я разъебу твою жизнь

девушки неслись до машины штрефонд. — тань, сядь за руль, я не смогу везти - подаёт трясущимися руками ключи - с машей сяду.. — ты уверена, крис? может, тихая с ней посидит... - тане было страшно за желточенко. — нет! - воскликнула та - я буду с ней до последнего блять! - из глаз текли слезы, а руки не подчинялись - заводи уже. каширина завела машину и полетела. все молчали, лишь на заднем сидении были слышны тихие всхлипы голубоглазой. всем было пиздец как страшно. страшно, что татуированная шатенка больше не очнётся. ебучий ринг сделал с ней это. крис внутри ненавидела себя до кончиков пальцев. ведь это она не смогла отговорить машу, она, только она. взглянув на свою девочку, крис погладила её по щеке. руки в крови... да на ней живого места не было... — мы на месте - крикнула таня и резко затормозила. за сколько они доехали? хуй знает... маша не двигалась, но дышала. это предавало всем надежду. такую маленькую, но все же надежду. быстро метнувшись до больницы, тихомирова позвала дежурных санитаров. они быстро привезли каталки и забрали машу. опустошение. девушек пригласили внутрь для ожидания. штрефонд места себе не находила. да не только она. — танк, а ты знаешь этого парня с ринга? который дрался с машей - таня кинула странный взгляд на девушку. — знаю... а что такое? - и то. — интересно стало. так кто это? - каширину пугал интерес желточенко к бойцу. но молчать она не стала. — это игорь белов. хороший боец, но, вот только играет не по правилам - все же решила сказать. — в каком плане? - в разговор вмешалась тихая. — он использует запрещённые приёмы на ринге. да, это, конечно, бои без правил, но одно все же имеется. нельзя душить противника. а он это делал. и не один раз - во взгляде татуированной читалась ярость. — спасибо за информацию. тихо всхлипнув, таня прикрыла лицо руками и зарыдала. сколько раз она твердила себе в голове, что все будет хорошо, но ничего хорошего блять не будет. аня прижала свою девушку к себе. поцеловала в макушку. хоть и сама плакала, но пыталась успокоить остальных. вера в лучшее - уже победа.

***

прошло около трех часов, блондинка потеряла счёт времени, если честно. таня и аня мирно спали друг на друге. та не стала их будить. в коридоре она встретила доктора. — Мария в тяжёлом состоянии, но она пришла в себя. Вы можете увидеться с ней, но не больше пяти минут, ей нужен покой - сообщил врач. поблагодарив всех богов и врача, крис ретировалась в палату. вот она, её девочка. живая. среагировав на шум, лебедева осторожно повернула голову. увидев взгляд злато-карих омутов, голубоглазая остановилась. слишком сложно было идти дальше. горло пересохло. её малышка жива. — родная... - она метнулась к кровати - я убью этого уёбка! я люблю тебя, все будет хорошо - она говорила всё, что приходило в голову. — крис... я тоже тебя люблю, прости за все, ладно? - всхлип. — я тоже, тоже тебя люблю... больше жизни, малышка.. больше жизни.... - она погладила её по волосам. так как делала всегда, чтобы та успокоилась. но теперь таким образом успокаивает себя. они плакали. обе. штрефонд от счастья, а лебедева от боли. — мы уедем отсюда, я обещаю! я увезу тебя, ты поняла? - вытерев слезы маши, пообещала блондинка. — прошу прощения, но пять минут уже прошли. Вам пора - увы, пора идти. докторам не перечат. — я тебя люблю - услышав в ответ то же, голубоглазая вышла из палаты. вздохнула с облегчением и присела на лавочку. подумала, что стоит разбудить девушек. — ань, там маша очнулась, но, к ней пока нельзя - тихо прошептав сонной тихомировой, крис поднялась. — ты куда? - трёт слипшиеся глаза. — дела появились. скоро вернусь - у штрефонд был настолько ледяной взгляд, что тихомирова насторожилась. выйдя из больницы, дредастая достала телефон. гудки шли медленно, точнее, так казалось той. и вот наконец, человек с конца провода заговорил. — да? - голос мужчины. — есть одно дело. надо кое - кого убрать. игорь белов зовут, боец - в голосе сталь, страшное дело. — понял - мужчина кашлянул. — позвони, как возьмёте его, я подъеду - на конце трубки послышалось тихое "вас понял". девушка с цветами на шее закурила сигарету. неужели все так вышло? нет, все будет хорошо, она твердила. выпуская дым из лёгких, думала о будущем. что будем с машей? что будет с крис? что будет с ними? они уедут, это однозначно, будут жить спокойно, мирно, в любви. без боев. закончив с сигаретой, крис натянула на себя улыбку и вернулась в больницу. там её уже ждали таня с аней. — вы как? что там маша? - блондинка задалась вопросом, отходя от телефонного разговора. — мы нормально, маша спит. ты держись, крис, ладно? все хорошо будет - каширина положила руку на плечо татуированной. — спасибо, тань, я верю в это - да блять, она верит... дредастая была нескончаемо благодарна девочкам. по началу, она дико невзлюбила татьяну. как и впрочем она её. но постепенно она начала понимать, насколько таня хорошая и насколько она дорожила машей, раз дала ей по ебалу.. они даже сдружились... а тихая... добрейшей души человек, на самом деле. к ней она относилась только с теплотой. ей часто нравилось наблюдать за их взаимодействиями с кашириной. это были настолько крепкие и счастливые отношения, что желточенко, порой, завидовала. у неё таких никогда не было. до маши, конечно. — может, домой поедите? я останусь - предложила голубоглазая. — нет, крис. мы тоже останемся - возразила тихая. кинув тихое "ладно", блондинка присела на лавочку. и уснула. блять. проснувшись от ебучего телефонного звонка, крис потерла глаза и взяла трубку. спокойный мужской голос. — мы взяли его, ждём Вас - кинула одобрительные слова в ответ и отключилась. поднялась с лавочки и направилась к выходу. вышла на улицу, вздохнула холодный воздух. конец лета как никак. скоро наступит осень.. завела машину и отправилась на место. вновь зазвонил телефон. — крис, ты куда пропала? - это был обеспокоенный голос тихомировой. — я поехала за продуктами, фруктов маши куплю, апельсинов так всяких - быстро придумав отмазку, ответила крис. — ладно, я тебя поняла - отключила. всю недолгую дорогу дредастая рассуждала лишь об ебучем подонке, который будет страдать. такие мрази должны. нет, обязаны умирать. приехала на место. её встретил стремный одинокий гараж в конце города. вошла внутрь. узнала парня. в глазах заплясали чёртики. мужчина находился в подвешенном состоянии. данная ситуация его, похоже, забавляла. — кто тебе дал право, уёбище, использовать запрещённые приёмы в боях? - она ударила по лицу. — а, так ты за эту свою девчушку печёшься? - сплюнув кровь прорычал ублюдок - могу себе позволить. ох, как же она не хотела идти со мной на бой, но ей пришлось. задолжала мне, малышка - штрефонд вышла из себя. — только я так могу её называть, пидор! - двое здоровых парней подошли к бойцу. отпиздили его хорошенько, конечно. — то есть она не сама захотела этот бой с тобой? - осознав слова парня, произнесла девушка. — все верно, красотка, я её заставил. видишь ли, не может в одном доме быть две кошки. кто-то должен оказаться мышью - он рассмеялся. — убейте это ничтожество - она с диким пренебрежение выплюнула эти слова. выйдя на улицу, чтобы не видеть происходящее, штрефонд вновь закурила. она не хотела.. она могла остаться целой... здоровой... со мной... эта мысль её убивала, спасало лишь то, что маша жива... но то, в каком она состоянии убивало во второй раз. закончив с этим делом, крис заплатила и поехала за продуктами маше. своей девочке. купив много апельсинов, она села в машину. в голове крутилась одна лишь маша. заполонила разум... целиком и полностью. она помнит первую встречу с ней, ведь тогда лебедева спасла её.. помнит первый поцелуй в ебучем ночном клубе, первую ссору там же, первый секс... маша была слишком хороша для желточенко и она этот всегда понимала. та любила без остатка, да и дредастая тоже. любила её глаза, её волосы, её чёртовы губы, которые всегда манили в поцелуй. её татуированные руки и забитую шею... её стоны, которые всегда оставались в сердце, а её улыбка - сражала наповал, её смех... если бы голубоглазой сказали, что она будет кого-то так любить год назад, та бы посмеялась в ответ. но, сейчас нет. она любит и любима. приятные воспоминания прервал звонок. девушка взяла трубку. дрожащий голос тани сразу напугал. — крис, маша впала в кому - каширина заплакала прямо в трубку. что.... не может быть. а как же.. они ведь должны были уехать.. татуированная сильнее вцепилась в руль и вдавилась в педаль газа.

***

в ту ночь крис штрефонд разбилась на машине так и не узнав, что маша лебедева выйдет из комы спустя пару часов. они так и не уехали. не смогли. а ведь слова крис о том, что она любила лебедеву больше жизни не были метафорой. да и маша не солгала, сказав, что разъебет жизнь голубоглазой.

током удары, в логтях гематомах рисуя по коже из шрамов узоры. я падаю, но не спасай меня, слышишь? ты себя чувствуй, как будто ты дома.