Нежность

***

      Так, скорее всего, прошел бы еще год, а за ним еще год за годом. Прошел месяц с того самого момента, как корейские пилоты совершили подвиг и появились на телевизионном шоу, заставляя сердца зрителей трепетать и тихо охать. Но, как обычно, подвиг был забыт, шумиха вокруг двоих поутихла и все шло своим чередом, надолго их запомнят лишь пассажиры, которые в тот самый день будто отпраздновали второй день рождения. Если люди быстро забывают катастрофы, то подвиг и геройство подавно стихли уже через неделю, стоило появится новому инфоповоду. Не сказать, что оба пилота сильно расстроились по этому поводу, ведь их работа не быть знаменитостями и их доход от этого никак не зависит, они продолжали совершать рейсы, получать опыт и чувствовали себя лишь более уверено на борту, зная, что им удалось установить связь между собой и стать по-настоящему хорошими напарниками и коллегами.       Авиация сама по себе является достаточно высокооплачиваемой, особенно это касается работы пилотов, поэтому оба не испытывали особых трудностей в жизни и имели высокий доход. Да, их работа связана с большими рисками, но если так подумать, то любая работа — это риск, никогда не знаешь откуда на тебя свалиться несчастье. Но самым тяжелым для обоих был скорее всего график и огромная проблема часовых поясов, как ни крути, постоянная смена поясов заставляет их страдать, несмотря на прохождение необходимой подготовки и постоянную проверку здоровья. Особенно затруднительными оказываются долгие перелеты, постоянная сосредоточенность и ощущение огромной ответственности за жизни пассажиров. Очередной перелёт прошел успешно и без особых происшествий, к счастью для молодого Чонгука наступила пора отдыха, ближайшую неделю у него не предвещается работы и поэтому он полностью посвятит выделенное время на восстановление и отдых. Каждый раз включая телевизор и смотря выпуск какого-нибудь шоу он с теплотой в сердце и улыбкой вспоминал и свой поход вместе с Мин Юнги и тем, как они неплохо провели время вместе, даже сблизились. Но в тоже время, он снова и снова возвращался мыслями к молодому человеку, которого увидел мимолетно в перерыве на рекламу с кувшином полным воды. Он не знал, кто это, не знал, как его зовут, да и разглядеть тоже толком не успел, все произошло слишком быстро, да и помутнение из-за запаха заставило его на несколько секунд застрять в своих мыслях. Омега, как какое-то видение, остался расплывчатым силуэтом в его голове, дымкой и неизвестностью, которая похитила сердце и заставила страдать.       Чон Чонгук, оказавшись наконец в своих просторных апартаментах, чуть ли не свалился на диван в гостиной и закрыл глаза, тихо выдыхая. В квартире как всегда пусто, но просторно и тихо, ему нравилась эта тишина и покой, но в тоже время не хватало присутствия родной души, которая бы одной улыбкой и прикосновением развеяла усталость и грусть. Время от времени его посещали мысли о том, что стоило бы собраться с духом и отправиться на поиски того омеги, ведь как минимум, он знает его запах и где этот человек работает, но он не сможет так просто туда попасть, а караулить под дверьми здания не зная графика работы может оказаться просто пустой тратой времени, тем более зимой. Поэтому он снова и снова откладывал свою идею, решив смириться с тем, что останется с разбитым и похищенным сердцем до конца своей жизни, хотя с его то работой и графиком какая семейная жизнь? Он постоянно в разъездах, вечно утомленный и просто очень хочет спать, как только появляется свободное время. А когда придет время пенсии, будет уже слишком староват для этого всего, хотя кто знает? Но его судьба уж точно до этого момента ждать не будет. — Просто хочу спать… — прошептал тихо Чон, шмыгнув носом и прикрыл глаза, недовольно мыча и переворачиваясь на бок, уткнувшись лицом в спинку дивана.       Тело слегка ломило, покалывали мышцы, он чрезмерно утомился за последние дни, хотелось дико спать из-за последнего перелета, смена часовых поясов была слишком ощутима. Хоть и был день, жизнь кипела во всю, он был вынужден превращаться в ночного жителя — спать днем, ночью бодрствовать. Не сказать что Чона это устраивало, но сопротивляться потребностям он не мог, а травить себя постоянно кофеином тоже не выход, да и не помогало это ему особо. Ему пока лишь 25 лет, а он уже имеет такой багажник проблем со сном из-за стресса, что и страшно представить, осталось отработать еще столько же лет и всё, можно уходить на пенсию, если здоровье не предаст его быстрее. Он все же уснул быстро, что было удивительно, ему не мешало слепящее холодное зимнее солнце, что легко проникало в окна высотки, как никак, парень жил на 15 этаже в новом здании с большими панорамными окнами. Ему не мешал и холод в квартире, на время своих перелетов он отключал отопление или оставлял его минимальным, чтобы зря не переплачивать. Он уснул совсем крепко, игнорируя и шум от соседей и на улице.       Чон Чонгук открыл глаза ближе в ночи, его спину и руки немного затекли из-за неудобного положения и он, издав стон боли, с трудом поднялся и зажмурился от неприятных покалываний в теле. Прохрустев каждым своим суставом и вытянувшись, молодой человек все же добрался до своей спальни, где переоделся в более теплую одежду, подходящую для зимних прогулок. Еще не было так поздно, многие заведения продолжали свою работу, а Чонгук, будучи на самом деле достаточно ленивым человеком, решил перекусить хоть где-нибудь, лишь бы не торчать у плиты еще энное количество времени, да и в холодильнике не сказать что было достаточно еды. Накинув теплую куртку и замотав шарф, он вздохнул, положил во внутренний карман кошелек и ключи от квартиры и пошел скорее вниз пешком по лестнице. Так для него было быстрее, он все же был альфой, а физические способности и выносливость позволяли ему довольно быстро и ловко спускаться по лестнице, махом преодолевая несколько ступенек.       Густо лежал снежок на улице, тут и там лежали кучи сугробов, все это был снег убранный с дорожек для пешеходов. Он приоткрыл чуть глаза и уставился на чистое звёздное небо, полная луна светила достаточно ярко, чтобы освещать темные уголки улиц, куда не добрался свет фонарей. Видимо, наслаждаясь это лунной романтикой, тут и там гуляли влюбленные парочки, держась за руки и согреваясь друг другом. Чонгук тихо вздохнул, шмыгнул покрасневшим из-за мороза носом и пошел скорее в сторону одной из забегаловок, дешевенькой, но все же сытной и достаточно пустой. Он нашел себе удобный столик на диванчике и скорее устроился, сняв шарф и расстегнув куртку, потянулся к меню и чуть нахмурился, пытаясь определиться. Все казалось слишком вкусным, но постоянно один или два ингредиента в блюде не устраивали его, из-за чего он продолжил листать и вчитываться. Не то, чтобы Чон был очень брезгливым, но у каждого есть то, что он на дух не может переносить в любой виде, к большому сожалению, многое из этого являлось чуть ли не главным ингредиентом в блюдах. В итоге он остановился на горячей чашечке латте и пасте, простенько, но все же сытно. Подозвав официанта и озвучив свой заказ, Чонгук снова вздохнул и прикрыл глаза, расслабившись на удобном диванчике, он уставился в окно.       Мелькали люди, кто-то о чем-то беседовал, кто-то стоял на месте в ожидании, кто-то устало выдыхал, присаживаясь на лавочки, а кто-то бегал между работающими бутиками, пытаясь ухватить товар на скидках. Молодой человек слабо улыбнулся, в груди кольнула белая зависть, он тоже бы хотел проводить так время и наслаждаться жизнью, но тут же отгонял от себя подобные мысли, все же это было работа его мечты еще с детства. Отец всегда поддерживал его начинания и когда Чонгук, будучи ребенком, сказал что хочет быть пилотом, его поддержали и помогли осуществить мечту, поэтому он успешно поступил в академию, сумел закончить её с красным дипломом и вот уже прекрасно себя ощущал за «штурвалом» летающего корабля. Улыбка на его лице стала чуть шире от приятных и теплых воспоминаний о семье, которая сейчас проживала в Пусане, пока он обустроился в Сеуле, поближе к своей работе. Но тут его мысли прервались, когда приятный и знакомый запах ударил в нос, и нет, это был совсем не латте и паста, которые он заказал несколькими минутами ранее.       Чонгук, чуть напрягаясь и широко распахнув глаза, медленно повернулся на знакомый аромат и замер, заметив молодого человека, держащего за руку ребенка. Это без сомнения был он, тот самый омега с развлекательного шоу, бегающего с графином полным воды. Чон чуть сжал пальцы на руках и напряг скулы, откровенно засмотревшись на молодого человека с маленьким ребенком. Мальчик, которому на вид было 2-3, укутанный и тепло одетый, держал за руку молодого человека, чуть задрав голову и с интересом слушая разговор. Он мало что понимал, но огонек любопытства в больших карих глазах был очаровательным, ко всему, мальчик стоял даже совсем спокойно, лишь иногда качая руку взрослого омеги, который о чем-то говорил с официанткой у стойки. Она так же что-то отвечала ему, а затем указала рукой на какой-то столик и тот, поблагодарив её, сел за него вместе с ребенком. Его взгляд был спокойным, он слегка улыбался, смотря на свое чадо, слушая детский лепет и попытки рассказать историю — еще не связанно, ведь словарный запас был невелик, но так эмоционально и увлекательно. Чонгук же продолжал смотреть на них, ощущая сильный жар в груди и поджал губы, он вроде был счастлив увидеть его вновь, но ощущение что тот занят заставило испытывать дичайшую боль. Он отвернулся, поджал губы и вжался спиной в диванчик, терпеливо ожидая заказ, пытаясь не смотреть на этих двоих, что сидели не так далеко от него. — А когда придет дядя? — услышал четкий вопрос Чонгук, что заставило его вновь прислушаться и обратить внимание на омегу. — Совсем скоро, — улыбнулся Ким, поправив одежду ребенка и лучше усадил его на детский стульчик, сам поглядывая в меню. — Он давно хотел с тобой увидеться и наконец у него появилась свободная минутка.       Чон сам того не осознавая скрипнул зубами и шикнул, снова отвернулся и уставился в окно. Вновь начал падать снег, постепенно белых хлопьев становилось все больше и вскоре началась настоящая пурга, из-за который Хёнсо издал полный восхищения звук и начал указывать ручкой на окно. Омега продолжал улыбаться, на удивление ребенок вел себя достаточно тихо, но из-за близости к Чонгуку, он все равно все слышал. Но затем он вновь начал слышать голос Кима, а затем и другого человека, который подсел к ним и они начали беседовать о чем-то своем, но уже как-то совсем тихо. Как бы не старался Чон навострить свои уши и прислушиваться, их речь все равно была не разборчивой, а еда, которая наконец была готова, снова заставила его отвлечься, ведь желудок издал недовольное голодное урчание. Гук прекрасно понимал, что он ревнует человека, который даже не знает его лично, с которым они не имеют никак отношений, но это ядовитое ощущение и кипящая злость пересиливала сознание. Он надул щеки, как только доел и выпил латте, поднялся с места и широкими быстрыми шагами направился к официантке, заплатив за свой заказ и заодно, шепнул что-то и передал ей в руки. Девушка молча кивнула, получила ко всему еще и щедрые чаевые, она покраснела и закусив губу, направилась к столику, за которым мирно сидели и беседовали два Кима, а маленький ребенок увлечено пробовал новое блюдо. — Простите, молодой человек просил вам передать, — сказала та и передала аккуратный клочок бумаги в руки омеге, поклонившись. — Ваш заказ скоро будет готов. — Что за человек? — спросил лишь Тэхён и поджал губы, смотря на бумагу, но не решаясь её прочитать. — Простите, но я не знаю, — ответила девушка и выпрямилась, а получив в ответ молчание, она так же быстро удалилась, продолжая обслуживать другие столики. — Завел себе уже поклонников? — улыбнулся Сокджин, смотря на своего племянника и помогая ему справится со столовыми приборами. — Не хочешь рискнуть? — Не хочу, — сказал, как отрезал, Ким и сжал клочок бумаги, но положил его в карман, надеясь после выкинуть. Чего, он конечно же, не сделал, благополучно забыв о бумажке с чужим номером телефона и небольшим сообщением на обратной стороне, которое он так же не заметил.