Свет! Камера! Мотор! Стоп ...!.

Съёмочная площадка была похожа на муравейник, режиссёр сидел на раскладном кресле и с помощью крепкого Верлинского мата пытался разъяснить свето-операторам, куда направлять прожектора. Рядом сидевший историк-консультант грыз ногти, ему крайне не нравился выбор актёра. «Вот так всегда, выбирают не таланты, а дворянских детей! В итоге хрен вам, а не схожесть и историческая правда!» - думал юный выпускник исторического. Около него расположился старик цензор, недовольно листавший сто раз перелопаченный сценарий. Всё шло своим чередом. Кинооператор пытался флиртовать с офицершей спецслужб, та отвечала ему холодной улыбкой, в которой читался длинный список сломанных судеб. Актёры же готовились к дублю: массовка зная норов режиссёра почти не двигалась, а вот действующие лица - главные герои фильма, - не стеснялись. Отрабатывая реплики, юный франт, игравший главную роль — сына императора, - облачённый в старинный мундир, филигранно сыпля пошлостями, умудрялся уворачиваться от зонтика, которым размахивая миловидная девушка в траурном мундире. Дислокация съёмочной группы тоже была необычной. Лагерь разбили на окраине леса, невдалеке от города. Выстроив небольшую декорацию обелиска с выгравированными именами, киношники молились, чтобы не пошёл дождь, который гипсокартон вряд ли пережил бы. Персонал стоял невдалеке, с восхищением глядя на происходящее: у простых работяг появлялось чувство причастности, к чему-то великому. - Сука уродливая! Ну ты можешь мне нормально свет организовать …?! - хрипел режиссёр и уже было сам хотел лезть к прожектору, как вдруг светооператор нашёл нужное положение. - Вот можешь же, когда просят! - похвалил режиссёр и как командир батареи прокричал: - Готовсь! По местам! Все тут же заносились, кинооператор вздохнув, приготовился крутить ручку, смотря в объектив, а не на красавицу из тайной полиции. Ассистентка, поправив милые кудряшки, приготовила деревянную дощечку с номером дубля. Исторический-консультант решил позлить именитого режиссёра: - Герр Шнобель, а может всё-таки дублёра? Он и то на Эриха Белого больше похож! - Я на императорскую премию не рассчитываю, а Питер узнаваемая фигура в дворянских кругах, - коротко, без мата, что было ему не свойственно, ответил Сириус фон Шнобель, именитый-режиссёр самодур. Историк обиженно прошептал под нос: - А кино смотреть будут не дворяне, а простые люди, которые этого Питера фон Меретихшнапса не знают! Цензор, многозначительно кашлянув, посмотрел на офицершу, та лишь пожала тонкими плечиками. Режиссёр же, отпив из стакана чай, поднёс к губам трубу заорал: - Свет! Камера! Мотор! Эй там, давайте дубль! Тут уж все застыли, звуковики приготовили палки с микрофонами, кинооператор снял крышку с объектива, ассистентка мелькнула дощечкой перед камерой и просипела: - «Век Белых», сцена восемь, дубль пять! Дубль не удался - Ханна Биерхольм не могла сделать серьёзное, скорбное лицо. - Питер, я тебя убью! - нежно вопил герр Шнобель, намекая, что на площадке травить анекдоты не принято. - Этого больше не повторится! - заметил актёр, низко кланяясь. Актрисе помогал успокоится продюсер, высокий статный вояка на пенсии. Сверкая единственным глазом, он размеренно говорил: - Ханна, ты играешь Кристину, сестру Эриха Белого, ты должна скорбеть по утрате отца-императора, а не улыбаться! Девушка кивала, но от одного взгляда на напыщенного Питера ей становилось смешно. - Цирк, а не кино, - процедил историк, сокрушаясь, что к идеальному воплощению Кристины фон Меретихкёрбис в пару дали смешного пошляка, ни капли не похожего на доблесного принца. - Не соглашусь, в цирке хотя бы смешно, - подметила офицерша спецслужб, чьё нахождение здесь обуславлилось тем, что снимали важный проект для империи, если точнее для императорского двора. - А по мне так пропагандистское кино очень смешное! - улыбнулся кинооператор. - Да неужели? - быстро обернулась офицерша, цензор тоже заинтересовался. Историк же спрятал нос в записи. «На площадке сексотов больше чем в тюрьме! Кино...» - подумал он. - Я в том смысле, что забавно, что фильмы снимаются на государственные деньги, для государства, обычно всё наоборот! - улыбнулся оператор, его провокация удалась. Женщина из спецслужб теперь с интересом на него смотрела. - А как иначе? - поинтересовалась она. - Частникам, - коротко усмехнулся оператор. Офицерша что-то уже хотела ответить, но было решено повторить дубль. - Свет! Камера! Мотор! - прокричал режиссёр. Через минуту, он уже матерясь и путаясь в проводах брёл к паре актёров. - Питер, мать твоя последняя профурсетка Янешбурга! Где химия? Где огонь в глазах? Ты, сука, можешь … показать нормального будущего государя? Он скорбит …! Скорбит! Понимаешь? У него отец умер, на него целая страна грузом ляжет, прямо на плечи! А ты выглядишь так будто у тебя максимум собачка скоропостижилась! - высказав эту тираду, Шнобель набросился на Ханну: - А ты? Я тебя не на помойке нашёл, чтобы ты уже в седьмом дубле мне комедию ломала! - Замените герра Питера на дублёра, мы с ним не сыграемся, - гордо заявила актриса, отгораживая от режиссёра зонтом. - Поддерживаю! - послышался крик историка-консультанта. Герр Сириус решил было вспылить, но подумав подошёл к продюсеру и спросил: - Что делать, Тони: она конечно актриска первой свежести, но стоит ли ради её хотелок ломать договор с Меретихшнапсами? - Давай ещё дубль и посмотрим! - улыбнулся мужчина, поправляя китель без знаков различия. Шнобель, пожав плечами, пошёл и договорился с актёрами. «Я бы на её месте ещё на первом дубле заявил, что такой Эрих Белый мне не по нраву», - расстроенно думал историк-консультант, до крови вгрызаясь в ногти. Герр Сириус вернулся в кресло и дал время всем подготовится, через минуту воздух огласило: - Свет! Камера! Мотор! - но не успел кинооператор начать крутить ручку, а ассистентка показать деревяшку и огласить номер дубля, воздух разорвало: - Стоп ...! Все удивлённо посмотрели на режиссёра, но потом поняли источник его гнева: из-за самопального обелиска, стоявшего впритык к лесу, вышел мужчина в серо-голубой шинели с вещмешком на плече в кепи сбитой на затылок, выглядел он растерянно, будто не ожидал, что выйдет на толпу людей. - Выведите эту суку из кадра! - проревел Сириус, чуть не ломая трубу об колено. Но было поздно, мужчина лёгкой походкой направлялся прямиком к актёрам, а направившиеся его останавливать звуковики быстро забыли о своих намерениях, увидев на поясе явно солдата, штык-нож. Через минуту режиссёр, как заботливая мать, уже нёсся наперерез, желая спасти своих актёров от неизвестного, за ним сиганул цензор и офицерша с продюсером, последним сорвался историк-консультант, разглядев лицо солдата, он чуть не взвизгнул. «Вылитый Эрих Белый!» - подумал он. - Значит, вы тут кино снимаете? - поинтересовался солдат, у Ханны с Питером. Девушка кокетливо кивнув, поинтересовалась: - А вы сами откуда такой красивый? - С войны, - улыбнулся солдат. Подбегающие, услышав это, резко остановились и опешив переглянулись — в стране шёл тридцать пятый год мира. - Пятиградская компания кончилась? - тихо поинтересовалась офицерша. Выходя вперёд, солдат при виде её вытянулся и отчеканил: - Так точно капитан! - А вдруг он дезертир? - недоверчиво просипел Сириус, которому мешало покрыть всех тройным этажом мата только наличие ветерана войны: к ним в империи после Адамовой было принято относится с уважением. - Неа, герр в кепке, демобилизован, у меня и документ есть, - просто улыбнулся солдат и протянул бумагу. - Эрих Вайс, - прочитала офицерша и тут же обернулась, поскольку услышала громкий вскрик за спиной. Это был историк-консультант, он быстро протиснулся вперёд и залопотал: - Герр Сириус! Это знак свыше! Это судьба! Сам Янеш послал нам его! - Что Вы несёте, вашу мать! - прохрипел режиссёр, которому чего-чего, а непонятного и так хватало. - Я несу истину! Вы на него посмотрите — это же вылитый император Эрих Белый! И имя-фамилия такое же! Это знак! - пролепетал историк, сверкая глазами как псих. Питер возмущённо каркнул: - То есть вы, герр Аллес, предлагаете заменить меня, на этого солдафона? Консультант фанатично кивнул. Режиссёра охватил приступ гомерического хохота. Остальным же было не так смешно. Питер застыл с гримасой ненависти на лице, продюсер серьёзно проговорил: - Эм, дорогой наш консультант, по-моему, не вам решать кто будет играть главную роль, тем более выбирать первого попавшегося человека не разумно, гер Питер уже утверждён комитетом. Тут, примерно осознав ситуацию, вмешался солдат: - Вы меня простите, я не хотел мешать, я домой иду… - Нет уж, домой вы пойдёте только через мой труп! - прохрипел Аллес. - А я это могу устроить… - взъелся режиссёр, замахиваясь трубой, но историк перебил его: - Сам Бог послал нам этого солдата! Он идеальное воплощение императора! - А вы, я вижу, человек набожный, - усмехнулась офицерша, вскинув брови. Старик цензор громко заявил: - Простой солдат не может играть императора! Не может и всё! Это не этично… Режиссёр уже готовый взорваться отошёл с продюсеров в сторону и тихо спросил: - Тони, что думаешь? Может и вправду судьба? - сам режиссёр в Бога не верил, но зато верил в императора и древнюю семью Меретихкёрбисов, способную на многое. - Я думаю, не судьба, - улыбнулся продюсер и многозначительно добавил: - В смету мы такого актёра занести не можем, сам он явно не артист, у меня уже всё расписано, поэтому, это сумасшедшая затея. Да и ситуация глупая… Шнобель, приняв установку, приготовился уже разогнать балаган, как вдруг голос подал сам солдат: - Простите мне правда пора, меня ждёт семья, да и не актёр я… - Давайте попробуем хотя бы один дубль для эксперимента! - прохрипел историк, который был готов удавиться за хотя бы один нормальный кадр в фильме, за историческую правду. - Нет уж, Аллес, пусть идёт, - проворчал режиссёр и направился к стулу, ему не хотелось никого слушать, присев в кресло он задумался. «Пока я тут снимаю кино про прошлое, они там строят будущее, промеж двух боров Великого леса», - подумал он, наблюдая, как солдат скрывается с площадки. Рядом устало плюхнулся историк, его в очередной раз не послушали. «Придётся быть причастным к провальному фильму!» - Сириус, а ведь твой брат тоже в Пятиградии, возможно, тоже скоро выползет, - улыбнулся продюсер, присаживаясь рядом с режиссёром. - Вряд ли, я его отлично знаю - скорее всего продолжит выполнять имперский долг, ну знаешь: «Чтобы на Верлинской равнине был мир, добровольцы должны воевать в Пятиградии! Чтобы не дать заразе Руанской демократии и Грюнитского реваншизма распространиться... и всё такое...» - хмуро пробубнил режиссёр. В этот момент цензор перешёптывался с офицершей. - Капитан, ситуация благоприятствует, мы сможем собрать хороший урожай… - И не думайте, вот доснимут, прокатят, получат премию и поглядим... ну если не получат тогда конечно, - ответила офицер, посматривая на широко улыбающегося оператора. Он снял всё происходящее на плёнку. Для истории. - Актёры готовы! - выкрикнула ассистентка, желая разрядить обстановку. Режиссёр, похлопав руками по щекам, сосредоточился. «К чёрту этого солдата! К чёрту актёров, к чёрту карьеру! Просто сделаю свою работу хорошо. Как её делают другие!» - подумав так, Шнобель выкрикнул: - Свет! Камера! Мотор!