салфетка.

Облик безвестного Образа будто случайного, Примет ли облик безвестного образа Будто случайного. «последняя поэма» Алексей Рыбкин.

президент—одно лишь слово и толка от него никакого. Теру всё равно свалит на Аканэ всю работу, ответственность и прочие обязанности которыми он должен заниматься. это до головной боли раздражало. Минамото не бездельничает. Аой понимает, он экзорцист, у него есть много дел и их нельзя отложить. но почему бы просто не передать главный пост ему? ничего бы не поменялось. он всё так же носился бы с бумагами, а тот мог без проблем уходить. но для Теру вся прелесть заключается во власти и превосходстве. ему нравится быть выше других и всячески напоминать об этом. поэтому Аканэ даже не станет пытаться предлагать ему такой вариант. знает же, что тот отмахнётся тонкой шуткой о том, что не стоит «прыгать выше головы» и «кусать руку которая тебя кормит». только представил и уже мерзко, так и врезать хочется. любимое дело Минамото—провоцировать его на эмоции. у него ничего не получается, юноша лишь с наигранной обидой терёт место ушиба от книги и смеётся. но нервы у Аой не железные. наверное, всё это из-за того, что он—одна из тайн школы или же просто нечисть. тот постоянно хочет проверить его на прочность. вдруг сломает? видит же, что ему ещё и тяжело из-за не взаимной любви. может немного надавить и у него получится наконец разбить его? для Аканэ, он тоже как объект для наблюдений. тот словно обезьянка, прыгает, скачет везде, кривляется. как клоун какой-то, но все его считают звездой и даже восхваляют. может это всё из-за оценок? хотя, скорее всего, всё решает внешность. он противный, но лицом удался. гад. а ещё он странный. мерзкий, отвратительный, но очень странный. ведёт себя как последний ублюдок, но одновременно старается защитить и уберечь его, Аой, Ясиро, Коу и даже, чёрт возьми, Ханако. когда Аканэ думает об этом, в груди возникают очень противоречивые друг другу чувства. Теру хочется обнять, похвалить сказать, что всё, что он делает не зря. Аой видит, что парню плохо, боится привязанности. он понятия не имеет, что произошло в семье Минамото, но это сильно повлияло на него. и ещё одно. накричать, ударить и сказать, что он тот ещё мудак так как не может вести себя как нормальный человек. всё же, Аканэ не может определиться. у него и самого проблем не меньше. в глубине душе, он хотел бы уйти из этой школы, не быть первой тайной, не знать никого из ребят и жить спокойно, не беспокоясь ни о ком. вечные ненормальные «приключения», переживания о друзьях которые стали почти семьёй. он волнуется за них, показывает это всем свои видом, словами, действиями. но кажется, им всё равно и они волей-неволей влезают в какую-то передрягу при этом прихватив его с собой. он хочет, чтобы с ними всё было в порядке. они ему дороги. а ещё параллельно с этим нужно держать свои оценки на высоте. много бессонных ночей уходило на уроки, зубрение правил. и ничего не окупается. может, с ним что-то не то? он плохо учит материал? недостаточно хорошо старается? может, он просто тупой? всегда вторые-третьи места и ни разу первое. постоянно после Теру и Аой. Ао-чан—прекрасная, восхитительная и обворожительная девушка, с необычайно красивыми глазами. кажется, что когда она проходит мимо щебечут птички. Аканэ восхищается ей, и похоже любит, но теперь он не уверен. многочисленные отказы с улыбкой на лице, а после них, дома его ждёт безмолвная истерика. она не обязана отвечать ему взаимностью, но всё равно горько больно и обидно. хочется провалится сквозь землю и не подниматься. но он должен держаться: кто если не он будет таскаться с бумажками? Аканэ нёс новую партию документов обратно в кабинет студ.совета на подпись президента. за окном зима, идёт снег. как хорошо, что в школе не отключили отопление. открыв дверь, юношу обдало ледяным воздухом. бумаги разлетелись в разные стороны. теперь их не собрать, придётся переделывать. Аой устало протер очки. опять работы прибавилось. на столе спал Минамото и едва заметно дрожал. окно было открыто, юноша шустро подбежал и закрыл его. — Устал, — тихо-тихо прошептал Аканэ. у него где-то в шкафу должен заваляться один плед. он остался ещё с прошлого года. парень тоже часто засыпал на рабочем месте, поэтому и притащил сюда одеяло. он аккуратно укрыл Теру пледом, тот недовольно поморщив нос продолжил спать. — Что же вы так себя изводите, Господин президент? — сказал он, скрывшись за дверью. Тэру тоскливо смотрел на место, где только что, был Аканэ.

***

Аой заметил словно что-то изменилось. он пока не может объяснить что, но это явно ощущается. воздух стал каким-то не таким, цвета казались ярче. и Тэру странный. намного странее обычного. с прищуром, пристально наблюдал за каждым его действием, хотя раньше мог даже не удосужиться посмотреть в его сторону. и он не отворачивался даже если его заметили! что за наглость! на лице всё чаще появлялась не свойственная ему ласковая улыбка. много прикосновений. клал руку на плечо, когда он писал реферат. мельком, касался его пальцев когда передавал стопку бумаг, бутылку воды. Минамото никогда не брал его с собой на задания, по собственной инициативе, а сейчас звал и (удивительно!) уговаривал. и он постоянно ходит за ним хвостиком. это раздражает. где бы он не был там всегда назойливый блондин! его поведение настораживало. это затишье перед бурей? или просто случайность? с чего такое внимание к его персоне? должен ли он что-то сделать в ответ на его любезность? Аканэ решил, что Теру стоит поощрять. ему неловко, и скорее всего, сложно, но он пытается, за это полагается хвалить. — Аканэ! У тебя же проблемы с алгеброй, да? — с ехидной усмешкой, парень остановил его, схватив за рукав. — Да? — он непонимающе уставился на него. нужно быть более дружелюбным. — Неужели хочешь помочь? — Именно, — юноша покосился на его руки. они всё ещё держали его. Аой настойчиво, но не сильно потряс ладонью, чтобы тот отпустил. Минамото резко отпрыгнул, словно кипятком ошпарило. он потупил взгляд в пол. — Сегодня, в пять. В библиотеке. Аканэ стыдно, за то, что он напугал (он сам не уверен, так ли это, но выглядел тот ошарашенно) и от неловкости парень схватил его за запястье. он медленно заливался краской, а Минамото мутными глазами смотрел на их пальцы. — А! Э-э... Да, в пять. Дого-говорились! Извини, мне нужно в туалет, — и сбежал.. боже, что творилось у него в голове? надо же так опозориться. но президент казался расстроенным и он не подумав... ему вспоминать даже не хочется. как неудобно всё вышло. хотя, признаться честно, руки у него очень мягкие. пусть он и держал только запястье, его длинные пальцы такие ухоженные и бархатные. .. было очень приятно прикоснуться к ним.

***

сидеть и слушать объяснения Минамото так необычно. на душе стало легко, будто всё на своих местах—правильно. Аканэ не ожидал, что будет чувствовать подобное рядом с этим человеком. но до чего же неловко когда Тэру упирается своей грудью в его спину. да, так лучше можно рассмотреть записи, но разве не проще встать с боку? — Всё ясно? — Нет, что там с иксами? — старавшись не смотреть на голову, что лежит у него плече он выдавил из себя пару слов. лишь бы не опозориться перед ним, лишь бы не опозориться... он пытался не краснеть, такая близость была очень не привычной. — Смотри, — он показал ручкой на пример. — их туда, а всё остальное в другую сторону. кивнув, Аой задумался, а юноша, отвернулся, чтобы скрыть своё смущение, продолжил что-то говорить.

***

он никогда не предполагал, что захочет проводить с Минамото больше времени. его компания довольно симпатична и даже желанна, что очень озадачивало Аканэ. этот парень прочно засел у него в голове последние две недели. хотелось больше общения: они стали болтать по телефону, гулять после школы. они попали под снегопад и Теру поделился своим шарфом. и прикосновений: сам юноша уже специально чуть ли не обнимается с ним. но когда они были зажаты в толпе и почти в плотную к друг другу стояли оба и специально не смотрели в глаза. витая где-то в облаках и грызя кончик ручки он пытался придумать продолжение строчки. чиркая что-то на салфетки юноша не заметил как в комнату вошёл Тэру. от знакомого силуэта, сердце быстро забилось. — Нам нужно срочно поговорить! — встряхнув руками, он повернул стул Аканэ к себе. в ответ, парень уверенно кивнул. Аой резко тянет галстук президента на себя и целует его. тот опешил, но уже через секунду, берёт инициативу на себя. если его спросят, какое самое лучше чувство он когда либо испытывал, Минамото без колебаний ответит: поцелуй с Аканэ. он был долгим, нежным, одновременно пылким и жарким. через него, словно все слова были сказаны, но будто оставалось что-то ещё. тяжело дыша, юноша поднялся со стула и поцеловав того в нос он уходит, мимолётно бросая насмешливый взгляд на салфетку. Теру ловит оттенок хитрости в этих глазах. он смотрит на стол и на записку. «жду тебя после уроков, в библиотеке. приходи, если не струсишь.» вызов принят.