love at first sight, library

Восход солнца летом ранний. От прикосновения солнечных лучей пробуждается природа, и не только. Нагито просыпается рано утром от яркого солнечного света из-за не прикрытого шторами окна. Он открывает глаза и мягко говоря удивляется — перед собой он видит чью-то оголённую грудь, в которую всё это время утыкался носом. В этот же момент перед глазами яркими вспышками проносятся моменты вчерашнего вечера, заставляя густо покраснеть и моментально выйти из сонного состояния. Его взгляд направлен на умиротворённое лицо Хаджиме Хинаты. На чертовски привлекательное лицо Хаджиме Хинаты. И это ещё не всё, во-первых он не помнит как оказался в кровати, во-вторых его ноги сплетены с чужими, и в-третьих сам он прижат к чужому телу крепкими тёплыми объятиями. Комаэда шокирован, но его вполне устраивает такое стечение обстоятельств. Он укладывает голову на плечо библиотекаря и прикрывает глаза, наслаждаясь моментом. Сейчас ему хочется лежать так всю жизнь, лишь бы это не кончалось. Ему так не хочется вставать, тело слегка поламывает после вчерашних ласк, но чувствуется приятная усталость. Он проваливается в дрёму, щекоча своим размеренным дыханием плечо и небольшую часть шеи Хаджиме. Из за чего он ёжится во сне и причмокивая губами, закидывает ногу на бедро критика. Ему нравится ощущать тело любимого человека в тёплых, и таких уютных объятиях. Но когда дышать становится тяжелее, как бы не хотелось полежать так подольше, Ангелу приходится мягко отстраниться. А тот, по всей видимости, почувствовал шевеление, из-за этого он недовольно бурчит что-то во сне, только ближе прижимая источник тепла, стискивая его в собственнических объятиях и зарываясь носом в макушку вдыхая пряный запах. А вот сероглазому совсем становится худо дышать, поэтому он упирается ладошками в грудь и пытается вырваться из крепкой хватки. -Не-ет, останься, - от такого жалобного тона Нагито хочет остаться ещё больше, и остался бы, если бы ему не было так жарко и так трудно дышать — лето даёт о себе знать. -Хаджиме, отпусти меня, мне жарко! -Не хочу-у, я хочу лежать с тобой, - ни в какую. Тогда, беловолосый перестаёт сопротивляться, и к счастью темноволосого прижимается, тот вновь обнимает его, чмокает в висок утыкаясь губами в лоб. Пока Нагито замышляет одну вещь, Хаджиме собирается снова заснуть, но ему не дают такой возможности, он с криком открывает глаза и резво опускает взгляд на красную, злую и смущённую мордочку. Он его укусил. Раз Хината не хочет по хорошему, будет по плохому. Он смотрит с непониманием и чувственной нежностью отчего Нагито неосознанно для себя "плавится" словно свеча. -Ты чего кусаешься?, - библиотекарь опускается к нему и смотрит своими всё ещё сонными, чарующими зелёными глазами. -Потому что мне дышать нечем, ты меня не отпускаешь. -И больше никуда не отпущу, - Хаджиме меняет своё выражение и теперь смотрит серьёзно и властно, тыльной стороной кисти проводя по лицу смущая своими словами ещё больше (хотя куда дальше то). Каждого атакует желание сблизиться, что они и делают — соприкасаются лбами и носами, влюблённо смотря в гипнотизирующие глаза. Хочется быть ближе, хочется стать одним целым. Ангел всё ещё смущается, но несмотря на это приближается и блаженно прикрывает глаза. Он ластится к зеленоглазому и мягко обнимает того за шею, утыкаясь носом в висок, слегка потираясь и вдыхая лёгкий сладковатый запах. -Ты как котёнок, - темноволосый посмеивается и чмокает того куда-то в шею, тот вздрагивает и со стеснением довольно фырчит. Хината ласково поглаживает его по чувствительной пояснице, отчего тот покрывается мурашками, вздрагивает и шумно выдыхает. Он выгибается от таких ласк и повторно утыкается уже в шею брюнета, пряча красное лицо, тем самым заглушая и стоны. -Мхм, не-е-т, - и не ясно, пытается ли он сейчас остановить библиотекаря, или же он не согласен с его утверждением. Нагито заводит руку за спину нехотя отрывая чужую от поясницы, уж слишком приятно ощущаются касания. Хаджиме умиляется и улыбается этому чуду, всё таки убирая её. Они бы так и пролежали наслаждаясь друг другом, но неловкость и недосказанность витает в воздухе, затрудняя поступление кислорода в лёгкие. Нагито опускает свой взгляд и решается на серьёзный разговор который наконец расставит точки над "i" в их отношениях, если это так можно назвать. Темноволосый смотрит на него растроганно. «Либо сейчас, либо никогда». Это самый подходящий момент для признания, и он обязательно им воспользуется. Он приближается к чужому лицу, поднимает голову за подбородок и мягко поглаживает его же большим пальцем. Заглядывает в глаза что блестят так живо, губы медленно смыкаются на чужих, целуя и залечивая все душевные раны. Поцелуй выходит сладостным и робким, будто они пытаются вложить все свои чувства что испытывают по отношению друг к другу. И это не просто выброс страсти и желания. Это чувство гармонии, воодушевления и уединения. Губы плавятся, а в груди щемящее счастье так и норовит вылезти наружу, освещая пространство вокруг ярче солнца. Никто не перехватывает инициативу, сейчас это лишнее, не подходящее под ситуацию. Язык мягко и неторопливо проникает в рот тут же сцепляясь с чужим в плавном, завораживающем танце. Нежно, не торопясь. Сердца бьются в унисон, подстраиваясь друг под друга. Они словно пазлы, созданы друг для друга, а при соединении дают красивую, и такую приятную на глаз картинку. Руки заходятся в лёгком треморе, проникая в пушистые русые волосы Хаджиме, наводя там свои порядки, а загорелые руки того, тянут на себя проникая глубже, тонко и бережливо поглаживая хрупкую талию. Эти касания отзываются жаром снизу живота, посылая электрические мини разряды по всему телу. Плевать на весь мир. Им больше никто не нужен. Хаджиме нужен Нагито, а Нагито нужен Хаджиме. Так должно быть всегда, они уверены в том что заслуживают друг друга, и это верное утверждение. Всё понятно без слов, но всё таки недосказанность чувствуется и её хочется прервать, что и делает библиотекарь. Он отстраняется и решительно смотрит в бушующее заботой и привязанностью озеро, которое заставляет потонуть с головой, он готов научится дышать под водой, только дайте, дайте ему утонуть. Он шумно втягивает воздух, выдыхая заветные и такие нужные слова. -Я люблю тебя, - момент решающий всё, но теперь Хаджиме не боится. Он уже знает ответы на все вопросы. Нагито распахивает глаза и смотрит на него, пытаясь понять, шутит тот или нет. Но натыкается лишь на щенячий взгляд полный любви. Кажется будто всё замерло, мгновение растягивается на секунды, а то и на минуты. И только спустя мучительно долгую для библиотекаря минуту, беловолосый включается, осознавая сказанное напротив лежащего парня. Ему только что признались в любви, и не абы кто, а тот, от взгляда которого бросает в жар, сердце бьётся быстрее, а ноги подкашиваются. И, наверное, этому человеку нужно ответить, но голос предательски дрожит от эмоций. Положительных, и это главное. -Я, - пауза. -Я тоже люблю тебя, - последнюю фразу он облегчённо выдыхает от счастья пробирающегося во все части тела. Это правда реальность? Их руки сцепляются в замочек, губы растягиваются в улыбке, а глаза смотрят только на того что запускает сердце по новому. Комаэда словно расцветает, это то, чего он так хотел. Взаимность, любовь. Чувствовать себя нужным, важным, чьим-то. Он радостно хихикает и льнёт к Хинате, проводит носом по шее, втягивая лёгкий запах кожи, опаляя её своим дыханием. Хаджиме поднимается к его уху и жарко шепчет. -Мы же можем стать парой?, -того как будто ударяет током. Он выдерживает пару секунд перед тем как ответить, заставляя брюнета разволноваться: "а не слишком ли я поторопился?" -Да, Хаджиме, я согласен. Он счастлив. Он прижимает податливое тело к себе как можно ближе и тоже слегка посмеивается, покачиваясь и словно убаюкивая. Они теперь встречаются, мечты как оказывается умеют сбываться. Ему не верится что это всё правда. Так хорошо быть просто не может. -Я желал этого с самого начала, Ангел мой, я так тебя люблю, - лёгкие, словно крылья бабочки, поцелуи проходятся по всё ещё сонным глазам, румяным щекам, заострённому подбородку и кончику носа. Он отчаянно мажет губами почти не отрываясь от бархатной белоснежной кожи, боясь что тот сейчас исчезнет, и это всё окажется сном. Слишком хорошим и реалистичным сном. Нагито обхватывает лицо ладонями в успокаивающем жесте. Заглядывая в переполненные чувствами и эмоциями глаза, он прижимается своими губами к его, вкладывая в уединение всё самое ласковое, приятное и воздушное на всём белом свете. Или может? Есть человек, с которым не хочется расставаться даже на мгновение. Он как наркотик: чем больше его узнаёшь, тем меньше шансов о нём забыть. Такого человека хочется постигать, в нём хочется раствориться. Хаджиме и Нагито нашли этого самого человека, утопая в захлестнувшей их словно цунами любовью. И ангел, назначенный в Куркино Играет с трудящимися в домино И машет рукой, мол, разбирайтесь сами Это не воздух — взрывная смесь Я не понимаю, зачем я здесь На этой улице, в этом городе Под этими небесами?! Налей мне, мой красивый Налей мне последнюю. Налей мне. Не видно спектакля за этими спинами Давай, налей мне ещё и... И я спою

***

Они лежат нежась в объятиях, трепетно целуясь, теперь можно не боятся. Теперь они вместе. Зеленоглазый прикинув одну мысль в голове, отстраняется и переворачивает критика на спину нависая над ним и заглядывая в недоумённые глаза. Тот хихикает и закидывает руки на плечи сцепляя их за головой, разминая их мягкими нажимами. «Невозможно оторвать взгляд». Волосы раскиданы по подушке, образовывая ангельский нимб. Глаза с расширенными зрачками блестят в свете солнца, захватывая, и не отпуская. Руки прижимают к себе, а нагое тело манит своей красотой и изящностью. На шее и груди огромное количество багряных меток и укусов, оставленных библиотекарем. На губах чувственная улыбка что пускает мурашки по всему телу. «Он невероятен. Ангел. Мой. Теперь только мой». Хаджиме опускается к нему и целует в губы уже по другому. Страстно, но от того не менее чувственно. Он засасывает его нижнюю губу прикусывая и проводя языком, выбивая тихие мягкие стоны. Тот отвечает точно так же — страстно, с нажимом, но в то же время мягко, воздушно. Их дыхание, губы и тела смешиваются воедино, потому что хочется чувствовать человека не только всем телом, но и всей душой, укрываясь в нём в порыве чувств. Желание разгорается всё сильнее, поэтому Нагито, нехотя, первый отрывается от сладких губ, убирая от себя разгорячённого библиотекаря. Тот что-то недовольно мычит и уже собирается снова поцеловать Комаэду, но он не даёт этого сделать, так как накрывает его рот ладонью, сдерживая. От реакции верхнего он заливается смехом и поднимается, чуть подальше отодвигая темноволосого от себя. Да, он рад. Невероятно сильно рад, настолько, что хочется прижаться и никогда не отстраняться согревая друг друга теплом,что приятно ощущается в груди, хочется забыться и жить только с одним. Они бы так и поступили, но сегодня рабочий день и обоим нужно в библиотеку. Хаджиме на работу, а Нагито во "второй дом", теперь это место станет ещё более родным, ведь там работает его парень. «Вау». -Надо вставать, - Нагито всё ещё посмеивается с его реакции и широко раскрыв рот зевает. -А сколько время? -Обломщик, - Хаджиме показушно обиженно надувает губы, наклоняется к полу и достаёт из кармана брюк телефон. -Время шесть утра, у нас есть ещё два часа, - с хитрой улыбкой тот смотрит из под ресниц приближаясь к лицу Ангела, явно что-то задумав. Ангел краснеет и пытается вновь отодвинуть брюнета от себя, но его руки перехватывают и прижимают к груди опрокидывая и вновь нависая сверху. «Вот Чертёнок! Как можно быть таким наглым и великолепным одновременно?» — думает Нагито. Хината совершенно теряет рассудок рядом с его личным богом. Он проводит пальцами по коже, словно изучая, начиная быстро щекотать, отчего нижний извивается под ним пытаясь уворачиваться, что получается у него плохо. Он задыхается в смехе и просит того прекратить, но его игнорируют, и даже наоборот, добавляют губы. Короткие касания ощущаются щекоткой, вызывая всё больше и больше защитной реакции в виде смеха. -Хаджиме, прекрати! Ну пож-а-алуйста! , - сквозь смех кричит тот. Воздуха уже почти не хватает, завидя это, библиотекарь всё таки приостанавливается, оставляя руку на животе, мягко поглаживая, но кисти не отпускает. -Я не хочу, - он смотрит, заводя одним взглядом, словно змей-исскуситель, нагло прижимая того к постели, обездвиживая, словно свою жертву. Комаэду потрясывает от желания и нехватки воздуха, но несмотря на это он сохраняет здравый смысл понимая что "одичавшего" Хинату надо остановить. Он сопротивляется для приличия, но это ему выходит боком, когда темноволосый поднимает его руки над головой скрещивая их и удерживая одной собственной. -Ты наглый и хитрый, ты знаешь об этом? -Всё возможно, - с нагловатой и довольной собой улыбкой посмеивается. -Ну отпусти меня! Нам же вставать надо, - жалобным тоном практически умоляет Нагито. Тот облизывает пересохшие губы резко наклоняясь вниз, тем самым опаляя чужие губы жарким дыханием невесомо касаясь их — дразнит. -Повторяю. Я больше никуда тебя не отпущу, мой Ангел, - последнее слово Хаджиме выдыхает буквально ему в приоткрытый рот. Сердце светловолосого сделало тройное сальто, а сам он похоже задохнулся, рывком выдыхая весь кислород из лёгких со звуком схожим на стон. Хаджиме удовлетворённо смотрит на реакцию сероглазого под собой, упиваясь моментом. Осознание того что это чудо теперь действительно его, ему мягко говоря сносит крышу. Он сам с себя в шоке, но контролировать это состояние ему не по силам. Сейчас плевать абсолютно на всё, его колышет только Ангел, что не может даже пошевелится из-за сильных рук, которые удерживают его на месте, и дело не в силе. Дело в том — что он не хочет сопротивляться, поэтому отдаётся. Ему нравится. Темноволосый склоняется над Комаэдой и мягко целует каждый из собственных засосов, выуживая лёгкие всхлипы и томное дыхание, которое плавно перетекает в стоны. Руки остаются прижаты к кровати, но это не мешает светловолосому приникнуть телом к Хаджиме. Ресницы трепещут, а глаза непроизвольно закатываются. Библиотекарь в который раз засматривается на сероглазого выпадая из реальности, хватка становится слабее чего и ждал нижний. Он легко отталкивает растерявшегося в миг зеленоглазого и убегает в ванную закрываясь там, при этом громко смеясь и выкрикивая что-то брюнету. Тот, от слова совсем, не ожидавший такого поворота событий, встаёт с кровати и быстрым шагом доходит до "укрытия" критика. Он мягко стучит в дверь и прикладывает ухо в попытках услышать что-то в свой адрес, но услышав звук воды из под крана понимает что ему навряд ли откроют так легко. Вымученно простонав Хаджиме ударяется головой об дверь после этого слыша приглушённое дверью хихиканье. Ну, видно не судьба.

***

Нагито спустя какое то время, если быть точнее то спустя 20 минут, выходит из ванной вытирая мокрые волосы и аккуратно осматриваясь в поисках темноволосого. Заглядывая в спальню, там он его не находит, поэтому проходит на кухню замирая в проходе. Уже одетый в брюки и рубашку с закатанными по локоть рукавами, Хината стоит за плитой с готовкой, пока не понятно чего. Почувствовав на себе взгляд, он разворачивается на пятках и вопросительно смотрит на застывшего в проходе Ангела. Тот одет в красные короткие шорты и белую футболку с принтом, на волосах свободно лежит полотенце. «Вот же чудо лохматое, моё». Хаджиме улыбается ему приглашая сесть за стол в ожидании завтрака. Выясняется, что готовит он омлет с беконом, который удачно отрыл в холодильнике сероглазого. Блондин досушивает волосы полотенцем выжимая их кончики. Его волосы сами по себе пушистые и густые, но после мытья и такого способа сушки, на вид они походят на настоящее облачко. Зеленоглазый откровенно залипает и не выдерживая, подходит и проводит по светлой голове рукой, зарываясь пальцами в волосы слегка массажируя кожу. Чухает его за ушком и целует в лоб. От таких действий Нагито с улыбкой жмурится, ластится к руке и... мурлычет? -Не знал, что предложил встречаться коту, - сквозь смех и искреннюю улыбку говорит Хаджиме. Но в скором времени приходится оторваться, поэтому он предварительно чмокнув беловолосого в макушку, он поворачивается обратно к плите, стараясь больше не отвлекаться, иначе на завтрак у них будут угли по — "Хаджимски". А вот критик не отвлекаясь и кажется больше не смущаясь (не-а, ещё как смущаясь) нагло рассматривает профиль брюнета. Ему нравится эта атмосфера, и то, как библиотекарь называет его. "Ангел", "Кот", миленько. А особенно ему нравится осознание взаимности, эта мысль плещется на задворках сознания согревая изнутри самим фактом. Перед ним ставится аппетитно пахнущая тарелка, а следом напротив и библиотекарь. Они желают друг другу приятного аппетита и приступают к трапезе. Нагито накалывает на вилку омлет с куском бекона и съедает его при этом блаженно мыча и нахваливая Хаджиме за такой вкусный завтрак. Они едят в тишине, а вокруг будто летают бабочки, настолько эмоционально легко ощущается атмосфера, что образовалась вокруг них.

***

-Спасибо! Было очень вкусно, - «какое солнышко». -Я рад что тебе понравилось, не думал что ты будешь нахваливать мой кулинарный "шедевр", - Хаджиме изображает пальцами кавычки, улыбаясь похвале. Приятно.

***

-А теперь идём собираться? , - время близится к восьми утра, а это значит что им пора потихоньку выходить. -Я собранный, поэтому идёшь собираться только ты, - Нагито тянется обниматься к библиотекарю, вплетая пальцы в тёмно-русые волосы, дабы притянуть поближе к себе. На это действие брюнет улыбается, и целует точно такого же довольного парня в кончик носа. Оба хихикают, и блондин, с неохотой отрываясь, уходит в спальню дабы переодеться, специально закрывая дверь. На что Хината шкодливо ухмыляется и терпеливо дожидается того в прихожей.

***

Солнце норовит попасть своими яркими лучами в глаза, ослепляя. Лёгкий ветерок колышет ветви деревьев, кусты, что расположены вдоль тротуара, и локоны волос на голове Нагито, что так и лезут куда не надо. Почти каждые 10-15 секунд их приходится убирать за ухо, но непослушные прядки выбиваются и лезут то в серые глаза, то в рот во время увлекательного разговора с Хаджиме. Сам же зеленоглазый, посматривает на Ангела, задорно хихикая на сию картину. На спине у него висит небольшой рюкзачок со вчерашнего дня, который он каждый день таскает на работу. На руке висит пиджак, так как в нём слишком жарко в такую погоду, несмотря на тот же ветер. Очевидно что-то вспомнив, темноволосый берёт рюкзак и залезает в маленький кармашек. Немного покопавшись, в нём он находит две невидимки, всегда таскает на всякий случай. Например, если у него плохое настроение, а волосы мешают работать, (иногда такое случается) он достаёт эти самые невидимки и закалывает чёлку. Нагито вопросительно смотрит на них, пытаясь сообразить — что это, и для чего оно. -Погоди. Повернись ко мне лицом, - библиотекарь приостанавливает блондина и поворачивает голову в свою сторону, невольно засматриваясь. -Что это? -Это невидимки, - он видит недоумённый взгляд, и ласково смеётся с этой ситуации. -Чтобы волосы не лезли в глаза, - наконец поясняет он. Брюнет бережно захватывает прядку, прижимая её к виску и закрепляет за основную часть волос. Осматривает работу и повторяет то же самое и с другой стороной. Смотрит довольно, оценивая, и не сдержавшись легонько чмокает критика в висок. Сероглазый наклоняет голову в бок и проверяет невидимки, легонько потрясывая головой. Теперь волосы не мешают. -Спасибо. -Не за что, Ангел.

***

Они подходят к знакомому зданию вместе, держась за руки. Конечно не желательно так делать на улице при всех, но им хочется. Хочется до нервного тика. Дверь распахивается, пропуская внутрь двух парней. Хаджиме чмокнув Нагито куда-то в шею, проходит за своё рабочее место включая блок питания от компьютера. Нагито последний раз посмотрев на своего парня, махает ему и проходит в зал с книжными полками, параллельно включая свет в помещении. Ещё один рабочий день, а следом, ещё одна прекрасная ночь в компании с настоящим Ангелом. Хаджиме до сих пор уверен в том, что тот спустился к нему прямо с небес.

***

Рабочий день проходит как по маслу. Хаджиме не сидит угрюмо, он сидит с солнечной улыбкой, здороваясь с каждым вошедшим читателем. Те смотрят на него как на умалишённого, гадая, что же произошло с пареньком. Всё просто. Любовь.

***

Пьяное хихиканье и шуршание одеждой, нарушает тишину квартиры. Домой к Комаэде они возвращаются вместе после пары бутылок вина. Второе свидание. Сразу по приходу в квартиру, они налетают друг на друга с жаркими поцелуями в порыве страсти и взаимности. На ходу снимают обувь, практически не отрываясь друг от друга. Нагито буквально запрыгивает на Хаджиме, обвивая ногами талию. Тот перемещает руки на ягодицы, мягко сжимая их и целуя шею, оставляя всё больше и больше следов. Сероглазый практически умирает в любимых руках от удовольствия, что накрывает с головой. Он стонет громко, развязно, больше не стесняясь, тем самым разжигая внутри зеленоглазого огонь и дикое желание. Как возможно так любить и так хотеть? Хаджиме почти что вслепую ищет спальню, сбивая по пути какую то фотографию что мирно стояла на тумбе. Ангела бросают на кровать, и он растекается в мягком одеяле. Яростно вылизывая шею и на вид хрупкие ключицы, зеленоглазый смотрит снизу вверх. Тот не сильно сжимает короткие волосы прижимая ближе к себе, выстанывая имя любимого умоляющим тоном. Брюнету голову сносит от такого бурного, и в это же время хрупкого парня под ним. В глазах азарт, играющий на струнах желания библиотекаря, что снимает с себя чёртову рубашку, кидая её куда-то на пол. Хината окидывает пожирающим взглядом такого соблазнительного критика, что слишком сексуально закусив палец смотрит на него сквозь пелену возбуждения в серых бездонных глазах. Член в штанах дёргается на такую картину, а сам библиотекарь, кажется, окончательно потерял рассудок. И это явно не из-за алкоголя. Это не ускальзает от Ангела, поэтому он, завидев положительное изменение эмоций верхнего, улыбается. Коктейль из вина, возбуждения и зажённого взгляда от Хаджиме ударяет ему в голову. Комаэда выпускает палец изо рта, заносит руки над головой, кладя их на подушки, прогибается в пояснице и приглашающе раздвигает ноги шире. Это была последняя капля. Зелёные глаза чернеют и застилаются густой дымкой возбуждения, темноволосый рычит и устраивается между ног у СЛИШКОМ взбудораженного Нагито, слегка придавливая своим телом. Он кусает его в шею и наклоняется к уху, обводя раковину языком. -Ты специально да?, - имитация толчка и фальцетный стон. -Дразнишь меня? А не боишься что проиграешь? Ангел, отвечай мне, - Хаджиме рычит и кусает мочку уха, снова толкаясь, уже более грубо в нетерпении. От такого тона у блондина бегут мурашки, а сам он задыхается и скулит словно побитая собака. Хината растёгивает ширинку и рывком снимает штаны вместе с боксёрами с бесконечно длинных белоснежных ног. Кусает внутреннюю часть бедра, медленно подбираясь к паху. Комаэда нервно дёргает ногами и толкается бёдрами вверх, но его кусают за тазобедренные косточки и прижимают к кровати. -Лежи смирно, будешь подмахивать — привяжу, - он почти плачет от кайфа и этого тона, когда Хаджиме проводит языком от основания до головки. Сероглазый распахивает глаза и обхватывает ногами чужие плечи прижимая ближе. Пальцы на ногах загибаются, а сам он громко, протяжно и развратно стонет. непроизвольно когда парень поступательными движениями насаживается ртом на член. -А-ах, нет! Хаджиме! Не мучай пожа-ах-луйста! , - в самый последний момент библиотекарь выпускает член изо рта, прокашливается и вытирая рот, отстраняется, убирая ноги со своих плеч что не дают этого нормально сделать. Зеленоглазый поднимается к лицу, жадно примыкая к искусанным губам, параллельно вставляя в Ангела первый палец, и поглаживая чувствительную поясницу кончиками пальцев другой руки, дабы отвлечь от неприятных ощущений во время растяжки. Сладкая истома сковывает тело от головы до кончиков пальцев на ногах, скручивая внутренности в жаркий узел возбуждения. Касания ощущаются везде где только можно, доводя до кипения и сладких хрипов в мокрый поцелуй. Сознание ломает, а лёгкие обжигает раскалённый воздух в провальных попытках отдышаться. Пальцы внутри Нагито утыкаются в простату, сгибаются и доставляют уйму удовольствия, сладкие и довольно громкие стоны это подтверждают. Но это не совсем то что нужно двум разгорячённым телам. Хаджиме аккуратно достаёт пальцы когда с растяжкой наконец-то покончено. Они разрывают поцелуй, оставляя тянуться ниточку их смешавшейся слюны. Сероглазый меняет их местами, седлая бёдра темноволосого. Тот удивлён, но доволен такой ситуацией. Натягивает презерватив, и помогает Комаэде медленно опустится, но тот сажается рывком и шипит, жалея что поторопился. -Т-ш-ш, не торопись. Всё хорошо? -Да, хорошо, - практически выдыхая эти слова, он уже более аккуратно начинает подниматься и опускаться, постепенно набирая скорость. Хаджиме обнимает его за талию, помогая, утыкается в шею покрытую бордовыми пятнами, вдыхая запах кожи, и расслабляется от приятных ощущений. Внизу живота всё стягивает, а парень, что так плавно двигается на нём, прогибается и хватается за плечи слегка оцарапывая их, заставляет окунуться в сладостную негу забывая обо всём. Они смотрят глаза в глаза, встречаясь с глубоким Байкалом и травяными холмами. «Как мне повезло». Каждый думает об одном и том же, засыпая в крепких объятиях.