Записка из Питера

Арсений быстро поднимается на лифте на шестой этаж. Дверь в квартиру открыта. - Антон, — мужчина зовёт парня. В ответ тишина. Психолог проходит к комнате мальчишки и отворяет дверь. В лицо сразу бьёт холодный уличный воздух. Окно открыто настежь. На подоконнике уже тонкий слой снега. Антон лежит на полу. Возле него валяется куча окурков. У него закрыты глаза и он мотает головой. - Антон, — Арсений садиться на корточки и прикасается к руке парня. Шастун медленно открывает глаза и смотрит на мужчину. Он смотрит как будто бы в пустоту. Его ранее изумрудные глаза кажется приобрели цвет болота. - Арсений Сергеевич, — Антон приподнимает уголки губ и достаёт наушники из ушей. - Как ты? - мужчина осматривает комнату. - Вы приехали,- парень приподнимается на локтях как в замедленной съёмке. - Тош ты слышишь меня? - психолог водит рукой перед лицом парня. - Ну конечно слышу, — Антон начинает смеяться и падает обратно на пол, — Вы бы видели своё лицо. Попов смотрит на мальчика валяющегося на полу. Он заливается смехом. Это выглядит жутковато в такой обстановке. - Антон, — мужчина прикасается к мальчику, но тот никак не реагирует и продолжает смеяться,- Расскажешь что случилось? - Я...Хах.... Про...сто...Хахах...- Шастун не может прекратить смеяться. Попов молчит, а мальчик заливается смехом он уже держится за живот. - Я... Хах ... Не могу .... хах ...уже - Антон пытается схватиться рукой за пальто психолога. Арсений поднимается и идёт на кухню. У него колотится сердце, кажется оно вот-вот вырвется из грудной клетки. Мужчина дрожащими руками набирает в стакан воды. Антон пытается отдышаться, он выпивает залпом принесённую психологом воду. - Спасибо, — мальчик вытирает рот и снова ложиться на пол. Арсений подходит к окну, чтобы закрыть его. Шастун достаёт из пачки очередную сигарету и закуривает. - Антон, одень кофту и пошли в другую комнату здесь очень холодно,- мужчина смотрит осуждающе на мальчишку. - Мне не холодно,- парень сбивает пепел с сигареты на пол. - Антон!- голос мужчины грубеет. Он подходит к шкафу и достаёт оттуда большую серую толстовку, — На. Антон нехотя поднимается с пола. - Спасибо, — парень протягивает сигарету мужчине. Шастун надевает кофту и поправив капюшон забирает сигарету обратно. Они сидят на кухне. Здесь намного теплее чем в комнате подростка. Они оба молчат. - Антон, может расскажешь хоть что-нибудь,- Попов нарушает молчанку и отпивает с кружки черный чай. - Я... Я не знаю с чего начать, — Шастун опять достаёт с кармана пачку с сигаретами. - Что ты....- психолог смотрит на мальчика закуривающего снова. - Я так часто вспоминаю детство, — Антон прерывает Попова и наконец говорит. Говорит медленно и не смущаясь, — Я не хочу стать, таким как мой отец... Шастун замолкает и опускает голову. Глаза наполняются слезами. Парень тушит сигарету дрожащими руками. Тильной стороной ладони он вытирает глаза. - Он никогда не любил меня. А мама всегда говорила что он изменится, что период такой. Она меня родила в 17. Я нежеланный ребёнок. Ей было сложно. А отец постоянно нагнетал что я ему не родной, — Антон вздыхает и поднимает взгляд на мужчину сидящего напротив, — Он бил меня. Я много плакал. Я ненавижу себя когда плачу. Шастун весь дрожит. Ему снова страшно. Он как будто бы не здесь. Он снова маленький пятилетний мальчик который никому не нужен. - Тош, всё хорошо, ты слышишь меня? Всё нормально,- мужчина гладит парня по руке. - Я всегда был один. Им всегда было наплевать на меня. И когда Андрей ушёл я, думал что всё закончиться, но нет. Мама первые полгода очень страдала по нему,- Антон вытирает наступившие слёзы. - Она била тебя? - Попов сжимает руку мальчика. - Да. Мне четырнадцать было когда она первый раз ударила меня, — Шастун морщиться вспоминая это, — я ведь всегда думал что она на моей стороне. Что будет защищать меня. А она... Она тогда дома сидела, а я как раз со школы пришёл. Она зашла в мою комнату и сказала что он не ушёл бы если бы не я. Антон держит руку психолога и вспомнив тот день сжимает её. - Вот, — мальчик показывает тыльную сторону ладони, шрам аккуратный как будто бы вырезанный, — Она тогда раздробила мне кость пряжкой ремня. Она била куда попадёт, а я пытался прикрыться. Когда мы приехали в больницу я сказал что во дворе подрался. Всё очень долго заживало, в итоге я не могу долго писать и почерк у меня как у врача. Шастун улыбается и отпускает руку Арсения. - А потом всё как-то наладилось, спустя полгода она работу нашла, а потом и вовсе успокоилась. Она ведёт себя как будто ничего не было. А я ненавижу её и отца. Я правда пытался простить, синяки сойдут шрамы, зарубцуются, а вот память не сотрётся, — Антон вздыхает и наконец-то тело перестаёт дрожать. - Тош, ты молодец. Ты и вправду не должен был так страдать. Ты был ребёнком, в этом нет твоей вины. Ты не должен бояться плакать или боятся своих чувств, никогда. Ты же не робот, ты живой человек, — Попов смотрит на мальчишку и боиться представить как трудно ему было тогда. - Спасибо вам Арсений Сергеевич, что выслушали. Они оба замолкают. Эта тишина не давит. Каждый думает о своём. - А ты, пьёшь таблетки? - психолог уверен что его ответом будет нет. - Нет, — что и стоило доказать. - Почему? Я же говорил когда будет плохо.... - Я не хочу зависеть от них. Я сам справлюсь. А если вы переживаете за своё драгоценное время, то я вам больше не позвоню, — парень срывается на крик. - Нет. Тош ты... - Не называйте меня так, мне давно не пять лет. Простите что побеспокоил, — Шастун забирает пачку с сигаретами со стола и уходит в свою комнату, — Дверь закроете как будет уходить. - Дурак, дурак, дурак, — Арсений ругается про себя и вскочив с места бежит за мальчишкой. Дверь в комнату закрыта. А что ты хотел? Чтобы он с распростёртыми объятиями тебя ждал? Идиот. - Антон, — мужчина ели слышно стучит в дверь. Тишина. Вот теперь она давит. Теперь неприятно. Арсений прикасается лбом к двери. Секунды тянутся так долго. Он достаёт с кармана телефон и заходит в ванную. - Алло, Серёж, — голос кажется дрожит, — Как Кьяра не проснулась? - Нет. Ты ещё долго? - Я буду утром. - Арс мне в девять нужно ехать на студию. - Я думаю что к девяти буду. Гудки... Арсений выходит в коридор. С комнаты Антона ели слышно музыку. Мужчина снимает пальто и вешает его на вешалку в прихожей. Он снова заходит в ванную и умываться холодной водой. На полу разбросаны вещи, как он сразу это не заметил. Попов ставит всё на полку и принимается убирать осколки от видимо разбитого флакона духов. Психолог подходит к двери в комнату мальчика. - Антон, — снова тишина в ответ. Попов садится на пол рядом с дверью. - Мне шесть лет было когда отец впервые избил меня, — трудно очень трудно вспоминать, — Мама тогда очень плакала. Говорила что всё хорошо что это не повториться. Потом это снова случилось. Он бил меня практически каждый день. Воспитывал так. Музыка в комнате мальчика перестаёт играть. - Я привык к постоянным упрёкам что я ничтожество не на что не способное, привык к синякам. Я так ненавидел себя. Старался быть лучше. Но чтобы я не делал этого было недостаточно. Потом я поступил на психолога. Встретил Ника, и признался родителям, — мужчина вздыхает, — Отец избил меня, сильно избил. Я в больницу загремел. Никита ко мне пришёл тогда отец его подстерёг и тоже избил. Когда меня выписали я дома не появлялся. Мы после ещё долго над этим смеялись. А потом... Дверь комнаты открывает. Антон смотрит на психолога испуганным взглядом. Арсений поднимется с пола, и мальчик заключает того в объятия. Антон вдыхает запах мяты и маминых духов... Он пытается принюхаться. Попов заливается смехом. - Почему ты смеёшься? - мальчик непонимающе отстраняется от мужчины. - Я просто представил как ты выглядишь сейчас. Я убрал осколки и весь пропах женскими духами. - Ага, смешно. Теперь ты точно на педика похож. Оба начинают смеяться. Они вместе идут на кухню. Вместе готовят кушать в пол четвёртого утра. Оказывается Антон очень хорошо готовит. - Вкусно, — говорит Арсений с набитым ртом овощного рагу. - Ага, — кивает Антон и тоже принимается за поедание рагу. Шастун не чувствует себя одиноко сейчас. Он кажется и вправду нашёл друга. Они сидят на кухне, пьют чай и разговариваю ни о чём и в то же время о всём. - Так, а что потом случилось? - спрашивает Антон и наливает моющее средство на мочалку. - Ты про что? - Арсений подпирает рукой голову и смотрит на парня. - Ну с Никитой, — Шастун складывает помытые тарелки на сушарку. - А,- мужчина расправляет плечи и откидывает голову назад, — Мы расстались. - Почему? — Антон вытирает руки полотенцем и садиться на стул напротив Попова. - Не сошлись характерами. А потом я и вовсе улетел в Америку, — Арсений не хочет вспоминать то время. - Но зачем? Если ты любил его. Зачем уехал? - мальчик продолжает засыпать вопросами. - Так сложились обстоятельства. Я не мог остаться, — Попов хочет закурить. - Ты скучал по нему? - Да, — психолог закрывает лицо ладонями, — Скучал, очень. - А сейчас ты тоже с кем-то встречаешься? - Антон складывает руки на столе и кладёт на них голову. - Нет. Мне не нужно это сейчас. Да и в принципе вообще, — он больше не верит в любовь, но всё ещё скучает. - Это из-за него? Он сделал тебе больно? - Я... Я не знаю, — Попов вздыхает и отводит взгляд. - Прости, — виновато говорит мальчик. - Ничего. Это уже в прошлом,– Арсений пытается улыбнуться. - Я боюсь что мне сделают больно,- Шастун вздыхает, — Хотя я никого и не люблю. Но это скорее плюс, чем минус. - А как же Ира? - Это случайно получилось. Я думал что она мне нравится. А оказалось нет, — Антон трёт глаза. - Но ты же сделаешь ей больно. - Но я не собираюсь бросать её. - А если ты влюбишься в другую девушку. По-настоящему. - О, это мне не грозит, — Шастун махнул рукой и слегка улыбнулся. - А ей? - Я поступаю плохо. Я знаю. Но я не могу бросить её. - Почему? - Потому что сделаю ей больно. - А так ты делаешь ещё больнее. Она же чувствует что не нравится тебе, — Арсений становиться серьёзным. - Как ? - Если ты действительно нравишься ей то она видит больше чем тебе кажется. - Я... Я хочу спать, — Шастун встаёт со стула. - Хорошо. Они заходят в комнату. Здесь уже намного теплее чем было. Антон садится на кровать и достаёт сигареты. - Ты бы завязывал с этим. Пепильничка, — Арсений улыбается. - Пепильничка? - парень смотрит на психолога и улыбается в ответ. - Я захлопну дверь. *** - Ты блять издеваешься? - громким шёпотом говорит Серёжа. - Серый я спать хочу, — Арсений стаскивает ботинки и пальто. - Пол восьмого, – Матвиенко сердито смотрит на друга. - Прости, — Попов идёт в ванную. - У тебя блять ребёнок, — Серёжа идёт следом за другом. Арсений молчит в ответ. Он умывается и смотрит в зеркало. Глаза красные, волосы растрёпанные, это не он. - Попов, ты каждый раз будешь срываться когда у него будут проблемы, — Серёжа демонстрирует пальцами кавычки. - Он болен Серёж, — мужчина вытирает лицо полотенцем. - Может ты перестанешь себя так вести и подумаешь о Кьяре. Она только вчера сюда приехала, а ты уже оставляешь её одну, — Матвиенко закрывает рот рукой, — Блять прости Арс. Психолог заходит в свою комнату и закрывает дверь. А ведь Серёжа прав. Он снова бросает малышку. Он никогда не считал себя хорошим отцом. Он ненавидит себя за это. Попов ложиться на кровать. Он закрывает глаза и медленно погружается в сон.