За 10 дней до начала
27 октября 2021 г., 22:58
— Евгенич, вам пила нужна?
— Да зачем? Там чисто. Это же у тюрьмы, там ещё лет пять назад администрация по выпиливала все деревья.
— Тогда забираю.
— Ага, давай.
Стоило развернуться, как в поле зрения попал мастер, выходящий из здания, в руке он держал свернутые в трубочку листы формата «А4». Довольный он подошел ближе.
— А вот и Максимка. Это тебе.
Протянул он листы, продолжая довольно растягивать улыбку.
— И куда я возьму его? Руки заняты.
Мастер легким движением сунул листы в нагрудный карман робы Макса.
— Вперёд!
Отчеканил он и пошел в сторону большого грузного дядьки, по пояс залезшего в реакторный отсек уазика. Максим перегрузил взятый инструмент на платформу вышки и потянулся за телефоном, когда его отвлек голос бригадира.
— Максик, сходи пожалуйста в бокс, возьми из нашего ящика канистру и масло для цепи, а я пока донесу остальное.
— Хорошо.
В боксе Максим встретил пожилого слесаря, невысокий, он — типичный рабочий человек советского времени, выгибал на верстаке зажатую в тисках трансформаторную шину.
— Здравствуй, дядь Ром, думал вас нет.
— Да я в масленке был, оголовники перебирал, здравствуй. А вы сегодня бригадой? Вместе?
— Нет, делят.
— Понятно.
Максим взял масло и бензин, вернулся к вышке, бригадир уже доложил, оставшийся инструмент и принесенные канистры завершили необходимые сборы. В этот момент мастер подозвал бригаду и раздал указания.
— Семен Алексеевич, берешь Макса, Орешкина и едете Соборный, от тысяча триста шестой подстанции, выход линии на воздушку номер три — Л3, там жалоба, упал ваш любимый самонесущий, изолированный провод, сокращенно — сип.
— Почему любимый?
Спросил бригадир.
— Ну проще же пролет сипа поднять, чем голого, всего одна нитка, а не четыре. А Евгенич с пацанами на установку опор. Так, Макс, наряд, обязательно откроешь.
— Хорошо. Можем ехать?
— Да, езжайте.
— Ну поехали, орлы.
Произнес Семен Алексеевич и вместе с Максимом сели в кабину, Орешкин тоже сел.
Куда едем?
Спросил он.
— А ты не слышал? — спросил бригадир — Совсем слуха нет?
— Да забадал, я у Саныча был, кого слышал? Этот же фиг позовет.
Бригадир только скривился в лице и махнул рукой.
— В центр.
Улицы города понеслись за окном автовышки, а вместе с ними проносились и горожане. Кто-то куда-то спешил, кто-то выяснял отношения, но все вместе существовали. За отсутствием пробок Вышка быстро добралась до места назначения и бригада высадилась. Приятный, последождевой воздух дразнил ноздри после длительной засухи, палитра красок приобрела насыщенность, а у концевой анкерной опоры валялся провод, сверху которого лежало бревно.
— Это походу повезло клин слетел, а то опора легла бы.
— Так, Макс приготовь пояс, залезу, сделаю.
— Да я сам управлюсь, Сём, отключи пожалуйста.
— Ну давай.
Со стороны прозвучало возмущение от лица водителя-машиниста.
— Ну вы там долго будете определяться, я уже вышку разложил.
— Так, пойду в ТП, а ты одевайся и скажи вот этому, что бы не балаболил, а то там есть волшебная палочка…
— Залетит куда надо?
— Ха да-да…
Максим надел пояс, кинул в опущенную Орешкином люльку сумку с инструментом, лебедку и запрыгнул сам.
— Поехали.
Стрела двинулась, подавая монтера к опоре. Поднявшись на опору, Максим осмотрел крепленную на ней арматуру на объект повреждения, после чего спустил край веревки вниз к земле.
— Подвяжи сип.
Крикнул Макс.
— А ты чего клин не надел? Куда поехал? Где твоя логика? Разгильдяй!
— Её в дефолте нет, этой логики, так что вяжи давай!
Орешкин заклинил анкерный зажим за несущий провод и подвязал веревкой.
— Поднимай!
Макс поднял, провод, увязал веревку за ограждение люльки. Трос лебедки под четким движением рук обогнул опору, защелкнулся на самозатяг, следом лягушка вычислила несущий из сплетения провод и зацепилась на нем. Крюк лебедки ухватился за петлю лягушки и плавным движением руки лебедка начала вытягивать пролет.
— Ещё пару раз и харош, Максик. — раздался голос Орешкина внизу — Уже в струну.
Макс малость подвинул клиновой зажим и зацепил его за анкерный кронштейн. После, точными движениями рук, сделал концевую петлю на проводе и ответвительными зажимами восстановил ввода абонентов.
— Опускай. Наберешь, бугру?
— Я уже позвонил.
