ментоловые сигареты/карамельные конфеты

Саундтрек: Skyfall — Adele.

— Нет! Не трогай её! Не смей! — во всю кричал Теодор. Голос срывался, и парень продолжал бежать за «злодеем». Тот направлялся к покалеченной девушке, которая еле еле ползла до ближайшей двери. — КРУЦИО! — взревел Тео.       Незнакомец увернулся от проклятья, и оно рикошетом начало отлетать от стен, но брюнет продолжал посыпать беглеца заклятиями. Фигура в капюшоне добралась до Гермионы, которая судорожно задыхалась собственной кровью и слезами, умоляя о пощаде. Теодор тоже добежал до места происшествия и загородил девушку собой. — Я сделаю это! Я верну его! Верну! Я сделаю это! Ты сможешь сделать с ним, что захочешь! Не трогай её, умоляю! — Хорошо, — ледяной голос откликнулся сухо и отстранённо, словно с другой планеты. — А теперь просыпайся. — Что? — недоумевая, спросил парень. — Просыпайся, Нотт!

***

— Нотт, просыпайся! — Грейнджер обеспокоенно трясла Тео за плечи. Тот лежал весь в холодном поту, судорожно хватая ртом воздух и вставая с кровати. — Мерлин, ты так меня напугал, я думала, что у тебя началась паническая атака, — шатенка крепко обняла его, и он ответил тем же. — Мне было так страшно, что ты... ты... — гриффиндорка всхлипнула. — Что случилось? — Всё хорошо, мышка, просто плохой сон. Не переживай так за меня, — слизеринец продолжал нашёптывать успокаивающие слова на ухо девушке. — Ты ещё здесь, я так рад, — он медленно и устало вдохнул запах волос Гермионы, это всегда его успокаивало.       Она здесь. Она со мной. Это просто дурацкий сон.       Прошло уже полторы недели с того момента, когда пара сообщила друзьям, что они встречаются. Реакции были разными, но в основном положительными.       На прошлой неделе, двадцатого октября Теодору сообщили о важной новости. В поместье Ноттов были обнаружено два тёмных артефакта: маховик времени и древнейший бестиарий. Министерство магии было вынуждено изъять артефакты, но маховик вместе с бестиарием по наследству принадлежали Нотту. Он попросил миссис Луону прислать ему эти предметы, ведь ему действительно было интересно, что они из себя представляют. Сам маховик времени ни чем не отличался от остальных, да и Теодору нельзя было пользоваться им в стенах школы. К книге он не притронулся, она была чем-то запретным для него, чем-то столь устрашающим.       С момента прибытия этих вещей в Хогвартс, парню не переставали сниться кошмары. Они были такими реалистичными и пугающими, хотелось убежать от них, сделать хоть что-то, но он не мог. Со временем Паркинсон и Гермиона стали подозревать, что что-то не так, и потом они с Грейнджер стали спать в их комнате. В той самой тайной комнате. Они перенесли туда по половине своих вещей, поставили кровать, разные вкусности и тому прочее для их комфортного пребывания там, но всё было напрасно. Даже с ней сны не прекращались. Они всегда были как-то связаны с Грейнджер и фигурой в плаще. Если бы он писал роман, то этот человек был бы главным злодеем. Нотт всегда кричал во сне, пока Гермиона не будила его и не успокаивала. — Тео, я так испугалась... так испугалась. Ты всё не хотел просыпаться, и также кричал и кричал, — шатенка тихо всхлипнула на его плече. — Я стольких потеряла, я думала... думала... — Со мной всё хорошо, мышонок, — через несколько минут девушка перестала дрожать, и парень тоже немного успокоился. — Будешь конфетку? — Нотт улыбнулся, и Гермиона взяла из его рук леденец. — Тео, что-то не так... Почему всё идёт не так? Всё только-только наладилось, но сейчас снова рушится... я не хочу тебя терять. — Всё наладится, я обещаю тебе, — и это был первый раз, когда он соврал ей.

***

Дорогой Дорри, Со мной всё хорошо, спасибо, что беспокоишься! Роджер, как и я, очень беспокоится о твоём состоянии. Пэнси написала мне, что последнее время тебя вновь начали мучать кошмары, поэтому я присылаю тебе зелье для сна без сновидений. Милый, напиши, что тебя беспокоит. Также Пэнси написала мне, что у тебя появилась девушка, я очень этому рада! Я надеюсь, что в среду, на свой день рождения ты соизволишь приехать на ужин вместе с ней! Свитер, который, как я предполагаю, должен принадлежать этой юной леди, уже готов, ты можешь забрать его, когда будешь дома. Пришли мне список гостей как можно скорее. Твоя тётя Луона       Письмо пришло Теодору поздним вечером понедельника, так что ответ он принялся писать сразу же.       Паркинсон такая ябеда, — усмехнулся парень. Когда он взял в руки пергамент и перо, в комнату зашла его возлюбленная. — Теооооо, — весело протянула Грейнджер, заваливаясь к нему на кровать, — сегодня такой чудный день! Меня все хвалили, а ещё Джинни сказала, что я стала выглядеть намного лучше, и сказала, что мне очень идёт это платье! — на шатенке было надето лёгкое бордовое платье. Она действительно шикарно выглядела. Нотт говорил ей это ещё утром. — Ты действительно прекрасна, — слизеринец улыбнулся девушке, та притянулась к нему и обняла за талию, а он поцеловал её в макушку вновь вдыхая запах волос Гермионы. — Спасибо, милый. Ой! Ты что-то пишешь? Я помешала тебе? — она села в позу лотоса напротив брюнета. — Нет, конечно нет. Просто пишу ответ миссис Луоне, надо прислать список гостей на послезавтра. Кстати, Пэнс рассказала ей о нас, — за последнее время они довольно хорошо сдружились с Гермионой. — Чёрт, Паркинсон! Тео, я так переживаю. А если я не понравлюсь им? Если им не понравится то, что я маглорождённая? — обеспокоенно спрашивала Грейнджер. — Мышка, миссис и мистер Паркинсон совсем не против маглорождённых, и ты просто не можешь им не понравится, ты невероятно интересная, — целуя её в нос и вынимая сигарету из пачки, ответил Нотт. Девушка легко улыбнулась. — Кстати, кого ты пригласишь? — Как и всегда. Блейза, Джинни, Малфоя, Асторию и Дафну, Пэнс, Гарри, Рона, тебя и меня, — Уизел не был для него лучшим другом, но они довольно хорошо ладили. — Я ужасно переживаю, — вновь повторила шатенка, когда они возвращались из совятни в башню Гриффиндора. Гермиона обещала Поттеру дать свои записи по астрономии. — Всё хорошо, мышка. — Но я всё равно переживаю, — обеспокоенно отозвалась Грейнджер, Нотт поймал её руку и осторожно переплел их пальцы. — Мне очень важно, чтобы ты присутствовала на этом празднике, — улыбнулся Теодор. — Я знаю... знаю и конечно пойду туда с тобой, но мне почему-то страшно. — Это нормально. — Я знаю.

***

      Ирэн Роуз Нотт.       30.10.1950. — 15.09.1989.       Вечная память.       Любовь побеждает страх.       Нотт положил букет цветов у надгробия и сел перед ним на колени. Слеза медленно скатилась по щеке, оставляя после себя дорожку, которую Теодор не хотел стирать. Сегодня его день скорби. Сегодня её день рождения. — Привет, мам. Помнишь, когда мне было девять, я сказал, что подарю тебе что-то особенное на твой следующий день рождения, но не успел... — уголки глаз вновь защипало от подступающих слёз и истерики. — Я разбирал вещи и нашёл наш тайник. На твой сороковой день рождения я должен был подарить тебе этот кулон, — он вынул из кармана рубашки маленькую подвеску. — Я так долго трудился над ним вместе с отцом. Тут выгравировано «навеки вечные», мам. У меня такой же, я никогда за эти десять лет ещё не снимал его. Прошло уже десять лет, представляешь? А я просто не могу отпустить тебя... — брюнет положил подарок около букета, обнимая памятник руками и тихо всхлипывая. — Ты бы сказала, что нужно уметь отпускать прошлое, но я не умею, мам. Я просто не умею...       Нотт не знал, сколько просидел на кладбище. Он рассказывал ей всё, рассказывал о жизни, о чувствах, обо всём. Больше всего на свете он хотел, чтобы завтра она присутствовала на его празднике. Он отдал бы всё, что у него есть, лишь бы увидеть её, но этого не случится. На улице уже смеркалось, когда Теодор вернулся в замок. Гермионы нигде не было, поэтому парень направился в слизеринскую гостиную. Ему срочно надо было выпить.       Очень маленький круг людей знал, что для брюнета значил этот день, но Блейз был его лучшим другом.       Пройдя через портретный проём, он увидел Малфоя, который читал какую-то книгу и сидел в мягком кресле напротив камина. — Привет, — Тео направился ко второму креслу. — Привет. Ты как? — тихо поинтересовался блондин. — Хорошо, всё хорошо. — А если честно? — Мне так одиноко... я так скучаю по ней, — Драко положил книгу, взял палочку, левитируя из дальнего угла комнаты чашки и делая им чай. — Нотт, когда я был маленькой занозой в заднице, и когда моего отца посадили в Азкабан, ты всегда говорил мне, что я справлюсь, и что я очень сильный. Это не было правдой, я всегда был трусом, — оба парня улыбнулись. — Но ты всегда говорил мне обратное. И сейчас я совсем не совру, если скажу, что ты самый сильный говнюк из всех, кого я знаю. — Ты очень хороший друг, Малфой. — Ой, да не пизди ты, я ещё сейчас расплачусь, — хмыкнул блондин держа в руках кружку. В этот момент из комнаты вышел Забини вместе с Паркинсон. — Привет, — дружелюбно откликнулась девушка, мулат последовал её примеру. — Привет, что вы там делали? Я могу и рассказать Поттеру и младшей Уизлетте о том, что вы им изменяете, — подшутил парень. — О нет, Нотт, это секретная тайна! Не выдавай нас! — Блейз трагически обнял брюнетку за плечи, и та рассмеялась. — Если честно, что вы меня шарахаетесь? По комнатам даже бегаете. — Скоро узнаешь, дорогой, — улыбнулась слизеринка. — Где Грейнджер? — через какое-то время, сидя на диване, спросил Забини. — Она не знает. Я не хотел её расстраивать, она переживает за меня. Сегодня патрулирует, кстати, который час? Хотел показать ей кое-что. — Полдевятого, — ответил Малфой, взглянув на свои наручные часы. Нотт постоянно забывал, что они тоже у него есть. Они как будто стали для него неотъемлемой частью тела. Эти часы ему подарил отец. Хотя в последнее время, когда пошли слухи, что Волан-де-Морт возрождается у них очень испортились отношения. Отец любил его, а Теодор не узнавал того человека, который носил его на шее, словно на самолете, когда-то в детстве. — Хорошо, я уже пойду. Завтра жду вас в три часа дня, у Пэнси, не забывайте, — парень коротко попрощался со всеми и пошёл искать Гермиону. Он нашёл её около кабинета чар и хотел подобраться незаметно, но увидел около девушки ещё чью-то фигуру. — Руперт, прошу тебя, не надо... я не хотела, прости меня! Руперт, прошу! — Рудольф прижал её к стене, пока она пыталась вырваться. — Ну тише, тише. Сегодня твой защитник уже не придёт, — Нотт словно вышел из транса, подбегая к пуффендуйцу и яростно отталкивая его от плачущей девушки. — Не угадал, тварь, — теперь уже Тео прижал его к стене, нанося множественные удары, тот пытался увернуться и дать отпор, но ничего не выходило. — Я пожалуюсь декану, Нотт! Тебя исключат! — яростно кричал он. — Да плевать мне, ты больше никогда к ней не притронешься! — после этих слов Тео крепко сжал запястье обидчика и вывихнул в другую сторону. Послышался хруст. Руперт жалобно заскулил. — Тео, остановись! Тео! — и он вновь послушал её. Он отпустил парня, но всё ещё держал за воротник мантии. — Сука, ещё раз ты тронешь её, будешь купаться в крови, ты понял меня?! И чтобы об этом никто не узнал. — Х-хорошо, — заикаясь окровавленный шатен поплёлся в другую сторону, и вскоре скрылся во тьме. — С тобой всё хорошо? Он ничего не сделал тебе? — брюнет обеспокоенно подошёл к Грейнджер, нервно бегая взглядом по фигуре девушки в надежде убедиться, что с ней всё хорошо. — Да, да, всё хорошо, милый. Я... Я не хочу, чтобы из-за меня страдали люди, Тео. Прошу, больше не делай этого, — она прижалась к нему телом, обнимая за шею, и он обнял в ответ. — Я не позволю, чтобы кто-то навредил тебе, — прошептал он ей на ухо.

***

— С днём рождения тебяяяя! — растягивая гласные, во всю голосили его друзья в гостиной Слизерина. — С днём рождения тебяяяя! — Да всё-всё, вы сейчас всех разбудите, спасибо вам, вы лучшие! — и это было правдой. Эти люди всегда были с ним.       Нотт посмотрел на часы: 00:00. Сегодня ему девятнадцать. Когда он потерял счёт времени? Да Бог его знает. Сегодня должен был быть лучший день в его жизни, и ничто не должно было его испортить.       Ребята по очереди подходили к нему с поздравлениями и подарками, все желали наилучшего. В комнате стоял полумрак, только свечи под потолком освещали гостиную. Теодор попросил друзей не устраивать большую вечеринку, в этот день он хотел видеть на праздновании только самых близких. Перед этим они наложили на другие комнаты одноклассников заглушающие чары, это очень пригодилось. Кроме свеч под потолком летали множество шариков, ему нравилось это магловское изобретение.       Последней подошла Грейнджер и легко чмокнула его в губы. — С днём рождения, дорогой, — девушка мило улыбнулась. Как ему нравилась её улыбка. Для него она была самым лучшим подарком в мире. — Я хотела бы подарить тебе твой подарок в нашей комнате, это было бы более уместно. — Конечно, — он заключил её в объятия.       Драко подарил ему маленький омут памяти, Блейз и Джинни — золотой браслет с годом его рождения и бутылку отменного огневиски, Пэнси и Гарри — магловский фотоаппарат, Рон — безупречный классический костюм с галстуком (летом парень подрабатывал в магазине своего брата), Астория и Дафна — золотой футляр для сигарет с гравировкой его имени и приятно пахнущие бесконечные духи. Всё было так прекрасно, этот день он точно поместит в свой новый омут памяти.       Отблагодарив всех друзей за подарки, все принялись веселится. Играла приятная музыка, бутылки с вином, огневиски и шампанским стояли на столе вместе с разнообразными закусками. Теодор разлёгся на диване с бокалом в руке, а Гермиона положила ноги на колени парня. Всё было действительно прекрасно, и он не перестанет это повторять. Астория танцевала с Малфоем, а Уизел с Дафной. Джинни сидела на коленях Забини, который развалился на мягком кресле около стола. Гарри и Пэнси облокотились на подножья дивана, а Паркинсон лежала на груди у парня, что-то увлеченно объясняя. — Всё так хорошо, правда? — подала голос шатенка, пока Нотт делал массаж её ног. — Да, всё прекрасно, мышка. Мне уже не терпится узнать, что же за подарок ты мне приготовила, — Теодор улыбнулся. — Скоро узнаешь, — гриффиндорка перелегла головой на его колени. — Я знаю, какой вчера был день.       Это признание выбило его из колеи, но он сдержал непринужденный вид. — Я не хотел тебя расстраивать, — признался брюнет. — Я знаю, но мне очень жаль, что я не была с тобой и не могла тебя поддержать. — Всё хорошо, мышка. — Ты прекрасен, — шатенка улыбнулась и приподняла голову, чтобы поцеловать парня, тот ответил на поцелуй. — Как и ты, мышка.       Празднование продолжалось ещё до четырёх часов ночи, и потом все разошлись. Зайдя в комнату, Нотт положил все подарки около скромной кровати, сел на неё и уставился на шатенку, разглядывая её. Волосы были закручены в небрежный пучок, лицо расплылось в улыбке. — Ну что? — отворачиваясь от Теодора, становясь на колени и вытаскивая что-то из-под кровати, спросила гриффиндорка. — Ты такая красивая. — Спасибо.       Девушка держала в руках какую-то книгу, а на ней лежал какой-то маленький предмет. — Я долго думала что тебе подарить. Надо было что-то такое, что запомнилось бы, что расслабляло тебя. Так что вот, это мой скромный подарок, — Гермиона тоже села на кровать, вручая презент в руки парню.       Это был магловский плеер и... — Фотоальбом? — Не совсем, ты можешь вкладывать туда даже магловские фотографии, и они будут двигаться. А ещё ты можешь делать подписи под ними, — альбом был незамысловатый, чёрный с позолоченными краями. Раскрыв его, слизеринец увидел кармашки для фотографий и поля для подписей. На первой странице красовалась фраза:       Пусть эти воспоминания приносят тебе только радость.       От Гермионы Грейнджер. — А плеер... плеер с твоими любимыми песнями, чтобы ты мог расслабиться, когда тебе будет трудно, а меня не будет рядом, — продолжила девушка. — Ты сделала этот день лучшим для меня, — признался Теодор, откладывая подарки в сторону и нежно целуя свою спутницу. Их поцелуи всегда были сладкими, даже приторными, и ему это чертовски нравилось. Он так обожал эту сладость, у него никогда не возникало таких чувств при поцелуе, как с ней. Каждый поцелуй казался сладкой патокой, которая обволакивала всё тело. Он прикоснулся к её шеи, кожа была такой мягкой и теплой, что не хотелось отстранятся. Он так нуждался в ней, она действительно была его наркотиком и в то же время отравой. С ней он расслаблялся, с ней он чувствовал себя живым.

***

— Дорогой, с днём рождения, — женщина тепло улыбнулась и вручила свой презент. — Это портмоне твоего папы. Он очень дорожил им, и вещь сохранилась в прекрасном виде, но мы немного его усовершенствовали. Я думаю, он бы хотел, чтобы эта вещь осталась у тебя, — на глаза миссис Паркинсон проступили слёзы. Они с семьёй Ноттов были друзьями много веков, и эта традиция передалась до сегодня. После того как Адольф, отец Теодора, примкнул к Пожирателям Смерти во второй раз, семья Паркинсонов забрала парня под свою опеку, и в последний раз слизеринец виделся со своим папой на финальной битве. Он видел его смерть. Видел, как другой Пожиратель Смерти случайно попал в него непростительным. Видел, как его бесчувственное тело падает на землю, а брюнет подбегает к нему. Всё было как в тумане. Пэнси отпихнула его, и, взяв под руку, они побежали, ведь если бы их увидели на поле битвы, им пришлось бы убивать, иначе приспешники Тёмного Лорда убили бы их. — Не плачьте, тётя Луона, всё хорошо. Я очень благодарен вам за этот подарок, уверен, он прослужит мне долго, — парень улыбнулся и легко обнял миссис Паркинсон. Около него стояла Гермиона, которая терпеливо ждала, когда её представят и мило улыбалась. — Это моя девушка, Гермиона Грейнджер, — слизеринец легко притянул гриффиндорку за талию к себе. — Ей восемнадцать, она маглорождённая.       Девушки пожали друг другу руки и кивнули. — Очень хороший выбор, Дорри. Рада, что ты нашёл достойную девушку, которую готов представить мне, — после этих слов они направились в зал, где уже собрались все друзья и мистер Паркинсон. — Тео, рад тебя видеть! — мужчина встал из-за стола, заключая парня в крепкие объятия. — Как и я вас, дядя Роджер. Познакомьтесь, это моя девушка — Гермиона Грейнджер. — Здравствуйте, мисс, — мужчина доброжелательно кивнул шатенке, она кивнула в ответ. — Здравствуйте, мистер Паркинсон. Рада познакомиться. — Как и я. Ну что, присядете?       Они выбрали место около Гарри и Пэнси. В зале, как и всегда царил блеск, но перед мероприятием эльфы явно попотели. Комната была выполнена в бежевых тонах, на стенах висели портреты, стулья из красного дерева в кожаной обшивке подходили каждому человеку по росту, а на столе стояло множество любимых блюд именинника.       Вечер прошел чудесно. Все говорили о разных мелочах, веселились и ели. К концу почти все ушли, остались только Пэнси и Гарри. Они, как и Тео с Гермионой, решили переночевать тут и рано утром трансгрессировать в Хогсмид, а оттуда пойти в Хогвартс. К тому времени все изрядно выпили, а когда Грейнджер выпьет её уже не заткнуть. Зайдя в комнату, парень наложил на дверь запирающие вместе с заглушающими чарами. — Я хочу сделать настоящее тату, — неожиданно произнесла девушка, еле стоя на ногах. — Ты слишком пьяна и пожалеешь об этом, когда настанет утро, мы поговорим об этом, — улыбнулся брюнет. — Обещаешь? — шатенка подошла к нему и прищурила глаза. Точно мышонок. — Обещаю, мышка, — после этих слов он выслушал ещё тридцатиминутный монолог Грейнджер, а потом уложил её спать. На удивление сегодня кошмары не беспокоили его сон.