I am Yours

— 21 ноября 2018 года Ли СоХён и Ли МинДжу погибли в аварии. Все верно? — кивок, — У супругов Ли есть сын — Ли Феликс. На данный момент ему 18 лет. Родственников нет. Кроме Бан Мире и Бан Сухо, являющихся друзьями семьи Ли. Бан Мире 42 года, Бан Сухо 44 года, проживают на территории Южной Кореи, город Сеул. Если нет никаких возражений, — сказал судья, — можем начать обсуждать более точную тему. В письме, на случай чего, Ли заявляют, что, опеку над их ребенком, при желании, могут оформить их друзья Бан Мире и Бан Сухо, так как они являются самыми близкими. Вам есть что сказать? — обращается он к семье Кан. — Да, ваша честь. Мы с супругой думали над этим неоднократно. В итоге, приняли решение оформить все нужные документы над опекой парня. Конечно же не без его согласия, — объявил Кан. — Хорошо. Ли Феликс, вам слово, — мужчина указал на Феликса. — С вашего позволения. Семью Кан я знаю буквально с пелёнок. Они хорошие и добрые люди. С самого раннего детства относились ко мне с добротой. Я уверен, что они будут наилучшей кандидатурой для опеки. — Вы же понимаете, что тогда вам придется переехать в Сеул? — Так точно. Меня все более чем устраивает. — Я вас понял, — спокойным тоном заверяет судья, ударив три раза молотком, — Господин и госпожа Бан, соизвольте пройти в мой кабинет для оформления бумаг, — предварительно еще несколько раз стукнув, сказал судья, — Суд окончен. Ли Феликс, прошу вас пройти за нами. Феликс встал со своего места и направился за судьёй. Со дня смерти родителей прошло около одной недели. За всё время он успел выплакать все слёзы. Так что, при очередном упоминании о трагедии, даже при сильном желании, плакать не мог — нечем. Конечно, не то чтобы он их любил до невозможности, но всё-таки, они его родители. Да, были и ссоры, иногда они даже заканчивались побегом из дома. Такое было лишь пару раз. Но, даже при этом, большинство ссор были незначительными и заканчивались маминым: «Сынок, иди кушать». И Феликс всегда шел. Мама у него хорошая, но иногда строгая. Отец, тоже хороший человек. На пятнадцатый день рождения, от отца Феликс получил немного задрипаный скейт, на что отец просто сказал: «Хочешь быть самостоятельным — почини его сам. Ты уже взрослый мальчик, инструменты у тебя есть. Остальное в твоих руках. Чини, пили, делай что хочешь, только потом заикайся о подработке. Усек?» Да, определенно у Феликса лучший батька. Кстати на счет подработки. Летом, Феликс хотел устроиться на подработку в мастерскую в музыкальном магазине. Так вышло, что он специализируется на починке музыкальных инструментов. Хотел — устроился, его приняли, даже несмотря на его возраст. По началу все было как в шоколаде. Он прошел испытательный срок и его взяли насовсем. Сначала, конечно он работал больше уборщиком, иногда, если повезет, стоял за кассой, или продавцом консультантом. Всё слишком хорошо, не так ли? Да, слишком подозрительно, везде есть свой подвох, и наивный Феликс его не видел. Ли не учел того, что если его отец, учитель музыки, он не может зайти в музыкальный магазин. И о! Случилось непредвиденное. Все же зашел. Всё узнал. Нет, он не кричал на сына, но заставил его уволиться и сказал что пока он с его матерью живы, будут обеспечивать его. Однако, это не значило что он не может продолжать заниматься любимым делом. Он продолжил ремонтировать инструменты друзей и знакомых. — Феликс, ты меня слышишь? — из раздумий Феликса вывела тётя. — Мы можем идти. — Хорошо, — Ли поднял голову и несколько раз кивнул.

*****

Ночной Сидней довольно красив.Закат раскрашен разными оттенками тёплых тонов. Множество высотных зданий с наступлением сумерек подсвечиваются огнями разных цветов. Мост Харбор-Бридж, что пересекает залив Порт-Джексон, в закате кажется еще выше и красивее. Феликсу нравится это место. По крайней мере раньше нравилось. Ведь в Сеуле, всего этого не будет. Безусловно, в Сеуле существует множество восхитительных мест, таких как набережная, Сеульская башня или Кёнбоккун. Ли нравится Южная Корея, Сеул и т.д, но всё это далеко от того, чего он бы хотел. Там нет его друзей, которым он мог рассказать все что угодно, нет его школы, которую он хоть и не любил, но ходил чисто из-за мамы и друзей. Там другая страна, другой язык, который он почти знает. Там Ли Феликс останется один на один со своими проблемами и назойливыми веснушками. Дядя и тётя Кан, хоть и сказали, что любят его как родного, навряд-ли будут любить его так же, как родители, или как они, своего сына, который наверное не очень то и рад, что будет делить своих родителей с каким-то выродком. Да, Феликс его именно так и представляет. Хоть его «родители» не раз о нём говорили, какой он добрый, веселый и заботливый, Феликс ни разу его не встречал. Он рисовал его в своей голове, как огромного, страшного, накаченного монстра. С черными волосами, такими-же темными кругами под глазами, татуированными руками и множеством пирсинга. Не то чтобы он против, у него самого есть пирсинг в ушах, просто немного страшно, с таким громилой жить. Прямо сейчас он едет со своими новоиспеченными родителями в машине в свою старую квартирку. Что уж говорить, он будет скучать по этой квартире. Будет скучать по утренним крикам мамы, когда та будила Ликса в школу, по несильным подзатыльником от папы, которые доставались ему за каждую двойку, коих было немеренное количество. Он не отличник, были и двойки и хорошие баллы. Особенно будет скучать по своей комнатке. Три её стены были увешаны плакатами любимых групп, айдолов, артистов и так далее. Четвертая стена полностью украшена рисунками, которые Феликс нарисовал со своим другом Бэком. На стене они хотели изобразить Харбор-Бридж как можно детальнее. Вот Бэк — хороший художник, Феликс тоже хорош в рисовании, но друг всё-таки лучше. Год назад, когда родители узнали во что сын превратил стену, были немного в шоке, ведь они думали что он не умеет рисовать. Он умеет, но знал об этом, только Бэк. Спустя ещё парочку месяцев, с того момента, «картина» стала самым большим воспоминанием о друге. Он с родителями уехал в Нью-Джерси, штат США, на дальнейшее обучение. Так Фел остался без лучшего друга. Сначала они переписывались, но затем, что-то произошло и Бэк просто перестал писать и просматривать сообщения. Возможно, Ли надоел ему. Дом. Милый дом. Не сказать что он просто безупречен… Сидней конечно красивый город, но в нём существуют и отдельные спальные районы, в одном из таких, он и жил. Дом выглядел немного замшалым, краска в некоторых местах была ободрана, в подъезде темно, сыро и немного попахивает. Но квартира на удивление не выглядит такой-же ужасной, как подъезд. Раньше в ней было довольно уютно. Светлые стены, теплый свет, запах кофе, который любили его родители. Сами родители. Всё было таким до тех пор, пока их не стало. За время, что семья Кан летели в Австралию, Феликс провел один на один с самим собой. За это время, он почти сошел с ума. Плакал, тихо и почти беззвучно, тишину разбавляли только нервные всхлипы. Ли в спешке собрал вещи, ведь самолет довольно скоро. Тётя и дядя Кан сказали ему, что если он хочет навестить какие-то памятные, или возможно любимые места, стоит поторопиться чтобы успеть на самолёт. У Феликса есть одно такое…

*****

На улице уже порядком стемнело. Могильный холод пробирает до кончиков пальцев, пуская по коже табун мурашек. Холодный, но приятный ветер обдувает повёрнутое в его направлении лицо и треплет соломенные, блондинистые волосы. Странно. Когда это холодный ветер стал приятным? Ответа на этот вопрос не последует. Парень в короткой черной куртке и шапке, положил букет искусственных цветов рядом с каменной плитой. Он присел на корточки и взглянул в портрет своих мёртвых матери и отца. Его глаза переполнены болью. Хочется плакать, но нельзя. Не здесь. Феликс коснулся дрожащей рукой холодной земли и заговорил: — Мам, пап, — черт, как же много хочется им сказать. — Я… Многое хотел-бы вам сказать, но думаю, для всего уже поздно. Осталось лишь самое важное. Помнишь, — обратился он к портрету матери, — Летом, я практически с утра до вечера, пропадал где-то. А когда приходил домой, ты всегда спрашивала, где я пропадал? Я подрабатывал в музыкальном магазинчике. Не хотел, чтобы ты знала. Но из-за папы, — он повернул голову к портрету отца, — Он турнул меня от-туда. Я уже давно там не работаю, не переживай. Знаю, что ты бы не хотела чтобы твой сын пошел работать так рано, но, так уж вышло. Раньше мы ссорились. Не один и не два раза. Была такая ссора, что я убежал из дома, но потом вернулся. Почему? Я знал, что ты волнуешься за своего непослушного сына. Больше всего мне нравились самые незначительные перепалки. По типу, что брать, куриные крылышки, или куриные ножки? Кола, или фанта. Ты всегда выбирала крылышки и фанту. Я очень скучаю по этому. Знаешь, — он издал звук, похожий на нервный смешок, и глубоко вздохнул, — Я бы всё отдал, чтобы вернуть те времена. Но не судьба. Пап, — пришло время для обращения к папе, — Помнишь, ты говорил, что мне по наследству от тебя, досталась лишь излишняя упёртость и не самый легкий характер, ты был расстроен. Хочу сказать тебе, что собираюсь научиться играть на каком-нибудь музыкальном инструменте. Ты был музыкантом, — сказал Феликс, глядя куда-то в небо. Глаза непроизвольно начали слезиться, — Ты играл на пианино, а я восхищался тобой, хоть никогда и не показывал это. Игра на пианино тебя расслабляла, это было видно. Ты отдавал игре всего себя. Лунная соната Бетховена, твоя любимая. Хоть ты об этом и не знаешь. Но именно благодаря тебе, я полюбил музыку всем сердцем. Лунную сонату, заслушанную до дыр, особенно. Обещаю пап, обещаю, — вот тут Ли откровенно начал лить слёзы. Сохён и Минджу вдели его из машины. Но не тревожили, они знали что ему нужно выговориться, и желательно покричать, поплакать. — Обещаю научиться музыке. Обещаю начать новую жизнь, мам. Обещаю хорошо питаться, одеваться по погоде, хорошо учиться и получать хорошие оценки. Не буду доставлять лишних проблем дяде с тётей. Всё будет хорошо. Обещаю, — Феликс встал с мёртвой земли, положил букет гвоздики между двумя могилами, развернулся и ушел с неизменно заплаканным лицом.

*****

Путь до аэропорта выдался длинным и утомительным для Феликса. Он много размышлял о том, что будет делать в Корее. Появятся ли у него друзья? Как выглядит его сводный брат? В какую школу будет ходить? И всё в таком роде. Тётя с дядей всячески пытались найти тему для разговора с Феликсом. Они определённо нравились ему. Стараются поддержать, взяли опеку над ним, сказали что постараются обеспечить Ликса всеми нужными вещами. Феликсу это не нужно. Ему и так неприятно, что чужие совсем ему люди, платят за него и дают крышу над головой. Наверное им это тоже не совсем в радость. В аэропорте светло. Даже ярко. Светит прямо в глаза. Родители сдали багаж и сказали Феликсу идти к самолёту, а сами пошли в буфет. Они считали, что Ли должен подкрепиться. Ли так не думал. Он сидел в самолёте у окна, через несколько минут, пришли Кан. Тётя предложила ему перекусить, но тот отказался, мол, не голодный он, поел перед вылетом. До взлёта оставалось десять минут. Было страшно. Не в том смысле, что они разобьются или что-то похожее. Нет, не совсем. Страшно, но скорее интересно. Интересен Сеул. Да и в принципе сама Корея. Феликс вроде знает язык, он учил. Но неизвестность пугала. Только Кан разговаривали с ним на корейском. А вдруг другие корейцы слишком быстро разговаривают? А вдруг он ничего не поймет? А если потеряется? Что тогда ему делать? Ли пытался побыстрее выкинуть эти мысли из головы. Он просто накручивает себя. Чтобы побыстрее отвлечься, он достал телефон и включил какую-то игру, естественно не забыл включить музыку. Наушники как назло запутались. Раньше это раздражало до ужаса, а теперь даже расслабляет.

*****

Перелёт выдался длительным и утомительным для Феликса. После того как они прилетели в Сеул, вышли из самолёта, забрали чемоданы и направились к припаркованной около аэропорта машине. На улице темно и холодно. Ликс уже тысячу раз пожалел о том, что не слушал маму, и не купил нормальную куртку. Зато купил короткую, модную распиздяйку. Да, именно распиздяйку. Именно так её называла мама. Но он не жалуется, у него есть тёплая, черная шапка. Шапка… Точно! Где она? Неужели он её потерял? Кажется да. Сын-распиздяй. Движущийся вид из окон машины немного завораживал. Ночной Сеул красив. Скорее не ночной, а утренний. Уже начинает светлеть. Рассвет. Красиво… — пронеслось в голове. Вдалеке он увидел Сеульскую башню. Вот бы там побывать. Феликс устал. Он хорошо так вымотался за день. Сейчас может порадовать только одно. Тёплая, свежая и мягкая кровать. Организм берёт верх и Ликс закрывает глаза. Поездка до дома заняла около полчаса. Феликс проспал почти всё время, незадолго проснулся. Время пролетели быстро, он даже не заметил как машина стала подъезжать к частному дому. Не трудно было догадаться, что это их дом. Что ж… Он довольно неплох. Но не о доме речь, а о будущем брате. Все-таки он боялся его. В доме светло и тепло, пахнет выпечкой. «Брата» дома не оказалось. Ну и слава богу. Честно говоря, он бы вообще с ним не встречался. — Феликс? — это была тётя. Она звала его откуда-то из дома, в то время, как Ликс стоял на пороге. — Ликси, не стой на пороге, проходи и присаживайся на диван. Я сейчас чай заварю. — Хорошо тётя, — Феликс прошёл в гостиную, совмещённую с кухней. Дом очень просторный. — Завтра приезжает Чан. Он немного старше тебя, и живёт в отдельной квартире. Иногда он приезжает к нам, — тётя говорила это с улыбкой на губах, но с долькой боли в глазах. Она любила сына, — Он приедет к нам на пару дней. Ты только не бойся, он хороший и добрый. Он очень обрадовался, когда узнал, что у него будет младший сводный брат. — Эм, — Феликс замешкался, — А, сколько ему лет? — Ему 23, — заметив немного испуганные глаза, добавила, — Не бойся его. Он правдой добрый. «Ага, добрый он. Сто процентов, окажется какой-то главарь местной шайки, но перед мамой, белый одуванчик». — Твоя комната на втором этаже, поднимайся и можешь разлаживать вещи, если устал, то сходи в душ, а потом ложись отдыхать. Кровать постелена. Феликс поднялся на второй этаж и принялся искать комнату. Там их было не так много, он почти сразу нашёл свою. Первым делом, он стал осматриваться. Комната просторная, светлые стены, есть небольшой балкон. На подоконнике стоит одинокий кактус. В углу стоит стол, а рядом и кровать. Перед тем как проверить кровать на мягкость, он пошёл в душ. Принятие душа оказалось не менее приятным. Вода сняла все капельки стресса и как только Феликс зашёл в комнату, сразу плюхнулся на кровать. Она оказалась и вправду мягкой. Настолько, что Ликс сразу провалился в сон. Ему снились родители. Ещё живые. Отец играл на гитаре, а мать слушала и подпевала. Со стороны может показаться, что довольно милый и добрый сон, но со стороны Феликса, он немного жуткий. С каждой секундой, игра на гитаре становилась все тише и тише, а голос матери, громче и громче. Внезапно все затихло. Тишину разбавляет нечленоразборное бормотание матери. Она шептала о том, какой её сын. Феликс знал это. Знал, что не слушался родителей, редко помогал, да и вообще не ставил их ни во что. Знал… Из уст матери эти слова гораздо больнее. Феликс проснулся в холодном поту. Он был готов больше никогда не засыпать, лишь бы не видеть эти кошмары… Чтобы больше не засыпать, он поднялся с кровати, и вышел из комнаты. Стены странно давили на него, одиночество сжирало по частям. Как бы то ни было, его окончательным решением стала кружка кофе. Кофе успокаивает, снимает нервы, даёт волю бодрости. Последнее не может не радовать. Хоть его и забрали из Австралии, не дали сгнить одному, все равно тошно. Он все равно один. Это не его родители. По неизвестным причинам он не может им довериться. Никогда не сможет. Сейчас 6.27, так что ложится спать нет необходимости. Да и не хочется. Пока он сидел на кухне, ему неожиданно пришли мысли о школе. А как он там будет? Ему придётся взяться за ум. Он обещал. Обещал учится, тепло одеваться, кушать, научится музыке. Музыка… Нужна гитара. Нужна гитара, — нужна и подработка. Где может подработать школьник? Ликс залез в интернет. Много объявлений. Официант? Нет, это не его. Выгул собак? Не то. Слишком сложно. Как-нибудь справится. Наверное. Ближе к восьми часам утра, он начал слышать шорохи, доносящиеся откуда-то из дома. Скорее всего «родители» проснулись. Тётя Еджи заходила в комнату к Ликсу, чтобы сказать, что они с дядей уезжают по делам. Все бы неплохо, но… Его «брат» должен приехать сегодня. Ему сказали что если Чан приедет до их возвращения, встретить его, а заодно и познакомиться. А пока Чан не приехал, можно расслабиться и попить ещё немного кофейку. Бессонная ночь дала о себе знать, и чтобы «протрезветь», нужно влить в себя литр кофе, желательно с чем-то сладеньким. Кстати про сладенькое, его ведь нет. Как раз недалеко от дома, Фел заметил небольшой продуктовый магазинчик. Вот его он и навестит перед очередной дозой кофеина. После душа, он вернулся к себе в комнату и начал одеваться. Чтобы понять, как обстоят дела с погодой, он открыл окно и высунулся на улицу. Холодно. Особо не заморачиваясь, он одел довольно широкие джинсы, цвета хакки, и чёрную толстовку. Ликс накинул куртку, ботинки, которые мама называла говнодавами, схватил связку ключей, и вышел из квартиры, попутно захватил кошелёк. Погода действительно отвратительна. Даже если Ли и нравится такая погода, то это не значит что она может длиться вечно. Как по классике. Солнце светит, но не греет, ветер холодный и пробирается аж до костей. В такую погоду особенно хочется какао. Он не ребёнок, но какао тоже любит. Кто вообще придумал, что какао пьют только дети? Ликс мысленно поставил себе в голове пометку, купить пару пакетиков с какао. Парень зашёл в магазин, там за стойкой стоял пожилой аджосси. Ликс поклонился ему, и прошёл дальше, вдоль стеллажей с продуктами. Нужно больше практиковаться в корейском. Ли много чего понимает, но всё же есть некоторые слова, которые он не знает. Например многие названия сладостей и так далее. Все это сейчас вообще не имеет никакого значения, в сравнении с голодавшим Феликсом. В этом месяце, на него много чего навалилось, это все его проблемы, которые надо заесть, наедине с самим собой. Есть проблема, не беда, заешь её. Больше всего ему хотелось мармелада. Не таких, которые в сахаре искупали, или в кокосовой стружке. Нет, ему такие не нравились. Поэтому он взял три пачки мармеладных мишек и червячков. Итого шесть пачек мармеладок. Маршмеллоу с клубнично-банановым вкусом, белый пористый шоколад и две банки колы. Мама бы сказала что жопа слипнется. Слипнется, слипнется, но это будет потом. Подошёл к кассе, расплатился за покупки, ещё раз поклонился приветливому аджосси, и вышел. Через дорогу напротив, Феликс заметил двух парней, которые выгуливали собаку. У одного из них небольшой пакет, наверное с едой. У этого парня чуть длинноватые, светлые волосы, которые немного вьются. Выглядел он довольно добрым и умным, что не скажешь по второму. Другой парень был одет немного… странно. Светлая клеточная пижама, в виде штанов и рубашки с длинными рукавами и сланцы… Да, именно сланцы. Красно-белые. Чёрные длинные волосы подобраны миленькой, розовенькой повязочкой. Видок у него не очень. Лицо уставшее и сонное. Оно и понятно. Полдевятого, кто в такое время встаёт? Псих может. Но стоит заметить, он очень красив и явно выше самого Феликса и того первого парня. В одной руке поводок для собачки, а во второй медленно тлеющая сигарета. Что уж говорить, парень в пижаме показался ему довольно странным. Ли благополучно забил на них, развернулся и потопал к дому. По пути, он ещё раз подумал о том, что нужно купить шапку. Но для этого нужна подработка. Внезапно ему в голову пришла мысль, поразглядывать объявления. На одном из них было написано, что в зоомагазин требуется продавец. Ликс подумал что это очень хороший вариант, учитывая то, что он очень любит животных, особенно собак. Собственной собаки у него никогда не было. Родители не разрешали. Говорили что это огромная ответственность, он был с ними согласен, но всё равно хотел собаку. Придя домой и скинув ботинки с курткой, сразу направился к себе в комнату. Сегодня в его планы входило валяние на кровати, просмотр домам и поедание сладостей. Он переоделся в белую майку, свободные спортивные штаны и с разбегу прыгнул на кровать. Все было просто потрясающе, он даже годную дораму нашёл, открыл первую банку колы и пачку маршмеллоу, а нераскрытые мармеладки положил на стол. По закону подлости, если все идёт хорошо — должен быть какой-то подвох. А вот и он. Звонок в дверь. Подросток нехотя слез с кровати, надел тапочки и попёр к двери. Отбросив все варианты того, кто там может быть, он открыл дверь и немного удивился. На пороге стоял молодой парень. Уж больно он похож на того, что Ли видел на улице. Пакет тот же, прическа, одежда. — Эээ… Здрасте? Вы к кому? — собравшись с силами, единственное что смог сказать Феликс. — Ли Феликс? — спросил незнакомец, ответом послужил небольшой кивок, — Бан Чан, твой старший брат. Ну, не родной. Ты понял. Впустишь? — спросил Чан. Ли отошёл от двери впуская гостя. Чан зашёл в квартиру, снял кроссовки и прошёл на кухню вместе с пакетом. Ликс тихо наблюдал за ним, и если тот куда-то шёл, следовал за ним. Он ещё не отошёл от шока. Это совсем не тот Бан Чан, что воображал себе подросток. Этот полная противоположность. Добрый, красивый, подкаченный, на шее есть тату. Совсем не перекаченный амбал в два метра ростом. — Голодный? — спросил старший. — Есть такое. Феликса слишком напрягало молчание, но он совсем не знал, как его разбавить. Что спросить? А вдруг что-то не то скажет? Пока Ли с головой зарылся в свои мысли, Чан спокойно так, не торопясь, достал рамён из пакета и приступал к готовке. Он всегда хотел себе младшего брата. И вот теперь он у него есть, пусть и не родной. С тех пор, как родители сказали ему, что собираются оформить опеку над ребёнком семьи Ли, он был несказанно рад. В тот день, Чан представлял какой его младший брат, как они могут проводить время вместе, как познакомит со своими немного придурковатыми друзьями и так далее. Фел ему очень понравился. Милый, красивый, светлый и очаровательный, прям как солнышко. На его лице была россыпь из веснушек. Спаленные, как солома, светлые волосы, ему очень шли. Но что-то в нём было гнусное и печальное. Смерть —это всегда ужасно, а смерть родителей — особенно. Крис решил что чуть позже поговорит с ним. Рамён уже был готов. Бан поставил две тарелки на стол. Пока еда ещё слишком горячая, нужно подождать, пока она остынет. Отличное время для разговоров. — Феликс, можно вопрос? — Да, конечно. Не спрашивай, просто задавай, — уже смелее. — Хорошо. Расскажи мне что-нибудь о себе. — Окей. Тогда давай так, — Чан смотрел на Феликса. Он был рад, что тот довольно-таки быстро сменился в лице и стал смелее, — Один вопрос — один ответ.И так поочереди, — Чану понравилась эта идея и он кивнул. — Дак вот, родился я в Австралии, но мои родители корейцы. Твоя очередь.Ты работаешь? — Да, я работаю в салоне одного моего знакомого, — сказал Чан, но после посмотрел на лапшу и понял что та уже давно остыла, — Лучше покушай. Хреново выглядишь. Плохо спал? — Типа того. Кошмар приснился. — Скорее всего, это из-за недавнего происшествия… — взгляд Феликса заметно поник. Не надо было давить на больное, — Прости, я… — Нет-нет, продолжай, — младший замахал ладошками. Он и сам прекрасно понимал что не может вечно истерить при одном только упоминании о родителях. Нужно быть сильнее. — Хорошо, но все равно прости. Дак вот, думаю у тебя просто стресс, и тебе нужно хорошенько проветриться и выспаться. Как ты смотришь на то, чтобы прогуляться после завтрака? — Правда? Я только за! — Тогда кушай быстрее и иди собираться. После этих слов Феликс повеселел и начал быстрее есть. Всё-таки хорошо что ему достался такой брат. — Можно мне называть тебя хёном? — подросток знал, что тот разрешит, но из вежливости всё же спросил. — Конечно Ликси, — а на лице его, улыбка до ушей. Кажется, малой начинает доверять ему, что не может не радовать Погода стала чуточку теплее, и не такая противная. Как раз можно было идти без шапки. То что надо, не придётся оправдываться перед братом. За столь короткое время общения, парень уже понял, что его брат с синдромом матери, то есть очень заботлив.Он обязательно сказал бы, какой Ликс без ответственный, и это была бы чистейшая правда.Чан либо отдал ему свою шапку, либо купил шапку, либо сказал родителям.А Ли это не надо.Ему вообще было стыдно клянчить деньги у опекунов или брата. Он сам может их заработать. — Чан хён? — тот промычал в знак ответа. Фел достал из кармана листовку с объявлением, которое сорвал с доски с объявлениями. — Можешь мне помочь найти этот магазин. Я хочу устроиться на работу туда. — В зоомагазин? Зачем тебе подработка, ты же живёшь с родителями? — Я хочу быть более ответственным.Я не могу вечность сидеть у них на шее, — подросток продолжал идти с опущенной головой. — Хорошо, я покажу. Только нам придётся сесть на автобус, или… Можно взять мотоцикл у моего друга, — предложил Бан. У Ликса расширились глаза. Такого он точно не ожидал. — Не-не-не, ни за что! , — он яростно затряс головой.На мотоцикле ехать страшно.Вдруг они разобьются? — Хён, это очень опасно. Я. Ни. За. Что. Не. Поеду. На. Мотоцикле, — проговорил чётко. Чуть ли не по буквам. — Ладно, ладно.Я понял.Больше предлагать не буду, — пауза. — Но всё же если приспичит то я… — Нет!

*****

Магазин находился рядом с парком. Феликс удачно прошёл собеседование, ему сказали что можно приступать на следующей неделе. Даже как-то настроение поднялось. Квартира хёна находилась рядом с парком, он пообещал младшему её показать. Сейчас они медленным шагом направлялись к ней. Она расположена в пятиэтажном доме около будущей школы Феликса. В подъезде темно и как оказалось лифт не работает. Он им и не нужен. Квартира на 2 этаже. Внутри тепло, светло и уютно. Двухкомнатная с небольшой кухней и ванной комнатой, также имеется балкон. Чан сказал что он спит на диване в гостиной, из-за того что там большой диван и плазма. Другой комнатой он не пользуется. Использует её как комнату, в которой можно хранить какие-либо вещи. Здесь Ликсу определённо понравилось. Он бы и сам жил тут. Хоть на балконе и попахивает сигаретами, но это ничего, Ли бы и там жил. — Нууууу, квартира не очень большая, но места хватает. Даже с избытком. — Тут клёво, хён. Кстати, можно вопрос? — Конечно! — Сегодня утром, перед твоим приходом, я ходил в магазин. Уже когда выходил, напротив магазина я видел тебя. С тобой был странный парень. Что это за чудик? Почему он вышел на улицу в пижаме и повязкой на голове? — Ааааа… — Чан почесал затылок, — Это мой друг. Он и вправду придурок. Живёт тут недалеко, часто выгуливает Ками в парке. — Ками? — Да, то его собачка. Он как раз гулял с ней, и мы встретились в парке. До дома родителей немного далековато. Я хотел пройтись, а он поплелся за мной. Якобы из-за того, что Ками все равно не нагулялась. Почему в пижаме не знаю. Он в принципе странный, но это в хорошем смысле. Одевается как хочет, ведёт себя забавно, часто смеётся и тому подобное. Не считая странностей, парень хороший. — Ох, ясно. И ещё… — Феликса прервал звонок из телефона Чана. — Да мам, — ответил в трубку старший. — «Чан, Феликс с тобой?» — Да, мы вышли погулять, сейчас мы в моей квартире. — «Хорошо. Вы там это, приходите уже, поужинаем вместе». — Окей, сейчас будем, — он выключил телефон и убрал его в карман, — Родители позвали на ужин. Пойдём? — Да, конечно.

*****

Ужин с родителями прошёл хорошо. Они много общались и узнавали побольше друг о друге. За окном давно стемнело, было принято решение расходится по комнатам и ложиться спать. Бан Чан предложил брату посмотреть фильм. На самом деле он просто хотел насладиться его обществом. Младший, по мнению Чана как солнышко. С ним так тепло и уютно. Хён был поистине рад, что у него появился младшенький брат. За вечер были сожраны все мармеладки и маршмеллоу малого. Он бы подумал что старший проглот, но это не так. Последнего мармеладного мишку он отдал Ликсу. Если бы они не были братьями, Ли бы подумал что всё очень миленько, как у парочек. Дорама, приглушенный свет, вкусняшки, человек который полулежа сидит рядом с тобой. Идиллию прекрасного вечера прерывали мысли о том, что завтра ему в школу. Даже форма пошита. Ну и первый день на работе.

Просыпаться в утро понедельника хочется всё меньше и меньше…