Банально...

Тёмное утро. Метель прошла, но оставила сугробы по щиколотку. Белый снежок будто развеивал тьму, создавал ощущение светла. На окнах красовались рисунки старика Мороза: еловые веточки, зверюшки, волны. Краткий проснулся первым и осторожно слез с кровати. Он подошёл к окну, осматривая работу, что сотворила метель. Снег отражал свет фонаря, висящего около двери хоста. Ножик проснулся следом за ним и осторожно подошёл сзади малинового и обнял его со спины. От неожиданного жеста Й слегка смутился и дёрнулся, но опомнившись обнял одной рукой Кнайфа в ответ. Обджект выглянул в окно и вновь в нём заиграло ребячество. Парень взглянул на малинового взглядом аля «можно?», одиннадцатый кивнул, и ножик убежал. Через пару минут Краткий уже наблюдал его в окне. Инвалид ступил в снег, приятный для слуха хруст раздался под ногой, он чем-то напоминал хруст шоколадных вафель. Кнайф сделал ещё один шаг, хруст повторился. Ножик наклонился и взял в руки небольшой ком. Из-за тепла рук парня снег слегка подтаял и смялся в снежок, всё с тем же, но уже более приглушённым хрустом. Паренёк опустил его на снег и тот нацепил на себя другие хлопья снега. Кухонный покатил снежный шар по белой простыне и шарик увеличился. Краткий вышел к нему через 15 минут и возле его дома уже красовался снеговик, ростом с Кнайфа. Й оглянулся в поисках обджекта, но заметил лишь следы, только вот они шли… в обход? Краткий взмахнул палочкой и до поселения, да и к каждому дому прокопалась тропинка, а следы обхода Кнайфа замело. Хост спустился к поселению, но и там инвалида он не нашёл, только его шапку на снегу. Тут сердце буквенного ёкнуло и он растерянным взглядом стал искать следы, и… он их нашёл, точнее пару следов. Мужчину напугал резкий его оклик. — Хэй, Краткий, ты не видел Кнайфа? — это был Курик, он также стоял в шапке, куртке и меховых сапогах. — Нет… но я подозреваю где он… — агрессивно заявил Й и пошёл по следам, снег под его ногами сам расчищался. — Да почему все не договаривают?! — возмутился Куросан быстрым шагом следуя за Кратким. Следы вели в лес. Лучшая буква русского алфавита сжимал в руках шапку так, что снег, прилипнувший к ней растаял, а вода от него высохла. Он на 100 процентов был уверен, что вторые следы — Сушика, а это могла значить лишь то, что ЕГО Кнайф в опасности. Да, он мог воскресить его, но всё-таки мысль о том, что ЕГО обджекту навредит какой-то мудозвон его просто разрывала от злости. Он уже и не отгонял, не отворачивался от понятия того, что Кнайф для него нечто большее, чем просто испытуемый и даже больше, чем друг. Его переполняли чувства злости и страха. Вот он уже дошёл до центра леса, как услышал угрозы и приглушённый кашель. — Что такое?! Этот малиновый хер тебе уже не поможет, да?! Сучёнок! — руки обджекта сдавливали глотку парня так, что тому было больно, но сознание потерять он не мог. — Ты — жалкая блядь, которая должна держать язык за зубами! — Да ты что? — раздался мужской, суровый и разозлённый голос хоста со спины Сушика. — И это говорит тот, кто поднимает руку на того, кто слабее его в 10 раз, а? — Суш почувствовал, что его плеча коснулась рука и уже через секунду на земле лежала обычная сушина. — Исключён. — сказал Краткий, наступив на объект и подошёл к ножику. — Живой? — В-вроде… — сероволосый обнял мужчину за шею, уткнувшись носом ему в плечо, Й поднял того на руки. — М? Куро?! Всё это время Куросан стоял неподалёку, наблюдая за происходящим. В голове всё не могло уложиться. Какой-то новенький, Краткий хорошо относится к Кнайфу, беспокоится за него… Но почему? Что случилось за то время, пока его не было. — Я… Я никому не скажу! Честно! — забоялся за свою жизнь Курик, заметив на себе злой взгляд малинового. — Допустим. А сейчас вали к себе. — Краткий взмахнул палочкой и он и Кнайф очутились дома у хоста. — Этот хуесос тебе ничего не сломал? — Краткий посадил парня на стул на кухне, а сам пошёл за аптечкой. — Н-нет… — нож опустил голову, глотка болела, из носа текла кровь, губа разбита. — Нос тоже считается. — Краткий сел рядом с инвалидом, начав обрабатывать раны. — Приложи к синяку. — мужчина дал обджекту пакет льда. Кнайф послушно делал всё, что говорил ему хост. Как только всё было закончено, малиновый взял паренька на руки и отнёс в гостиную, к окну на кресло, дал ему горячего шоколада. Щелчок и Кнайф уже сидел в теплом синем свитере и таких же тёплых чёрных штанах. — Сиди и отдыхай, я в своём кабинете если что. — Краткий мягко поцеловал парня в губы и ушёл. — Угу. — слабо покраснев улыбнулся обджект, ему было по-настоящему хорошо и приятно, да и Краткий уже не казался злым и ненавистным, скорее милым и желанным.

* * * * *

День прошёл спокойно, ближе к вечеру Кнайф объяснил происходящее Куросану (Да, он вышел, так как восстановительная магия хоста починила ноги). Й объявил, что исключения не будет и до 15 декабря у обджектов отпуск и они могут просто отдыхать. Пропажу Сушика мужчина объяснил прямо — исключил за нарушение правил (Й говорил, что ссоры в команде запрещены). Отношения обджектов и Кнайфа наладились, всё вернулось на круги своя. На поляне появились снежные крепости, башни, снеговики, горки. Краткий наблюдал за ними из окна. Это выглядело будто воспитатель следил за детьми из детского сада. Ночью Кнайф вновь спал с Кратким, это стало более привычно и приятно, только вот обджект засыпал в основном на диване, а на кровать его уже переносил сам хост. От мужчины веяло теплом, защитой, и добротой. Всё стало совершенно иначе. Хост стал более спокойно относиться к обджектам. Ёшка вернулся из своего отпуска 1 декабря. Да, он узнал об отношениях своего "начальника" с обджектом, но пообещал молчать, так же как и Куро. Пока что Краткий и Кнайф согласились с тем, что остальные к этому не готовы и будет лучше оставить их в неведении. Кнайф узнал прекрасную новость, что Краткий не собирался после окончания испытаний оставлять исключённых предметами, а думал вернуть их к жизни, да, снова обещание, что об этом кроме Кнайфа и Краткого никто знать не будет.