I ain't the One

Солнечные лучи падали из окна на лицо Кристофера, пока тот делал себе завтрак субботним утром. Сентябрьское солнце уже не было таким обжигающим, как июльское, но всё ещё немного согревало, и это не могло не радовать парня. Казалось, что всё вокруг настраивало его на позитив: хороший сон, безоблачный день, вкусный завтрак, ну и, конечно же, тот факт, что вечером он должен был отправиться на прогулку с Минхо. Собираясь на свидание, Крис включил музыку. Приложение сделало ему подборку, которую он и решил послушать; когда заиграла песня под названием September, парень прислушался к словам. Do you remember the 21st night of September? Love was changing' the minds of pretenders While chasing the clouds away. Чан улыбнулся, взглянув на календарь. Хоть сегодня было и не двадцать первое сентября, дата всё равно была близка. Девятнадцатое. Какое совпадение. Пританцовывая, копирайтер быстро навёл марафет. Он отправился на свидание в хорошем настроении и с лёгкостью в душе. Когда издалека он увидел Минхо, количество серотонина в его организме просто зашкалило. Парень невольно расплылся в улыбке. Его возлюбленный, как всегда, выглядел замечательно — словно ещё лучше, чем во все предыдущие разы вместе взятые. Ах, как жаль, что Крис не может вручить ему огромный букет цветов. Уже не впервые он ловил себя на мысли, что хочет подарить ему цветы: большой-большой букет, который обрадует его и подчеркнёт его красоту и грациозность. Минхо заслуживал самых красивых роз на свете. Только вот, как отреагируют окружающие люди на мужчину, вручающего цветы другому мужчине? Сам Чан готов был перетерпеть насмешки и оскорбления, но, в то же время, он знал, как для Минхо важно было оставаться в шкафу. Возможно, ему просто стоит отправить букет курьером, пока тот будет дома..? "Ты ебанулся что-ли, Крис? Он живёт с родителями. Что он им скажет?", – подумал парень. Чёрт, быть в отношениях — это и так сложно, а в гомосексуальных — ещё сложнее. – Привет. Как ты? – поздоровавшись, Минхо очаровательно улыбнулся своей кроличьей улыбкой. Чан чувствовал себя так, словно вот-вот должен был растечься по земле. – Хорошо, а ты? – Утром настроение было не очень, но как только увидел тебя, сразу стало в несколько раз лучше. Уши Кристофера покраснели. – Ну ничего себе, да ладно? – Именно. Парни улыбались, глядя друг на друга. Очнувшись от этого сладкого гипноза, Крис произнёс: – Ну что, пойдём? – Пошли, пупсик. Ребята прогуливались по парку; едва ли тёплое осеннее солнце освещало улочки, которые постепенно начинали покрываться желтыми листьями. Чан постоянно преодолевал своё желание осторожно взять Минхо за руку. Они болтали о том о сём, ели сахарную вату и ворковали, сидя на скамейке. Добравшись до небольшой площадки с клумбой, Крис увидел мужчину с гитарой — он играл и пел, пока прохожие кидали ему монетки в лежащую на асфальте шляпу. – Чёрт, это же... Прислушавшись, Крис узнал ту самую песню, которую слушал утром. Say, do you remember? Dancing in September Never was a cloudy day Крис взглянул на Минхо. Тот растерянно посмотрел на него в ответ: – Что? Что такое? – Потанцуем? – парень подмигнул бровями. Контентщик опешил: – Ты чё, тут полно народу вокруг. – А может, хуй с ними? Минхо замолчал. Он нахмурился; было видно, как его мучают сомнения. Оглянувшись по сторонам (будто бы проверяя, не настроены ли люди вокруг него враждебно), он вздохнул и ответил: – Хорошо, давай потанцуем. Кристофер расплылся в улыбке. Парни как раз успели ко второму припеву. Выбежав в центр площадки, Крис схватил Минхо за руки. Они танцевали, дурачась: совсем не так торжественно, как обычно танцуют влюблённые пары, а, скорее, как дети. Однако и в этом танце было то, чего не замечали окружающие: искренность, нежность и желание сблизиться. Кристофер поднимал руку Минхо над его головой, пока тот делал оборот, после чего оказывался непозволительно близко к нему. В эти моменты парень ощущал непреодолимое желание притянуть контентщика к себе и поцеловать его; всем сердцем он чувствовал, что Минхо хочет того же. Это было видно по его взгляду и мимике, по тому, как он слегка смущённо улыбался и прятал глаза. Чану было неведомо, замечают ли эти детали прохожие, но в тот момент ему было всё равно. Главное, что он замечал это сам. Эта трепетная нежность заставляла его сердце стучать сильнее, а уши — краснеть. Танцуя, они смеялись, случайно наступали друг другу на ноги и один раз чуть не упали. Однако это не было неловко или глупо: в этом было очарование. Когда песня закончилась, они рассмеялись ещё громче, глядя друг другу в глаза. Некоторые прохожие (которые, как оказалось, остановились рядом понаблюдать за их танцем) рассмеялись тоже. Чан и Минхо театрально поклонились, и, хихикая, оставили уличному музыканту немного мелочи. Тот поблагодарил их кивком и добродушной улыбкой, после чего ребята ушли гулять дальше. – Господи, люди вокруг точно подумали, что мы парочка геев, – вздохнул Минхо. – Ты видел, сколько там народу столпилось? – По-моему, немного, – Чан пожал плечами. – Мне кажется, ты зря переживаешь. Даже, если они и заподозрили что-то, какая разница? Нам же никто не сказал ничего плохого. – Да они наверное стеснялись. Уверен, среди них был кто-то, кто хотел кинуть в нас камнем. – Не гони, зайчонок, это неправда, – парень ласково улыбнулся. – Как ты меня назвал? – Минхо взглянул на Чана, вскинув бровь. Тот растерялся: – Эээ... Зайчонок? Контент-менеджер хмыкнул: – Интересно. – Что-то не так? – Нет, это наоборот было мило. Ты просто раньше не называл меня такими словами, поэтому было странно слышать. "Любовь всегда странная, когда только начинается", – слова Феликса промелькнули в голове у Кристофера. Однако он не стал их озвучивать – не хватало ещё напугать и без того закрытого и осторожного Минхо словом «любовь». В глубине души Крис и сам немного испугался, когда Феликс написал ему это. Любовь… Что он знает о ней? – Ну, когда-то я не хотел называть тебя так. А когда захотел, может, просто стеснялся, – кажется, он выразился не очень понятно. – Как мило. – Минхо, ты... Ты очень мне нравишься. Правда, – внезапно выпалил Чан. Он и сам не знал, почему вдруг решил сказать парню эти слова. В ответ его спутник смущённо опустил взгляд, а когда, наконец, взглянул на Чана, то произнёс: – Ты мне тоже. И мне очень хотелось поцеловать тебя, когда мы танцевали. – И мне хотелось, – копирайтер улыбнулся. Напряжение между ними снова возросло. В животе у копирайтера летали бабочки, а пульс ускорился. Парень ужасно хотел притянуть Минхо к себе и страстно поцеловать его, и целовать его до тех пор, пока не начнут болеть губы. Нерешительность Минхо громче тысячи слов говорила о том, что он хочет этого тоже. То, как он отводил взгляд и грыз губы, пока между парнями повисло молчание, давало Кристоферу понять, что его желание взаимно. К сожалению, они находились посреди людного парка, и всё, что они могли сделать — это смотреть друг другу в глаза. Крис даже не мог взять Минхо за руку. Кажется, следующее свидание им нужно будет провести в более интимной обстановке. – Это самое... а кофе сегодня будет? – нарушил тишину Минхо, переводя тему разговора. Крис улыбнулся: – Ну, конечно. Пойдём искать кофейню? – Ага. Безоблачное небо и тёплый ветер: погода делала этот романтичный день ещё более приятным и запоминающимся. Что ж, Чан, как в той песне, действительно надолго запомнит то, как они танцевали в сентябре в этот солнечный день. Надолго, если не навсегда.