Погружение 2019

- Этот мир стал сравне антиутопии,- вновь бранилась чуть глуховатая бабушка, от чего ее голос стал не просто громким, а почти оглушающим,- и даже не пытайся меня разубедить! Эти чертовы голубые кабачки разрушили все, к чему мы шли тысячелетиями! - Разве не синие патиссоны, ба? - кротко заметила девочка, в какой раз выслушивая этот поток теорий заговора, все больше начинавший походить на репортажи давным-давно заброшенного телеканала. Она бы с удовольствием просто ушла и занялась бы чем-то полезным и нужным, все же в новых садах нужны новые руки, да и мама становилась с каждым днем все бледнее наверняка от воздействия новых удобрений… Но она не могла. Ее учили доброте и любви к ближним, да и бабушка все равно была для нее не обузой, а просто любимой родственницей с слишком развитой фантазией. И дабы обезопасить медсестер и врачей, девочка приходила каждый день между процедурами, чтобы послушать новую сказку о дьявольских патиссонах. - Не понимаю, как ты этого не видишь! - упрямо продолжала старушка,- эти…эти тыквы недоростки! Они захватят нас всех! Весь этот мир уже поклоняется им, разве ты этого не понимаешь?! Девочка лишь вздохнула, кивая. Да, синим патиссонам "поклонялись", если их выращивание и поедание можно было так назвать. Никто не знал, как и зачем их вывели, но по миру они разошлись меньше чем через год. Эти синие малыши могли расти, где угодно от пустыни до льдов, и были сытнее других овощей, почти полностью вымещая их с рынка. Но патиссоны не управляли их жизнями, так? Им не строили церкви, им не молились, их не боялись. Но кто знал, что у этой милой измученной старушки было на уме. - Да, бабушка, но…в них же нет ничего плохого. Они не вредят нам. - Не вредят?! - старческое тяжелое тело чуть не вскочило от таких слов, но плюхнулось обратно, заставляя малышку подпрыгнуть на ее стуле,- посмотри в окно своими большими глазками, а не на меня! Они уже захватили наши города, наши желудки! Скоро они подчинят себе и наш разум! Наш мир…наш мир был так прекрасен до них. Ярость угасла, и тело медленно опустилось на койку. Потерянный печальный взгляд устремился в пустоту, пока ее слабое сердце сжалось от скорби. - Я сама строила его...Своими же руками, а они… Они все испортили. Все разрушили. Мы и наши достижения были просто шуткой для этих дьявольских растений, мы им только мешали. Поэтому мы стали низкосортным удобрением… И не говори, что это не правда,- она медленно перевела взгляд на девочку, о существовании которой она будто забыла пару минут,- ты и сама видишь, как рушатся наши дома, потому что им не хватает "садов". Того как наши люди гибнут, ухаживая за их кустами. Т-того как-! - Прием окончен,- мягкий голос остановил рассказ старушки. В дверях с нежной, но почему-то пугающей улыбкой стояла медсестра. И, пока женщина беспощадно бурила ее взглядом, девочка лишь кротко кивнула и осторожно обняла старушку, перед тем как исчезнуть в дверях. Вот они и остались вместе. Девушка спокойно и немного величаво подошла к койке, меняя капельницу. - Вы все ещё засоряете ее мозг сказками, Матильда? - наигранно приветливым голосом прощебетала она, получив в ответ лишь молчание, что невольно вызывало усмешку,-…вам нужно радоваться, что вы такая забавная и ваш разум все ещё так хорошо работает, а не пялиться в стену. Девушка заглянула в глаза старушке. Ее морозные голубые глаза смотрели на старческое морщинистое лицо, надеясь хоть на что-то. На остроумную фразу? На наглый взгляд? Даже на попытку атаковать. Но получила разочаровывающее ничего. -….Но должна признать, вы становитесь скучнее и скучнее с каждым днем, это пугает, - медсестра вздохнула, вставая и идя на выход, с каждым шагом ее руки и шею обвивали наглые синеватые стебли, а белки глаз становились цвета морской волны. Она обернулась на секунду, одаряя ее холодной пугающей улыбкой, которая явно не принадлежала человеку. - Все же, мы очень не хотим потерять такую замечательную игрушку.