли. Минхо снова привстал, чтобы выпить лекарство, и в тот же момент ему снова стало плохо. Его стошнило ещё раз. Парню было ужасно стыдно, что это произошло на глазах у Чону, однако тот лишь грустно вздохнул и произнёс: – Бедняжка, что ж тебе так хреново... Минхо отдышался, выпил, наконец, таблетку от головной боли, снова опустился на кровать и сказал: – Бля, прости за это, пожалуйста. – Ничего страшного. Помнишь тот случай, когда я не предупредил тебя и кончил тебе в рот, а ты подавился? Теперь мы квиты, – непринуждённым тоном ответил Чону. Сама непосредственность. – Блять, а твои родители сейчас дома вообще? – Неа, они улетели в отпуск. Расслабься, никто не услышит. Минхо с Чону были ровесниками, поэтому последний тоже жил с родителями. Однако Минхо всегда ощущал себя младше него: Чону уже водил машину и вообще был куда более раскрепощённым, открытым и лёгким на подъём. Его старшая сестра давно жила отдельно, а родители часто оставляли его надолго одного, поэтому он был предоставлен самому себе. Самостоятельный и смелый, как и Чан, он однажды привлёк Минхо именно этими чертами характера. – Ты полежи ещё, отдохни. Позовёшь, когда тебе станет лучше? – сказал Чону. – Хорошо. Минхо ждал, когда голова перестанет болеть, и незаметно для себя снова уснул. Проснувшись, он почувствовал облегчение — боль исчезла. Привстав с кровати, парень убедился, что тошнота тоже прошла. Наконец-то он чувствовал себя лучше. Теперь Минхо ощущал только небольшую слабость и чувство голода. Взяв в руки телефон, он взглянул на время — четыре часа дня. "Пиздец", – промелькнуло у него в голове. Парень отправился в туалет, захватив с собой тазик, чтобы привести себя (и его) в порядок. После посещения туалета он отправился на кухню, где и обнаружил своего бывшего парня — тот заботливо жарил яичницу. – Проснулся? – Чону улыбнулся. – Прости, ты так сладко спал, что я не стал тебя будить. – Да ничего, всё норм, – Минхо присел на кухонный стул, подперев голову рукой. – Выспался хоть? Как себя чувствуешь сейчас? – Нормально, только сил нет никаких. Чувствую себя разбитым. А мне ещё домой тащиться... – А ты не едь! – Чону хитро улыбнулся. – В каком смысле? – Оставайся у меня ночевать. Отлежишься, отдохнёшь. Мы с тобой посмотрим что-нибудь, приготовим ужин. Оставайся! – Чувак, мне завтра на работу с утра, – Минхо отнёсся к его идее скептически. – Так я тебя подвезу утром. Ну останься! – парень сделал грустное лицо. – Мне одиноко ночевать одному. Минхо посмотрел на него. – Только не смотри на меня так. В такие моменты ты похож на кота из Шрека, – усмехнулся он. – Ладно, останусь. Чону улыбнулся и радостно похлопал в ладоши. Яичница была готова, и парни приступили к еде. – Вообще, я думал, ты сегодня позовёшь к себе того чувака из клуба, которого ты всю ночь клеил. Сорян, я не запомнил его имени, – произнёс Минхо. Чону вздохнул и растерянно ответил: – Если честно, я тоже не помню его имени... Я даже не уверен, что мы вообще представились друг другу. – Лол, и как так вышло? – Ну, я тоже напился. Не так сильно, как ты, конечно, но меня унесло. Его, думаю, тоже... – Ты взял его номер или инстаграм? Чону выглядел совсем расстроенным: – Нет, забыл обо всём... – Ну ничего, ещё встретишь его в клубе, я уверен, – подбодрил парня Минхо. – Ты ему явно понравился. Вы так хорошо поладили. – Мне тоже так показалось. Остаток дня ребята провели праздно. Они валялись в постели, выходили покурить, снова валялись, болтали, готовили лапшу, ели её и смотрели кино. Минхо расслабился, и его настроение слегка улучшилось. С Чону ему было уютно — почти также уютно, как когда-то было с Джисоном. Интересно, с Чаном он бы чувствовал себя также хорошо? Парень лёг спать в футболке Чону, прямо как в те времена, когда они встречались. Однако ностальгия не кольнула Минхо — к своему бывшему он уже давно не испытывал никаких чувств, кроме дружеской привязанности и благодарности за тёплые воспоминания. Ребята спали в одной постели, но Минхо почему-то снова почувствовал себя ужасно одиноким. К счастью, его быстро одолел сон. Проспав будильник, и наспех собираясь утром на работу, Минхо заталкивал в себя бутерброд и, одновременно с тем, одевался. Его одежда выглядела немного несвежей — всё-таки он пробыл в ней всю ночь в клубе. Однако другого выбора у него не было. Несмотря на то, что они с Чону были одного возраста, тот был выше и худее него, поэтому надеть его вещи на работу парень не мог. – Можно взять твои духи? – спросил Минхо у своего бывшего. – Ну конечно можно, – улыбнулся тот. На работу Минхо успел вовремя: Чону гнал, как мог. Парень подбросил его до офиса на машине своих родителей, за что Минхо был ему благодарен. Иначе, он бы точно опоздал. Попрощавшись с бывшим, он вышел из автомобиля и зашёл в офис. Начиналась новая неделя.