Team Minato.AU

      Весть о пропавшей Юмико еще долго не выходила из головы Какаши, но как только он изложил свою собственную проблему Асуме, то Корень полностью затмил мысли о Нохаре. Асума был шокирован. Нет, даже не так. Асума был в ужасе! Эмоциональный в кругу друзей Сарутоби не скупился на бурную реакцию. Первое, что он сделал, это четко дал понять Какаши и Куренай какой Корень гнилой и отвратительный. После выразил родителю-одиночке соболезнования, и только после этого Асума приступил к разработке плана. Хатаке, более спокойный и медленный по своей натуре, был в растерянности от бойкого темпа товарища. С трудом взяв себя в руки, он смог присоединится к обсуждению. Ему Корень был ближе, чем Асуме и Куренай. В конце концов, он даже успел какое-то время побыть официальным членом Корня. К счастью или к сожалению, дальше у них с Данзо отношения не сложились, и из этой организации Хатаке вернулся в обычный отряд АНБУ. Но сейчас именно Какаши сможет создать самый подходящий план, ведь он знал некоторые особенности работы Корня. Однако инициативу сейчас перехватил Асума.       — Если сейчас остро стоит проблема, связанная с конкретными бумагами, но проще всего будет эти бумаги уничтожить. У Данзо не будет доказательства того, что Кайоши как-то может кому-то навредить… А вообще это абсурд! То есть Наруто с Девятихвостым Демоном он не трогает, а совершенно безобидного Кайоши решил убить, так?!       — Мне тоже показалось это странным, — подключилась Куренай. — Когда обсуждался вопрос о судьбе Наруто, Корень не был так активен, как сейчас… Какаши, опиши еще раз особенность Кириям.       — У них два круга путей чакры, в то время как у остальных шиноби — один. У них есть в лобовой области хранилище чакры. В обычное время чакру оттуда вытащить нельзя. Она используется только во время «излияния чакры», когда активируется второй кругооборот, и чакра выливается наружу, обволакивая тело. В таком состоянии Кирияма почти не поддаются воздействию ниндзюцу, зато сами могут создавать техники без печатей, и сила у них, за счет прилива дополнительной чакры, увеличивается. Остановить «излияние чакры» нельзя, контролировать силу удара тяжело, вызвать это может любая сильная эмоция. Достаточно подобно? — честно говоря, Какаши устал каждый раз формулировать это описание.       — Да, спасибо, — кивнула Юхи. — Звучит, конечно, страшно, но вы с Обито сражались против Кирияма. И у вас получилось их победить. С таким количеством опытных и сильных джоунинов в Конохе остановить Кайоши в случае чего не составит труда.       Куренай замолчала, вопросительно посмотрев на товарищей. Какаши был полностью согласен с ее словами, но смысл сейчас размышлять над причиной начала охоты, если проще и быстрее будет, как предложил Асума, просто уничтожить эти проклятые исследование Орочимару? Им бы сосредоточиться на настоящем, а не на…       — Обратите внимание на будущее, — неожиданно заговорил Сарутоби. — Мы уверены, что после уничтожения бумаг Данзо успокоится? Допустим украсть исследование мы сможем. Но дальше что?       — Данзо сказал, что не отстанет от меня, — хмуро пересказал угрозу предводителя Корня Какаши.       — Так ли это? — вдруг резко подняла голову Куренай.       Они с Асумой обменялись взглядами, после чего удовлетворенно друг другу кивнули. Кажется, они думали об одном и том же. А Какаши уловить их общую мысль не смог, хоть и славился своей способностью к копированию. Он раздраженно глянул на джоунинов, взглядом требуя от них разъяснения.       — Ситуация с Наруто все не выходит у меня из головы, — начала Юхи. — Данзо не стал с ним ничего делать. Уверена, он понимает, что Наруто — это сильная боевая единица. В один прекрасный момент он может как взорваться и разрушить Коноху, так и защитить ее с помощью хвостатого. У Кайоши все абсолютно тоже самое, только сила у него намного слабее. Возникает вопрос: почему Данзо проигнорировал Наруто, но зато прицепился к Кайоши?       Куренай замолчала, видимо давая Какаши возможность поразмышлять и ответить на заданный вопрос.       — Наруто — сын Четвертого. А Кайоши из никому неизвестного клана. Достаточно сильный аргумент?       — Нет, — Асума встал из-за стола, за которым сидели джоунины, и стал расхаживать перед друзьями взад и вперед. — У Кайоши есть ты. А Четвертый… Извини что езжу по больному, но Четвертый мертв. У Кайоши есть тот, кто может его защитить. Это еще более невыгодно для Данзо. Так почему он выбрал своей целью нашего мальца, а не Наруто?       — Да что вы пристали? Не знаю я, — буркнул Хатаке, сложив руки на груди.       — Нам кажется, что дело… в тебе.       Какаши изумленно посмотрел на Куренай. Такого вывода он никак не ожидал. После разговора с Данзо прошло всего несколько часов, и все это время Копирующий считал, что во всех бедах виноваты исследование и Данзо. Именно они начали весь этот сыр-бор. А тут Асума и Куренай заявляют, что виноват Какаши! Этой с какой стати? Хатаке никогда не желал, чтобы его сын вляпался в такую историю. Виноваты Кирияма, которые проявили в себе это «излияние чакры», виноват Орочимару, потому что задокументировал это все. Но Какаши… Интересно будет послушать, в чем же его доля вины. Хатаке уселся удобнее, закинув ногу на ногу, и уставился на товарищей, призывая их продолжать объяснения.       — Данзо достаточно мстительная и злопамятная персона, — Асума сел рядом с Какаши и положил его на плечо ладонь. — А ты давал ему поводы для мести два раза, если мне не изменяет память. Сам же говорил.       Какаши нахмурился. Он не рассказывал друзьям о своих прошлых приключениях. Первый раз Хатаке помешал Данзо убить Третьего. Об этом Копирующего просили не распространять. Во второй раз Какаши не дал Тензо забрать у него шаринган для Шимуры. Об этом он тоже не рассказывал по личным причинам. Однако часто упоминал в разговорах, что сталкивался с Данзо в конфликтах целых два раза. Асума, видимо, это помнил. По понимающему взгляду Куренай было понятно, что она тоже. Теперь кусочки пазла стали складываться. Неужели Данзо пристал к Кайоши из-за… мести?       — Но он же взрослый разумный человек. Это глупо!       — Даже взрослые люди поступают глупо и ведутся на поводу у своих эмоциях. Как будто совместные миссии с Обито тебя этому не научили, — усмехнулась Куренай. — Мы не уверены на все сто процентов, что Данзо делает это из-за мести, но вероятность велика. Плюс, политика Корня такова, что они готовы избавляться от любой вещи, которая может принести вред Конохе, даже если самый максимальный урон этой вещи будет приравниваться к одной сломанной торговой лавке… Самое главное, ты сам пойми, что твой сын не опасен. Раздул из мухи слона не хуже Данзо. Научится Кайоши управлять «излиянием чакры» — круто, не научится — ничего страшного. Шаринган тоже вещь страшная и непостоянная, но ты же от него не шугаешься, правильно?       Какаши медленно кивнул. Паника и суетливость в его голова стала медленно отступать. Не без труда, конечно. Пришлось постучать себя по щекам, чтобы очнуться. Да-а… Данзо его сильно напугал. Хаос в мыслях и действиях Хатаке был заметен со стороны, но сам Какаши его и не замечал. Взглянув в глаза друзей, он увидел, как они беспокоятся о нем и его сыне. Это волнение бесспорно приятно, но… Появилось ощущение, будто Какаши резко стал беспомощным. Сколько раз в молодости он решал все проблемы самостоятельно? Сколько раз говорил, что нужно полагаться только на самого себя? А сейчас что? Оставил самое ценное, что у него есть, на попечение Ируке, сразу же побежал к лучшем друзьям даже не столько за планом решения проблемы, сколько за банальным успокоением. Заставил сейчас Асуму и Куренай напрягать мозги, вместо того, чтобы самостоятельно подумать. А ведь ответы на все вопросы лежали на поверхности. Это все вместо того, чтобы просто справиться со всем самому. Как раньше… Хатаке не мог сказать, хорошо это, что он стал вести себя по-другому, или плохо. Но он знал, что все еще не привык к новому себе. Но это нужно было исправлять.       — Хорошо, — заговорил Какаши. — Я понял вас. Я буду счастлив, если после решения вопроса с исследованием, Данзо успокоится.       — Думаю, он реально успокоится, — ответил Сарутоби. — Сейчас у него есть возможность насолить тебе. Пропадут бумаги — пропадет возможность. Дальше стараться и из кожи вон лезть он не будет. Слишком много чести.       — Но ты же понимаешь, что это недостоверная информация?       — Конечно. Но тот, кто не рискует, то не шиноби. Давай разбираться с проблемами по мере их поступления. Как нам бумаги то выкрасть? — Асума поглядел в первую очередь на Куренай, будто знал, что у нее уже был готов план.       — Что ты на меня смотришь? Кто в АНБУ служил? Я что ли? А, Какаши?       Теперь взгляды обоих друзей были направлены на Хатаке. Тот уставился на них в ответ. Сомневаться в своей способности быстро придумывать планы он не собирался, но не слишком ли сложная задачка? Штаб Кореня — это же чуть ли не самое охраняемое место в Конохе! Там же охраны тьма тьмущая, так еще и силен каждый, как двадцать чунинов. Пробраться внутрь было нереально… А значит нужно заставить их самых вытащить исследование из штаба!       — Срочно ответьте на вопрос. Как заставить Данзо перенести нужные нам бумаги из штаба в другое место?       В глазах Куренай и Асумы за долю секунды проскочило понимание. Они схватили рождающийся план Какаши налету и теперь знали, что нужно делать. Теперь дело пойдет быстрее.       — Угроза нападения — это самое простое, — ответила Куренай, потирая задумчиво шею. — Можно нанять шиноби, которые проберутся в Корень и покажут Данзо, что они собираются украсить исследование. Их, конечно же, быстро убьют, зато это скорее всего заставит Данзо перенести бумаги в другое место.       — А я знаю, где взять таких идиотов, которые согласятся полезть к Корню. Есть в нашей стране одна шайка… Честно, я не понимаю, как их всех до сих пор не перебили. Интеллекта ноль! За крупную сумму возьмутся за любое дело. Они уже пытались мародерствовать в окрестностях Конохи. Так что их не жалко, — подхватил Асума.       — А я в курсе, где их запасной архив, — протянул Хатаке, довольно щуря глаза. — Свою форму АНБУ я отдал, но могу взять у Обито. Подберусь к бумагам, когда они будут на подходе к архиву и украду. Вор из меня не очень хороший, но я постараюсь.       — Только будь готов, что они скорее всего сделали копию, — обратилась к Хатаке Куренай. — Оригинал повезут чуть позже, чем копию. По логике. Поэтому придется красть в два захода.       — Лишь бы получилось.       После этих слов все трое тяжело вздохнули и отправились подготавливаться: Асума пошел искать глупых наемников, Какаши — брать форму АНБУ у Обито, а Куренай — следить за активностью Корня и обустраивать опорные пункты для незаметной слежки и перемещения по деревне.

***

      Солнце начало подниматься над горизонтом. В это время Рин с нетерпением ждала возвращения Инари из туннеля. Кайоши, накрывшись с головой, тихо посапывал на футоне в доме Ируки. Сам Умино только что получил от Куренай известие о том, что Юмико похитили. А команда Какаши считала секунды до начала операции. Асума заказал наемников, пообещав им сумасшедшую сумму. В некотором роде, этот поступок был не из ряда чести. Джоунины обещали бессметные богатства, хотя заведомо знали о смертельном исходе этой операции. Наемники со сто процентной вероятностью умрут, исполняя задание. Не совсем то это было красиво, послать на смерть незнакомых людей. Но с другой стороны они разносили окрестности Конохи, кошмарили жителей соседних поселений да и в принципе вели себя крайне агрессивно. И вообще, разве Асума ответственен за их способность к мозговой активности? Он им вывалил всю суть задания еще в самом начале. Так то так, надо напасть на Корень и принести бумаги из такой-то секции такого-то архива (данные получены от Какаши, который в свою очередь узнал эту информацию от некого товарища в ряду Корня). Сначала ребятки знатно испугались. Оно и понятно — Корень ведь! Но услышав сумму, наемники сразу согласились. Жадность затмила разумность. Они стали полагаться друг на друга. Один считал, что его товарищ достаточно сильный для борьбы с Корнем. Этот товарищ в свою очередь считал, что третий член их шайки достаточно силен. И так далее по кругу. Надеясь на силы других, они отправились в Коноху. Надо сказать, что их навыки воровства были не совсем уж и примитивными. Столько лет кошмарили округу деревни, что научились делать это красиво. В одиннадцать часов утра наемники начали пробираться внутрь архивов Корня. Какаши, уже переодетый в форму Обито, ждал знака от Куренай рядом со вторым архивом Корня. А Юхи в это время сторожила территорию проведения миссии.       В это время в отделении Корня всполошилась стража. Уже знакомый нам Тамада Ичиро, по счастливому стечению обстоятельств, сегодня был оставлен за главного в карауле. Он уже собирался уходить с поста, ведь в его обязанности входил лишь ночной дозор, но пришлось уход отложить. Дневной начальник еще неизвестно когда придет, а ситуация опасная и… непонятная. Какие-то энтузиасты лезли по воздуховоду прямиком к архивам. Их заметили очень быстро, но нападать не стали. Ичиро не давал приказа. Он не любил поспешных действий. Стоит сказать, что смекалка и логическое мышление у него были неплохо развиты. Когда он ходил к Какаши, у него не было приказа обыскать дом. Задание заключалось лишь в донесении приглашения «на чай». Но Ичиро смог проанализировать те немногие фразы, брошенные Хатаке Какаши, и пришел к выводу, что что-то тут не так. Каким бы гениальным не был великий Копирующий, но никто не говорил, что он не может растеряться и некачественно замаскировать свои эмоции. Ичиро сыграл на этом и оказался прав. Благодаря его смекалке Данзо получил в руки материальное доказательство угрозы в лице Хатаке Кайоши. Сейчас Тамада тоже решил подумать. Он помнил, что было вчера вечером. Он знал, чем закончился разговор Данзо и Какаши. Поэтому сделал вывод, что эти наемники могут оказаться связаны с Хатаке. Чтобы убедиться в этом, Ичиро дождался, пока потенциальные трупы доберутся до места назначения. Ему было интересно, что эти шиноби будут делать. А они в свою очередь просто стали сметать все бумаги подряд. Это нисколько не сбило Тамаду с толку. Если их нанял Какаши, чтобы выкрасть исследование, то он скорее всего перестраховался. Сказал наемникам выкрасть много бумаг. Мол, они пришли не за конкретным исследованием, а так… стащить все и сразу. Но Ичиро разгадал план Копирующего. Хатаке был слишком обеспокоен безопасностью сына, поэтому потерял контроль над логикой и эмоциями. Как же он ничтожен… Кайоши испортил такого бойца! Какаши сгнил изнутри из-за этой внезапной любви к неродному ребенку.       Только после того, как исследование Орочимару оказалось в руках одного из наемников, Ичиро дал добро на арест. Сопротивляющихся можно было убить на месте. Заказчик и так был известен, поэтому допрос не понадобиться. А значит и живыми их можно было и не брать. Когда с задержанием было покончено, Тамада отдал приказ на перенос бумаг из основного архива в запасной. Целая секция отправлялась в новое место обитания. Это была стандартная схема, в случаи нападения. Честно говоря, Ичиро был бы рад ее не проводить. У Какаши хватит мозгов для того, чтобы не посылать еще одну плешивую шайку. Этот провал должен был его отрезвить и вернуть хваленую логику Копирующего на место. Опасность миновала. Но пойти против устава Тамада не мог. Если прописано, что в случае нападения нужно перенести все бумаги в другое место, то это необходимо сделать. Ситуацией руководит он, а значит и с него будут потом требовать, если вдруг что пойдет не так. Поэтому переброс документов был запланирован на сумерки. В уставе, конечно, было прописано «в течении трех часов после нападения», то есть они должны были сделать это до четырех, но переносить бумаги днем — это бред. Члены Корня могут сделать это незаметно и без последствий, но… Но проще было работать в темноте, поэтому Ичиро решил упростить жизнь и себе, и коллегам. Из-за этого решения Какаши и Куренай пришлось ждать в засаде около пяти часов.       Солнце начало садиться за горизонт. В это время Юмико начали обследовать в больнице, а Обито разносил в щепки пещеру. Ирука успел почувствовать себя настоящим родителем, ведь с Кайоши он сходил по магазинам, попал на уличное выступлением метателя ножей, сыграл дома в сеги и приготовил ужин. Хотя ужин приготовил скорее Кайоши, потому что Умино как не умел обращаться с плитой, так и не научился, а у маленького Хатаке были, на удивление, неплохие навыки в готовке. У штаба Корня начало происходит какое-то действие. Куренай напряглась, вглядываясь в темноту. Она мало что смогла уловить, но Корень явно начал перенос бумаг. Об этом свидетельствовали потоки чакры, которые мешались по дорогу, сплетаясь в узел. Так члены Корня пытались запутать возможных недоброжелателей. Куренай подала знак Какаши. Хатаке отделился от стены, в тени которой прятался. Он стал вливаться в поток Корня, петляя между домами и направлять свою чакру в хаотичный полет. Вскоре он увидел «коллегу». Идентичное поведение позволило влиться в толпу так, что члены Корня начали показываться ему. Какаши не знал, у кого находится нужное ему исследование. Это была самая большая проблема. Но у Хатаке был план. Добравшись до входа во второе хранилище вместе с одним из «коллег», беловолосый остановил спутника рукой.       — Мне показалось, или ты потерял папку по дороге? Я слышал, как что-то упало на землю, — произнес Хатаке измененным голосом.       — Я ничего не слышал… Но стоит перепроверить, — шиноби снял рюкзак со спины и отдал Хатаке. — Там внутри перечень бумаг, которые я несу. Проверь по нему, а я пока сбегаю назад.       Таким образом Какаши обчистил еще троих, пока ему наконец-то не попалось исследование Орочимару. И, конечно, это была копия с идеально скопированным подчерком. Хатаке достаточно было просто понюхать чернила, чтобы распознать, чьи они были. Копирующий отправил клона к Куренай, чтобы уже она сожгла чертову папку. Сам он этого сделать не мог, потому что выскакивать из потока членов Корня было бы неразумно. Вдруг волна с оригиналами уже надвигалась ко второму хранилищу? Тут на руку сыграл еще один принцип в организации. Шиноби не делились друг с другом информацией в целях безопасности, поэтому они не могли рассказать о ниндзя, который останавливал каждого, и связать это странное поведение с вселенским заговором. И подходили к хранилищу они тоже в разное время. А к Какаши вопросов не имели, потому что иногда Корень прикрепляет дополнительную охрану к определенному рюкзаку с особенно важными бумагами. Постепенно волна Корня начала редеть и вскоре сошла на нет. Коноха снова погрузилась в тишину. Какаши вновь слился со стеной и стал ждать. А Куренай в это время сжигала папку бумаг.       Оригинал получилось стащить уже ближе к полночи. Новая волна задержалась на полтора часа. С этой кражей возникли проблемы. Какаши слишком поторопился убежать с нужной папкой, поэтому бросил рюкзак на землю. Вернувшийся шиноби заподозрил неладное, понял, какого документа не хватает и забил тревогу. Но было уже поздно. Какаши, убежав за границу деревни, сжег это проклятое исследование к чертовой бабушке. На утро у Ичиро состоялся неприятный разговор с Данзо.       — Исследование уничтожено, — сухо, без приветствий сообщил предводитель Корня.       Тамада отвел взгляд. Он об этом узнал еще ночью.       — За промашку будешь наказан. Ты единственный знал, что происходило ночью, но не смог уберечь цель нападения.       — Прикажите найти новый повод, чтобы обвинить Хатаке?       — Нет. Нам нужно заниматься другими делами… Приставлю к Кайоши шиноби. Дам указания, чтобы он действовал при малейшем проявлении «излияния». Заранее устранять угрозу нет смысла — Какаши уже подготовлен, а он слишком сильный противник. Оставим все как есть.       Какаши освободился уже ближе в трем ночи. После сожжения исследования, его тут же сгребли в охапку Асума и Куренай и отвели в круглосуточный идзакая. Там они решили отпраздновать победу стопочкой саке. Хатаке вежливо отказался пить, объяснив это тем, что ему нужно вернуться к Ируке, чтобы забрать Кайоши, а шатен вряд-ли будет в восторге от пьяного родителя. Куренай погрозила пальцем, сказав, что Ирука неплохо так держит Какаши в тонусе. Ну словно злая до невозможности жена, не дающая своему мужу пить! Подвыпивший Асума поддержал шутку и последующие полчаса парочка подтрунивала друга. Когда Какаши собрался уходить, пьяные Юхи и Сарутоби, валявшиеся на полу от смеха, были полностью уверены, что беловолосый реально отправился домой к жене.       Уйдя от товарищей, Какаши вдруг ощутил, насколько сильно он устал. Не физически, нет. Его выносливости хватило бы еще на 50 таких миссий без перерывов. Но моральное состояние резко дало о себе знать. Хотелось лечь спать. И не из-за того, что Хатаке не спал двое суток. Хотелось лечь и лежать, и чтобы никакие мысли не лезли в голову. Уйти в беспамятство, заморозку. Кое-как он добрался до дома Ируки. Честно говоря, в этот момент до него дошло, что забирать Кайоши стояло бы утром, а не в третьем часу ночи. Но сейчас ему было глубоко без разницы. В дом он вошел без стука. Ирука услышал его, казалось бы, бесшумные шаги и моментально проснулся. Рука потянулась за кунаем, но за рукоять так и не взялась, потому что Умино разглядел силуэт Какаши и почувствовал его чакру. Шатен быстро вскочил с футона и подбежал к измученному Хатаке. Изумо и Котецу в квартире, к счастью, не было. Они спали наверху, готовые в случае чего помогать охранять Кайоши. Сам мальчик уже четвертый час сладко спал. Ирука подошел к Какаши вплотную и, не сдержавшись, схватил его за руку. Вглядываясь в полумраке в уставшие глаза беловолосого, он пытался угадать, с какими же новостями пришел ночной гость.       — Все разрешилось, — прошептал довольный Хатаке и вдруг притянул Умино к себе ближе, обхватив его в кольцо объятий. — Без тебя бы ничего не получилось.       Ирука остолбенел. Насколько он знал из рассказов Кайоши, Хатаке старший позволял подобные нежности только с о-о-очень близкими друзьями. Нет, даже не так. Не с друзьями, а с семьей. Туда входили Обито, Рин, близнецы Нохара и Кайоши. А сейчас, похоже, список расширился. В глазах у Ируки защипало. С каждым новым днем Копирующий делает все новые и новые шаги к Умино, в то время как сам шатен стоит на месте и ничего почти не делает. Это внимание Ируке нравилось. Немного погодя, он обнял Какаши в ответ и почувствовал, как тело джоунина неестественно расслабилось так, что пришлось Хатаке срочно подхватывать, чтобы он не упал.       — Вы устали? Верю-верю, столько сил ушло на это. Но теперь с Кайоши все будет хорошо. Он знает про силу и готов ее принять. Он спокоен. Будьте спокойны и вы, — Ирука осмелел настолько, что начал гладить друга по спине. Умино довел Какаши до своей кровати и усадил его на покрывало. - Переночуете у меня. Ложитесь, ложитесь. Я расстелю для себя еще один футон в другой комнате.       Неожиданно Ирука словил себя на мысли, что вообще-то, уходить никуда ему не хотелось. Какаши наверняка мило спит. У такого серьезного вурдалака должно же хоть что-то мило получаться! Но смущать Какаши не хотелось. Поэтому, окончательно уложив Копирующего на футон, Умино ушел укладываться в соседнюю комнату.       На утро Какаши был в полном шоке от окружающей его обстановки. Мало того, что дом не его, так еще и со стороны кухни пахнет едой, елки-палки! Выбравшись из чужого одеяла, он поспешил туда, откуда доносились голоса, и увидел такую картину: Ирука заваривал чай, а Кайоши заливал лапшу на троих кипятком. Они тихо переговаривались и выглядели вполне счастливыми. Увидев Какаши, они прекратили всю деятельность на кухне. Кайоши, радостно взвизгнув, бросился к отцу и буквально повис у него на шее. Ирука подошел к двум Хатаке с мягкой улыбкой на губах. А Какаши так и остался стоять по середине кухни, не зная, что делать с таким приливом домашней атмосферы. Но она однозначно грела ему душу и, в какой-то степени, лечила.