Пробуждения

— Как интересно, — хихикнула то ли девушка, то ли парень, записывая в небольшую тетрадку, окуная перо в тушь и рассматривая в задымленном шаре разговор Рипера и Найтмера. — Может, хватит? — из-за стилажей показался мужчина. Растрепанные черные волосы длинной чуть ниже глаз. Правый глаз серый, а белок черный, из левого же глаза вылезали тентакли. На все лицо была зашита крестиком разноцветными нитками рана. Ростом 2, 35; обычное телосложение. Одет он в вязаную серую кофту, которую растянули до колена, с надписью на груди «Боль», капроновые черные чулки заканчивались очень пушистыми черными тапочками. — Пусть эта малолетка делает, что хочет, — заговорило существо из глаза. — Прекрати, — закатил глаз мужчина, — Я не могу оставить его без присмотра. — Ой! Смотри! — запрыгал на одном месте парень, прижимая от радости руки к лицу, — Блэйд огрызается с Мисс Софи из-за мисс Агаты! Это надо срочно написать в их общее дело! — взял в ту же секунду перо и начал чиркать. — Вот видишь. Ему на тебя все равно, братик, — поменял расположение щупальца поудобнее, чтобы "посмотреть" на брата лимонным ядром. — Это его работа, — тяжело вздохнул, — в нашей организации "Небесный суд". — Надеюсь, сэр Блу снова накосячит, — с ухмылкой посмотрел на Аями, — Было бы просто чудесно смотреть на его мучения.       Черные волосы ото лба до ушей пострижены лесенкой, за ухом пара прядей были чуть ниже груди и к затылку укорачивались. От основания волосы были чёрными, а нижние нефритового оттенка. Глаза темно-зеленые с кошачим зрачком. Ростом 1, 56; довольно худощавое тело. Сверху была темно-зеленая мантия, закреплявшаяся на правом плече, под ней была обтягивающая черная майка с горлом и без рукавов, шорты на темно-синей резинке чуть ниже колен, из-за чего внизу они одили на в фонарик, на ногах небольшие носочки синего оттенка с зелёными балетками. Кисти рук, которые летали в данный момент возле стола, искали очки. Очки были прямоугольной формы в красной оправе. — Инки. Прекрати. Да, его поступки и характер — настоящие дерьмо. Но не забывай, мы должны судить справедливо, мы даём самое последнее слово в жизни существ, — строго смотрел на парня Аями. — Хочешь сказать, что он хороший!? — Нет. В наших глазах нет хороших или плохих, мы только судим за поступки. Я в очередной раз напоминаю тебе правила работы. Так как из-за твоей ярости ты о ней забываешь. — Эх, жаль, что не дошло до смертной казни. Мне бы не жалко было даже сжечь его историю, — надул щечки Инки-эрре. — Ребёнок, так еще и обиженный — это зло в чистом виде, — тяжело выдохнул мужчина, — Мы в любом виде не сможем так сделать, так как истории существ пишутся у нас, а потом обрабатываются у Рипера, а после смерти возвращаются к нам. И если мы будем так делать, то есть сжигать, то таких уродов будет больше, — сначала показывал по пальцам, а после строго посмотрел на парнишку, — Не поддавайся гневу или каким-то сильным чувствам. — Даже любви? — руками обвил шею Ясуши и резко опустил его на свой уровень. Мужчина встретился со взглядом, подобным яндере. Инки-эрре чмокнул того в губы и вернулся к шару.