Помоги мне не умереть

Тишину, в которой находился Арсений прервал резкий телефонный звонок. Мужчина нехотя ответил на него: — Добрый вечер. Чем могу помочь? — Здравствуйте, Арсений! — раздался громкий голос по ту сторону телефона, отчего Попов поморщился, — Это Алла Георгиевна — заведующая воспитательница детского дома. Врач вспомнил эту женщину только после того, как она представилась, и в памяти тут же проявился её образ. Уже после их первой встречи он заметил, что она что-то недоговаривает, ведь взгляд Шастуна, обращённый в её сторону, явно не показывал ничего хорошего. — Я узнал Вас. — соврал Попов. — Ой, как приятно, что Вы меня помните! — наигранно-весело прозвучал ответ, — Я звоню по поводу завтрашней выписки. Она состоится? Арсений Сергеевич задумался. Что-то мешало ему дать быстрое согласие, но что? Возможно тот факт, что врач ещё не уверен в хорошем состоянии своего пациента. — Скорее всего да. — подтвердил врач. — У Вас есть сомнения? — спросила собеседница, — Прошу, не переживайте! Если ему станет хуже, мы сразу же это заметим и сами вылечим. Это «ходячее недоразумение» больше не доставит проблем Вам и вашей больнице. — По-моему, я раньше уже просил Вас не говорить о ребёнке в среднем роде. По крайней мере со мной. — агрессивно напомнил мужчина. — Ах, извините! Совсем забыла. Ну, так что со встречей? — резко сменила тон Алла Георгиевна. — Да. — согласился Арсений. — Отлично! — ответила заведующая воспитательница, — Тогда до завтра! — До свидания. — попрощался мужчина и повесил трубку. Достаточно дорогой телефон грубо полетел на край стола, издав лишь лёгкий хлопок. Арсению не давал покоя этот разговор, да и в целом вся ситуация. «Почему я чувствую здесь что-то неладное? Почему мне интересна судьба какого-то там подростка?» — пролетали тысячи вопросов в мыслях мужчины, — «Почему…» — Попов, сегодня на ночной смене остаёшься! — прервал раздумья голос главного врача. — Понял. — крикнул Арсений, хотя знал, что для его начальника существуют только положительные ответы. «На двух сменах сидеть буду. Зашибись!» — возмутился врач. — Бегом в операционную! — скомандовал Александр Владимирович. Заставив себя встать с кресла, мужчина вышел из кабинета и направился за главным врачом. «Какой Гудков молодец! Какой он хороший начальник! Вся больница на нём держится! Да ни хрена!» — смотря в спину главного врача, подумал о нём Арсений, — «Только и делает, что людей на две смены оставляет и орёт. Всё ему не так, видите-ли! Если бы я хоть раз видел его за настоящей работой!» Коллеги завернули за угол и юркнули в просторную «Операционную». *** Антон поднял опухшие глаза и взглянул в окно. Вечереет. Уже совсем скоро его вернут обратно, где его точно накажут за то, что с ним произошло, ведь это привлекло достаточно внимания. Не остаётся иного выбора, кроме ожидания своей участи. «Бабуля говорила, что выход есть всегда. В этот раз она ошиблась.» — вздохнул юноша, продолжая смотреть в окно и наблюдая за уходящим солнцем, — «Или всё-таки есть?» Внимание парня безусловно привлекало окно, ручка которого была слегка повёрнута вбок. «Побег!» — улыбнувшись, понял Антон, — «Хотя бы в другой город, иначе здесь меня найдут, а там, уже спокойно помру без каких-либо препятствий.» Шастун подскочил к рюкзаку, чтобы достать оттуда «Тройку», которую Алевтина Викторовна вручила ему в первый же день учёбы и, на удивление отыскал её. Остальные вещи он брать не собирался, так как после смерти они ему уж точно не пригодятся. План был хорош, однако возникала проблема: палата Антона находилась на третьем этаже. «М, заебись.» — закатил глаза парень. Также на окне находились решётки, разумеется слегка поржавевшие, но всё ещё прочные. Огорчённо рассматривая своё препятствие, Шастун уже хотел было сдаться, но вдруг его осенило: «Когда я был в рентген-кабинете, там вроде бы сильно заржавели решётки, а значит их в скором времени должны заменить, но без замера поставить новые практически невозможно. Получается, окно сейчас временно обходится без них. Вот и выход!» Все эти подробности об установлении такой защиты Антон узнал от отца, когда тот ещё не баловался алкоголем и работал на сварочном заводе, хоть как-то занимаясь сыном. Чудесное время. Жаль, что оно длилось относительно недолго. «Так. План у меня есть. Только вот, в том кабинете может сидеть кто-нибудь из врачей, и нужно будет его или её оттуда выманить. Но каким образом?» — задумался он. Долгое время ни одна нормальная мысль не приходила в голову Шастуна, однако кто ищет — тот всегда найдёт. Юноша моментально вылетел за порог своей палаты, обгоняя других посетителей больницы и врачей, тем самым обращая их взоры на себя. Он затормозил у нужной двери и даже не постучав, дёрнул ручку. Шастун просунул свою голову в комнату и затараторил без умолку, в то же время глядя на решётку окна, точнее её отсутствие: — Помогите пожалуйста! Там пациент в обморок упал, ему плохо! — Что? — испугалась женщина, сидящая за столом. — Быстрее, прошу Вас! — продолжал Антон. — Но я не… — дрожащим голосом начала говорить врач. — Скорее! Ему нужна именно Ваша помощь! — перебил Шастун. Совсем спятив от страха, женщина вылетела из кабинета, попутно узнав направление у «свидетеля». Как только врач удалилась на довольно-таки большое расстояние, парень захлопнул дверь и щёлкнул замком. «Есть!» — обрадовался он. Шастун метнулся к окну, покрутил ручку против часовой стрелки и открыл его. В лицо врезался холодный осенний ветер, заставлявший всё тело передернуться, но это вообще не волновало беглеца. Он чувствовал только одно — свободу. Рентген-кабинет находился на первом этаже, поэтому спрыгнуть с подоконника на улицу не составляло особого труда. Теперь парень несётся вперёд, не зная своего направления, однако это его нисколько не волнует. — Я смог! Я сбежал! Я больше не вернусь в этот блядский детдом! — кричал Антон, смеясь от переполнявшего его счастья. Больше ему никто и ничего не помешает.