Гармония и агония

Ранним утром Скотт стоял под холодным душем. Каждый его мускул реагировал на холод с ледяной приятностью. Он чувствовал, как сила уходит из его тела, но это не пугало его. Эротические сны с каждым днём становились ярче и объёмнее. Но он все еще не мог себя удовлетворить и это его тяготило. Его пугала не величина жертвы, а ощущение пустоты, которое наступало, когда сон кончался. — Даже с твоей помощью ничего не вышло, — сказал Скотт. — Скажи, что мне делать. Если я даже не могу удовлетворять себя, значит и кого-то удовлетворить не смогу. Он вышел из ванной. Сонливость ушла. Голова была ясной. Но появился соблазн сделать то, что ещё вчера показалось ему невозможным. Но делать нечто подобное днем просто мракобесие и он решил попробовать откровенную фотосессию как советовал брат. Он был готов на все, чтобы ощутить тот самый трепет и восторг. Он укутался в полотенце и пришел в комнату Винсента протянув ему камеру. Тот тоже не понимал причины его желания. Что-то в его поведении было не так, но он не знал что именно. — Помоги мне… Нужно попробовать сделать пару снимков. Да я буду голым! — неожиданно закричал он, в голосе слышалась паника. Скотт повернулся к нему. Винсент никогда не выглядел таким возбужденным. И почти одурманенным. Его глаза были закрыты и подрагивали. Через несколько секунд он открыл их и пробормотал. — Ты настолько мне доверяешь? С радостью тебе помогу ведь я знаю о твоей красоте абсолютно все. И не только знаю, но и чувствую ее. Снимай полотенце… Скотт все ещё колебался, но понимая, что другого шанса может не быть повернулся к креслу и сбросил с себя полотенце. Он стоял перед Винсентом совершенно нагой, что не могло не смутить. Винсент подошел и плавно приподнял голову Скотта за подбородок. Он почувствовал что начинает краснеть. — Мне нужно чтобы ты смотрел свысока, — прошептал Винсент и глубоко вдохнул. — Не горбись мне нужны твои ровные и уверенные движения. Плечи немного назад. Так, хорошо. А теперь нужно немного привести в беспорядок волосы и в то же время не переборщить. Винсент крутился вокруг Скотта с тщательно продуманным усердием описывая руками широкие плавные круги вокруг его головы. Он был на удивление тонким и ловким. Под его ловкими пальцами волосы Скотта взмывали вверх, падали вниз, открывая его ошеломленное лицо его движения стали более быстрыми и плавными. Он делал все это не спеша и с удовольствием любуясь телом Скотта. — Сколько там уже фотографии? Мне кажется уже вполне достаточно… Да и в комнате прохладно становится… Сказал Скотт, пытаясь, улыбнуться. Слушая его, Винсент веселился все больше. Постепенно его глаза сделались серьезны, и он придвинулся еще ближе. Он нежно провел пальцами по лицу Скотта, чувствуя что у того на скулах появляется легкий румянец и перешел к шее. А затем начал медленно гладить его грудь. У Скотта перехватило дыхание. — У тебя такой плоский живот, — тихо пробормотал Винсент, — И кожа бледная как снег. Ты никогда не загорал верно? Скотт отрицательно покачал головой. Его губы чуть дрогнули, и он смущенно посмотрел на Винсента. — В нашей семье было не принято загорать. Белый цвет означает чистоту и не порочность… Цвет моего отца и мой по совместительству. Винсент вздрогнул и на секунду замер. Но затем снова стал фотографировать Скотта. Тот все еще был в смущении. Он поднял глаза и уставился на круг света от лампы. В его взгляде мелькнула тень чего-то неземного, и Винсент снова вздрогнул. — Кхм… А что означает фиолетовый цвет? — спросил он, чуть заметно улыбаясь. Скотт посмотрел на него почти испуганно. Он опустил глаза и подумал. — Стремление всегда и во всем привлечь внимание к своей персоне. Гордость, самоуверенность, независимость… Примирение двух противоположных цветов… Винсент улыбнулся еще шире. Однако свет лампы никак не мог осветить глубину его глаз. Скотт опустил взгляд и взглянул на свое тело. Винсент призадумался скрывшись за дверью и вернулся с несколькими белыми гортензиями. Подойдя к Скотту он закрепил бутоны в его волосах, чтобы концы стеблей не попали в глаза. И нежно прошептал. — Знаешь ли ты что означают гортензии? — спросил он. Скотт вздрогнул и с тревогой посмотрел на Винсента. И решил не отвечать. А Винсент опять принялся фотографировать его. На этот раз Скотт старался отворачиваться от света и опускал глаза. Винсент даже взял на себя труд забраться на столик, стоявший рядом с кроватью, и щелкнуть камерой пару раз. В результате лицо Скотта оказалось в тени, и он закрыл его руками, но Винсент проявил настойчивость. Скотт поежился и опустил глаза. Через некоторое время у Скотта началось легкое головокруженье. Винсент решил что стоит прекратить съёмку и накинул на его плечи полотенце. Скотт слабо улыбнулся и едва заметно кивнул. К нему постепенно возвращалось ощущение реальности происходящего. — Так… Что означают гортензии? … Винсент загадочно улыбнулся и заглянул Скотту в глаза. Но тот успел различить в его взгляде лишь и нежность, и лукавство. Ушел от ответа, как и всегда. Зато у Скотта появился объект для дальнейших расспросов. Просмотрев фотографии и залился румянцем, сообразив что только что сделал. Его желание разбить фотоаппарат вспыхнуло с новой силой. Винсент понял, что если этот безудержный порыв не удастся направить в нужное русло, будет плохо. — Ключицы просто отпад, — мечтательно произнес он, слегка краснея, — Ты хотел написать на листке смотря на фотографии свои самые красивые черты да ведь? … Скотт слабо улыбнулся и кивнул. Прошла минута, и он покраснел еще сильнее описывая то что ему нравится. Винсент помогал ему, задавая вопросы, давал свои рекомендации и так далее. Когда Скотт записывал очередную строчку Винсент целовал его в место которое он описывал, а потом несколько секунд смотрел на незаконченную надпись. Через несколько минут его пальцы двигались очень плавно и уверенно, и, видимо, достигли нужного эффекта. Скотт поднял на него глаза. — На этом все… Чуть меньше половины страницы… Достаточно? — спросил он чуть сдавленным голосом. Винсент удивленно на него посмотрел. Он провел рукой по ноге Скотта, чуть скользя по ней вверх. — Нет этого недостаточно, — сказал он. — Ты должен написать все. Все целиком. Скотт схватил руку Винсента не позволив ему подняться выше и крепко сжал ее. — Если я напишу все то тебе стоит прекратить меня целовать — за этим может последовать неминуемая расплата, — прошептал он. — Мне все еще стыдно за то что произошло между нами вчера… Винсент как истинный джентльмен улыбнулся и отвел взгляд. Еще несколько секунд помолчав, он сказал. — Принести тебе одежду? Или голым сидеть приятнее? — голос его стал совсем тихим. Скотт почувствовал что краснеет. «Он уже все видел так что никаких стеснений быть не должно…» — подумал он и несколько неуклюже отстранился от Винсента. Он продолжил список и когда описал все что только мог еще раз, поднял глаза на собеседника. Тот сидел совершенно неподвижно, смотря куда-то в сторону, но когда заметил взгляд Скотта, повернулся и тоже посмотрел на него. — Ты все? — спросил он. Скотт кивнул. — В таком случае я еще раз прочту. Только не думай что я пытаюсь втереться к тебе в доверие… Хорошо… Ох, какая прелесть ты записал все «сокровенное» в конце и кажется писал ты дрожащей рукой. Скотт воспылал от смущения и покраснел еще больше, чем в начале. Кажется он не собирался спорить с этим человеком. С опозданием осознав что натворил, он покраснел и бросил испуганный взгляд на мужчину. Винсент увидел, как он встал и сделал несколько шагов к нему, расположившись перед ним и пристально посмотрел ему в глаза. — Только посмей скинуть кому-нибудь эти фотографии… Я прикончу тебя! … Винсент печально улыбнулся и поднял глаза на Скотта. Скотт сильно побледнел и к его горлу подкатил комок. Винсент знал что это означает. Скотти чувствовал страх и чувство вины одновременно, и Винсент подумал что если он оставит это без внимания то, возможно, дело кончится каким-нибудь кошмаром. В тишине, наступившей после крика, он уткнулся в живот Скотта, чтобы мужчина не видел его смущённого лица. Тот стоял перед ним бледный как смерть, со сжатыми кулаками. Винсент решил помочь ему прийти в себя. — Не волнуйся это останется только между нами… Надеюсь ты разрешишь мне брать эти фотографии для личных нужд. Разрешишь же да? … Скотт ничего не ответил. Он хотел что-то сказать, но не решился и только вознаградил Винсента подзатыльником.