Team Minato.AU

      Представить страшно, сколько разных провальных планов строил Ичиби, лишь бы стать чуть лучше, чем Обито, в глазах черного Зецу. Из всех них он реализовал только один. Остальные же были выполнены по указке воли Мадары, которая почему-то нашла свое физическое воплощение в этом мире. После смерти Мадары прошло около месяца. Все это время Ичиби усердно тренировал и свое тело, и свой шаринган. Удивительно, но черный Зецу, казалось, знал абсолютно все про техники и шаринганы. Сам он из себя представлял черную половину тела, а его глаз сложно было вообще назвать глазом, но у него чудесно получалось направлять молодого Учиху на путь правильной тренировки. Под руководством Черного Ичиби с каждым днем становился чуть сильнее. Когда Зецу убедился, что шаринган парня развился до трехтомейного, он отправил Ичиби за… Девятихвостым. Это было не просто рискованно, а скорее безумно. Мало того, что Девятихвостый находился в Конохе, так еще и охраняла его не слабая женщина. Но Черный почему-то посчитал, что это миссия по зубам Ичиби. Возможно, его уровень силы действительно повысился так, что теперь он мог потягаться с Хокаге.       По сути, задание было провалено. Да, Ичиби удалось убить двух сильных шиноби из деревни — Кушину и Минато. Но Девятихвостый сорвался с крючка и теперь был заточен в маленьком сироте. Зецу, как понял Учиха, хотел начать собирать Хвостатых для выполнения плана Красной Луны с Демона-Лиса — самого сильного биджу. Был ли к этому готов Ичиби — большой-большой вопрос. Смотря порой на черную половину тела соратника, молодой парень чувствовал, что что-то в нем не так. Это нечто вмещало в себе гораздо большее, чем показывало окружающим. После провала с Девятихвостым Черный не начал злиться, как бывало, когда Ичиби проваливал очередное упражнение на тренировке. Он молча все выслушал и сказал, что смерть Минато и Кушины — это огромное достижение. И было в его словах что-то такое, что заставило Учиху думать, будто истинная цель этой вылазки была именно в умерщвлении Хокаге и его жены. Будто бы Черный на это и рассчитывал. Зачем при этом он обманывает парня и предлагает ему планы гораздо грандиознее задуманного оставалось для Ичиби загадкой. Но с Черным соседом подружиться у него никак не получалось. От этих недомолвок исходило некоторая опасность. Учиха не мог толком объяснить, почему он не видел в Черном соратника, хотя того же Белого он воспринимал чуть ли не лучшим другом. Но уживаться с волей Мадары в каждым днем становилось все сложнее и сложнее.       А еще Ичиби очень бесило то, что его постоянно сравнивали с Обито. Если молодой Учиха не ошибался, то с его родственником Мадара провел меньше года. И за это время ни разу не посвятил того в подробности плана Красной Луны. Ожидалось, что Рин — возлюбленная Обито — умрет у него на глаза, и тогда мальчишка примкнет к старому Учихе. Но Спиральный и Белый Зецу выпустили его из пещеры раньше на полчаса, поэтому Обито не только успел предотвратить смерть подруги, но и спас ее от превращения в джинчурики Треххвостого. Мадару это невероятно злило, но он почему-то решил, что родственника нужно вернуть любыми силами. И Ичиби в этом плане занимает лишь подсобную роль. Раньше, пока старик был жив, парень считал, что его предназначение — это получить силу из рук Учихи и изменить этот мир. Но чем больше тот общался с Черным, тем больше убеждался в том, что эта миссия не его, а Обито, которого он, как наемник, должен был вернуть.       Воля Мадары изо дня в день сравнивала этих двух мальчишек. Все началось с уровня развития силы. К счастью, этим Ичиби мог похвастаться. В отличии от надоедливого Обито, он знал, что ему нужно будет делать в будущем, поэтому тренировался усердно и постоянно. Предыдущий пленник пещеры хотел просто восстановиться после обвала и вернуться в Коноху. Но как только младший Учиха начал показывать зубы и грубить соратникам, Черный стал без устали перечислять все отрицательные стороны характера парня. Да, он сильно поменялся с появлением Коичи в его жизни. Прежнее малодушие испарилось, а гнев и искренняя жажда насилия склизким червяком дырявили сердце Ичиби. Его изнутри изъедала ненависть, ослепляя парня год за годом. Мадара вселил в него уверенность, что только укрепив себя негативными эмоциями, он сможет добить своих целей. Старик постоянно говорил, что гнев помогает сосредоточиться на задачах. Поэтому Ичиби старался менять себя. Когда он всадил арматуру в лучшего друга Аки, из сердца будто бы резко исчезло все, что входило в понятие «добро», а сам парень стал чуть более безумным, чем следовало бы. Кажется это его безумие с каждым годом становилось все сильнее и сильнее. В сознании Учихи убить кого-то уже не было чем-то запредельно неправильным. В его желании убивать не было даже достойных мотивов. Он мало мыслил, зато старательно выполнял миссии Черного. А тот жаловался и говорил, что Обито был бы более полезным. И это неимоверно бесило Ичиби. Его достал родственник еще в школьные годы, когда ребята из класса называли из обоих слабаками. Теперь Черный подливал масла в огонь, разжигая в Ичиби ненависть к тому, кого, по-хорошему, нужно было завербовать максимально дружелюбным способом.       В какой-то момент черно-белый Зецу явился к Ичиби с очередной миссией, связанной с Обито. Парень надулся, отвернувшись в сторону от пришедшего. Короткий пышный хвост черных волос на затылке дерзко взметнулся в воздух вслед за хозяином.       — Ты не можешь отказаться, — проговорил Черный. Честно сказать, Ичиби всегда задавался вопросом, каким образом он разговаривает отдельно от Белого.       — А нахрена мне соглашаться? — огрызнулся Ичиби, опасно мигнув в темноте красными глазами. Он обернулся на соратника, приподняв тонкую губу и показав Зецу острый клык.       — Не веди себя, как ребенок, — Черный был непреклонен. — Возьми столько рье, сколько нужно. Я уже договорился с наемниками о встрече. Скажешь им, чтобы не пускали Обито в Коноху, а девчонку убили. Но они должны притворяться, будто сами шиноби страны Огня.       — Зачем? — спросил со вздохом Ичиби, переворачиваясь на скамейке на спину так, чтобы голова свисала вниз, а глаза внимательно следили за говорящим.       — Мы должны оборвать все связи Обито с дорогими ему местами. Если он увидит, что за ним охотится его же деревня, тогда вера в родной дом пропадет. А если при этом получиться убить еще и девчонку, тогда Обито уже, считай, наш. Мадара всегда говорил, что в иллюзорном мире добра и радости его держит только она.       — М-м-м, — задумчиво протянул Учиха. — Мне лень. Сам иди.       Черный вздохнул. Белый часто заморгал, будто выходя из-под гипноза. Он неожиданно решил проявить инициативу и вмешаться в диалог.       — Да ладно, Чиби. Мы давно не развлекались! Куро правильно говорит. Если Обито окажется в Конохе, то станет гораздо сильнее тебя. А сейчас его никто не тренирует, поэтому у тебя есть преимущество! Разве тебе самому не будет обидно, если ты его потеряешь, Чиби?       Учиха сжал губы так, что они побелели. Он медленно поднялся со скамьи и подошел вплотную к соратникам. Широ Зецу смотрел на него, как подобает искусственной болванке — с нелепой наивностью в щенячьем взгляде. У Куро Зецу взгляда и вовсе не было, зато была аура, исходившая он черной массы и отлично передающая все то, что хотел сказать этот гуманоид. Ичиби потянулся к тонкой шее, крепко схватил ее одной рукой и приподнял Зецу над землей.       — Еще раз назовешь меня так и отправишься в могилу, — прошипел парень, швыряя белого в сторону. — Пусть Куро останется здесь, а со мной пойдет Широ.       Зецу приземлился щекой на холодные камни. Он видел, как уходил в другое помещение этот ненасытный кровопийца, а сам думал, что обиженный мальчик после арматуры и смерти одноклассников и впрямь стал совершенно другим человеком, не желающим проявлять хоть каплю уважения к друзьям. А ведь Широ действительно считал, что они с Ичиби стали друзьями. Куро тем временем отделился от тела и коротко отдал приказание.       — Наемники будут на месте где-то через двадцать минут. Не заставляйте их ждать. В стране Дождя вечно льет вода, они не хотят промокнуть.       — Не сахарные поди, — протянул Широ. — Не растают… Ты правда думаешь, что наемники смогут склонить Обито на нашу сторону?       — Нет. Я перестраховываюсь. Никогда не знаешь, какой план может действительно сработать.       — Понятно. А я вот хочу поскорее увидится с Обито. Он был веселым, в отличии от Чиби.       — Не напоминай. С этим ребенком невозможно работать. Не пустили бы вы тогда Обито так рано, тогда он был бы с нами и послушнее выполнял приказания.

***

      Через полчаса Ичиби с Зецу стояли перед наемниками и пытались объяснить, почему они задержались. Точнее, объяснял Широ. Учихе было глубоко параллельно на всех. Они отправили сюда без его воли, тем более вести себя учтиво с наемниками — много чести. Ичиби ставил себя намного выше этих букашек. Однако горел желанием начать объяснять им подробности заказа. Дело было в том, что парень, никак не смирившийся с тем, что в этой истории главная роль была отведена Обито, решил халатно отнестись к выполнению этого задания и передать Енотам (так называлась банда наемников) недостоверную информацию. Ему не терпелось назло Куро испортить план.       — Мальчики, к делу, — лениво отмахнувшись от какой-то незначительной реплики грузного накаченного далеко не мальчика, начал тринадцатилетний, но очень амбициозный Ичиби. — Вот вам деньги. Ваша задача тупо не пускать Учиху Обито и его подружку в Коноху. Девочку вроде как можно убить, но-о-о-о… Вы не особо старайтесь, окей? Это протекторы шиноби Скрытого Листа. Надевайте их, когда буду контактировать с целями, но не особо старайтесь притворяться кем-то. Короче работайте спустя рукава, и я останусь доволен.       Зецу удавлено заморгал, но Учиха взглядом дал ему понять, что все под контролем.       — Странный заказ, — буркнул наемник за спиной босса.       — Зато платят хорошо, — отозвался другой.       Босс протер широкой рукой шею, смотря прямо в глаза Ичиби. Тот не только не отвел взгляд, но и активировал шаринган. Зачем? Как бы глупо это не звучало, парень таким образом хотел показать, кто здесь самый крутой.       — Если появятся риски для жизни, мы не раздумывая сматываемся. Такое условие вас устроит? — спросил босс, переводя взгляд на Зецу. Тот закивал головой, не вполне осознавая, что этим соглашением помогает Ичиби мешать Куро. — Тогда заключим сделку.

***

      Следующим совершенно дурацким поступком Ичиби стало похищение Обито. Куро не желал раздражаться. Он все время сохранял спокойствие и на каждую выходку Учихи имел несколько планов по устранению последствий. Черный прекрасно знал, что Ичиби пренебрежительно подошел к выполнению задания с наемниками, но ничего парню не сказал. Он начал придумывать что-то новое, и этим невероятно злил мальчишку. Почему нельзя было уже остановится?! Ну или хотя бы побеситься нормально?! Ичиби его зря пытается выводить из себя, но чем недоступнее цель, тем желаннее ее достижение. Учиха уже не мог остановиться. Его раздражало буквально все — природа, наемники, тренировки, Белый Зецу. Широ, кстати, начинал забиваться в щели, во время взрывов буйного ребенка. Он уже не брался называть их друзьями. Он устал падать на камни и терпеть, не в силах ответить на грубость грубостью. Зецу бы повалил этого малыша уже раз сто, но Куро строго-настрого запретил прикасаться к мальчишке. Он итак злой ходит, а если здесь его избивать начнут, то и вовсе убежит куда-нибудь. А это чревато последствиями. Почему бы Зецу не бросить Ичиби и не найти кого-то другого? Он был Учихой с шаринганом, с невероятной силой, достигнутой за счет тренировок. А еще в его голове план Мадары выглядел как то, за что можно сражаться. Найти такого же — задача непостижимая. А еще Куро ждал, когда у Ичиби проявится мангеку шаринган, ведь его способности могут во многом пригодиться в будущем. Поэтому приходилось терпеть выходки амбициозного подростка в тяжелый пубертатный период.       Ичиби решил долго с черно-белыми соратниками не церемониться. Обито давно уже занимался где-то своими делами, забыв даже про Енотов. Не шанс ли это похитить его, доставить к Куро, а потом просто заставить его при всех признаться, что на сторону Мадары он никогда не перейдет? Может слова, сказанные непосредственно Обито, отобьют у Черного желание гоняться за Учихой? А еще бесцеремонная кража может помочь ему понять, что эта «пещерная» сторона ему уж точно не нужна. В конце концов Ичиби никак не хотелось, чтобы этот неудачник занял его место. А значит, нужно отогнать его от заветного трона как можно дальше. Обмозговав идею, парень решился на похищение за спиной Куро.       — Ты дебила кусок. Отнеси его откуда принес, — несмотря на всю свою уверенность, слова такого наивного и смешного Широ Зецу задели Ичиби, переводящего взгляд с соратников на Обито и обратно.       — Вам он нужен. Я его принес. В чем проблема? — фыркнул мальчишка, перед этим обменявшись любезностями с не менее языкастым родственником.       — Ичиби. Если бы он нам нужен был сейчас, мы бы сами его украли… Пока рано…       Вот что из этой выходки вышло. Обито сбежал, чем очень удивил Ичиби. Он не знал, что Учиха может проходить сквозь предметы. Куро заметил, что, если бы у парня было бы больше интереса к их общему делу, то он бы соизволил изучить сначала техники Обито. Ичиби снова разозлился и, громко топая, ушел к себе в коморку. Спустя пару минут стал прислушиваться к диалогу, который неожиданно завели Куро и Широ:       — Когда думаешь его убить? — начал Белый.       — С чего ты решил, что я буду его убивать? — ответил Куро.       — Ты говорил, что если он будет мешать, то мы его убьем и найдем нового.       — Он не осознает важности Обито в нашем плане. Избавься от него.       — Я могу сделать это прямо сейчас. Ичиби никогда не видел всей моей силы. Будет приятно посмотреть в его испуганные и удивленные глаза за несколько секунд до его смерти.       — Если он не извинится за случившееся до конца дня, то можешь приступать.       Был бы Ичиби чуточку внимательнее, то понял бы, что Зецу специально говорили так громко и так близко, чтобы мальчик их услышал. Но он этого не понял, всерьез обеспокоившись возможность просто быть убитым. Провокация не сработала, Ичиби решил, что он сильнее какого-то там Зецу. Ночью того же дня, сидя на своей кровати, Учиха с лихорадочным беспокойством оглядывал каждый угол комнаты зорким взглядом шарингана. В течении нескольких часов он держал глаз активированным, чтобы не пропустить нападения. Но это ему не помогло. Да, он заметил движение перед своим носом чуть быстрее, чем если бы смотрел обычным зрением. Однако Зецу оказался проворнее. Ичиби попытался приставить кунай к горлу соратника, но тот выбил оружие из рук мальчишки и схватился за шею, покрытую мелкими шрамами. Учиха захрипел, старая в ответ протянуть руки к Широ. Белый подпрыгнул и ногами встал ровно на запястья черноволосого, придавив их к полу. Ичиби оставалось только смотреть в зеленые глаза Зецу и видеть в них… пустоту. Та беспечность испарилась из взгляда Белого. Рассеянные мысли в голове заменил приказ. Устранить, если будет мешаться. Не хочет помочь вернуть Обито, тогда найдет свое место в могиле. Перед атакой Ичиби поступил не совсем правильно, когда выпустил случайно из легких весь воздух. Он начал задыхаться слишком быстро. А потом время остановилось. Он не ощущал, сколько прошло времени. Учиха медленно задыхался, ощущая, как проваливаются белые пальцы в кожу. Легкие охватило огнем, глаза защипало, и влага стала покидать тело. Ичиби попытался выдавить из себя просьбу остановится, но получилось лишь слабо захрипеть. Зецу продолжал давить, пока парня не стало бросать в темноту на долю секунд. Он нырял в нее, а потом выныривал. Ноги задрожали, руки перестали пытаться выбраться из-под ступней…       А потом все закончилось. Зецу отступил. Желанный воздух проник через горло в организм. Ичиби начал жадно хватать ночную прохладу ртом, смотря, как Широ хладнокровно удаляется. Только потом Учиха понял, что спасительный шаринган каким-то образом оставался активированным все это время, но помочь хозяину ничем так и не смог.       

***

      Было ли это пересмотром своих взглядов на жизнь или банальным страхом, который скрывался под толщей пафоса, но Ичиби успокоился. Позже с Зецу он всерьез обсудил, смогут ли они с Обито ужиться под лучами славы вдвоем.       — В плане Мадары нет второстепенных ролей, — признался Куро.       — Когда мы притащим сюда Обито, ему нужен будет наставник и надзиратель. Ты идеально подходишь, — добавил Широ. — Ты идейный, а он — нет. Нам нужен Обито как исполнитель. А ты — как руководитель.       Оба Зецу откровенно лгали. Ситуация была совершенно противоположная, ведь именно Ичиби числился в их рядах, как исполнитель. Но ему об этом знать необязательно. Пока он не проявит нужные навыки и качества, он так и будет оставаться орудием в руках Зецу. Сможет ли он подняться на пару ступень наверх — зависит только он него самого.

***

      Последующие года Ичиби всерьез занялся изучением силы и психологии Обито. Парень, к сожалению, сумел все-таки прорваться в Коноху. Спустя время Ичиби проклинал себя прошлого за то, что так бездумно отнесся к заданию с наемниками. Обито стал сильнее, родственник от него не отставал. Попав в Деревню Скрытого Листа, юным беглецам пришлось показать свои воспоминания на допросе. Зная, что Обито обладает некоторой информацией, Ичиби пробрался в Коноху и выкрал отчеты допроса, пока их не убрали в архив. Итак, знакомство Учихи с Мадарой началось с обвала, в котором парень чуть не погиб. Старик не рассказывал мальчику всего плана, однако называл свое настоящее имя. И это могло вызвать опасения у Конохи, но… В отчетах этой информации не было. Когда Ичиби спросил об этом у Зецу, Черный ответил, что так и надо. Дополнять свой ответ он не собирался.       — И все же, почему этих воспоминаний у Обито нет? — уже позже спросил Белый, когда Учиха ушел подышать свежим воздухом.       — Проклятая метка и не такое умеет. Нам повезло, что она расценила эту ситуацию как опасную и стерла память.       — Обито больше никогда не вспомнит о том чудесном времени? Мы тогда здорово ладили. Я переживал за него, как за родного!       — Скорее всего воспоминание не потерялось совсем, а ушло в зону недосягаемости Яманака. Когда станет безопасно, оно вернется.       Следующий «скользкий» момент был связан с белым телом. Если Обито не помнит про Мадару, то как его разум объяснил восстановление после обвала? Клетки Хаширамы давали парню возможность пользоваться стихией дерева. Это сложно проигнорировать. Обито рассказал, что очнулся уже таким в окружении двух искусственных людей, искренне желающих помочь мальчику. Коноха отправляла на поиски гуманоидов отряды АНБУ, но безрезультатно. Никаких конкретных наводок в воспоминаниях Обито не было. Вскоре Старейшины отозвали приказ, посчитав, что на это больше нет смысла тратить время и ресурсы. Но как быть с Рин, которая помнит, что у Обито не было руки, ее пришлось пришивать, а еще она была оторвана у врага? Нохара, сама не осознавая, что делает, предположила, что это последствия наркоза, который, видимо, плохо повлиял на ее друга. На этом успокоились.       Дурацкий план Ичиби тоже не остался незамеченным. Обито и про него забыл. Заботливая Рин снова неосознанно помогла врагам, сказав, что Учиха тогда перенервничал, а со стрессом мозг иногда справляется с помощью амнезии. Учитывая, что пришлось пережить двух маленьким детям за те четыре года, взрослые решили, что и это объяснение вполне допустимо. Из короткого диалога Рин с Обито после похищения, девочка сделала вывод, что парень устранил недоброжелателей, поэтому их даже не начинали искать.       Что касается остальных фраз Обито о «странном деде с амбициями» и «плане по возвращению его в их шайку», то Учиха про них не помнил, а Рин опять спихнула все на стресс. Удачно совпало, что именно после этих фраз у Обито обычно поднималась температура, хотя по сути это было лишь отголоском последствий привыкания к новому телу. Получалось, что мальчик первый год иногда бредил ввиду болезненного состояния.

***

      Долгие года Ичиби наблюдал за жизнью Обито, за его свадьбой и семейной жизни, за воспитанием Хиро и Юмико, за появлением все новых и новых дорогих ему объектов, который можно было просто раздавить всех одновременно, чтобы повергнуть Исчезающего в депрессию. Параллельно с наблюдением за семьей Нохар, Учиха старался на благо плана Мадары, подготавливая не одну шестеренку для этого сложного механизма.       Однако в какой-то момент Ичиби пришлось обратить внимание на свой родной клан — пришлось помогать Учихе Итачи истреблять родственников.       Ночь, выбранная Итачи, было переменчива: иногда тьма накрывала Коноху так, что не было видно собственных рук, а иногда выглядывала большая желтая луна, аккуратным диском освещая крыши и дороги. Ичиби работал чисто, не давая людям даже вскрикнуть. После каждого убийства он боязливо вглядывался в лица трупов, пытаясь узнать кого-то. Он не помнил, кого так отчаянно хотел найти, но не мог воспротивиться этому желанию. Переходя от трупа к трупу и не обнаруживая нужного, Ичиби двигался дальше, изредка пересекаясь с Итачи. Парень выглядел спокойным, но старший Учиха видел, как мелко дрожали его руки. Ичиби понимал, что родственник боится встретиться с родителями и не довести дело до конца, посмотрев им в глаза. Однако мальчик упрямо просил не трогать Фугако, чтобы самому убить его. Ичиби старательно обходил стороной главный дом, и когда зачистил все вокруг, отправился к границе двора Учиха.       В голове фрагментарно появлялись дурацкие детские воспоминания, но Ичиби не мог понять, почему именно здесь и именно сейчас. Он бегал по этим улицам достаточно часто, но почему? И этот дом, построенный для одного человека, но вмещающий двух, выглядел так знакомо. Казалось, Ичиби мог бы пройти по нему в закрытыми глазами. Молодой шиноби вздохнул полной грудью, собирая носом букет разных запахов, начиная с пряностей, заканчивая углем. Тот, кто жил здесь, любил готовить на костре в малюсеньком заднем дворике. Ичиби накрыл глаза ладонью и сделал пару шагов вперед, а после неосознанно свернул направо. Он знал, что перед ним спальня, он знал, что впереди дощечка, которая скрипит крайне сильно и пройти мимо незамеченным не получится. В голове вертелся вопрос «откудаоткудаоткуда». Он знал про это место все, но, казалось, не мог вспомнить самого главного.       Однако он медлил. Ичиби распахнул глаза, увидел, как черная фигура медленно встает с кровати и начинает складывать технику. Инстинкты сработали первыми. Умело перепрыгнув скрипучую доску, Учиха налетел на женщину, буквально в полете перерезав ей горло. Хрупкое тело осело на пол. Была она уже мертва или нет — Ичиби не волновало. Он мыском ботинка перевернул ее лицом вверх и жадно впился глазами в лицо… Это была она. Та, про которую он, как ни странно, забыл. Та, которая была добра к нему. Та, кто понимала ему лучше всех. Тетя Шии.       Она постарела. Лицо осунулось, мешки под глазами стали более выражены. Волос у висков давно стали полностью серыми, а в остальной гуще черных волос лишь изредка прослеживались серебряные прядки. Она и так была не молода, когда воспитывала маленького Ичиби, но сейчас выглядела так, будто прошло больше тридцати лет. Отступник пересчитал на пальцах: на самом деле прошло около десяти. Что чувствовала она, когда племянник неожиданно исчез из ее жизни? Не он ли послужил причиной этих седых волос и признака усталости в каждой черте этого родного лица? Ичиби опустился на колени и приподнял голову тети над полом, заставляя ее, еще живую, приоткрыть глаза и всмотреться в своего убийцу. Отступник приложил ладонь к шее Шии и сразу почувствовал липкую жидкость под ногтями. Вспомнит ли.?       Мутными глазами Шии водила по лицу племянника, пока ее взгляд не застыл на его губе. Она видела яркий красный шаринган, она понимала, за что была казнена. Но сможет ли она вспомнить? Сможет понять? В том месте, куда смотрела Шии, губу начало фантомно покалывать. Женщина подняла ослабевшую тонкую руку и притронулась пальцем к уголку рта, где проходил совершенно уродливый и крупный шрам, который когда-то оставил Коичи и который обрабатывала Шии этими самыми руками.       — Ичи… — прохрипела она, перед тем, как опустить руку вниз и закрыть глаза.       Узнав племянника по одному единственному шраму, Шии сделала последний выдох. Что чувствовал сейчас Ичиби? Он не мог поверить, что когда-то смог забыть о ласки этого человека, о ее бесконечно добром сердце. Его переполняла обида. Последнее, что удалось сказать тете — это назвать его имя. Он никогда не узнает, что ощущала она после потери племянника, что сказала бы ему, когда бы он вернулся. А во всем виноват… Кто? Он сам? Или Мадара? Или Куро? Или… никто? Все шло своим чередом, а Ичиби просто плыл по течению, которое проходило по каменистой местности. Учиха постоянно ударялся о камни. И именно их план Мадары позволял сгладить. Шии пропала из его жизни далеко не сейчас, а целых десять лет назад. Сейчас она вернулась в нее меньше, чем на минуту, чтобы сказать ему простое «Ичи»… Справедливо ли это? Нет. Хотелось ли Ичиби плакать? Тоже нет. Он знал, что рано или поздно потеряет тетю, и один раз уже смог обойтись без нее некоторое время. Но это до жути дурацкое убийство вновь показывало Ичиби, что он находился в руках насмешливой судьбы, которая вертела им туда-сюда, засовывая его в ситуации, подобные этой. Он убил единственного человека, который любил его, своими собственными руками. Какого будет судьбе, когда он неожиданно выйдет из-под ее контроля и перепишет этот мир, став настоящим Богом? Посмотрим.       Учиха положил Шии на кровать и укрыл одеялом, будто бы она спала. Развернувшись к выходу, он постоял с полминуты молча, а потом стремительно отправился на улицу, больше не думая о несправедливой насмешке судьбы и смерти Шии.       — У вас мангеку, — рядом неожиданно раздался голос Итачи. — В том доме был кто-то проблемный?       — Нет, — на автомате ответил Ичиби. Слова, сказанные Итачи, пробирались в сознание отступника, как через вязкое болото — медленно, но целеустремленно. Он осознал, что смерть Шии подарила ему мангеку, только когда отправился обратно к Зецу.