Милый романтик

Сигма смотрел на ежесекундно сменяющиеся пейзажи за окном поезда. Белоснежное пуховое одеяло покрывало верхушки мелькающих деревьев. Солнце, нынче совершенно не греющее, медленно исчезало где-то за горизонтом. Вдогонку поезду тоскливо завывал морозный ветер. Прикрыв глаза, Сигма облокотился на холодное, покрытое инеем, окно. Руки юноша плотно прижал к чашке с горячим чаем. Дверь медленно открылась и в купе тихо вошёл Гоголь. Аккуратно поставив на стол небольшую корзинку с печеньем и шоколадками, он посмотрел на Сигму. — Сигма-кун, ты не спишь? — тихо спросил Гоголь, чтобы в случае чего не разбудить парня. — Нет, — незамедлительно ответил Сигма и перевёл взгляд на сидящего напротив фокусника. Гоголь, облокотив голову на руки, с нежной улыбкой смотрел на тщетно пытающегося согреться Сигму. — Я принёс печенье к чаю. Твоё любимое, — Николай подвинул сладости ближе к Сигме, приглашая попробовать принесенное им печенье, посыпанное шоколадной стружкой. — Спасибо, — смущенно ответил юноша, бросая в рот первое печенье. По правде говоря, Сигма не знал куда они едут. Ему было все равно. Если Гоголь с таким усердием умолял его оставить казино хоть на пару дней и поехать с ним в невесть какое, но очень красивое место, то оно того стоило. — Гоголь-сан, а почему мы не поехали на скоростном поезде? Так было бы практичней и быстрей… — Сигма перевёл озадаченный взгляд на фокусника, все ещё любовавшегося им. — Ну же, посмотри вокруг, тебе не кажется, что в этом есть своя романтика? Увидев, что Сигма уже дрожит от холода, Гоголь достал с верхней полки одеяло и подойдя к парню укрыл его со спины тёплым пледом. — Романтика? — Сигма медленно обернулся к сидящему за его спиной фокуснику — Да, романтика, — ответил Гоголь, нежно обнимая за плечи все ещё дрожащего юношу. — А что это значит для тебя? — Нууу, это когда люди любят друг друга и проявляют свои чувства через нежные и милые поступки. Гоголь лениво перебирал пальцами складки на одежде Сигмы, положив ему голову на плечо и иногда бормоча что-то неразборчивое себе под нос. — А какими бывают эти милые поступки? — заинтересованно спросил Сигма, будто совершенно ничего не смысля в делах сердечных. Вместо ответа Гоголь аккуратно заправил за ухо выбившуюся прядь парня и нежно чмокнув Сигму в нос, элегантно протянул ему невесть откуда взявшийся букет гардений. — Ну, теперь понял? — Нет, — насмешливо ответил Сигма, вдыхая насыщенный, но нежный запах цветов и игриво глядя на Гоголя сквозь пышные розовые бутоны. Тихо цокнув языком, Гоголь притянул Сигму ближе и поцеловал. Медленно, неспешна касаясь своими губами его бледно-розовых губ. — Теперь понял. Сейчас Сигма уже сам потянулся к Гоголю, аккуратно целуя и обнимая фокусника.