Long gone pages of my reality

Утро выдалось тяжелым. Риндо проснулся первым от чувства, что абсолютно отлежал левую руку. Судя по темноте, времени было не больше пяти утра. Сумрак заполнял просторную комнату, пропуская лишь слабую синеватую полосу света у окна. Сосредоточившись на тишине, сонный блондин услышал мелкую дробь капель по подоконнику. Шел дождь. Ран еще безмятежно спал, прижимая младшего к своей груди. В этом и заключалась причина дискомфорта. В попытке тихо выбраться из-под чужой руки, Риндо перевернулся на спину, вытягивая затекшие конечности. Младший ещё вчера колебался в мыслях, идти ему сегодня на учебу или нет – всё-таки пятница, и оставался лишь один последний день. Голова немного болела после вчерашних посиделок, а в горле неприятно саднило. "Могу же я хотя бы денёк пропустить?" – прокручивая эту мысль в голове, Хайтани лёг обратно. Его взгляд упал на брата. Черно-желтые пряди рассыпались по всей подушке, некоторые из них небрежно закрывали лицо. "И как так спать можно." – задаваясь закономерным вопросом, блондин аккуратно отодвинул мешающие пряди с лица. "Какой же он всё-таки красивый..." – теперь Риндо почувствовал себя окончательным идиотом. "Бесишь". – брови свелись к переносице. "Бесишь так, что не знаю, что с собой делать". Сколько бы младший не пытался доказывать брату и самому себе, что он уже не маленький для такой заботы и попечения, на самом деле, ему всегда льстило внимание. Он всегда слышал, как другие ровесники жаловались на своих старших или младших братьев: обычно речь шла о ревности или зависти, ведь одному обязательно уделялось меньше времени и сил, чем другому. Риндо никогда этого не понимал, поскольку всё его детство прошло с Раном в полном согласии. Им никогда не приходилось ничего делить. Более того, старший сам старался всякие ништяки всегда отдавать брату. Он влился в этот поток всеобщей заботы о Риндо, что исходил как от родителей, так и от прислуги в поместье. И оставался в нём по сей день. Рин редко об этом задумывался, поскольку уже давно воспринимал как должное. Но, если в минуты рефлексии такие мысли всё-таки посещали его, на душе становилось как-то мерзко, и парень всячески пытался абстрагироваться от них. Блондин тихо приобнял старшего и ненавязчиво притянул к себе. Нос зарылся в тёмные душистые волосы, а руки замешкались в попытках поудобнее обнять. — Ринни, это так мило – Ран улыбнулся, не открывая глаз – он уже давно заметил эти неловкие попытки брата в объятия. "Черт…" – Выглядел он сейчас, наверное, безмерно глупо. Мысли всё ещё находились где-то не здесь, а щёки предательски зарумянились. Парень вовремя спохватился и попытался прервать такую близость. – Ой, да не обольщайся. Случайно с одеялом тебя перепутал, вы одинаково мягкохарактерные. —Ха-ха. Очень смешно. – брюнет притянул младшего к себе, не давая увернуться. — Ну почему ты такой? – сквозь утренний сумрак уже можно было отчетливо видеть лица друг друга. — Какой я? – оставляя попытки выбраться из плена одеяла и чужих рук, Риндо недовольно глянул. — Неженка? – старший усмехнулся. — Тц. Сам ты неженка. – бросил блондин и развернулся.

***

Сегодня днём намечался какой-то движ группировки в Йокохаме, так что они с Раном должны были ехать туда вместе, после окончания пар. Вчера Рину удалось подслушать беседу Изаны и Какучо, так что он знал, что, видимо, это снова было из-за Норико. Может, всё это и было важно для их сборища псевдо-гопников, но Хайтани, который вместе с братом состоял в нём только условно, мягко говоря, плевать хотел на такие формальности. Решив всё-таки сходить в универ, Риндо прибыл туда только ко второй паре. В здании было как никогда холодно. Светловолосый подходил к своему кабинету, но, чтобы зайти, пришлось пробраться через толпу одногруппников в холле. В аудитории, среди презренных лиц немногочисленных присутствующих, Хайтани быстро вычислил Санзу, сидящего на последних партах. На столе стояли банки с энергетиками, которые тот, видимо, сосал уже с самого утра, чтобы реабилитироваться. Две девчонки спереди начали о чём-то шептаться, то и дело оглядываясь на Харучиё, прилипшего лицом к холодной парте. Риндо становится противно. С первых дней блондин понял, что розоволосый будет иметь не лучшую репутацию, как в их группе, так и во всём универе, поэтому нарочно стал с ним дружить. Ему было плевать, что о нём подумают. Напротив, Риндо с интересом наблюдал, как одногруппники первое время обсуждали их, удивляясь, почему люди из таких разных каст вообще сошлись. Риндо садится рядом, своим рюкзаком бесцеремонно спихивая банки к их хозяину. Так и хочется пойти и выкинуть эту дрянь в окно, но светловолосый сдерживает порыв. — Может ты хоть "доброе утро" скажешь? – Хайтани смотрел сердито. — Утра. – вяло отвечает Харучиё. — Выглядишь, будто тебя трамвай переехал. – Замечает блондин, пытаясь наладить хоть какой-то контакт. — Мгм. – .... — Класс. – понятно, диалога с ним не выйдет. Не демонстрируя особого желания знать, что там случилось у друга, Риндо достает тетрадь. Первые две пары прошли примерно в такой же угнетающей атмосфере, но на перемене светловолосый вытащил Харучиё в магазин. Купив ещё пару энергетиков, они вышли на улицу и побрели назад к универу. Санзу, слегка оживившись, сразу побежал курить. Его поведение убивало в Риндо любые намёки на здравый смысл. Дождь весь день неприятно моросил, создавая ощущение, будто грядет какая-то мировая катастрофа. Стоя с розовым у одного из корпусов, блондин заметил знакомый силуэт, идущий от отделения архитектуры. Этот стиль одежды было сложно спутать с каким-либо другим. Мешковатый верх в сочетании с вырвиглазными белыми штанами в черную полоску. Смотрелось странно, но что-то в этом было. "Боже... Только не сейчас…" – парень быстро заметил знакомых и как бы абсолютно случайно направился в их сторону. — Тебе бы маску носить, Хару. Перегар за версту слышится. – длинноволосый блондин подошёл к Санзу со спины непозволительно близко и со скрежетом выпалил эту фразу ему на ухо. Харучиё нервно дёрнулся. Он сжал сигарету в руке и чуть прикрыл ладонью рот, принюхался. — Что спизданул? – он отошёл от незваного гостя, пятясь к Риндо. — Привет, Наоки. – Хайтани, пытаясь сохранять спокойствие, выдыхает. Лично он ничего не имел против компании члена своего отряда. Но с Санзу у того отношения были своеобразные. Снисходительно улыбнувшись, юноша закидывает ногу на ногу и садится на боковой выступ ступенек. — Здравствуй. – он достал пачку сигарет, присоединяясь к их занятию. Харучиё лишь молча закатил глаза, не довольствуясь присутствием непрошенного собеседника. — Зажигалочка будет? – Наоки игриво склонил голову в бок, глядя в лицо Санзу и улыбаясь. Оскал был притворным, и эта фальш ощущалась. Розоволосый молча дал маленькую квадратную зажигалку синеватого цвета, при этом ни на секунду не прекращая крутить свой сломанный бычок в пальцах. — Как дела твои? – Блондин закурил и отдал предмет обратно, выдыхая дым прямо в сторону парней. Вопрос предназначался только Риндо, что ещё сильнее заставило Санзу напрячься, он чувствовал себя некомфортно. — Да ничего особого вроде. – Рин облокотился на перила, наблюдая за Наоки. Он единственный сейчас не курил, от чего закрадывалась лёгкая неуверенность. Но это лишь в голове. Светловолосый не испытывал к Судзуки неприязни. С ним Хайтани чувствовал себя не хуже чем с Санзу, ведь вместе они проводили немало времени в Поднебесье. Но сейчас между двумя ревнующими тебя друг к другу товарищами находиться было неприятно. Санзу обязательно выскажет ему негодование, как только они отойдут от курилки, а выслушивать всё это Хайтани совсем не хотелось. С Наоки в этом плане было куда проще. Возможно из-за его чрезмерной самоуверенности? Парень демонстративно не придавал Харучиё никакого значения, заставляя и так нездорового парня буквально пылать от раздражения каждый раз. Риндо счёл бы Наоки токсичным и даже мерзким человеком, не будь таким же сам. Помимо общих интересов, Наоки имел неплохие физические данные и иногда таскался вместе с Риндо на его секции по атлетике. Так они и сошлись. Светловолосый подметил, что его действительно нервирует то, как ведёт себя сегодня Санзу. Обычно от этого придурка наоборот плескал непрерывный энтузиазм и энергия. А сейчас он был не примечательней окружающей их пасмурной, унылой погоды. — Сможешь прикрыть меня сегодня? – Харучиё поднимает взгляд на Риндо и окончательно выбрасывает свой окурок на пол. — Зачем? Ты уходишь? – Риндо смотрел с заинтересованностью. — Да, я не очень себя чувствую. Пропущу оставшиеся пары. "Всё-таки решил слиться. Думал, он дольше продержится." – пронеслось в голове Хайтани. На несколько секунд Санзу заметно напрягся. От пристального взгляда Наоки. — На сходку ты ведь придёшь? – интересуется блондин. Сведя брови к переносице, он косится на Судзуки. Есть ли смысл что-то говорить? Нет. Тот прекрасно видит, что розоволосый и так поник, но продолжает сверлить его взглядом с гаденькой улыбкой. — Не знаю, будет видно ближе к вечеру. Пока. – Санзу разворачивается и, не дождавшись ответа, уходит. — И чего ты добился? – Рин разворачивается, прожигая взглядом второкурсника. — А чего сразу я? Я его и пальцем не тронул. – Глупо улыбается блондин, в душе, наверное, даже гордясь собой. — Че он такой вялый был? Дурь дома закончилась? — Заткнись, – Риндо берет с пола свой рюкзак, так как до звонка остаётся всего пару минут. — Ты знаком с Норико..? – Парень немного мешкается. Невольно всплывают воспоминания со вчерашнего вечера. Вероятно, всё из-за этих идиотских загонов. — Да. – Судзуки затянулся сигаретой.

***

— Я дома! – крикнул Риндо, скидывая ботинки. — Ты будешь…? — Да. – не дав старшему договорить, Рин перебил его – к чему эти формальности? Сняв куртку, блондин швырнул за день уже надоевший рюкзак на диван и пошёл в уборную. — Я чувствую себя матерью, Риндо. – Ран сидел у телевизора, который вовсе не смотрел, глаза были устремлены в ленту твиттера на экране телефона. — Почему? – светловолосый вошёл в прихожую, вытирая руки полотенцем. — Сижу весь день дома, выпроваживаю тебя на учебу, встречаю обратно, готовлю есть. – Старший начал перечислять, загибая по пальцу. — Ран, ты всего лишь пять дней на больничном, а уже с ума сходишь. Снисходительно улыбнувшись, Ран прошёл на кухню и поставил обед младшего подогреваться в микроволновку. — На следующей неделе день рождения Шиона. Он собирается отмечать его в каком-то загородном доме в Ота. — Да, знаю. Санзу уже раз 30 напомнил мне о нём. – Рин отодвинул стул и сел за стол. — Санзу... Хах. – раздался щелчок. — Там будет дохуя веществ, знаешь ли. – Ран достал порцию удона из микроволновки. — Знаю, ты это не любишь, поэтому, если хочешь, можем не идти. Тарелка со скрежетом подвинулась к Риндо. — А ты то почему не пойдешь? – младший перевёл на брюнета взгляд, только сейчас замечая, что его волосы были собраны в свободный низкий хвост. Он был одет в белые треники и светло-розовый свитшот, который Риндо когда-то подарил ему по приколу. — А ты и правда как мамка. — Ну спасибо. – длинноволосый саркастично улыбнулся. — Я не пойду, потому что ты же со скуки без меня тут умрёшь) Будешь потом обижаться ещё… — Да ну конечно. Думаешь, твоя компания спасёт меня? - Рин откинулся на стуле. — Ешь давай. – Ран поставил себе вторую тарелку, садясь рядом с братом. — На самом деле, я бы пошёл. – Риндо начал перебирать вилкой в тарелке. — Вот как. Хорошо тогда) – старший обрадовался такому заявлению, так как и сам был не против пойти. — А на наш день рождения мы что-то устроим? — Если хочешь. — А ты? — Я не против. Главное, чтобы это не закончилось как в тот раз с Ханмой-сан. – Ран нервно ухмыльнулся. — Лучше не напоминай. Оставшиеся свободные пару часов парни провели за просмотром каких-то роликов, и Рану даже удалось вытащить Риндо пройтись по магазинам. Время близилось к поездке в Йокохаму. Младший слабо представлял, что за собой понесёт эта встреча. Такие сходки были не впервые, но сейчас Рину просто не хотелось никого видеть, в особенности членов группировки – он бы лучше остался дома. — Что мне надеть? – Риндо перевёл взгляд на брата, который искал вещи в шкафу. Больше всего не хотелось натягивать униформу, но, судя по всему, приоритет сегодня отдавался именно ей. Ран взял одну из форм, кинув её к Риндо. Светловолосый поморщился. — Ну не смотри ты так. – Ран сочувственно вздохнул. — Я бы сам с радостью пошёл в чём-то попроще, но это расценят как дерзость) – Хайтани накинул черный плащ с красивой чёрно-белой эмблемой группы. — В любом случае, эта проблема не так страшна. Мы не задержимся там надолго. Риндо лениво поднимается с подушки, оставаясь сидеть на кровати. — Почему? — У меня есть другие планы) – умиротворённо проговаривает Ран. Почти мурлычет, с лёгкой улыбкой глядя на Риндо через большое зеркало перед собой. — Интересно, какие..? – блондин прищуривается. Он знает этот тон. Брат определённо что-то задумал, но вот что? Это вряд ли удастся так просто узнать. — Заплети? – старший плюхается на матрац рядом с Риндо, привычно поворачиваясь спиной. Блондин послушно подсаживается ближе, касаясь тонкими пальцами разноцветной шевелюры. — Ну так?.. – юноша разделяет волосы на две части и аккуратно начинает переплетать прядь за прядью. — Всё узнаешь потом) – протягивает брюнет, как всегда слегка улыбаясь. — Какой же ты противный. – Руки неспешно заплетают локоны, и Риндо чувствует от этого особое наслаждение. Несмотря ни на что, он обожал волосы брата и открыто протестовал, когда тот пытался что-либо с ними делать. Каким только скандалом обошлось добавление новых темных тонов. Изначально косы заплетались больше для сохранности волос во всяких потасовках, нежели красоты. Только потом стали привычной прической, которую младший заплетал брату чуть ли не каждый день. Нужно это было или нет. Ему просто нравилось. Со слегка приятной досадой Риндо заканчивает заплетать. — Готово – парень гордо осмотрел свою работу. — Спасибо ♡~ – Старший чуть отклонился назад, прижимаясь к Риндо спиной. — Да не за что. – отмахнувшись, Рин попытался легонько оттолкнуть его обратно. — Встань с меня, пидорас, ты тяжёлый. — Что-то сказал?) – Ран наваливается всем весом, и Риндо едва успевает упереться рукой в кровать, чтобы не упасть. — Ран, да блять! – удерживаясь, блондин пытается увельнуть от чужой руки, но она уже напористо притянула его за затылок. — Помогите! – раздается лишь жалобный скулеж, и старший целует Риндо в щеку. Добившись желанного, он отпускает младшего. — Вот уеба. – Хайтани отпихивает старшего, награждая того сердитым взглядом за такое наглое вторжение в личные границы. Ран поднялся. — Идём уже. – Он обернулся, замечая как раскраснелся брат. Старший хихикнул, прикрывая ладонью рот. — Смешно тебе, да? – снова этот взгляд, снова нахмуренные брови. Длинноволосый умиляется.

***

На их улице ни души. Хайтани вышли немного пораньше, чем надо было. Риндо облокотился о стену гаража, прилегающего к их дому, смиренно ожидая, пока Ран довозится с байком. Старший не особо любил этот вид транспорта из-за некоторых событий, но именно он являлся традицией в Поднебесье. По-другому было сложно. Риндо же, напротив, обожал гонять по ночным трассам с целью и без. Вот только однажды на бешеной скорости он слетел на асфальт, не справившись с управлением. Парень отделался лишь ушибами, но байку досталось куда больше. Сейчас он, передавленный тогда грузовиком, уже как месяц томился где-то в ремонте. А может это старший не спешил его забирать. В ту ночь Ран словил 10 инфарктов, пока пытался понять, не переломал ли Риндо себе все кости от такого жёсткого падения. А младший просто ржал, валяясь на асфальте и искренне охуевая от собственного везения. Старший запрещал ему теперь даже приближаться к своему байку, уже не говоря о том, чтобы когда-то рулить. Это было своеобразным наказанием. Да и Риндо даже прав не имел… Младшего огорчал такой расклад, но все его возмущения всегда рубились на корню. Добрались они достаточно быстро. Большая часть участников уже была собрана. Весь этот движ происходил на портовой площади, так что вокруг был не слабый шум. Идти пришлось под понурые и колкие взгляды участников. Хотя, может, такими они казались только Риндо. Голоса кругом что-то активно обсуждали и ржали меж своих отрядов. Звуки работающих вдалеке кранов и рёв множества моторов. С ума сойти. Давно Хайтани не выбирался на сходки. Последняя стычка была около месяца назад и тогда блондину не казалось всё таким раздражающим. Уже хотелось вернуться домой, ничего не начиная. Пусть даже со всеми домоганиями брата. Казалось, где угодно сейчас будет лучше чем здесь.