Соколёнок

      Всё внимание юноши приковала к себе лампа чудной формы, висящая под потолком. Языки пламени играли за маленькими стёклышками и даже не думали утихать. Несмотря на то, что солнце уже давно сменило луну, никто из слуг не тушил огонёк. Мальчику показалось это немного странным. Сестра всегда говорила быть бережливым и не тратить попусту свою энергию* на бесполезные вещи. Горящая при свете дня лампа, по мнению юноши, являлась бесполезной, совершенно точно, самой бесполезной тратой энергии.       Часы пробили 12 дня. В животе раздалось громкое урчание. Юноша был голоден, но подойти к кому-либо с подобной «проблемой» слишком смущало. На самом деле, было невероятно скучно. Сердце мальчишки требовало сорваться с места и пронестись по всем этим длинным коридорам, закрученным лестницам, проскальзывая в проёмы по блестящему паркету, а потом выпрыгнуть в то широкое окно в главном зале, заливаясь звонким смехом и упиваясь чувством свободы. Однако, подобные желания юноша держал при себе. Всё поместье было заставлено драгоценными диковинками из далёких земель, а стены его увешаны картинами известных художников. Мальчишка посчитал, что с таким количеством «дорогих штуковин» нужно быть крайне осторожным. Его вовсе не беспокоила их цена, он думал лишь о том, насколько хозяину дороги все эти вещи. Устроившись на софе около окна, юноша продолжил свои рассуждения в голове, а вскоре и вовсе задремал.       Чья-то рука нежно погладила по голове. Винодел смотрел на прикорнувшего юнца и улыбался. Мужчина был готов поклясться, что столь безмятежного сна он не видел ни разу в жизни. Вдруг, мальчишка распахнул глаза и заметив стоящего рядом человека вскрикнул от неожиданности. — Ой, простите! Я не нарочно! — тут же замахал руками крылатый. Мужчина лишь спокойно кивнул и одарив мальчика тёплой улыбкой задал вопрос: — Ты хорошо поспал? Юнец робко кивнул. — Тебе, наверное, здесь очень скучно. Хочешь прогуляться? И стоило только мальчишке разомкнуть свои губы, как в животе все киты мира решили дать свой концерт. Несколько секунд тишины, на глазах выступили слёзы, а лицо стало краснее помидора. Родной живот предал его в эту самую минуту. Такого стыда он ещё никогда не испытывал. Даже та сцена в ванной не так сильно его смутила. Винодел тут же всё понял: — Ох, ты же совсем ничего не ел. Пойдём скорее, я попрошу главную горничную разогреть еду. Он подхватывает юношу на руки и вместе с ним направляется на кухню. Маленькое сердечко стучит с каждым разом всё чаще.

***

— Аделинда, можешь прямо сейчас подготовить блюда которые ты ранее собиралась отнести в мой кабинет? Девушка с приятной улыбкой на лице поклонилась: — Конечно, господин Дилюк. Мне понадобится 5 минут, пройдите пока что в столовую. Винодел разместился за обеденным столом усадив рядом своего юного спутника. — Значит, Вас зовут Дилюк? — поинтересовался мальчик. — Да, верно. Прошу меня простить, я совсем забыл представиться, — мужчина задумался, — а ты… Назовёшь своё имя? Мальчишка закивал головой: — Меня зовут Итэр. — Будем знакомы, Итэр. Тишина повисла в воздухе. Дилюк не знал как продолжить разговор, а Итэр был слишком робок. К счастью, вскоре горничная принесла еду. — Господин, всё готово. Приятного аппетита. Мужчина кивнул головой, после чего подвинул тарелку юноше: — Кушай. Мальчик аккуратно взял ложку и приступил к еде. В комнате вновь стало очень тихо. Взгляд винодела застыл в одной точке на картине. Голова начинала побаливать от количества томящихся в ней мыслей. «Возможно, мне стоит сказать горничным не говорить отцу про…» — Красивые волосы… Дилюк тут же опомнился. — Прости, что? — У Вас очень красивые волосы, Дилюк. Алые, необычно завиваются, точно языки пламени танцуют на Ваших плечах. Это был комплимент. Верно. Спустя многие годы светской вежливости, когда каждый червь готов вторить тебе что ты красив и прекрасен ради собственной выгоды, услышать что-то подобное, да ещё и сказанное с таким восхищением — сродне чуду. Этот малец сделал такой искренний комплимент, от которого на душе стало радостно. — Хочешь прикоснуться? Глаза мальчишки засияли. Маленькая ручка потянулась к пышному хвосту. Дилюк немного наклонил голову, тонкие пальцы коснулись волос развязывая ленту. Мягкие непослушные локоны переливались рубиновым цветом на солнце. Словно зачарованный, юноша снова и снова проводил своей ладонью по огненным прядям. Пальцы нежно задевали кожу пока ласково сгребали алые волны. В какой-то момент, совершенно неосознанно, юноша приподнимается, берёт в охапку густые локоны и делает вдох. Сердце затрепетало. — Запах винограда, такой свежий… Мужчина смирно сидел склонив голову, с каждым новым прикосновением сердце пробивало удар. Эти руки так ласково играли с его волосами, что он запросто мог уснуть. Он никогда никому не позволял прикасаться к своей голове, но этот мальчишка… Кажется, он ещё не раз преступит эту грань.