Моя вечная весна

      Мне семнадцать и я влюбился. Вы бы просто видели ее глаза, они словно океан, разбивающийся о скалы, мое сердце разбилось именно об эти скалы.

* * *

      Всё случилось той злосчастной ночью. Я долго не мог заснуть, что-то буквально не давало мне этого сделать. День был загруженным и настроения не было от слова совсем. Всё как-то разом навалилось. Я просто устал. Всё было хорошо, но что изменилось за четыре дня? Я не знаю. Просто ее не хватает. Не могу спокойной спать, зная, что она там с кем-то, где-то. Боюсь. Очень боюсь, что больше никогда не коснусь ее льняных кудряшек или не взгляну в холодные как сталь глаза, вечно наполненные искрами. Всё слишком быстро началось, слишком мало длилось, и я, возможно, больше никогда не смогу этого ощутить.       Всё началось той весной, в мае. Это был, наверное, лучший месяц в моей жизни. Наверное, единственный, наполненный эмоциями и настоящими чувствами. Мы просто валялись на траве и беззаботно целовались. Мне казалось, будто нет ничего, что может это испортить. Я был окрылён этой влюбленностью.       Ты — гроза в начале мая, зелёный чай с листьями мяты и мелисы. Ты — эмоции от новой книги и вечный запах петрикора, любимая песня, взволнованный океан, не знающий насколько сильно в этот раз поднимутся волны. Ты — самое нежное, буквально субтильное воспоминание, которое всегда останется на подкорке моей памяти. Твои волосы пшеничного цвета, в которые мне так нравится зарываться пальцами, перебирать, и накручивать на палец кудряшки.       Темными ночами, нагоняющими на меня страх одиночества, представляю, как ты под моими руками течёшь и плавишься, искришься ярче падающей звёзды. Представляю, что ты полностью моя. Что ты никуда не уйдёшь, что ты навсегда останешься со мной. А знаешь почему представляю? Потому что мы не успели, потому что не было времени, чтобы узнать тебя настолько близко. Мне жаль, что всё это останется лишь во мне, в моей памяти, в моем желании, и, к сожалению, нигде больше.       Ты в каждом отражении, в каждом мимолетном силуэте, в каждой тени проходящего человека. Только ты в каждом воплощении. Ты в каждом сновидении, вместо былой пустоты. Ты так легко подняла меня и также легко опустила ещё ниже.       Сколько ещё мне придётся расплачиваться за эти лучшие мгновения в жизни?              Той ночью я получил сообщение от тебя, в котором ты грубо сказала, что всё кончено. Ты даже не объяснила причину, ты даже не подумала о моих чувствах, как эгоистично. Ты ещё и предложила остаться друзьями?! Это просто смешно. Ты хочешь общаться со мной как друг, потому что я не устроил тебя как возлюбленный? А хотя какой я тебе был возлюбленный… Ты наигралась со мной и моими чувствами, а потом безжалостно бросила со скал в бездонный океан. Как я могу быть другом тому, кто разбил, а затем растоптал, на такие мелкие осколки, что ветер мог развеять их над городским смогом, мое сердце? Как я могу быть другом тому, кто предал мои самые светлые и искренние чувства? Тебе самой не тошно будет общаться с тем, кто не хочет быть просто другом. С тем кого ты когда-то «любила», с тем кто не сможет воспринимать тебя как просто подругу, с которой можно весело проводить время.       Ты такая холодная и больше недоступная, хотя когда-то ты так ярко излучала тепло…       Я просто хочу в тебе раствориться, хочу раствориться в твоих ощущениях, в цветах твоей души, в звуке твоего голоса, в твоих касаниях, в запахе твоих духов, смешанных с ванильным запахом твоих волос, во вкусе ее губ и в необузданной силе ее существования. Но я не смог, и уже никогда не смогу. Разве мы прошли этот хоть и короткий, но наполненный красками весеннего цветения магнолии, путь, лишь для того, чтобы потом ты так просто отказалась от меня?       Идут дни, недели, месяца, всё как-то однообразно, я больше ничего не чувствую, ни боль, ни обиду, я просто уже ничего не хочу, дистимия накрыла меня с головой. Твой образ стерся, как будто кто-то одним щелчком выключил свет. Да, есть видео и фотографии, даже твой голос записан в памяти, но нет никаких прикосновений. Я словно перестал жить в этой суровой реальности и вернулся туда. В ту весну. В тот май. Там мне было хорошо, там я был кому-то нужен, там я был счастлив. И пусть этих воспоминаний очень мало, но я готов проживать их день за днём, минуту за минутой.        Но я увидел тебя, спустя время, такую маленькую и хрупкую, такую жизнерадостную и счастливую, тебе намного легче без меня, ты будто заново родилась.              Я вспомнил то, что пытался забыть все эти дни. Я вспомнил те минуты, которые забывал сутками.       Первые неловкие взгляды, и якобы случайные касания. Этот взгляд, тёплый, наполненный искрами. Я вспомнил всё, то ребячество, что она сеяла во мне. Как она заставляла меня улыбаться, как я засыпал и просыпался с мыслями о ней. Я помешался на ней. Это было сродни какому-то заразному заболеванию. Она была всем, и одновременно ее не было вовсе.       Она очень изменилась за эти дни, слишком сильно похудела и вид был такой, будто она специально так ярко смеётся, чтобы покрыть тот крик души, что каждый раз, выплескивается ночными истериками.       Я соврал. Я не стёр ее облик полностью. Тяжелыми ночами она снилась мне. А эти сновидения — мучительнее чего-либо. Ведь снишься ты, такая счастливая и открытая мне, ведь там ты со мной, и я не хочу просыпаться. Я готов остаться там и жить с тобой, заново изучать твои черты и узнавать каждый сантиметр твоего тела. Мне слишком дорог каждый миг, проведённый с тобой. Я просыпаюсь среди ночи и кричу, кричу от боли, кричу от бессилия. Я понимаю, что всё кончилось. Всё, что я только что построил — оборвалось. Всё, что со мной происходит — это сделала ты. Ты подарила мне волны холодной тоски.       За это время мне столько раз хотелось умереть, но ты меня спасала. Ты приходила ко мне в моих ночных ужасах и спасала, приходила в моих страхах и спасала, так почему же ты не можешь меня спасти от воспоминаний, которые разрывают в клочья, мое, и без того, разбитое сердце?       Я хочу тебя. Очень. До слез, до глубоко въевшегося мороза по коже, до искусанных в кровь губ и скулящей холодной тоске. Я буду жить как жил до этого, я буду снова улыбаться людям и буду надеяться, что однажды проснувшись, коснусь руки твоей. Я хочу тебя так — будто жизни осталась неделя. Я не сошёл с ума, я давно на пределе, боюсь, что нервы не выдержат. Просто иногда бывает проще вспыхнуть и погаснуть, забыв обо всем, чем томится долго и мучительно тлеть. Я хочу тебя, я неимоверно скучаю. А тоска по тебе разъедает изнутри мои цветы, выросшие в моменты общения с тобой.       Я взглянул на тебя в последний раз. В последний раз посмотрел на твои кудряшки, которых я больше никогда не коснусь, в последний раз я слышу твой заливистый, хоть и фальшивый смех. Я больше не увижу тебя, потому что отпущу.       Я быстро отвернулся, чтобы ты не заметила моих красных влажных глаз. Я ушёл. Я оставил тебя. Отпустил. Тебе так будет проще. Каждый день ты все ещё разбиваешь мое сердце раз за разом. Я прохожу эти мучения. Но в конечном итоге я должен оставить тебя. Должен прекратить думать о той, что вдохновляла, и делала меня счастливым. Должен.

* * *

      Я прошёл эти муки. Я забыл ее образ. Я больше не плачу по ночам и не захлебываюсь в мучительных истериках. Прошло уже пять лет. Я уже столького добился. Со столькими познакомился, обрёл новые воспоминания, которые, как бы я не хотел, всё же не вытесняют воспоминания с ней, прожитые той весной, тем маем. Я отпустил ее, оставив себе лишь частицу, которая так приросла к сердцу. Но она больше не причиняла боли, она просто была, она просто заставляла делать что-то и идти дальше. Ведь без этого, я бы тогда не выбрался из той пучины истерических воспоминаний. Просто удивительно, каким я был человеком прошлой весной.       Прожив жизнь я понял, что за лучшие воспоминания придётся расплачиваться всю жизнь.              Я вспоминал ее, когда боль накрывала, словно цунами, на ветхую деревушку. И не раз в своей жизни я тосковал по ней. Тосковал так, что готов был навзрыд бежать к тебе, хоть босиком, но я не знал где ты, не знал, жива ли ты. Но потерявший надежду, всё начинает сначала. А я не раз терял надежду, и не раз начинал сначала, но тебя я больше никогда не видел. Я вспоминаю тебя, как свой любимый, мучительный, но такой сладострастный провал.       Я умираю, но ты об этом не узнаешь, не сможешь прийти на мою могилу и поплакать. Не придешь попрощаться, но я знаю, что однажды мы увидимся, где-то там наверху, среди бескрайних облаков и мерцающих мириад звёзд. Я знаю ты где-то там, ты не думаешь обо мне, не вспоминаешь, но скоро твой путь озарится самой большой, и ярко пылающей звездой. За пятнадцать минут до рассвета, я буду ждать тебя у седьмой звезды, приходи, ведь мне нужно рассказать тебе, что нет силы скрывать свою боль. Я хочу тебя очень. И ведь время не лечит — это гнусная ложь.

Проживая всё новые воспоминания, было ощущение, что отпустил. Я думал всё забылось, но, на самом деле, я всегда думал и жил той вечной весной, тем маем, подарившим мне столько боли, столько мучений, и столько умерших цветов внутри меня.

      Я прощаю тебе всю мою боль. Я благодарю тебя за то, что спасала меня и была моим смыслом жизни. Ты останешься секретом о котором будет знать только мое сердце. Я видимо всегда любил океан разбивающийся о холодные, безжалостные скалы. Я видимо всегда любил тебя…