интересний сюжет

Осень выдалась холодной. Вэй Ин на удивление быстро привык к серым и ветреным дням. Скверная погода не могла разрушить его безоблачного счастья. Во второй жизни Старейшину Илин беспокоило только одно обстоятельство: в янтарных глазах Лан Ванцзы, обычно лучившихся радостью и нежностью, с недавних пор поселилась тоска… Вот уже пару недель Вэй Ин не находил себе места: пытался правдами и неправдами разгадать причину, по которой супруг стал печальным и подавленным. Решив не поддаваться унынию и сейчас же предпринять очередную попытку привести Второго Нефрита в чувства, ВэйСянь перевёл взгляд со стены на предмет своих душевных мук. Бледность Лань Ван цзи в неровном свете бумажных фонарей казалась неестественной. Хань гуань-цзюнь сидел с книгой возле окна: его точёный профиль резко выделялся на фоне вычерненных ночью деревьев. Вэй Ин подобрался ближе, прижался к боку Лань Чжаня, наклонился к его плечу. — Гэгэ, ты совсем позабыл о своём обещании! Уже несколько дней не смотришь в мою сторону! — Вэй Усянь старался выглядеть скучающим и почти недовольным. Неужели Лянь Чжань не замечал: всё в позе Вэй Ина было исполнено вызова! Он склонил голову, чтобы волосы скользнули за спину и открыли шею. Лань Ван цзи не ответил и даже не шелохнулся. — Лань Чжань, почему снова молчишь? Ну же, гэгэ, ты ведь не зря простоял три дня и три ночи на коленях в храме предков, чтобы старик Лань дал согласие на внесение меня в список членов клана! Я же твой муж, причём единственный. Поговори со мной! — Вэй Ин, уже поздно. Я принесу спальные одежды, — произнёс Лань Чжань, не отрываясь от чтения. — Спальные одежды? Думаешь, они нужны мне сейчас? — притворно удивился Вэй Усянь. — Спать обнажённым не слишком удобно, — спокойно парировал Лань Ванцзи. — Вот ещё, спать я не собираюсь! Надеюсь, Ханьгуан-цзюнь одарит меня своим вниманием. — Вэй Ин обнял Лань Чжаня за талию, потянулся к поясу его ханьфу. Лан Ванцзы окинул супруга строгим взглядом и вновь углубился в книгу. — Лань Чжань, Лань Чжань, ты слышал об игре в желания? — Вэй Усянь не терял надежды заинтересовать мужа. — Нет. — Конечно, откуда тебе о ней знать, ведь я только что выдумал эту игру! Объяснить правила? — Мгм… — Всё просто: один из нас загадывает желание, а другой его исполняет. И так по очереди. Понял? Кто создатель — тому и начинать. Поцелуй меня! — Вэй Ин хотел было ещё что-то сказать, но тут же замер в удивление: Лань Ван цзи слегка наклонился и нежно коснулся губами его лба. — Очень хорошо, теперь твой черёд! Смелее, загадывай желание! Я выполню любое, — довольно расхохотался Старейшина Илин. — Хочу закончить на следующей странице. Не мешай, пожалуйста. — С этими словами Лань Ванцзи продолжил читать. — Как с тобой скучно, Лань Чжань, — протянул Вэй Ин, отворачиваясь. Некоторое время он терпеливо ожидал, когда Лянь Чжань отложить книгу, потом, поймав нужный момент, схватил Лан Ванцзы за запястье и поцеловал костяшки его пальцев, наблюдая замужем из-под ресниц. — Гэгэ, ты играешь нечестно. Твоё желание исполнено, будь так добр, выслушай и моё. — С удовольствием отмечая лёгкий румянец, покрывший гладкие щёки Нефрита, Вэй Ин поднялся со своего места. Он потянулся, прошёлся по их покоям, сел на просторную кровать. — Лань Чжань, иди сюда. — Вэй Усянь похлопал ладонью по покрывалу. Лань Ван цзы обернулся. Он медленно подошёл к Вэй Инъу и, глядя прямо в ясные серые глаза, опустился рядом с ним, замер. Второй Нефрит не шевелился, молчал, смотрел на возлюбленного и ждал чего-то. ВэйСянь придвинулся ближе, окинул супруга хитрым взглядом, лёгким движением поправил лобную ленту, очертил пальцами контур прекрасного лица и длинной белой шеи, обнял Лань Чжаня за плечи и прошептал ему на ухо: — Ну же, Ханьгуан-цзюнь, позволь мне делать с тобой всё, что захочется. — Лань Чжань не ответил. Протянув руку, Вэй Сянь провёл кончиками пальцев по выбившимся из его причёски тёмным прядям, поднёс одну к губам и поцеловал. Лань Ван цзи перехватил вторую ладонь избранника и прижался к ней лицом. — Вэй Ин… — Его голос дрожал. Вэй Сянь тяжело вздохнул, тревога стёрла его улыбку. Сердце сладко сжалось и глухо забилось, грозясь вырваться наружу в неясном порыве. Вэй Ин вспомнил свою шицзэ. Только к ней он мог прийти в надежде унять тоску. Лишь её тихий успокаивающий шёпот ласкал слух и поддерживал в моменты отчаяния. Когда Вэй Ин, ища тепла, утыкался лбом в плечо ши цзи, всхлипывал, пытаясь объяснить причину своих слёз, она гладила его по голове и утешала. В такие минуты душу наполняли блаженство, покой и гармония. Вэй Сянь понял: сейчас Лянь Чжань должен почувствовать то же самое. — Иди ко мне, гэгэ. Вот так… Я не обижу тебя. Не буду делать ничего, пока ты не разрешишь. — Вэй Ин приветливо улыбнулся и, привлекая Лань Чжаня к себе, бережно уложил его на бок. Второй Нефрит подчинился. Лан Ванцзы прижался к супругу, положив голову на его плечо, и затих. Вэй Сянь взял его руку, погладил тыльную сторону ладони, наслаждаясь мягкостью тонкой кожи с едва заметным узором голубоватых вен. Он обнял Лянь Чжаня, зарываясь носом в его шелковистые волосы, начал шептать какой-то ласковый вздор, играя с его пальцами и изредка целуя в губы. Вэй Ин прислушался к выровнявшемуся дыханию любимого и ощутил необыкновенную радость. Для того чтобы чувствовать себя счастливым, Вэй Осенью непременно нужно было прикасаться к Лянь Чжаню. Подобравшись ближе, обхватив возлюбленного поперёк живота, запустив руку в белые нижние одежды, он принялся гладить бархатную кожу, с упоением вдыхая её аромат. — Вэй Ин… — нерешительно позвал Лань Ванцзи, ещё крепче стискивая супруга в объятиях. Он вновь обрёл душевное равновесие и сам был готов дарить избраннику нежность. — Что случилось, Лань Чжань? Гэгэ, кто огорчил тебя? Пожалуйста, ответь, я смогу понять, — прошептал Вэй Ин ему в губы, потираясь носом о его нос. — Мгм… — Объяснений, как и всегда, не последовало. Ханьгуан-цзюнь вновь смутился! Как же хотелось защитить Лянь Чжаня от всего мира, стереть поцелуем его грусть, утешить пылкими ласками! ВэйСянь отогревался в крепких объятиях, чувствуя родные руки, надёжно обнимающие его, прижимаясь к тёплой груди, прислушивался к биению сердца Лань Чжаня, наслаждался мимолётными прикосновениями и лёгкими целомудренными поцелуями. Лань Ван цзи принялся неторопливо разминать и гладить спину и плечи Вэй Ина, трепетно прикасаясь мягкими, чуть влажными губами ко лбу, к щекам, к шее. Когда Вэй Усянь бережно обхватил лицо Лань Ванцзи руками, тот вздрогнул, но не отстранился, сжал чужие ладони в своих — так же нежно, так же осторожно. — Ты чего-нибудь боишься, Лань Чжань? — тихо и вкрадчиво спросил Вэй Ин. — Боюсь сделать тебе больно. — Лань Ванцзи отвернулся и напряжённо застыл. Старейшина Или несколько раз открыл и закрыл рот, пытаясь возмутиться, но растерял от неожиданности все слова. Ошеломлённый ответом супруга он встрепенулся, сел на постели, рывком подтянул Лянь Чжаня к себе. — Что за чепуха! — наконец воскликнул Вэй Усянь. — Из-за подобного ты терзался всё это время? — Стремительный поворот головы, пронзительный взгляд распахнутых глаз, сияющих золотом; Лань Чжань отпрянул в ужасе и неверии. Вэй Ин тут же осёкся, прикусив язык: в душе Лань Ван цзи был чутким и ранимым, он не терпел столь грубого обращения. Вэй Сянь медленно выдохнул, виновато улыбнулся и ласково произнёс: — Прости, Лань Чжань. Прости, пожалуйста. Ты не сможешь причинить мне боль, запомни, эр-гэгэ. — Нет, Вэй Ин, я видел. — Лань Ванцзи судорожно вздохнул, отрицательно качая головой. — Что? Что тебя напугало? Клянусь этой жизнью, ты не сделал ничего дурного! — с жаром прошептал Вэй Усянь, прокручивая в памяти события последних дней. — Твои слёзы. В ту ночь ты кричал так громко. — Прекрасный Нефрит замолчал, не найдя в себе сил продолжить. Вэй Ин почувствовал, что задыхается. Он порывисто обнял Лянь Чжаня, принялся осыпать поцелуями его лицо, прижимая к себе, не позволяя отстраниться. — Я не заслуживаю… не заслуживаю тебя, — как в лихорадке повторял он, не переставая целовать возлюбленного. — Вэй Ин… Зачем? — Лань Ванцзи зажмурился, ВэйСянь ощутил дрожь во всём теле, касаясь губами его нежных век. — Люблю… Как же сильно я тебя люблю… Прошу, не тревожься, забудь! Всё пустое, только привиделось! Я не чувствовал боли! — Вэй Ин вздохнул, с трудом оторвавшись от супруга, распустил его гладкие тёмные волосы, отбросив заколку за изголовье кровати, развязал лобную ленту ЛаньЧжан я, обвивая руками его шею и притягивая ближе, вынуждая лечь на себя. Лань Ванцзи уткнулся в его грудь и сдавленно произнёс, щекоча кожу губами: — Я старался забыть… и не смог. — К глазам Вэй Ина подступили слёзы. Проклиная себя за чёрствость и неосмотрительность, Старейшина Илин сосредоточился на ритме дыхания мужа, плавно водя ладонями по его спине. Вэй Осенью, уступавшему Лянь Чжаню в росте и весе, всё равно невероятно нравилось баюкать его и прижимать к сердцу. — Лань Чжань, дорогой мой, единственный, послушай! — начал Вэй Ин. — Мне приятны любые твои прикосновения. В моменты нашего единения я испытываю только блаженство и радость. Мои чувства к тебе до того сильны, до того безумны, что не всегда поддаются контролю. Тогда я не смог сдержать слёз счастья. Пожалуйста, говори со мной. Говори обо всём, что займёт твои мысли. — Мгм… Ты — всё, что у меня есть. — Услышав эти слова, Вэй Усянь ощутил, как потеплели щёки и заколотилось сердце от накатившей внезапно волны восторга. — Я так рад, Лань Чжань! Спасибо, что выбрал меня. — Вэй Ин… Спасибо. — Лань Ванцзи улыбнулся уголками губ. Вэй Сянь коснулся их в лёгком благодарном поцелуе. — Ханьгуан-цзюнь, ответь, почему ты полюбил меня? — Ты всегда был самым лучшим, самым смелым, самым красивым… Ты был собой, Вэй Ин. — Гэгэ, ты льстишь мне! — Вэй Усянь беззаботно рассмеялся, вплетая пальцы в роскошные пряди, раздумывая над тем, что ещё можно выпытать у Лань Чжаня, но перед внутренним взором внезапно предстали чёткие образы. Вэй Ин вспомнил их последнюю ночь. Тогда Лан Ванцзы был особенно нежен и терпелив: он медленно и ритмично входил в его тело, раз за разом ощутимо надавливая на нужную точку внутри, и массировал пальцами основание его члена. Вэй Усянь вспомнил и собственные несдержанные стоны, после перешедшие в крики и рыдания. Обычно Вэй Ин не был слишком уж шумным, но в ту ночь Дань Чжан просто свёл его с ума. Почувствовав, как возбуждение неумолимо нарастает, Старейшина Илин густо покраснел и закусил губу. Плоть стала твёрдой, воздух — тяжёлым, по телу распространился приятный жар. И главное: Лянь Чжань, лежавший на его груди и тесно прижимавшийся к нему, определённо обо всём догадался! В следующее мгновение Второй Нефрит приподнялся и встретился взглядом с мужем. Вэй Ин нервно усмехнулся. — Ханьгуан-цзюнь, ты наверняка сейчас думаешь о том, какой Вэй Усянь порочный человек. — Лань Ванцзи с серьёзным видом покачал головой и, заглядывая супругу в глаза, произнёс: — Вэй Ин, я люблю тебя. — Что, даже не назовёшь бесстыдником? — изумился Старейшина Илин и тут же поспешно добавил: — Лань Чжань, я тоже люблю… Я до смерти люблю тебя… Ах! — Вэй Усянь откинулся на подушки и с трудом удержался от того, чтобы не податься бёдрами вперёд, когда Лань Чжань развязал пояс его ханьфу, нежно поглаживая член ладонью через влажную ткань. — Вэй Ин, хочу помочь. Губами… там… Позволишь мне? — взволнованно выдохнул он. — Лань Чжань, нет, что ты! — Вэй Усянь покраснел ещё пуще и закрыл лицо руками. — Я… — Лань Ванцзи запнулся от смущения, но всё же закончил: — загадал это желание. — Гэгэ? Ты всё-таки, ох, принял правила моей игры? — Отняв ладони от пылающего лица, Вэй Ин удивлённо уставился на избранника. Лянь Чжань остановил взгляд на хорошо заметном возбуждении, нагнулся, уткнулся носом в его пах. — Что сказали бы именитые заклинатели, если бы застали благовоспитанного Ханьгуан-цзюня за таким постыдным занятием? Что подумал бы старик Лань? Что сделал бы Цзэу-цзюнь? Бедный, бедный глава ордена! — стал голосить Вэй Усянь. В последнее время его блистательный супруг всё чаще настаивал на тех ласках, для которых всё ещё был очень невинным. Да, Лянь Чжань был слишком чистым, слишком благородным для подобного… Ах, что же он, Вэй Ин, сотворил с Лань Ванцзи! Ханьгуан-цзюнь действительно хотел его ублажать, и каждый раз был похож на сладкий сон. У Лань Ван цзи заалели уши, но он продолжил невозмутимо и настойчиво разоблачать супруга. Полностью избавив Вэй Ина от одежд, Дань Чжан принялся ласкать губами внутреннюю сторону его бедра, осторожно проводя пальцами по всей длине горячего ствола. Вэй Сянь жалобно застонал, вновь накрывая лицо рукой и глубже зарываясь в подушки. Второй Нефрит клана Лань, безупречный и недосягаемый, по собственной воле расположился между его непристойно разведёнными ногами. Даже для Вэй Ина, никогда не отличавшегося скромностью и целомудрием, это зрелище было слишком смущающим и постыдным. Лянь Чжань же не обращал внимания на протесты мужа и, о ужас, постепенно набирался опыта в подобных вопросах! Никогда неловкие, медленные движения стали уверенными и стремительными: Лан Ванцзы склонился ниже, несколько раз поцеловал головку, облизал, дразня языком, обжигая дыханием, вобрал в себя. Вэй Ин вскрикнул, с шумом втягивая воздух сквозь сжатые зубы, когда почувствовал, что его плоть упирается в щёку супруга. Захватив член возлюбленного в плен мягких губ, Лянь Чжань погружал его в себя, пытаясь заглотить целиком. Вэй У меня затрясло мелкой дрожью: от низа живота волнами расходилось трепетное тепло, будоражащее каждую клеточку тела, сердце ускоряло свой ритм, и тихие чувственные вздохи Лань Ванцзи лишь обостряли все эти ощущения. — Лань Чжань… Ах, Лань… Гэгэ, я больше не выдержу! — отчаянно простонал Вэй Ин, напрягая шею, выгибаясь тугой дугой. — Лань Чжань, не могу, это невыносимо! — Сил терпеть острое удовольствие больше не было. Конечности онемели, тело словно прошибло разрядом тока, ВэйСянь заметался по постели, теряя связь с реальностью, возносясь к пику блаженства. Он не сразу открыл глаза: сквозь лёгкую дымку проступили тонкие черты любимого лица. Губы Лань Ван цзи стали яркими и чуть припухли от прилившей крови. Вэй Ин приник к ним, самозабвенно целуя, слизывая языком следы собственной спермы. Старейшина Илин опрокинул супруга в кровать и насмешливо произнёс, нависая над Лан Ванцзы: — А теперь я и вправду буду делать с тобой всё, что захочу. — Второй Нефрит вспыхнул и отвернулся, отказываясь смотреть мужу в глаза. Развязно ухмыляясь, Вэй Сянь начал раздевать Лянь Чжаня, открывая своему взору великолепно сложенную стройную фигуру. Ощутив, как напряглись мускулы под его пальцами, Вэй Ин согнул в локтях руки, медленно опускаясь ниже, вновь вдыхая неповторимый аромат тела распростёртого под ним Лань Ванцзи. Осознание абсолютной близости и доступности возлюбленного отозвалось глухими ударами сердца и тяжёлой истомой внутри. Он провёл ладонью вдоль груди, коснулся ключиц, шеи, щеки, любуясь супругом. Дыхание Лянь Чжаня стало поверхностным и частым. Он сдался, даже не пытаясь оттолкнуть своего мучителя. — Не нужно… Вэй Ин… — робко произнёс Лань Ванцзи. — Уже забыл, что сотворил со мной сегодня, Ханьгуан-цзюнь? Ну уж нет, сейчас я отплачу тебе сполна! — Вэй Усянь припал губами к его шее, влажно целуя. Между ними больше не существовало границ, и как жаль, что Вэй Ин понял это так поздно. Он опустился к ровной красивой груди с выступающими мышцами, дотронулся языком до соска, обхватил губами, втянул его в рот. Из горла Лянь Чжаня вырвался хриплый стон, он дёрнулся, явно пытаясь унять дрожь. Вэй Ин не отстранился: он уже облизывал и покусывал правый сосок со странной смесью жадности и наслаждения, поглаживал и оттягивал пальцами второй. — Ты напрасно делаешь это, — задумчиво и смущённо изрек Лань Ванцзи, тяжело дыша. — Что? — удивился Вэй Усянь, на миг оторвавшись от вожделенного занятия. — У меня ведь нет… — Что за мысли, Лань Чжань? Мне нравится просто так. — С этими словами Вэй Ин вновь принялся обводить языком и посасывать упругие вершинки, ставшие невероятно чувствительными. После, исступленно целуя грудь избранника, зализывая след от тавра, ярко контрастирующий с нежной белой кожей, Старейшина Илин шептал такие откровенные и волнующие признания, что заставил супруга молить о пощаде: — Вэй Ин, прошу тебя, перестань. — Лань Ванцзи зажмурился, беспомощно запрокидывая голову назад. — Нет, не могу. Я уже сошёл с ума от любви к тебе, гэгэ, это необратимо. — Вэй Усянь, затаив дыхание, вслушивался в тихие стоны возлюбленного, прижимался щекой к низу его живота, ласкал кончиками пальцев горячую кожу. Он ощупывал гладкие бёдра, сжимал в ладонях упругие ягодицы, намеренно игнорируя плоть, истекающую естественной смазкой. Вдоволь наигравшись, Вэй Ин с силой провёл по стволу, большим пальцем надавливая на основание члена, касаясь губами крупной головки. — Пожалуйста, прекрати… Ох, Вэй Ин, нет! — Лань Чжань не смог сдержать протяжного стона. — Гэгэ хорошо? — Вэй Усянь продолжил медленно двигать рукой, хитро улыбаясь. — Н-не говори так, — всхлипнул Лань Ванцзи. — Уже достиг своего предела, Ханьгуан-цзюнь? Ещё слишком рано, ведь я хочу, чтобы он оказался глубоко внутри. Твой большой и горячий… — Нет! Замолчи! — И не подумаю. Должен же я рассказать тебе о своём желании. Сейчас, между прочим, моя очередь загадывать. — Лицо Лань Ванцзи выглядело таким чистым и одухотворённым, что ВэйСянь не смог оторвать от него глаз. — Я хочу только одного: быть ещё ближе к тебе. — Наклонившись, Вэй Ин потянулся за поцелуем, но Лань Чжань остановил супруга, легко касаясь его губ пальцами, и спросил: — Вэй Ин, ты честен со мной? — Да, как и всегда, — прошептал Вэй Усянь прямо в аккуратное ухо, касаясь его языком. Лянь Чжань глубоко и прерывисто дышал, он не имел возможности спрятаться от азартного взгляда Старейшины Ильин, не имел возможности уйти от его настойчивых ласк. — Ханьгуан-цзюнь, ты согласишься помочь мне, не так ли? — дразнил Вэй Ин, выгибая спину, прижимаясь своим влажным членом к животу Лань Ванцзи. Немного скорректировав угол наклона, он почувствовал, что оба напряжённых органа соприкоснулись. — Вэй Ин… — Вэй Усяню до дрожи в кончиках пальцев нравилось слушать, как Лань Чжань шепчет, стонет, выкрикивает его имя, словно позабыв все другие слова. Усмехнувшись, Вэй Ин чуть сдвинулся назад, опустился ниже, принялся медленно водить языком по твёрдому стволу, вытянул руку вдоль своего тела, мягко надавил на вход, проталкивая внутрь сразу два пальца, ощущая, как их обволакивает влажный жар. Лянь Чжань напротив него залился краской, но не отвёл взгляд. — Гэгэ так внимательно смотрит… Хочешь сделать это сам? — Лань Чжань кивнул, его ласковые ладони прошлись по бёдрам Вэй Ина. Лан Ванцзы перехватил руку мужа и прижал к прохладному шёлку покрывала, коснулся пульсирующего отверстия, поглаживая его круговыми движениями. Палец входил легко, и, пожалуй, можно было бы ввести сразу несколько, но Дань Чжан, похоже, совсем не желал торопиться. Вэй Ин выгнулся, уткнулся лицом в шею Лани Ванцзи, тихо постанывая и прижимаясь к любимому. Внезапно он сорвался на судорожный вскрик: Лянь Чжань согнул указательный, почти вжимая его в простату. Вскоре движения изящных пальцев, скользящих внутри, стали быстрыми и ритмичными. — Лань Чжань, ну же, пожалуйста, — прошептал Вэй Усянь, извиваясь в нетерпении. Лан Ванцзы изменил положение их тел, бережно укладывая супруга на подушки. Вэй Ин почувствовал, как в него упирается горячая плоть, и, впиваясь пальцами в плечи Лянь Чжаня, подался вперёд, чтобы насладиться, но тот отодвинулся. — Нет, ты… Ты не делаешь больно, гэгэ… — Вэй Ин ласково посмотрел на него, и Второй Нефрит покорно склонил голову, медленно и мягко проникая в нутро возлюбленного. Вэй Усянь зашёлся в крике удовлетворения, когда ощутил долгожданное единение. Лань Ван цзы вздрогнул, с тревогой вглядываясь в лицо избранника, тут же покидая его тело. Вэй Ин протестующе замотал головой, возмущённо выдохнул, сдвинул брови. Он резко подался вперёд, нажимая рукой на грудь мужа. Лянь Чжань плавно отклонился назад и лёг на спину. ВэйСянь, перекидывая ногу через бёдра Нефрита, уселся сверху, выпрямился, надёжно фиксируя его на месте. Лань Ван цзи под ним молчал, сжимая руками талию мужа. Его широкая грудь поднималась и опадала под ладонью Вэй Усеня. Вэй Ин слегка отодвинулся, устраиваясь удобнее, развёл ноги шире, и крупная головка снова упёрлась во вход. Сердце билось тяжело и быстро, Вэй Сянь чувствовал сладкое томление уже от самого факта их близости, а те моменты, когда они с Лань Ванцзи становились одним целым, неизменно заставляли его терять рассудок. Вэй Ин опустился вниз, всхлипывая от болезненного удовольствия. По позвоночнику прошлась обжигающая волна возбуждения, и он низко простонал, плотнее охватывая Лянь Чжаня внутри себя. В такой позе все ощущения были гораздо сильнее. Вэй Ин снова и снова насаживался на член возлюбленного, который давил на нужную точку и проникал глубоко, слишком глубоко: когда он опустился ещё раз, ноги прошибло судорогой, руки задрожали, и ВэйСянь замер, не в силах встать. Он отчаянно застонал: — Ах, любимый, помоги мне… — Лань Ванцзи сел, подхватил Вэй Ина, удобно устроил его у себя на коленях, крепче обнимая, размеренно приподнимая и опуская супруга. Вэй Ин чувствовал, как упругий ствол, пронзающий его, растягивающий сверх всякой меры, скользит глубоко внутри. Крепче сцепив зубы, он начал двигаться навстречу. Тёплые губы Лянь Чжаня прикасались к его щекам в лёгких, почти неощутимых поцелуях. Вэй Ин обвил руками плечи возлюбленного, уткнулся носом в выступающие ключицы, свёл ноги за его спиной, провёл языком по горлу Лан Ванцзы, лизнул шею, ощутив пряный вкус его кожи. Когда узкая ладонь, смыкаясь на его члене, несколько раз двинулась вверх и вниз, а сила непрерывных толчков немного возросла, Вэй Усянь понял, что не вынесет большего. Он закричал, теряя голос, пока слишком яркая вспышка удовольствия не погрузила его в беспамятство. Лан Ванцзы, вероятно, ощутив влагу на своём животе, поспешил выскользнуть из податливого тела, но Вэй Ин инстинктивно сжался удерживая избранника рукой за бедро. — Побудь со мной ещё чуть-чуть, гэгэ, — еле слышно прошептал он. Вэй Сянь знал: Лянь Чжань не мог ему сопротивляться. Лянь Чжань не отстранился, замедлился, зарываясь лицом в его волосы, заботливо поглаживая поясницу, целуя супруга в макушку. Вэй Ин полностью расслабился, наслаждаясь теплом и полнотой в своём теле: туго сжатое после только что пережитого блаженства нутро было довольно чувствительным. Лань Ван цзи двигался аккуратно, неторопливо и мягко. ВэйСянь положил голову на его плечо, осторожно касаясь старых шрамов на спине кончиками пальцев, позволяя мужу управлять собой. Толчок, ещё один… Лянь Чжань всё ещё был в нём, до сих пор твёрдый. Он посмотрел на Вэй Ина, обжигая взглядом из-под полуприкрытых век. Движения Лан Ванцзы, теперь медленные и ленивые, всё равно были неумолимыми, непрекращающимися. Осознав, насколько сейчас он сам уязвим, открыт и беспомощен, Вэй Усянь судорожно вздохнул. Почему-то он был счастлив сдаться. Сладостные мгновения мучительно хотелось продлить, и все эти мысли были совсем уже неприличными, но ужасно захватывающими. Трепетное тепло наполнило сердце, но эта несмелая нежность носила оттенок нерешительности: Вэй Ин не был уверен в том, что заслуживает такой безумной, прекрасной и чистой любви. Он, ВэйСянь, сын слуги, печально известный заклинатель, выбравший тёмный путь, каким-то непостижимым образом смог завоевать сердце доброго и справедливого наследника клана Лань... Внезапно прохладная ладонь прижалась к его пылающей щеке. Лянь Чжань, будто бы уловив смятение любимого, тихо, но уверенно произнёс: — Никто не сможет заменить тебя, — Вэй Ин замер на миг. Дурные мысли тут же растворились, от необъяснимо светлых чувств захотелось плакать, он, кажется, завидовал сам себе. Слегка повернув голову, Вэй Ин впился в нежную шею жадным поцелуем. Он сжался вокруг члена, пульсировавшего глубоко внутри, и понял, что возлюбленный уже близок к разрядке, вздрогнул, почувствовал, как снова напряглась его собственная плоть. Воздуха опять не хватало, а тяжесть внизу живота заставляла извиваться в предвкушении. Через пару минут по нервным окончаниям ударила волна удовольствия небывалой силы, ВэйСянь с надрывным стоном вцепился в супруга железной хваткой, вновь пачкая спермой их переплетённые тела. Лянь Чжань излился в то же мгновение: его горячее семя распространило внутри приятный жар. Позже, счастливый и совершенно вымотанный, ВэйСянь, обёрнутый парой пушистых полотенец, наслаждался своей властью над Лан Ванцзы. Он прижимал супруга к себе, покрывая поцелуями его лицо и шею, вдыхая аромат целебных трав, которые Лянь Чжань добавлял в воду для купания. Тот послушно позволял Вэй Ину целовать себя и даже изредка отвечал с неописуемой нежностью. Лань Ван цзи и Вэй Ин стали семьёй. Они научились любить по-настоящему, по-матерински лаская, по-отечески оберегая друг друга. — Ханьгуан-цзюнь, — протянул Вэй Усянь, довольно жмурясь, — у тебя осталось ещё одно желание. Чего бы ты хотел? — Лань Чжань не стал раздумывать над ответом. Он тихо произнёс: — Вэй Ин, пожалуйста, спой для меня. — И Вэй Ин запел, стараясь передать голосом все те светлые чувства, что согревали его сердце. Мотив получился похожим на самую благозвучную мелодию на свете, на ту самую, которую когда-то подарил своему возлюбленному Второй Нефрит клана Лань. — И даже когда она закончится, мы не расстанемся, — прошептал Вэй Ин, любуясь Лань Чжанем, безмятежно заснувшим в кольце его рук.