Прощаю и люблю

      После феерического похищения собственного альфы, Даниэль еще несколько недель наслаждался сексом с ним. Алекс уже не мог отказать супругу, теперь омега знал его тайную «кнопочку желаний». Именно так называл Дэн чувствительную дырочку мужа, чем смущал последнего до одури. Алекс становился красным как помидор, даже уши пылали, стоило омеге лишь провести между его половинок, чуть вжимая пальцы внутрь. Альфу тут же накрывало дикое возбуждение и, в зависимости от ситуации, он либо оттопыривал попку, подставляясь под желанные пальцы супруга или его язычок, либо сразу же сбегал, под любым предлогом!       Почему сбегал? Да, потому что иногда Даниэль просто мстил супругу таким извращенным способом — пусть этот альфа-самец сам прочувствует, что происходит с человеком, когда он возбужден, а сексом с ним никто занимается не хочет! Омега незаметно, как бы невзначай, проводил ладонью пониже спины супруга именно тогда, когда они были где-нибудь на приеме, в кабинете альфы, перед совещанием или даже просто в собственной гостиной, полной гостей!       Альфа краснел, извинялся и быстро исчезал, правда, Дэни все же любил мужа, поэтому вскоре перестал делать это на людях и ласкал супруга только под покровом ночи и только в супружеской постели.       Через пару месяцев доктор запретил паре заниматься сексом от слова совсем и вот тут-то знание этой «кнопочки» очень пригодилось им обоим.       Даниэль, преодолевая смущение и зажатость своего альфы, ласкал его анус пальцами, каждый раз доводя супруга до сумасшедшего оргазма. Делать минет омеге стало сложновато, живот уже мешал в любом положении, а вот лежа на боку он мог доставлять своему супругу наслаждение не напрягаясь, так ему легко было дотянуться до его члена и попки одновременно.       У самого омеги сексуальный голод прошел, но оставлять супруга «голодным» Даниэль не хотел. Тем более, что с каждым месяцем страх Алекса возрастал в геометрической прогрессии! Чем ближе был срок рожать омеге, тем дёрганей становился его альфа, а таким способом Дэни хоть как-то отвлекал супруга. После хорошего оргазма, Лекси спокойно спал, а не ворочался полночи с бока на бок, тяжело вздыхая, снедаемый страхами за своего омегу и малыша.       Еще через месяц страх Александра Кинга достиг своего апогея и в особняке поселился доктор Вернье, а с ним и Кирилл Стаут. Отец Даниэля в сердцах как-то высказался, что эта нервозность зятя заразная штука, теперь и ему не удается спокойно спать по ночам. Леонард понимающе кивнул и предложил остаться у них, все с тревогой ждали часа икс!       Все… кроме Даниэля, вот он был совершенно спокоен. Он ел, спал, гулял с Ником по саду, хотя ходить день ото дня становилось все тяжелее, но врач велел ходить, и он ходил.       Что касается невероятных желаний, которые преследуют беременных всего мира, Даниэль лишь однажды за завтраком уточнил у Вернье можно ли ему съесть кусочек мыла?       Из всех присутствующих, только доктору удалось, сохраняя спокойствие, твердо ответить — нет!       Ник на такой вопрос рассмеялся, старшие альфы глубоко вздохнули, а Алекс едва сам не разрыдался, глядя на дрожащие губки своего омежки, когда ему отказали.       Вечером Дэни втихаря все же откусил маленький кусочек мыльца, но ему не понравилось, уж лучше он, как всегда, поест селедочку с малиновым вареньем. А что? Ничего необычного, люди же едят селедку и варенье тоже, так что все нормально! Просто он ест их одновременно, только и всего!       За две недели до родов, Александр все же сорвался!       Альфа проснулся после очередного кошмара, в котором его любимый умирал у него на руках, с трудом успокоив бешено бьющееся сердце, он встал и вышел из спальни. Алекс не смог успокоится, глядя на мирно сопящего мужа, хотя именно эта картина всегда приводила его в состояние покоя, поэтому чтобы не разбудить свое сокровище, он сбежал в гостиную.       Ни выпитый стакан воды, ни виски, который последовал следом, не смогли унять страх альфы, и он… разревелся! Взрослый тридцатилетний мужчина, сидел на диване, зажимал рот ладонями и не мог унять истерику, которая накрыла его с головой. Альфа схватил маленькую подушку, уткнулся в нее и ревел как белуга!       Таким его и нашел Кирилл, гостевые спальни, в отличии от хозяйских, были на первом этаже и старшего альфу разбудили тихие рыдания. Вообще то он думал застать за слезами своего сына, а застал чужого, но зятя тоже жалко, вон как переживает.       Кирилл вздохнул, сел рядом и осторожно обнял мужчину за плечи, но тот даже от своей спасительной подушки не оторвался, продолжая лить слезы.       — Ну что ты, сынок, что ты плачешь? Не надо, все хорошо будет. — успокаивал он младшего и неловко погладил его по спине. Кирилл не умел этого делать, к такому его жизнь не готовила! Стаут был главой мафии, он вообще слёз толком не видел, а уж от взрослых альф тем более, но вот конкретно этого альфу было жалко. Он был хорошим мужем его сыночку, добрым, заботливым, ласковым, в общем — надо что-то делать, а то этот «хороший и заботливый» скоро соплями захлебнется!       — Алекс, ну хватит реветь, хватит. — он снова вздохнул и решился — Иди сюда, иди ко мне. — старший оторвал подушку от лица младшего, притянул его к себе и крепко обнял. Теперь тот плакал, уткнувшись в крепкое мужское плечо, а Кирилл гладил его ладонью по спине и волосам.       — Все, все, успокойся, ничего с нашим мальчиком не случится, слышишь? Все будет хорошо. — как мантру повторял старший альфа, прижимая к себе младшего и немного покачиваясь. Постепенно ласковые слова и крепкие руки сделали свое дело, Алекс очнулся. Он отодвинулся от такой надежной груди и взглянул на своего утешителя.       — Ой! — вдруг сказал он и всхлипнул, а затем, смутившись, объяснил — Я думал… это папа. (Стаут говорил шепотом и расстроенный альфа его не узнал)       — Я и есть папа. — Кирилл улыбнулся, притянул смущённого зятя назад к своему плечу и закончил — Теперь уже ваш общий, так что не тушуйся, сынок. Прорвемся!       Они еще посидели, теперь уже молча, но Стаут так и прижимал тихо всхлипывающего зятя к своему плечу, когда тот окончательно успокоился, альфы разошлись по спальням.       Утром Кирилл попросил Леонарда о разговоре наедине и рассказал о ночном происшествии.       — Лео, надо что-то делать. Он же свихнется пока Даниэль рожать будет. — Кирилл наблюдал как по кабинету мечется Леонард и продолжил говорить: — Мы все переживаем, но ты же помнишь, как рожали наши омеги. Как только Дэни закричит, а он закричит, наш Алекс грохнется в обморок.       Леонард достал из бара бутылку виски, рановато, конечно, для спиртного, но иначе не успокоится, его даже не смутило слово «наш» в отношении собственного сына из уст Стаута.       — Хорошо, если только в обморок. — пробормотал он, наливая два бокала виски, один из которых подал свату. Затем Лео опустился в кресло напротив Кирилла и спросил:       — Что ты предлагаешь?       — Не знаю. — альфа сделал глоток и продолжил — Но я никогда не видел, чтобы кто-то, тем более альфа, так плакал. — он снова отпил виски и закончил — Еле успокоил.       — Спасибо. — поблагодарил Лео, он действительно был благодарен ему за сына.       — Может с Мишелем поговорить? — предложил Кирилл — Он ему таблеточки какие-нибудь даст или уколы поделает, время еще есть.       — Думаешь успокоительное поможет Лексу пережить роды супруга? Сомневаюсь…       — Ну что-то делать надо! — казалось Стаут переживается за чужого сына больше, чем его собственный отец, но это только казалось! Леонард был встревожен не меньше.       Через пару часов план по спасению Александра Кинга под названием «Как пережить роды омеги» был составлен, два взволнованных отца, вместе с доктором тщательно его продумали и были в полной готовности. А пока Вернье все же настоял на приеме Алексом успокоительных, в противном случае доктор угрожал каждый вечер вводить ему эти успокоительные через клизму! Оба отца были категорически против такого издевательства над «ребенком», но Мишель был непоколебим! Угрожать и не пришлось, младший альфа покорно кивнул и теперь спокойно спал по ночам.       Роды начались неожиданно, на два дня раньше поставленного срока. Для них все было готово еще три месяца назад, VIP-палата в клинике пустовала, она ждала только одного пациента, выбранную бригаду акушеров тоже особо не напрягали, (вдруг «война», а они уставшие)! Вернье похоже даже спал одетым, чтобы времени зря не терять.       Даниэль устроился в кресле, в гостиной и играл в телефон, надо же себя чем-то занять, рядом на диване, за ноутом сидел Алекс, он все же работал на удаленке, Ник и Гросом носились по саду, их голоса и смех были хорошо слышны. Семейная идиллия, да и только, как вдруг омега замер. Даниэль почувствовал что из него потекла вода и кресло под ним намокло, описаться он не мог, значит только одно — воды отошли! Хорошо хоть схваток еще нет, значит надо потихоньку выбраться из комнаты, пока супруг чем-то увлечен. Иначе — крик на весь дом обеспечен!       Омега осторожно встал, набросил на сиденье кресла плед, скрывая огромное пятно, а сам бочком, бочком, побрел к двери, радуясь, что длинные полы рубашки не пострадали и скрывают его мокрые штаны от мужа. Успешно выбравшись из гостиной, Даниэль побрел искать отцов или доктора, им можно было и позвонить, но омега пока никакого дискомфорта, кроме мокрых трусов и штанов, не испытывал, он не хотел никого пугать.       Даниэль заглянул в кабинет к Леонарду, его отец и свекр частенько там беседовали, они и сейчас что-то мирно обсуждали.       — Папы… Не хотелось бы вас отвлекать, но, кажется, я тут немножечко рожаю.       Оба альфы вскочили и замерли — так только не поддаваться панике! Все уже было продумано и не раз, оставалось только четко следовать плану.       — Алекс знает? — Леон спросил самое главное, омега в порядке, даже не побледнел, а вот его сынок может впасть в истерику.       — Нет, пока. Он в гостиной, я осторожно вышел, чтобы его не пугать.       — Хорошо, я уже позвонил Мишелю, он сейчас будет тут. — Стаут времени зря не терял и вызвал Вернье.       — Тогда я наверх, за сумкой. — уже в дверях, где всё так и стоял омега, Лео спросил: — Ты-то как, малыш?       — Хорошо. — Даниэль смущенно опустил взгляд в пол и пожаловался: — Только… мокро.       — Ничего, Дэни, это нормально. Хочешь я принесу одежду и помогу переодеться? — Кирилл старался быть спокойным, хотя тоже беспокоился. Он, конечно, глава клана, но ведь не чурбан бесчувственный!       — Некогда переодеваться. — твердо произнес подошедший доктор — Схватки могут начаться в любой момент, нам нужно срочно в больницу. — вот Мишель был совершенно спокоен, от его выдержки слишком многое зависит, некогда раскисать.       — Тогда пойдем потихоньку, сыночек. — Кирилл подхватил сына под локоть и повел к выходу, он хотел сесть в машину до того, как Алекс узнает новость, тогда он начнет дергаться сам и дергать всех остальных!       Они спокойно устроились на заднем сиденье BMW Х7, специально приобретенного именно для этой, одной единственной, но такой важной поездки, как из дома выбежал бледный перепуганный альфа и кинулся к машине, следом за ним шел Леонард.       — Дэни! Дэни! Тебе больно? — панически шептал Алекс, устраиваясь рядом с мужем.       — Нет, Лекси, успокойся. — спокойно ответил омега и взял холодные ладони супруга в свои. — Все хорошо, только воды отошли, еще даже схваток не было.       — Хорошо… хорошо, очень хорошо. — как безумный шептал альфа, и гладил ладошки мужа, это кажется успокаивало больше его, чем Даниэля.       Водитель оглядел салон, все ли расселись, потом в зеркало глянул на хозяина, Лео кивнул, и машина тронулась.       Какое счастье, что эта машина была большой и удобной, все уместились. В обычную машину, даже такую большую как Лексус, они все впятером не помещались и, недолго думая, Леонард приобрёл BMW. Отцы не хотели оставлять сыновей одних, каждый своего, а без доктора вообще никто ехать не хотел, мало ли что в дороге случиться, а его рядом нет! Поэтому Вернье и предложил купить, одну из машин для «комфортного апокалипсиса» или семейный внедорожник.       До больницы доехали без происшествий, правда младший альфа все время спрашивал, не начались ли схватки, не больно ли Даниэлю и вообще — почему дорога такая длинная?!       — Может уже пора? — тихо спросил Леонард, как бы в никуда, но тут же получил ответ Мишеля.       — Рано, надо хоть до больницы добраться.       В приемном покое родильного отделения их уже ждали, Даниэль почти дошел до него, как вдруг охнул и схватился за живот, он намертво вцепился в руку супруга и часто дышал, стараясь переждать схватку, чтобы потом спокойно доковылять до палаты.       — Дыши, сынок, дыши. — раздался сзади голос Кирилла.       — Я… дышу, папа, дышу. — отозвался Дэниэль.       — Я не тебе, маленький, я Алексу говорю. — Стаут погладил зятя по напряженной спине и младший альфа сделал вдох, он и правда не дышал, пока длилась схватка.       Как только все добрались до спасительной двери роддома, Даниэля тут же увели, омегу нужно подготовить к родам, а потом уже вести в палату.       Альфы остались одни. Леонард держал бледного сына под локоть правой руки, а Кирилл левой, Мишель кивнул, и их странная процессия* двинулась по коридору.       — Мы куда? — едва выговорил Алекс, почему его куда-то ведут, когда ему надо к мужу?       — В палату. — спокойно ответил его отец.       — А Дэни? Он там будет?       — Конечно, будет. — уверенно и так же спокойно ответил Кирилл.       — Хорошо. — Алексу было дико страшно, он с трудом понимал куда его ведут, но главное выяснил — рядом с ним будет его омега, все остальное не важно.       Едва они переступили порог палаты как младший альфа почувствовал укол в ягодицу и… свет померк. Он плавно осел на руки отцу, который поднял его и уложил на кровать. Мишель ввел младшему альфе сильное снотворное, теперь Алекс будет спать столько, сколько нужно, пока его омега не родит. Это и был план обеспокоенных отцов! Пусть лучше младший спит, чем будет мотать нервы и себе, и им.       — Просыпайся, сыночек! Просыпайся, мой хороший, все закончилось. — Леонард тряс сына за плечо, а Мишель водил перед носом младшего альфы ваткой с нашатырем.       Алекс застонал и открыл глаза, у него чуть-чуть кружилась голова и даже немножко тошнило, но в остальном он чувствовал себя нормально, вот только не помнил ничего! Где Даниэль? Что с ним? Роды начались? Почему он спал? Или не спал? И сколько вообще времени?       — Папа, где Дэни? Роды начались? — альфа сел на кровати, вцепился в руку отца и спросил: — Что с ним? — вместе с сознанием вернулся и дикий страх за мужа.       — Тихо-тихо-тихо, сынок, все в порядке. Даниэль отдыхает. Роды не только начались, но и закончились. Успокойся. — Леонард старательно отвечал на все вопросы сына, он пытался рассказать все и сразу, пока младшего снова не накроет паническая атака!       — Как закончились? — Алекс ошеломленно переводил взгляд с отца на доктора, а потом спросил: — Чем? Чем они закончились?       Леонард чуть слышно хмыкнул, стараясь сдержать смех, только его сын мог задать такой идиотский вопрос. Чем могут закончиться роды? Но, хотя да… иногда этот процесс заканчивается трагически, ему ли не знать, так что вопрос Алекса не так уж и глуп.       — У тебя родился малыш. — Леонард провел по волосам растерянного сына ладонью и улыбнулся.       — Малыш… а где он? И Даниэль! Где они? — губы младшего альфы вдруг задрожали, он как всегда закусил нижнюю, стараясь сдержаться и глубоко задышал.       Леонард вопросительно посмотрел на доктора и тот одними губами ответил — «Нельзя, передозировка будет.» Они поняли друг друга без слов, успокоительные препараты больше вводить нельзя, придется так успокаивать. Последнее время Алекс и так пил их литрами!       — Алекс, не волнуйтесь, все в порядке. — начал говорить Мишель — Ваш омега очень хорошо справился, даже удивительно как хорошо. Разродился сам, без стимуляторов, но мальчик у Вас крепенький, так что все же пришлось накладывать швы на… — доктор дернулся и замолчал, Лео довольно ощутимо пихнул его ногой. Не стоит его сыну знать столько подробностей, он, итак, белый как стена!       — Я хочу сказать — все в порядке. — продолжил Мишель — Омега спит, с ними сейчас Кирилл.       — Папа, все правда закончилось хорошо? — Алекс, конечно, слышал доктора, но ему хотелось, чтобы именно отец подтвердил это.       — Да! Мальчик мой, не волнуйся. — Леонард снова провел по волосам сына ладонью и выдохнул, его Алекс наконец-то улыбнулся!       — Я могу их увидеть?       — Можешь. Вставай. — Лео подал руку сыну, тот встал с кровати и покачнулся.       — Вам плохо, Алекс? — тут же спросил врач.       — Нет. Все в порядке. Голова кружится, но я все равно пойду к ним. — уверенно ответил младший альфа и пошел к двери, куда идти он не знал, но надеялся, что отец не оставит его одного и пойдет следом.       — Кто у нас тут такой маленький? А кто это тут такой хорошенький? Кто это тут такой любименький? — ворковал Кирилл, держа на руках внука и разглядывая его миленькое личико.       Если бы кто-нибудь видел его сейчас, то ни за что не узнал бы в этом бледном, измученном, но совершенно счастливом человеке, несгибаемого, жесткого и временами жестокого, главаря клана Кирилла Стаута!       Эти несколько часов, а именно восемь, измучили не только Даниэля, но и обоих отцов. Иногда, когда крики сына становились особенно жалобными и громкими, Стаут очень завидовал Алексу! Вот он спит себе спокойно и ничего не слышит, но потом Кир вспоминал, как тот переживал за своего супруга и благодарил Мишеля за то, что тот придумал как изолировать младшего альфу, до рождения ребенка. Слушать истерику еще и от него, было бы невыносимо вдвойне!       — Ой, смотри мой хороший, кто пришел. — шептал Стаут уснувшему ребенку, укачивая его — Папа пришел. Сейчас мы ему тебя покажем. — и не меняя тона, продолжая сюсюкать, вдруг закончил — Только, если твой папа, плакать не будет, его так просто не успокоишь и на ручки не возьмешь.       — Не будет. — буркнул Алекс, шмыгнул носом и попросил: — Дай!       — Держи, да не бойся ты! Руки сложи вот так… бестолочь. — зашипел Стаут, глядя на неуклюжие попытки молодого отца взять малыша на руки.       — Ну, чего ты ругаешься. — тихонько возмутился Алекс и пояснил — Я же первый раз. Страшно вообще-то, он вон какой крошечный.       Спустя пару минут Александр Кинг держал на руках своего ребенка, держал крепко, но бережно, с улыбкой глядя на самого прекрасного малыша в мире. Он любил Ника всем сердцем, но вот таким маленьким его не видел и теперь в первый раз ощутил какого это.       Немного рассмотрев сына, альфа перевел взгляд на Даниэля. Омега отдыхал после восьми часов боли.       — Папы. — Алекс повернулся к отцам, стоящим около окна, и спросил: — А он… кто? Альфа или омега? Я чувствую запах, но определить не могу.       Все знали, что устойчивый запах, определяющий пол для посторонних, возникает где-то к году, но определить альфа это или омега могут врачи, по внутреннему строению, естественно. Это делают в роддоме, сразу при рождении.       — А ты кого бы хотел? — вдруг спросил Кирилл.       — Мне все равно. — младший пожал плечами — Главное, чтобы здоровым был. — он перевел взгляд на ребёнка и улыбнулся ему.       — Омега! — ответил Леонард и расплылся в открытой довольной улыбке. Еще во время беременности Даниэля, он всем уши прожужжал, что хочет омежку! Лео всегда хотел большую семью, но проблемы со здоровьем у его Анри, лишили его этой возможности, а потом и самого супруга.       Кирилл хотел альфочку, омежка у него уже был, но теперь был рад, просто рад, что у него родился здоровый внук, а уж омега или альфа, не важно. Он и омегу научит быть настоящим мужчиной!       — Мистер Кинг, отдайте мне ребенка. — попросил медбрат-бета, который тихонько вошел в палату и теперь протягивал руки к Алексу, стараясь осторожно отобрать у него малыша.       — Что? Зачем? Куда? — тут же запаниковал Алекс, прижимая к себе драгоценный сверток и даже отворачиваясь от беты, закрывая малыша собой.       Медбрат растерянно смотрел на этого сумасшедшего папашу, а взрослые тихо смеялись, прикрыв рты ладонями, чтобы не разбудить обоих спящих омег.       — Сыночек, отдай ему маленького. — Леонард продолжая хихикать, подошел к сыну, погладил его по плечу и объяснил: — Малыш будет в детском отделении, пока его будут приносит только на кормление. — и снова провел по плечу младшего ладонью, он увидел упрямство в глазах альфы, в них большими буквами читалось — МОЁ!       — Лекси, его никто у тебя не отнимает — в разговор вступил Кирилл — просто Даниэль сейчас спит, а когда проснется ему будет трудно ухаживать за малышом. Дэни надо прийти в себя и ты ему в этом поможешь. А за нашим мальчиком проследят нянечки.       Стаут нашел самый верный способ уговорить Алекса — переключить его внимание на мужа!       Когда медбрат ушел, унося с собой ребенка, Алекс подошел к кровати супруга и опустился рядом с ней на пол. Он осторожно взял ладонь Даниэля и поцеловал. Старшие альфы вышли, им тоже надо было отдохнуть, тем более ночь на дворе, они собирались поспать в соседней палате. Алекса оставили рядом с мужем, все равно оттащить сейчас альфу от его омеги, не получится.       Даниэль проснулся, открыл глаза и слабо улыбнулся — рядом с ним, прямо на полу, сидел супруг, положив голову на кровать, альфа спал. Дэни провел по волосам Алекса ладонью и опять закрыл глаза. Все хорошо! И хотя тело болело, и слабость была дикая, омега знал, что с его любимыми и дорогими все хорошо. Теперь у него два самых чудесных ребенка и любящий муж!       Даниэль глубоко вздохнул и подумал — наверное, это и есть счастье! Он снова провалился в сон.

***

*** Три года спустя (Нику 9, Майклу 3)       — Кто? Признавайтесь, проказники! Кто съел все конфеты? — Даниэль строго смотрел на детей, один из них, был перепачкан шоколадом с головы до ног! Так что, как говорится — ответ был на лицо, точнее — на лице… маленького омежки, которого Ник прятал за своей спиной.       — Папочка, чего ты так сердишься? — альфочка смело смотрел на о-папу, старательно закрывая брата, который чавкал на весь дом этими самыми конфетами, но из-за спины старшего даже не выглядывал.       — Потому что надо сначала поесть нормально. — начал объяснять Даниэль — Вы же за обедом опять суп есть не будете! Что мне конфет жалко, что ли! Я просто хочу, чтобы в этом доме все нормально питались.       — Мы… номайно… писясь… писяемся. — ответил маленький Майкл, но из-за спины брата все же не выглянул, конфеты дожевывал.       — Да. Съедим мы твой суп. — Ник старался переключить внимание старшего на себя, и чего омежка влез, сидел бы молча, шоколадки свои лопал.       — Ладно. — неожиданно быстро согласился Даниэль, что сразу же насторожило старшего брата, о-папа точно что-то задумал, и это — что-то явно не понравится братьям. И точно!       — Вот только если за обедом, хоть один из вас откажется есть суп, тогда в зоопарк с дедушками не поедете оба! Ясно? - сказав это, Даниэль оставил детей одних.       Ник кивнул, конечно, ясно, что ж тут неясного -то, кажется, он только что остался без своей любимой прогулки… и все из-за мелкого! Который просто жить не может без своих любимых конфеток! Этот точно сегодня суп есть не будет.       Ники вздохнул, повернулся к Майклу и присел перед ним на корточки, тот довольно засмеялся и протянул брату конфету (почти целую!) Альфа угощение взял, вытер грязные щечки своего братишки и засмеялся вместе с ним, ну и ладно, оно того стоило! Что он, рыб не видел что ли! Еще спустя пять лет (Нику 13, Майклу 8)       — Кто это сделал? — спросил Алекс едва войди в детскую. Он держал в руках новую норковую шубу супруга, которая сейчас была, чем угодно, но только не шубкой, так как больше походила на нечто изрезанное неким неизвестным вандалом вдоль и поперек. Позади мужа маячил Даниэль, шмыгая носом, он очень хотел эту вещь и купил ее на свои деньги, лично им заработанные.       — Папа, не сердись, пожалуйста. — ответил Ник, он знал этого «неизвестного вандала», впрочем, как и родители, а вопрос старшего альфы был скорее риторическим — не требующим ответа.       — Я спросил — кто? — Алекс был действительно зол, он нашел супруга рыдающим над шубой и очень разозлился!       — Папа, вначале выслушай, пожалуйста. — Ник стоял перед рассерженным отцом, как всегда, беря удар на себя. Что-то сегодня отец уж очень слишком сильно рассердился, как бы малого не отшлепали, по его непоседливой омежьей попе. Такое редко, но случалось, иногда братьям доставалось, и не только омежке.       — Я слушаю. — Алекс всегда вначале слушал, прежде чем наказать.       — Мики, он… просто хотел научиться шить и… решил… начать с мягкой игрушки. — Ник изо всех сил старался донести до родителей, что это не акт вандализма, а желание омеги научиться чему-нибудь полезному, вот только получалось пока… не очень.       — При чем здесь шуба! — уже рычал старший.       — Потому что я хотел сшить белку, для Ники. — вступил в разговор «виновник торжества», он, как всегда, стоял за спиной брата, которая с годами становилась все шире, а значит и защищала лучше.       — Шуба то здесь при чем?! — взвыл Алекс, он уже давно все понял, не понял только зачем было портить хорошую вещь если можно было все купить в магазине! И мех в том числе, ну может не натуральный, но все же.       — Она такая мягонькая, пушистая… краси-и-вая-а-а. — заревел вдруг омежка, его глазки всегда наполнялись слезами очень быстро, а сейчас похоже надо спасать не только себя, но и брата. Отец мог спокойно всыпать и старшему сыну, за недосмотр!       — Ну вот, из-за какой-то вещи испугали ребенка. — обвиняюще пробормотал Ник, он обернулся и обнял ревущего омегу, родители обменялись взглядами, вздохнули и оставили детишек одних. Правда перед уходом, Алекс все же объявил, что этот вандал вместе со своим защитником, остаются на два дня под домашним арестом.       Как только дверь за сердитыми папами закрылась, слезы Майкла мгновенно высохли, он поцеловал Ника в щеку и улыбнулся ему. Братья дали друг другу пять! Подумаешь два дня дома посидеть, не в тюрьме же! Оно того стоило!       Зато у младшего альфы будет самая красивая белка (и самая дорогая!) из настоящего меха, уж шить то омежка хорошо умел! Еще пять лет спустя (Нику 19, Майклу 13)       — Ники!!!       Альфа только и успел что вскочить, когда услышал крик брата, дверь в его комнату распахнулась и в неё влетел сам виновник этого ора.       — Ники, спаси меня. — прошептал перепуганный омежка и нырнул братику за спину, там его не тронут, там спокойно, он всю жизнь там прячется. Спросить, что случилось и от чего надо спасать брата, Николас не успел. Опасность уже сама нарисовалась в лице презлющего Алекса.       — Майкл, немедленно выходи и объясни мне — что это?!       От этого вопля альфы, даже Ник немного испугался, да, ему девятнадцать, но такого злого отца он не видел никогда в жизни! Похоже мелкому сегодня достанется, не спасет даже его широкая, да что там, широченная, спина.       — Отец, что случилось? — надо все же выяснить, что происходит, это не помешает младшему альфе заступаться за брата, но все же хотелось бы знать, за что он сам пострадает, если пойдет против старшего (а он пойдет!).       — Вот, посмотри сам! — отец сунул в руки Ника телефон, на экране было остановленное видео, альфа нажал «плей» и видео продолжилось.       На записи была заснята вечеринка. Даже не так — развязная вакханалия! Не меньше! Молоденькие альфы и омеги, лет по 13-14, обнимались и танцевали под непонятную, но ритмичную, даже бешеную музыку, у многих в руках были стаканчики, а в зубах — сигареты. Среди них Николас хорошо разглядел брата. Майкл весело дергался под музыку, правда сигареты у него не было, но из стакана он отпивал регулярно, и что-то подсказывала обоим альфам, что пил их омежка далеко не сок.       — Ну, и как тебе такое… кино! — зло выплюнул Алекс, относя вопрос к старшему сыну, он с трудом сдерживал ярость. — Что вы еще там делали? — теперь он спрашивал младшего.       — Т-танцевали… — испуганно ответил омега.       — Да тут есть все что угодно, кроме танцев! — рычал старший, его несло, он был в бешенстве. — Пили, курили, это мы поняли! Что еще? Траха…- договорить ему не дал громкий возглас Ника.       — Папа! Остановись. Я уверен, что ничего такого, там не было.       — Нет. — пискнул Майкл, он не просто испугался, он был в ужасе, отец всегда умел держать себя в руках, а вот, сейчас кажется, отпустил и может очень-очень строго наказать его. И кто только додумался, мало того, что снимать, так еще и в инет выложить! Придурки! Сами же себя и подставили!       — Кто еще об этом знает? — спросил Ник и уточнил — Из наших.       — Надеюсь никто. Я уже дал задание своим людям, они изымут это видео отовсюду, где только можно, и даже где нельзя. — Алекс был все еще очень зол, но его понемногу отпускало, главное, что ничего такого не было.       — Это правильно. — Ник кивнул, потом обернулся к брату и заговорил уже с ним: — Ты же сказал, что это пижамная вечеринка, только для омег, никаких альф и тем более спиртного там не будет, про сигареты я вообще молчу.       — Я не курил. — попытался оправдаться Майкл, похоже, теперь ему достанется от обоих альф — И вел я себя прилично. Мы только немножко выпили и потанцевали. Ники, ничего страшного не произошло, не сердись. — лепетал младший. Алекс немного удивился, казалось, Николаса Майкл боялся больше, чем его!       — Так ты знал? — теперь отец спрашивал старшего.       — Да, но как ты уже понял, меня тоже ввели в заблуждение. Я знал про омежьи посиделки, с колой, пиццей и просмотром сопливых сериалов, да еще и под присмотром взрослых, а вот про это… — Ник кивнул на телефон — даже не догадывался.       — Значит, он обманул нас обоих! — прорычал Алекс и начал расстегивать пряжку ремня, Майкл понял, что сейчас ему достанется и захныкал, вцепившись в рубашку брата.       — Не надо, отец. Пожалуйста, не надо. Ты слишком… расстроен сейчас. Давай лучше я сам. Сам его накажу. Не переживай, он надолго запомнит.       Немного подумав, Алекс согласился, Нику он доверял, и если тот сказал — запомнит, значит запомнит. В последний раз окатив сыновей грозным взглядом, старший альфа вышел. Пригрозив напоследок, что если такое еще хоть раз повториться, то от жестокой порки Майкла не спасет никто и ничто!       — Спасибо, Ники, спасибо! — радовался омежка, прыгая по комнате — Я думал мне конец!       — Рано радуешься, мелкий. — Ник сел на свою кровать и позвал брата, стуча ладонью по своим коленям — А ну иди сюда, я тебе сейчас объясню, как нехорошо обманывать старших… братьев.       — Ники, ты чего? — радость омеги тут же померкла, и он забормотал — Не надо… я больше не буду! — но покорно поплелся к брату. Перед родителями Ник защищал его всегда, но вот кто сказал, что старший брат сам не наказывал омежку?       — Ты меня шлепать будешь?       — Да, я же обещал отцу, что ты запомнишь, ты еще пару дней об этом помнить будешь, а если запамятуешь — я напомню.       Майкл вздохнул и улегся к брату на колени, а потом его попу обожгло болью, ударов было не так уж и много, всего-то десять или пятнадцать, но у Ники была не только широкая спина, но и все остальное не маленькое и руки в том числе. Он довольно сильно шлепал брата по попе, а тот ойкал и всхлипывал (больше давил на жалость, конечно, но и больно тоже было!)       — Вставай. — Николас помог брату встать, вытер ладонью мокрые дорожки и пригрозил: — В следующий раз, сниму штаны и возьму ремень.       — В следующий раз, с меня отец штаны снимет. — пробормотал Майкл, помня об угрозе а-папы, и закончил — Не будет никакого раза, я все понял.       — Молодец. — Ник взлохматил волосы братика — Иди ко мне.       Омежка смущенно улыбнулся, если его зовут на коленки, значит простили. Мики устроил свою голову на крепком плече брата и с удовольствием замер в кольце его обнимающих рук.       — Ну и как, оно того стоило? — вдруг спросил Ник, укачивая младшего на руках, тот шмыгнул носом и тихонько ответил:       — Нет!       — Вот и я так думаю. — засмеялся Николас, поцеловал омежку в светлые волосы и крепче прижал к себе. Братья сидели в тишине и каждый думал о своем. О чем думал Майкл никто не знал.       А Ник вдруг подумал, как хорошо, что много лет назад, детский инспектор все же решился привести маленького нищего альфочку в дом к нефтяному королю Александру Кингу!       Именно благодаря этому человеку, Николас обрел, наверное, самое главное в жизни — семью! Любящую, преданную, иногда строгую, но это те люди за которых он готов отдать все, а самое главное — он был дорог им не меньше!