История из соседней квартиры

       Всё время жизни в этой квартире, с самого момента заселения меня в этот гнилой ящик, за стеной моей картонной обители слышались крики. Ужасные, раздирающие, нечеловеческие крики соседки и её детей, которых бьёт её больной ублюдок законный муж.        Сколько, по первости, я отправлял заявления в полицейский участок? Не перечесть. Наверное на эти бланки было срублено не одно дерево, просто потраченный и не восполняемый ресурс, как же мне за это стыдно. В пустую перевёл бумагу, а результата всё равно не добился. Хотя, почему не добился? Добился! За последнее заявление ко мне пришёл тот самый «самец» и разбил лицо, видимо кто-то из участка оказался знакомым, а я всё удивлялся, почему сюда никто так и не приехал…        Нос с того момента начал хлюпать, в ближайшей больнице не смогли нормально его вправить, после «возмездия» пьяного неодыквата.        Наверное, то происшествие, было тем самым рубежом, после которого я перестал обращать на крики внимание, а так же начал понимать причину молчания и безучастия других соседей. Им дороже своя шкура, чем чужая, как там говорится? «Своя рубаха ближе к телу»?        А за стеной всё так же раздавались крики и мольбы о помощи, но их отлично глушили таблетки снотворного и успокоительного.

***

       Этот день начинался так же, как и остальное. За продуваемым окном был всё тот же серый пейзаж, изредка разбавляемая чуть яркими, но не привлекающими особого внимания, комбинезончиками маленьких детей, которые всё равно были как бельмо на глазу, если сравнивать их с окружающей обстановкой.        Я проснулся в пять часов утра, до моей работы было около часов трёх, а до будильника час… Это было в новинку, я раньше никогда не просыпался сам, а особенно за час до противной трели этой «машины-убийцы-нервов».        Но я проснулся — это факт. Я больше не смогу заснуть — тоже факт. Вставать с относительно тёплой кровати и подвергать свои ноги холодной пытке? Я, ещё, в своём уме, так что подвергать себя лишним мучениям не стану, лучше полежу ещё немного и наслажусь этим тихим и спокойным утром, а с будильником начну своё обычное утро…        Стоп!        Тихое и спокойное утро?        Я резко подскочил на своей старенькой кроватке, за что та возмущённо скрипнула, но я проигнорировал её ворчание и прислушался. Но не после резкого звука, от моей кровати, не по прошествию пяти минут — не прозвучало ни крика, ни малейшего шума. Всё было тихо…        От этой тишины по моей спине пробежали мурашки, а руки затряслись и перестали слушаться меня.        Из Той квартиры всегда исходили шумы, там Никто и Никогда не молчал! Можно сказать, что жители той квартиры, за время моей жизни здесь, стали мне фоновым шумом, который есть, но прислушиваться — не надо.        А теперь там — тихо. И я не знаю, что даже думать. Мог ли сосед не рассчитать вчера силы и прибить, наконец, своих детей и жену, или же сам напившись до синих енотиков, сдох?        В моей голове было очень много вариантов развития событий, но я так и не мог понять — какой из них был лучше, а какой — хуже. Для меня все варианты были плохи.        У меня катастрофически мало денег, из-за чего я еле как смог выкупить эту маленькую, дряхленькую и нуждающуюся в ремонте квартиру, которую за год до моей покупке признали аварийной, но до которой никто так ручками и не дотянулся (никому кроме меня эта холупа и не нужна была, в принципе). А я, тогда, рисковал потерять единственный заработок из-за отсутствия постоянного места проживания. Моему Дорогому начальнику было глубоко фиолетово, что я с таким же успехом мог снимать квартиру у работы, а не переться каждое утро через пол города в его тухлое заведение.        На самом деле это «Увольнение» до сих пор висит над моей головой, как занесенный меч и мой начальник только и ждёт момента, когда сможет подловить меня и уволить. Зачем? Не знаю! Этот Великий Человек никогда не говорил причины его ненависти ко мне.        /Пусть только все будут живы, пусть только все будут живы! / — повторял я мантру, потихоньку поднимаясь с кровати.        Есть, конечно, шанс, что мой сосед просто не проснулся, а его домочадцы в кои-то веки включили свои мозги и перестали издавать звуки, чтобы не разбудить его. Но, честно? Не верится. Скорее Солнце встанет ровно на Севере, чем Та женщина и дети начнут здраво рассуждать.        Я на цыпочках подошёл к стене, гнилые доски под моими нога смиловались и не раскрыли моего передвижения, хотя я и поморщился от их холодного отношения ко мне. Но ради удостоверения я готов был и потерпеть этот холод, ведь от этого зависело моё дальнейшее проживание на этой помойке.        Осторожно приложил ухо к стене, надеясь уловить хоть какой-то отзвук, но сколько бы я не старался — всё тщетно… Там пусто.        Чтобы не накручивать себя, я решил начать свой день раньше, поэтому заправил кровать и пошёл готовить себе завтрак, а так же поралельно одевался и собирал вещи на работу. Это всё заняло меньше 30 минут, так как с вечера всё было готово и обычно я так экономлю себе время утром, чтобы не спешить, но сейчас это было больше в минус, чем в плюс, так как утренние приготовления не смогли вытеснить переживания из моей головы.        Что, если, мать с детьми всё же умерли, а муж скрылся? Могу ли я бояться его появления за мной? Он ведь, после того как разбил мне лицо, не особо проявлял ко мне интерес, наверное представив, что я — пустое место. Но если? Если этого было недостаточно и он вернётся? Не знаю зачем, у больных же свои причуды…

***

       До своей работы я практически долетел. На выходе из подъезда мне встретилась одна из соседок, которая вместе с сестрой жила по другую сторону от Той квартиры. У неё я тоже наблюдал панику на лице. Мы с ней не разговаривали, соседи в нашем доме не разговаривают друг с другом, но по её лицу было видно, что она так же как и я боиться того, что могло послужить причиной сегоднещней тишины. Мы с ней разошлись, а я постарался оказаться как можно дальше от этого дома, хоть и знаю, что вечером придётся сюда вернуться…        На работе было всё как обычно, хотя и тут проскальзывала необычайная тишина. Мне уже начало казаться, что Тишина меня преследует, хотя мой мозг и понимает, что такое явление как отсутствие звука — не может преследовать, так как является лишь явлением — это не остановило меня от придумывания всё более страшной истории с моим участием… Чёртовы ужастики, расшатавшие мне всю нервную систему, теперь в любой мало-мальски подозрительной мелочи у меня скрывается чуть ли не Гипопотам-убийца…

***

       Рабочий день был успешно завершён. И даже переживания немного утихли, к его концу, из-за чего я смог нормально закончить все дела, которые раньше не успевал доделать. Оказывается переживания были тем самым стимулятором к работе, хотя я больше так не хочу. А то если я так каждый раз буду собираться работать, быстро поседею.        Мой начальник тоже заметил моё «стремление к работе» и даже выплатил «премию»… Как же мне в этот момент хотел засунуть ему эти несколько мелконаменальных купюр в его зад, откуда он мне их и достал. За эту премию можно купить — ничего. Настолько ничего, что даже корку хлеба за них не продадут. А для него, что ездит на последней модели машины — это премия? Я с каждым днём убеждаюсь в том, что он меня ненавидит.        Но что делать? Пойти и жаловаться ему? Смешно! Будто он это не специально сделал, поэтому не буду тратить время и силы на бессмысленные разговоры с ним. Лучше пойду домой и постараюсь отдохнуть от этих бумажных пыток! Кто только придумал этот экзекуторский метод истязания бедных нервов? Он явно сейчас горит в Аду за его прегрешение, если не стал одним из демонов, что более вероятно…        Я даже не подозревал как мысли, о Любимом начальнике и рассуждение о том «кто придумал Ад на Земле по средством внедрения бумажной работы», затмили все утренние переживания по поводу ненормальной Тишины из квартиры напротив. Но я вспомнил о них, как только подошёл ближе к своему дому. У подъезда стояли ближайшие, к Той квартире, соседи. Они все молчали, но даже их молчание не могло переубедить любого прохожие в том, что они не контактируют с друг другом.        Подойдя ближе я понял, что не ошибся. Они стояли рядом друг с другом и перемигивались. Хотя присмотревшись ещё внимательнее я заметил, что они ещё и шевелили губами. Спецназовцы фиговы. Нельзя просто собраться и поговорить, обсудить? Нет? Конечно! Так же делают нормальные люди, а мы должны пережимками общаться, скрываться! Будто весь район не знает, какой буйный живёт здесь. Будто это дом на самом деле не помойка с крысами, каким-то чудом названная «жилым домом», а первоклассный коттедж, тайны которого открываются только Избранным. Что за фигня? Что за «Аристократизм» с примесью «Сор из избы не выносим»?        Так как я не тайный агент и не умею читать по губам, пришлось пройти мимо сборища этих… людей. Нет, они люди, но в их адекватности я бы посомневался.        Встреченная утром соседка попыталась меня затянуть в их «обсуждение», но я успел вывернуть свой локоть из её ручек и скрыться в подъезде. Куда, как я и предполагал, никто не зашёл в след за мной.        На моей лестничной площадке я немного остановился. Дверь Той квартиры была закрыта, но проверять этого я не стал. Мне хватило быстро взгляда на неё, чтобы понять — не опечатана? — значит полиции тут не было, что в свою очередь означает, что я могу не беспокоиться по пустикам.        Зато с моей дверью явно было что-то не так. Она была немного погнута, будто кто-то по ней стучал, но вот в чём загвоздка — изнутри. Кто-то был в моей квартире, пока меня небыло дома, и ломился наружу. Если этот кто-то до сих пор находится там, то мне явно несдобровать. Нет, не то, чтобы у меня была железная дверь и её невозможно было даже поцарапать, скорее даже наоборот, просто я ещё слабее, чем эта досточка с петельками.        Меня в детстве ветер сдувал и по прошествию времени это не сильно изменилось. Я всё так же представлял из себя тростинку без капельки жира, про мышцы я молчу.        — И что мне делать? — спросил я. Мой голос разрезал эту тишину.        Я с затаенной надеждой ждал, что сосед выйдет и хотяб накричит на меня, но ручка двери так и не повернулась. Я прислушался, но шагов не услышал. Никто не подошёл к двери, поэтому ручку никто не поворачивал. Просто Тишина…        Оставаться дальше с этой Тишиной я не мог, поэтому рискнул и быстро забежал в свою квартиру, заперев за собой дверь. Мой непроизвольный поступок вызвал шум, который разрезал эту Тишину и мне немного стало легче.        Я прислонился к двери спиной и пытался отдышаться, было чувство, что за мной несколько часов гнался какой-то монстр, но я смог от него сбежать. Хлипкая дверь под спиной давала ложное чувство защищённости, но я понимаю, что если кто-то сильно захочет сейчас выбить её, то у того прекрасно это получится, так как я спиной чувствовал неровности от ударов…        Я резко открыл глаза, когда понял, что сделал. Но никого не увидел, тут никого кроме меня нет, надеюсь…        Я снова прислушался. В этом доме можно легко прокачать это умение, настолько, что лишь по звуку дыхания определить кто идёт. Но сколько бы я не прислушивался — никого. Только я. Только я, Тишина, да и вышедшая на шум соседка… Ой, мне же на неё всё равно, пойду расслаблюсь, а то я сегодня слишком нервный…

***

       И только ложась спать, я понял, что рано или поздно кому-то придётся позвонить в полицию, чтобы те приехали и вскрыли квартиру. Хоть это и поставит меня в неудобное положение, но это лучше чем каждый день проживать «День Сурка».        И меня накрыла темнота…