Как выйти замуж за своего босса

Воскресным утром Кэролайн проснулась со странным тоскливым беспокойством, словно случилось или вот-вот случится что-то нехорошее, неправильное. Иногда так бывает, когда снится плохой сон. Но ей ничего не снилось. Она немного полежала, пытаясь найти причину ужасного настроения, и… И вспомнила. Вчерашний день обрушился на нее, придавил бетонной плитой, не давая вздохнуть. Хотя, казалось бы, не произошло ничего такого, из-за чего стоило бы убиваться, но весь день Кэр не находила себе места. Слонялась по квартире из угла в угол, иногда плакала. Нет, она не хотела, но слезы сами текли, будто где-то внутри образовался их неиссякаемый источник. Идти никуда не хотелось. И делать ничего не хотелось. Все вокруг было серым, каким-то бесцветным, словно застиранным. За окном стоял серый пасмурный день, по стеклам барабанил серый дождь, в голове бродили серые обрывки мыслей. Все-таки хорошо, что она уехала. В такую погоду в саду не погуляешь, а сидеть в комнате с Никлаусом зная, что он только и думает, как сбежать от нее к своей Хейличке, и лишь присутствие бабушки удерживает его от этого… Впрочем, не очень-то оно его вчера удержало. Часа два прошло, если не больше, пока жених спохватился, что невеста уехала. По сердцу полоснуло жгучей тоской, внутри стало пусто и холодно. Тянуло забраться в кровать, накрыться с головой одеялом и лежать, ни о чем не думая. Но не думать не получалось. События позавчерашнего и вчерашнего дня ярким калейдоскопом крутились в мозгу, раз за разом, только растравляя душу. И зачем Кэролайн поехала к бабушке босса? Пусть бы тащил с собой какую-нибудь из тех ужасных блондинок, ей-то что. Жила бы себе спокойно, работала. И босс так и оставался бы параллельной прямой, обычным начальником, на которого даже в голову не приходило смотреть как на мужчину, а не как на источник распоряжений, приказов и зарплаты. А теперь… Стоило ей только подумать о нем, внутри предательски екало, и вспоминались отчего-то вовсе не трудовые будни, а поцелуи: в гараже, в темном закутке во время праздника, а еще в саду, а потом в номере… Черт, теперь все это выглядит так, как будто бы они только и делали, что целовались. Хотя так и было. Пока не появилась Хейли. И тут все кончилось. Оборвалось, больно хлестнув по носу. Чтобы впредь неповадно было на боссов заглядываться… Как она там Тайлеру хвасталась? «Я стала старой и умной и больше не наступаю на одни и те же грабли дважды»? Ну да, зачем на одни и те же, вот сколько грабель вокруг, знай прыгай! Ближе к вечеру раздался телефонный звонок. Сердце дернулось и оборвалось, внутри похолодело. Руки так затряслись, что Кэролайн едва не выронила торопливо схваченную трубку. – Да! – выдохнула она. – Кэр,привет! Как дела? Локвуд. А она-то думала… – Привет, Тай, – бодро отрапортовала она. – Дела нормально. Спасибо, что вчера выручил. Извини, не могу сейчас говорить, занята! Конечно, занята. Ревет. Слезы катились градом, щек не хватало. С чего она вообще взяла, что Клаус будет звонить? Вроде вчера все недвусмысленно выяснили. Когда он первым бросил трубку. Странно, но обиды не было, только рвущая душу тоска и чувство потери чего-то хорошего, несбывшегося. Того, что должно было стать ее и… не стало… Пиликнул сообщением телефон. «Кэр, может, сходим куда-нибудь? Кафе, ресторан, просто погулять – на выбор. Приглашаю». «Нет, Тай, спасибо, но не стоит.» Она не Ник, не умеет клин клином вышибать. Девушка поставила телефон на беззвучный режим и аккуратно положила его в сумку. Остаток дня прошел как в тумане. Отмокая в ванной, она вяло размышляла, что делать дальше. Идти завтра в офис или…уже не нужно? Так ничего и не решив, улеглась спать. А утром она поднялась ни свет ни заря и собралась на работу. Пока ее никто еще не уволил, значит, если не явлюсь – будет прогул. Мистер Майклсон влетел в приемную, на мгновение затормозил у входа, словно не ожидал ее там увидеть, а потом сказал: – Здравствуйте, Кэролайн. И молча прошел в свой кабинет, опахнув уличной свежестью и едва уловимым ароматом знакомого до боли парфюма. Ага, снова «вы» и сухой тон, такой сухой, что его можно ножом порезать… И про кофе ничего не сказал, а обычно говорил, когда подавать. Значит, все решил? Внутри все сжалось, в носу защипало. Нет, хватит реветь. Вчера план по слезам выполнила на год вперед. Но что дальше? Сидеть и ждать, пока босс ее вызовет и прикажет писать заявление? Нет, такого унижения Кэрри точно не переживет. Она сварила кофе, несколько раз вдохнула-выдохнула перед кабинетом, а потом решительно толкнула дверь. Только вот вместе с кофе она подала Клаусу лист бумаги с несколькими строчками. – Это ещё что? – Босс смотрел на нее сквозь прищур. – Кофе. Он явно был недоволен. Можно даже больше сказать: он был зол. Кэролайн что, не вовремя подала кофе? Может унести. Или вылить. – Я не про кофе! – отрезал он, зеленные глаза сердито блеснули. Странно… их вылазка за город к бабушке длилась всего пару дней, но ей уже было очень непривычно видеть его в этом офисе. И в этом костюме. Впрочем, блондинка и не собиралась смотреть на него здесь долго. – Моё заявление… Об уходе… По собственному… – пояснила та, стараясь говорить громко и уверенно, но, кажется, получалось как-то не очень. – И с чего вдруг? Полгода работала, а тут раз – и увольняться? – Босс недоуменно изогнул бровь. А потом так брезгливо посмотрел на листок, исписанный ее аккуратным почерком, словно она вытащила его из мусорной корзины. Как будто сам не понимает! Но объяснять очевидные вещи не хотелось. Кэролайн решила не притворяться и не играть в строгого босса и трепетную помощницу, а сказать все как есть. Сейчас. – Ну вы же все равно меня уволите… Он посмотрел на нее долгим взглядом, смысла которого девушка так и не разгадала. – Почему это я вас уволю? Вы меня совершенно устраиваете как сотрудник. – Клаус положил на стол руки с переплетенными в замок пальцами.  – Вы аккуратны, исполнительны, инициативны, никогда не опаздываете. Было бы глупо вас увольнять. Или вы сами хотите уволиться? Она задумалась: ~ а вот если честно, на самом деле хочу ли я уволиться? До истории с бабушкой и фальшивой невестой – точно не хотела. Более того, я считала, что у меня лучшая в мире работа. Меня все устраивало. И коллектив, и зарплата, и обязанности, и сам босс. Вот только все это было «до». А сейчас? – Меня тоже устраивает. Точнее, устраивало, но теперь… – она замолчала. Мыслей было много, даже слишком много. Но Кэрри не знала, как выразить их словами. Ну как описать то, каким он был у своей бабули, то, что между ними было, то, что он говорил и как говорил. Как признаться в том, что она придумала себе то, чего нет? Как сказать ему, что Кэролайн слышала их разговор с Хейли и узнала достаточно, чтобы сделать правильные выводы, которые ей очень не нравятся? Нет, она не могла. Ну как это будет звучать?она не хотела, чтобы ее выбивали клинья? Ужас! Да блондинка скорее умру, чем произнесет что-то подобное вслух. Впрочем, босс не особенно интересуется, что случилось. Уехала и уехала, даже разбираться не стал. Как бы ни была ей неприятна Хейли, она сказала чистую правду: не слишком-то Клаус ею увлечен. Всего лишь кратковременная интрижка… Что еще там могло бы быть? Попробовал, не получилось, и бог с ней. Найдет другую. Вернее, уже нашел. А чего она хотела? На что надеялась? И тайлер тоже прав. Все эти богатые и знаменитые могут быть очень милыми, но никогда не будут относиться к ним как к людям своего круга. Одна лишь Кэролайн была такой непроходимой дурой, что позволила себе поверить в сказку… Но это уже ее проблемы. Да, за выходные многое изменилось. Для нее, не для него. Потому что босс предпочитает делать вид, что ничего особенного не случилось… Ну что ж, имеет право. А ей… Кэролайн надо просто взять себя в руки и тоже сделать такой же вид. Если, конечно, она не хочет по-глупому потерять прекрасную работу. – Раз вы меня не увольняете, – сказала та, – то я, пожалуй, пойду. Разберу почту, ее много накопилось. Какие-нибудь еще распоряжения будут? – Нет, – равнодушно отозвался босс, смял ее заявление и бросил в урну.  – Займитесь почтой. Форбс вышла из кабинета, уселась за свой стол и некоторое время тупо смотрела в одну точку. Везет же некоторым, так легко переключаются с одного на другое. Вчера был «влюбленный жених», сегодня равнодушный босс. Впрочем, она тоже справится, раз это, оказывается, так просто.