Что если бы...

Приятный прохладный ветерок обволакивал каждого в этой компании. Он заставлял щёки краснеть, а глаза щуриться. Всё вокруг застилало белым снегом с лёгким отливом серебра. Ёлки и ели походили скорее на сугробы, растущие прямо из стволов деревьев. Это было невероятно красиво и маняще. Каждый сугроб походил на большую, мягкую подушку наполненную самым лёгким пухом в мире. У всех было ощущение, что они сейчас находятся не в Малфой-меноре, а где-то в чарующей сказке. — Ну что, малышня, вы сами заберётесь на горку или вам помочь? Она очень скользкая. — говорит Смерть, смотря на, можно сказать, огромную ледяную горку. Она была прозрачной и словно полированной везде. Её ступеньки блестели в лучах солнца, точно также, как и склон, по которому надо кататься, а самое интересное в том, что горка была на ровной, круглой поляне, без сугробов, и окружена непроходимой чащей из деревьев. Казалось, что оттуда из темноты на тебя смотрели неведомые, дикие, но всё же безобидные звери. — Я хочу сначала сам попытаться забраться. — говорит Гарри и аккуратно делает шаг на первую ступеньку, потом на вторую, третью, четвёртную… пятнадцатую… и, наконец, двадцать первую, оказываясь наверху. — Я смог! Я смог! — радуется Гарри и тут же скатывается с горки на невероятной скорости. У него ощущение, что сердце пропускает несколько ударов и, начиная снова биться, хочет выпрыгнуть из груди от столь захватывающей поездки. Ему кажется, что время на мгновение замерло, когда он понимает, что катится прямо в лес, но вот он останавливается прямо у окраины поляны. — Уху! — восторженно кричит Гарри, начиная бежать обратно к тёте и друзьям. — Вижу, тебе понравилось. — говорит Смерть и смотрит на то, как Гарри, словно смешной пёсик из едящей машины, кивает. — Очень рад. Кто следующий? — следующим на горку бежит Тео, желая прокатиться так же как Гарри, с такой же искромётной скоростью и воплями. Ему хочется почувствовать адреналин в крови. — Потом я. — сразу бронирует себе место Драко. — Значит после тебя я. — говорит Блейз. — Чур я… — говорят одновременно Цисс и Петунья. — Предлагаю решить на камень, ножницы, бумагу. — говорит Петунья. — На счёт три. — соглашается Цисс. — Раз. — Два. — Три. — Петунья показала ножницы, а Цисса бумагу. Петунья, будто большой ребёнок, идёт гордая к горке и ждёт, пока скатится Блейз, а как только он скатывается, она сама забирается на горку и летит с неё по идеально ровному льду. Эти катания погружают её в детство, когда они с Лили на перегонки бежали наверх, чтобы быстрее прокатиться, они никогда на прогулке не могли делать что-то по очереди и даже с этим никогда не ссорились между собой. — Лили, давай быстрее, а то я снова буду первой! — кричала маленькая Петунья, скользя по льду впереди сестры. Каждый раз после прогулки они бежали к двери дома на перегонки. Родители, конечно, делали им шуточные замечания, но у самих улыбка от такой картины не сходила с лица. — Так не честно! — кричала ей в догонку рыжая сестричка, изо всех сил стараясь как можно быстрее оказаться хотя бы рядом с Петуньей, а ещё лучше впереди и победить. Петунья добегает первой и касается белоснежной двери ладонью. — Я победила! Победила! — кричала она от радости и даже подпрыгивала на месте, да так, что случайно поскользнулась. Лили тут же оказалась около сестры и подала ей руку помощи. С ракурса упавшей Петуньи было похоже, что рыжие волосы Лили будто стали огненными. Петунья подала руку сестре и с помощью неё поднялась. Петунья остановилась буквально на самом краю, перед тёмным лесом. За ней сразу покатилась Цисс. В её кровь тут же выплеснулся адреналин. Это было из-за скорости и возможности того, что она и правда прокатится дальше остальных. В лес. Пусть она и была в нём не один раз, но сейчас он выглядит действительно очень жутко и отталкивающе. За всем этим со стороны смотрел Смерть и даже иногда посмеивался, когда кто-то да не справлялся со льдом на лестнице и катился с неё обратно вниз, пересчитывая ступеньки локтями. Но вот все накатались. Петунья и Цисси сидели на наколдованной лавочке, а дети вместе со Смертью катили один большой снежный шар для первого яруса снеговика. Они хотят сделать максимально большого снеговика, которого они вообще смогут сделать. Вот первый шар готов. Он оказался Смерти по грудь, а детям вообще никак не оказался, потому что был выше них. Второй шар катили теперь ещё и с помощью девушек. Третий тоже все вместе катили. Отойдя от снеговика можно было понять, что он стал выше всех здесь присутствующих людей. Смерть подхватил на одну руку Тео, на вторую Драко и на шею усадил Гарри, а Блейз на это даже не обиделся, взял у Смерти чёрные камушки и начал делать красивые узоры на первом шаре, Тео делал на втором, а Драко с Гарри устанавливали руки-палки, заматывали его в чёрно-серый шарф и по итогу поставили ему на голову цилиндр. Сделать лицо снеговика доверили Цисс и Петунье. — Вот так хорошо. — говорит Цисси, отходя от снеговика вместе с Петуньей. К моменту, когда всё было закончено, Северус и Люциус уже завершили свои дела и теперь планировали немного напугать своих близких, подкрадываясь к ним. — Тихо, ты нас выдашь! — С детским азартом прошептал Люци, прячась за снеговика и пытаясь не дышать, наблюдая за веселящейся компанией. — Ты идиот. — Словно вынося приговор сказал Снейп, тем не менее заходя за снеговика и становясь рядом с другом. — Тебя Цисси закопает и не почешется! — Выживем. В крайнем случае из ума. — Бодро сказал Люциус, набирая побольше снега в руки и скатывая его в огромный шар. — Я бью в Петунию, а ты в кого? — Хм… Пожалуй в Цисси, а потом скажу что это был ты. — Коварно улыбнулся Снейп, тоже начиная запасаться снежками. — Я во всех сразу. — Снейп и Люциус подпрыгнули. Смерть ухмыльнулся, оглядывая испуганных друзей и тихо смеясь. — Тише-тише, я же не настолько страшный. — Смерть на секунду потупился, а потом выдал. — Кажется, что не настолько… — Бу! — все прятавшиеся за снеговиком подпрыгнули. Оказалось Гарри услышал, что тут кто-то говорил и, решив узнать кто это, подкрался с другой стороны снеговика, а после увиденного и услышанного решил всех тут напугать. Потом, конечно, они все ещё и в снежки поиграли, что по итогу вылилось в обстрел Люциуса со всех орудий. Однако веселья это не отменяло. — Идёмте домой. — предлагает Цисс, окончательно замёрзнув. — Идём. — соглашаются все, а быстрее всех в дом вбегают, конечно, дети. Как оказалось, пока гуляли, солнце начало клонится к закату, и они пропустили обед. Это не критично, ведь всего через тридцать минут ужин, но немного досадно, что режим питания сбился. Каждый уже переоделся в домашнюю, сухую и такую тёплую одежду, заместо промокших насквозь верхних вещей. — Надо бы повторить. — говорит Драко за ужином. — Определённо. — соглашаются остальные дети, а взрослые посмеиваются. Ну как с этого не смеяться? Как не смеяться, когда дети-аристократы с полным ртом еды стараются чётко разговаривать и доносить свою мысль правильно, при этом ребятня ещё иногда и смеётся, в следствии чего чай от смеха мог пойти через нос. Ужин прошёл в тёплой домашней обстановке вместе со смехом, радостью и той самой атмосферой настоящей семьи, которой до этого могли вероятнее всего похвастаться только Блэки. После ужина к ним присоединилась Магия. — О чём говорим? Что по чём? — спрашивает она и хлопает в ладони. Дети сидят в гостиной на ковре и греются о камин. — Ни о чём, Магия. — Гарри ей улыбается. — Расскажите, как ваша прогулка прошла? Смерть не закопал вас «случайно» в снегу? — спрашивает она, усаживаясь к ребятам. — Случайно нет. — говорит Блейз. — А вот специально, да. Я весь до нитки промок. — Поддерживаю, он сделал это специально. — говорит Тео. — То есть только мне и Гарри не досталось? — Да! — говорят двое страдальцев одновременно. — Сейчас исправим. — над головами Драко и Гарри появилось по сугробу, и они тут же рухнули на них, а спустя ровно две секунды исчезли. С этой ситуации все посмеялись, а Магия, стоя на коленях перед ребятами, помогала им отряхнутся от снега за шиворотом, в волосах, под одеждой. Её достаточно было просто встряхнуть, даже не снимая одежду с детей. — Спасибо. — поблагодарили оба парня и обняли Магию. — Не за что, малышня. — она их потрепала по волосам. — Смерть. — обратился к нему Гарри. — Да, зайчонок? — Смерть подхватил Гарри на руки, уселся в кресло и приготовился слушать. Остальные дети сели в полукруг вокруг них. — А почему ты выбрал именно меня в крестики? — дети уже не раз над этим размышляли и строили десятки догадок, но узнать ответ из первых уст было куда интереснее. — Как бы тебе объяснить, не соврать и назвать все причины. — Смерть на секунду задумался. — Одной из них стало моё ощущение того, что ты можешь стать великим волшебником, и мне хотелось помогать тебе в этом, направлять и не давать в обиду. — Да-да, но это только одна из причин, Смерть, и хочу напомнить, что ты не из-за него одного это сделал. — Магия фыркнула. — Не зря же ты старался едва не всё предвидеть, хотя обычно этого не делаешь. — Вот, Гарри, это одна из причин, почему я не буду жениться или встречаться с девушкой. Они в большинстве своём выедают мозги маленькой чайной ложечкой. — как только Смерть договорил, начала говорить Магия. — Зато в парнях ты точно разбираешься. — посмеивалась она. — Не смешно, последние пять сотен лет у меня точно никого не было. — Всего пару лет, Смерть, всего пару лет и всё будет. — вздохнула Магия, явно жалея избранника своего друга, как же ему не повезло. — То есть всего пару лет? До чего пару лет? — спрашивает Петунья, пусть она не до конца понимала о чём эти двое говорили, ей не нравилось, то о чём они говорят. — Это долгая история. — вмешалась Цисси. — И очень неприятная. — на её лице буквально на секунду показалось отвращение. — Она права. — подтвердил Люциус. — Ладно, как скажите. Просто интересно знать, это хоть как-то плохой стороной касается Гарри? — Нет. — говорит Смерть, притягивая Гарри максимально близко к себе и обнимая. — Гарри я буду только защищать. — Защищать, ага! — Магия, видимо, желая разрядить обстановку, щёлкнула Смерть по кончику носа. — Да ты свою физиономию защитить не можешь! — Минуточку! — Смерть пересадил смеющегося Гарри на кресло, скрещивая руки на груди, и нарочито удивленно смотря на подругу. — Я, кажется, чего-то не понял! Кто разрешал вам, о непонятная девушка, которую я вижу в первый раз, трогать мой нос? — Ой, ну все, обиделся! — Магия обняла детей, прижимая всех к себе. — Зато у меня детей много, а ты — мать-одиночка! — Ну, отец на крайний случай… — Обиженно проговорил Смерть под дружный хохот ребятни и взрослых. — А хотя, чего дуться? Поберегись! — Он весело прыгнул на диван, обнимая всех сразу и щекоча Магию. — Всех придушу! Началась мягкая, веселая и шумная возня, которая продолжалась до самой ночи. За окном завывал снег, светила луна, а в доме было тепло и уютно, всё, решительно всё было наполнено тихой, счастливой радостью тихого зимнего вечера…