Расскажи мне правду

Утром меня разбудила Наташа, заваливаясь прямо на меня сверху. — Полегчало? — лежит. — Нет, — кряхчу, — ты тяжелая. — Врешь, — смеется, — давно приехала? — Вчера ночью, — улыбаюсь, — ты все проспала. — Ужасно устала с тренировками этими, — слезает с меня. — Фух, — выдыхаю. — Мальчики там на кухне кашеварят, а мне скучно стало, решила до тебя докопаться. — Как мило, — перевернулась на спину, — а мама где? — Пеппер улетела в Австралию. Бизнес. Ты где вообще была? — В гостях у бабули. — Ясно. Я любила Наташу за то, что она никогда не лезла под кожу. Романофф понимающая, поэтому ждала, когда я сама с ней поделюсь информацией. Умывшись и переодевшись, мы спустились на кухню. — Кажется, — прошептала, — что-то пригорело. — Тебе не кажется, — буркнул Клинт, пихнув её в бок. — Мы делали омлет, — Сэм, — но, немножко не получилось. — Заказали доставку, — закатил глаза Роджерс, пытающийся отмыть сковороду. — Ты так только эмаль сотрешь, — усмехнулся Баки. Барнс нес в руках огромное блюдо, на котором были мои любимые сосиски. — Гриль, — вдыхаю прекрасный аромат. — Только с огня, — ставит на стол. — Слушай, — Стив скривился, — раз ты такой умный, может, поможешь? — Ой, не, — махнул рукой, — у меня рука механическая, вдруг что-то замкнёт. — Не переживай, Холодное Сердце, не замкнёт, — засмеялся папа, подходя к нам. — Привет, — хором с Наташей. Когда мы дружно собрались на балконе за завтраком, то отец нас удивил: — Слушайте, — отпивает сок, — может, сгоняем куда-нибудь? — В магазин? — Тор. — В Асгард, блять, — закатил глаза, — нет. Отдохнем, пожарим попки на пляже и прочее. — Хорошая идея, — согласился Беннер, — как раз всем нам не хватает солнца. — И куда ты хочешь рвануть? — Стив взял кусочек хлеба. — Монако, Дубаи, Тайланд, Ибица, Мальдивы, — папа задумался. — Мне в Майами всегда нравилось, — чешу коленку, — солнечно и атмосферно. — Скучно. — Тебе было скучной в Майами, — усмехаюсь, — лишь по одной причине: мама запрещала тебе тусить так, чтобы знала вся страна. — Тихо, — шикнул. — Молчу-молчу, — поднимаю руки. — Сэм? — Что? — Телефон, — Нат смотрит на меня. — Чей? — Твой! — хором. Я даже и не поняла, что он разрывается от звонка. Отойдя в сторонку, приняла вызов.

— Хилл.

— Привет, — радостный голос Дина, — узнала?

— Тебя сложно не узнать, — усмехнулась, — привет.

— Наш ужин в силе?

— А ты ещё не уехал?

— Решил немного задержаться у родителей. Слишком сильно понравилось. Сегодня в семь сможешь?

— Ого, — удивляюсь напору, — почему бы и нет?

— Отлично. Адрес квартиры скину.

— Квартиры?

— Да, — замялся, — я лично приготовлю тебе такой ужин, что ты будешь ещё долго вспоминать этот прекрасный вкус.

— Ладно, — смеюсь, — уговорил.

— Слушай, давай заеду лучше?

— Не стоит. Я доберусь.

— Договорились. Буду ждать.

— До встречи.

А почему бы и нет? Дин — хороший парень. Поболтаем, вспомним школьные будни. Неплохо. Когда я вернулась обратно, Мстители что-то бурно обсуждали и смеялись. Соскучилась по такой обстановке. Нравится. — Слушай, — Уилсон улыбнулся, — ты мне все больше напоминаешь Роджерса. — Чем же? — удивляюсь. — Стив постоянно забывает, что у него есть телефон, — Бартон еле сдержал ухмылку, — каждый раз ему удивляясь. — И что? — Капитан закатил глаза. — Ты просто старенький, — Наташа подмигнула ему. — У меня его вообще нет, — Баки. — О-о-о, — папа похлопал его по плечу, — Роджерс проведет тебе курс по изучению Интернета и техники. Он профессионал. — Правда? — Баки, не слушай их, — Кэп показал Тони язык, — они издеваются над нами. — Успокойся, Сосулька, — посылает воздушный поцелуй, — мы решили, что сегодня вечером отправимся в Майами. — Черт, — вздыхаю, — может, завтра утром? — Почему? — изумился Тор. — Появились планы на сегодня, — завязываю волосы, — не хотелось бы расстраивать человека. — Какие планы? — папа даже жевать перестал. — Договорились с Дином поужинать. Тишина, а затем четыре пары мужских глаз прожгли во мне дыры. Стивен сложил руки на груди и пожирал взглядом, Тор просто как-то странно посмотрел, папа метал искры ревности, а Баки чисто присоединился. — Патлатый этот? — слегка грубовато спросил Капитан, — мы его ещё в торговом центре видели. — Ага, — отец скривился, — высокий, как лось. — Пошла жара, — Клинт зловеще потер ладошки. Легким движением руки, создала кляп, который закрыл ему рот. Все хором прыснули со смеху. — Ты как Локи, — недовольно вытащил, — вы, случайно, не родственники, а? Нервно и дергано я, отец и Тор переглянулись. Хорошо, что пока никто из нас не собирался афишировать данный факт. — Боже упаси, — разрядил обстановку Громовержец, — я бы знал. — Тоже верно, — кивнула Наташа. После завтрака, как и положено, надо полежать. — Тук-тук, — голова отца появилась в дверном проёме, — не помешал? — Нет, — откладываю книгу в сторону, — что-то случилось? — Просто пришел поболтать с тобой, — усмехается и садится рядышком со мной на кровать, — как ты? — Легче. — Заметно, даже седина появилась, — взял локон волос в руку, — необычно. — Нравится? — улыбаюсь. — Твои любые изменения мне нравятся. Я хотел поговорить на счет того, что произошло в Асгарде. — А я извиниться, — села рядом, — вместо слов благодарности, наговорила гадостей и устроила скандал. — Твоя реакция вполне очевидна, — улыбнулся краешком губ, — думал, будет хуже. — Тогда, — смеюсь, — забираю свои слова обратно. — Что порешали с Громовержцем? — Всё будет по-старому, — вздыхаю, — мы вновь лучшие подружки и всё такое. — А про… — Про это, — поняла, о чём он, — никто из нас распространяться не будет. Это мы забыли. — Он почти женился на тебе. Царица Асгарда. — Роджерс тоже почти женился, — опустила голову, — как видишь, я все ещё мисс, а не миссис. — Кстати, что с Капитаном? — А с ним что-то должно быть? — удивилась, — это в прошлом, па. — Вы хоть к общему знаменателю пришли? — С дробями у меня плохо, — пихнула его, — не хочу о парнях говорить. — Ладно, — приобнял, — знай, я поддержу любой твой выбор. — Это уже слышала… — Почему ты просто не можешь принять тот факт, что мне хорошо и спокойно с этим человеком, пап? Порадоваться за счастье единственной дочери. — Я разочарован в тебе, — прошептал он. Всего четыре слова и мое сердце разорвалось на части. Разочарован… — Ты все делаешь поперёк горла или наоборот. Не думал, что ты будешь такой. Я мечтал о том, что моя дочь — моя же правая рука и главный помощник, — вздохнул, — я думал, ты будешь другой. — Я же имею право выбора, — голос почти дрожит. — И вот, — махнул рукой, — на что ты это потратила? Стива я люблю и обожаю как друга, сослуживца и человека, но твоим парнем, — замялся, — не представляю. — Потому что, — держу себя в руках, чтобы не расплакаться, — ты изначально ожидал от меня другого, а сейчас воспринимаешь это как конец света. — Я был прав, — встал с кушетки и отправился в сторону выхода, — фамилии Старк ты не достойна. Ты не Старк. Никакой благодарности… — Пап, — прошептала. — Что?! — Дети не должны тебя благодарить, — крикнула, — им положено есть твой хлеб и разбивать тебе сердце! — Ты его уже несколько раз разбила, — обернулся, — видеть и слышать тебя не хочу, Сэм. — Я делала всё, чтобы услышать от тебя хоть малейшую похвалу! Но, после школы заупрямилась, не спорю. Это моя жизнь, пап. Мне хочется прожить её по-своему! — Убирайся. Ему даже смотреть на меня противно. — Что? — уши заложило, — ты выгоняешь меня? — Вместе с Роджерсом, — продолжил путь, — у вас час. Заметив то, как я поникла, вспоминая этот день и его слова, отец взял меня за руку и прошептал: — Я больше не причиню тебе боль, Сэм. Каждый день виню себя за то, что случилось в медпункте. Ужасно виноват. — Это уже случилось, — пытаюсь улыбнуться, — что было, то прошло. — Прости. — Все хорошо. Поболтав с ним ещё минут десять, ему кто-то позвонил и он оставит меня в гордом одиночестве, перед этим чмокнув в щёчку. Он хороший, хоть и иногда бывает тем еще козлом. — Не хочу прерывать вас, — захожу в спортзал и смотрю на тренирующихся Стива и Барнса, — извините. Баки, можно тебя буквально на минуту? — Хилли, — блокирует удар Роджерса, — что-то серьёзное? — Очень. — Как ты её назвал? — усмехнулся, — Хилли? — Да, — махнула рукой. — Мне нравится, — выходит с ринга, — миленько. — Очаровательно, — Кэп вытер лицо полотенцем. — Здорово я придумал, да? — подходит ко мне. — Мне нужно тебе кое-что показать. Идём. Закрыв Барнсу глаза перед дверью его комнаты, мы аккуратно вошли. — Обязательно это? — коснулся моих рук. — Конечно. Знаешь, минувшей ночью, я много думала и кое-что тебе заказала. — Гамбургер? — улыбается. — Нет. Круче. Готов? — Разумеется. Увидев то, что на полу нет одеяла и подушек, Баки расстроился. — А где? — Ляг на кровать. — Сэм? — испугался. — Ложись. — Не понимаю. — Пожалуйста, ляг на кровать. Будучи в полном смятении, Сержант все же лёг на кровать и тут же удивился. — Так классно, — замялся, — и необычно. — Самый твёрдый матрас из всех, которые были в Нью-Йорке, — горжусь собой, — хватит спать на полу и простужать себе жопу. — Ощущение, словно лежишь на траве, — провел руками по одеялу, — круто! Соскочив с кровати, Барнс крепко обнял меня. — Спасибо. — Не за что, — хлопаю по спине, — тебе надо потихоньку привыкать к новому миру. — Ты хорошая, — вздохнул, — только, не понимаю одного… — Чего же? — Зная то, что я сделал и ещё пару раз чуть не убил тебя, — коснулся простреленного плеча, — плюсом это, почему ты так добра ко мне? — Я вижу в тебе больше, чем солдата-убийцу. — Кого? — Человека. Ты достойный мужчина, отзывчивый и искренний. Смелый. — Ты забрала часть моих кошмарных воспоминаний себе, там, — прошептал, — в Асгарде. — Я сделаю это снова, если потребуется. — Тебе было тяжело. Он прав. После того, как травники и маги империи научили меня в проникать в сознание человека, а Фригга обучила способности забирать воспоминания, оказав помощь Баки, я пару дней пребывала в ужасном состоянии. Потеря покоя, сна и контроля над собой, жар, озноб, кошмары. — А тебе стало полегче. Всё, хватит о грустном. — Спасибо, — потрепал по волосам, — а можно матрас на пол кинуть? — Нет. — Понял.

Вечер

Надев легкое платье цвета шампанского, такие же босоножки и добавив аксессуары из жемчуга, подкрасила губки блеском и счастливая вышла из комнаты. — Хорошо, что тебя Старк в таком одеянии не видит, — Романофф поставила кружку с кофе на стол. — Тоже так думаю, — улыбаюсь, — как я тебе? — Сногсшибательная сучка, — подмигнула, — где Торовский кулон? — Он не подходит к этому платью, — вздохнула. — Броня? — В чистке. — Сэм… — Нат, все будет нормально. Мне не нужно это сегодня. — И все же. — Мы знакомы всю жизнь. Обычный ужин со старым другом, — чмокнула в щёчку, — не переживай. — Если что, — кивнула, — звони. Договорились? — Хорошо! Квартира Дина представляла из себя студию с панорамными окнами, которые открывали потрясающий вид на ночной Манхэттен. — Как всегда, — закинул полотенце на плечо, — восхитительна, — тепло обнимает. — Привет, — протягиваю пакетик, — думаю, тебе понравится. — Брось, — улыбается, глядя на черничный чизкейк, — всё ещё помнишь, от чего я без ума. Польщён. Проходи, — махнул рукой, — не стесняйся. Уютно. Современный минимализм в светлых тонах. Квартиру заполонил головокружительный аромат того, что находилось в духовке. Аппетит разыгрался. — Ты был прав, — присаживаюсь за барную стойку, — этот ужин я долго не смогу забыть. — Семейный рецепт курочки в сливочном соусе, — нарезает овощи. — Твоей мамы? — закатываю глаза, — вау. — Именно он. — Как они? — Нормально. Оба вышли на пенсию, наконец-то живут для себя. — Это хорошо, — киваю. — Твои как? Так и не сыграли свадьбу? — Неа, — усмехнулась, — им и без этого хорошо живется. Весь ужин я восхищалась едой. Мясо таяло во рту, даря вкусовым рецепторам наслаждение. — Где ты так научился готовить? — Во Франции, — подливает вино, — я жил в поваром в общежитии. Он и обучил этому. — Потрясающе. Ты чем занимаешься вообще? — Инвестиции. Семья моей супруги — Изабель, — отпил, — считают это своим семейным бизнесом. — И тебя втянули, — улыбаюсь, — ты же изобретатель. — Это в прошлом, — засмеялся, — подростковое увлечение и всё. — У тебя хорошо получалось. Особенно, картофельная пушка. — Да, — радостно кивнул, — это было нечто. Аарон даже слегка завидовал. — Кстати, а где он? — Без понятия, — пожал плечами, — мы как-то особо не общались после моего отъезда. — Грустно. — Не совсем. Аар всегда имел такую черту характера, как легкомыслие. Мне это не нравится. — Поэтому и разошлись ваши дороги, — вытираю руки, — не подскажешь… — По коридору и направо. — Спасибо. Зайдя в ванную комнату, намочила руки ледяной водой и приложила к лицу. Я выпила лишь бокал вина, но состояние такое, слово целую бутылку. Голова кругом, не могу сфокусироваться на чем-либо. Перед глазами, буквально на долю секунды, появилась красная вспышка. — Чёрт! — машу руками, — что это? Обернувшись и обследовав уборную, ничего не нашла. Кажется, пора завязывать с алкоголем. Белочка вот-вот придёт. Вернувшись, мы вновь продолжили вспоминать былое и обсуждать насущные вопросы. Хороший вечер. Он дал мне расслабиться и забыть о том, что рвало душу на части. — Что за вино? — скривилась, — ужасно кислое. — То же самое, — удивлённо посмотрел. — Гадость, — вытираю язык салфеткой. Когда во рту почувствовалось горькое послевкусие, которое вязало язык, я поняла, что происходит: — Что ты мне подсыпал? — О чём ты, Сэм? — Я далеко не дура, Дин. Насколько тебе известно, имею образование медика и несколько лет проработала в больнице. Мне прекрасно известен вкус клофелина. — Тебе пора завязывать с винцом. — А тебе лгать. Поднявшись со стула, схватила сумку и отправилась в сторону двери, чтобы наконец-то покинуть квартиру. Но, у мужчины были совершенно другие планы. — А мне, — схватил за горло и грубо прижал к стене, — говорили, что ты можешь сделать что-то подобное. — Отпусти, — прорычала, впиваясь ногтями в руку, — иначе… — Что? — усмехнулся, — превратишь меня в жабу? Милая ведьмочка Сэмми. — Как ты, — шокировано прошептала. — Узнал? Свои связи, — придушил, — твои способности здесь не работают. Ты заблокирована. Дин говорит правду. Я абсолютно ничего не могу, как бы не старалась. — Бороться со мной тоже не получится. Я сильнее, намного. В глазах темнело от нехватки воздуха. Как только он слегка ослабил хватку, мне удалось вдохнуть полной грудью. — Знаешь, — отодвинул подол платья, — мне все было интересно, что же изменилось за то время, — резко дернул ткань, от чего та разорвалась, — пока мы не общались. — Ты поплатишься за это. — Нет, — провел рукой по внутренней стороне бедра, — об этом никто не узнает. Его прикосновения вызывали лишь боль и невыносимый страх, с приступами тошноты. Мерзко. Очень мерзко. Ужас окутал мой разум, вызывая панику и слёзы. — Поплачь, — облизнул шею, разрывая ворот платья, — полегче станет, — провёл носом по щеке, — дорогая. Завизжав что было силы, тут же получила удар по лицу, падая на пол. Прикоснувшись в губе и увидев кровь, с криками поползла назад. — Сука, — схватил за волосы и рывком поднял на пол, — зачем ты злишь меня? — Пожалуйста, — слезы обожгли щёки. Я в ловушке. Неужели, это конец? — Хэй, — стук в дверь, — сосед, давай там потише! — Помогите! — Заткнись! — прошипел, влепив пощёчину, — хорошо, прости, мужик! — Ты глухой? Говорю же, давай потише! — Я понял! Понял! — посмотрел мне в глаза, — ещё хоть писк, — на шее ощутила холод лезвия ножа, — и перережу глотку. Не доводи до этого. У меня приказ, — шумно выдохнул, — лоставить тебя живой. Входная дверь с грохотом упала на пол, и в квартиру вошел Роджерс. — Стивен, — выдохнула и слезы полились ручьём. Глядя на мое порванное платье в клочья, следы на шее от рук Дина, красную щёку, разбитую губу и кровь, стекающую вниз, он четко и с ноткой угрозы произнёс: — Руки убери. Швырнув меня, подобно кукле, Дин с ножом набросился в сторону Капитана, рассекая воздух оружием перед его лицом. Мужчина без труда обезвредил противника, нанеся ему удар лбом в нос. Шейн упал на пол, держась за лицо. Скинув куртку с себя, Стив подошел к нему и схватив за волосы, несколько раз ударил об свое колено. — Мразь, — откинул. — Капитан Америка, — смеется, — наслышан, — пытается подняться для матч-реванша. — Если хочешь жить, — пнул его в грудь, — советую не подниматься! — Не боюсь тебя. — Тогда, придумай причину, чтобы я оставил тебя в живых! — орёт во всю, — ублюдок! Клянусь, — подходит ближе, — сломаю твой каждый палец, который посмел её касаться, разобью в мясо губы, которые целовали её и вырву язык! Стив готов был разорвать его на мелкие кусочки. Всё это время, подобно котёнку, я забилась в углу, прикрывшись полотенцем и со страхом наблюдала за происходящим. — Хо-хо-хо, — Дину очень весело, — я в полном порядке. — И знаешь, — смеется, — мне очень хочется это исправить. Каким-то чудом поднявшись, Дин схватил бутылку вина и разбив её об стол, направился на Стива. Зажмурившись, боясь смотреть на это, слушала звуки борьбы. Но, набравшись смелости, все же открыла глаза. — Как, — замялся, вытирая кровь с лица, — ты посмел? — Обычно, — сплёвывает на пол, — я просто могу это сделать и всё. Роджерс громко дышал и не моргал, глядя на Дина, который явно был доволен собой, абсолютно не осознавая, что Стивен способен убить его, находясь в таком состоянии. Отпустив Шейна, Капитан безудержно и совсем не контролируя силу удара, принялся избивать Дина. Долбил его об стол, стены. — Стив, — всхлипнула, — пожалуйста. — Посмотри! — прошипел, — что он сделал с тобой! — наносит ещё один удар. Воспользовавшись моментом, Шейн освободился и схватив собственный нож, с улыбкой на лице воткнул его себе в сердце. Никто из нас не ожидал такого. — Боже, — закрыла лицо руками и зарыдала. — Сэмми, — окутал в свою куртку, — не бойся. Все закончилось. — Нет! — истерика обрела новую силу. — Тише, — пытается прикоснуться ко мне, — я здесь, все хорошо. — Он мёртв! Мёртв! — А ты жива, — не знает, что ему делать, — пойдём. — Я, — замялась, — хочу посидеть ещё. — Хорошо, — кивает, — ладно. Стивен принялся обыскивать квартиру. Меня трясло и лихорадило, лишь от одной мысли, что мог сделать со мной Дин, если бы Роджерс не вломился. Где-то найдя канистру с горючим, Роджерс стал поливать все вокруг. — Соседи же, — прошептала. — Дом старый, люди здесь практически не живут, — улыбнулся, — пожар не затронет другие квартиры. Камер нет. Он галантно помог мне подняться и выйти из квартиры, а после кинул зажигалку, подарив жизнь адскому пламени, который уничтожил следы этого вечера. — Все закончилось, — повторил, вновь накидывая на мои плечи свою куртку. Глядя на то, как всё это полыхает, вновь поддалась истерике. — Тише, — помогает сесть в машину, — тебе больше нечего бояться. Я рядом.